Решение № 2-15/2018 2-15/2018 (2-2149/2017;) ~ М-1765/2017 2-2149/2017 М-1765/2017 от 20 февраля 2018 г. по делу № 2-15/2018

Дело № 2-15/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тверь 21 февраля 2018 года

Заволжский районный суд г. Твери в составе

председательствующего судьи Рапицкой Н.Б.,

при секретаре Иваненко А.В.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1, представителя ответчика ГБУЗ «ГКБ №7» по доверенности ФИО2, представителя ответчика ГБУЗ «ГКБ № 1 им. В.В. Успенского» по доверенности ФИО3, ФИО4, старшего помощника прокурора Заволжского района г.Твери Ушаковой С.А., представителя третьего лица Министерства здравоохранения Тверской области ФИО5, представителя Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области ФИО6, третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования ФИО7, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Городская клиническая больница № 7», Министерству имущественных и земельных отношений Тверской области, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Городская клиническая больница № 1 им. В.В. Успенского» о взыскании убытков, утраченного заработка, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО9 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Городская клиническая больница № 7» о взыскании убытков, утраченного заработка, компенсации морального вреда. В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ истцом получена травма <данные изъяты> при падении на улице. В это же день обратился в ГКБ № 7 с жалобами на боли в <данные изъяты>. После проведения рентгенографии <данные изъяты> был поставлен диагноз: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> снята, в рекомендациях лечащего врача ФИО7 указано: <данные изъяты>. В связи с тем, что продолжали беспокоить боли ДД.ММ.ГГГГ обратился к травматологу И. И.А., который направил меня на рентген. После рентгенографии истец поступил в ортопедическое отделение ГБУЗ «ГКБ №1», где был выставлен диагноз: <данные изъяты>. В связи с осложнениями после лечения в ГКБ №7 проведена операция <данные изъяты>. После операции наложен гипс на <данные изъяты>, который был снят в конце ДД.ММ.ГГГГ. При этом было разъяснено о необходимости проведения повторной операции по удалению металлоконструкций. В связи с чем, в настоящий момент проводится лечение, направленное на исправление ошибки, допущенной лечащим врачом ГБУЗ «ГКБ № 7».Указал, что весь период испытывал глубокие нравственные и физические страдания. Кроме того, понес расходы в размере 2880 рублей. Просит также взыскать утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 32034 рубля, моральный вред в размере 250000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тверской области «Городская клиническая больница № 1 им. В.В. Успенского», третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования Министерство здравоохранения Тверской области, ФИО7 и ФИО8.

Истец ФИО9 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, направил в суд своего представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержала заявленные требования, изложенные в исковом заявлении, указав дополнительно, что основным требованием истца является то, что именно первоначальное лечение в ГБУЗ «ГКБ № 7» проводилось неверно, в связи с чем, возникла необходимость оперативного вмешательства, что само по себе причиняет нравственные и физические страдания ФИО9. В связи с осложнениями после лечения после лечения в ГБУЗ «ГКБ №7» проведена операция, наложен гипс, который снят в ДД.ММ.ГГГГ года. При этом было разъяснено о необходимости проведения повторной операции по удалению <данные изъяты>. В настоящий момент проводится лечения, направленное на исправление ошибки, допущенной лечащим врачом ГБУЗ «ГКБ №7».

Представитель ответчика ГБУЗ «ГКБ №7» по доверенности ФИО2 возражала против заявленных требований. Ранее представлен отзыв, в соответствии с которым указано на отсутствие противоправности в поведении ответчика и соответственно отсутствии вины ГБУЗ «ГКБ №7», что исключает возможность удовлетворения исковых требований. Дополнительно указала, что экспертное заключение содержит подтверждение факта отсутствия в действиях врачей какой-либо ошибки, последствия, на которые ссылается истец, являются следствием тяжести травмы, а не следствием неверного лечения.

Представители ответчика ГБУЗ «ГКБ № 1 им. В.В. Успенского» по доверенности ФИО3, ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения требований, указывая не их необоснованность. Указали, что в ходе рассмотрения дела не нашло свое подтверждение наличие неправильного лечения, либо врачебной ошибки.

Представитель ответчика Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области по доверенности ФИО6 в судебном заседании против удовлетворения требований возражал. Представил отзыв, в котором указывает, что отсутствуют основания для возложения субсидиарной ответственности по заявленном иску. Кроме того, экспертами установлено, что между действиями медицинских работников ГБУЗ «ГКБ №7» и ГБУЗ «ГКБ№ 1 им. В.В. Успенского» и развывшимся после снятия гипса осложнением в виде <данные изъяты> прямой причинно-следственной связи не имеется.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований Министерства здравоохранения Тверской области по доверенности ФИО5 в судебном заседании возражала против удостоверения требований истца в полном объеме, указав, что основанием для компенсации морального вреда является состав гражданского правонарушения. Некачественное оказание услуг и причиненный вред не находятся в прямой причинно-следственной связи, в связи с чем требование удовлетворению не подлежит.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО8 в судебном заседании пояснил, что является сотрудником ГБУЗ «ГКБ №1 им. В.В. Успенского». По поводу лечения ФИО9 к нему обратился знакомый, представив рентгеновский снимок от ДД.ММ.ГГГГ, который косвенно свидетельствовал о наличии разрыва межберцового синдесмоза левого голеностопного сустава. Больного не видел, но направление для госпитализации выдал. Впервые ФИО9 увидел при поступлении в больницу ДД.ММ.ГГГГ. По рентгеновскому снимку от ДД.ММ.ГГГГ было видно о необходимости оперативного вмешательства. <данные изъяты> на рентгеновском снимке может определяться на снимке наложением теней друг на друга. Пояснил, что лечил <данные изъяты>. Указал, что период возникновения <данные изъяты> определить сложно, поскольку установить конкретное время не представляется возможным. Обычно это происходит после выписки и снятии гипса (лангеты), когда появляется нагрузка на ногу. Понятие «застарелый» указывается тогда, когда с момента образования травмы до момента постановки диагноза о разрыве проходит более 3 недель. Причиной возникновения разрыва может служить как первичная травма, так и несоблюдение режима, после снятия гипсовой лангеты при определенной нагрузке. Указал, что при поставленном диагнозе в травматологическом пункте лечение проводилось верно: был сделан рентген, наложена лангета У-образной формы. Также дополнительно пояснил, что при обращении к И. И.А. от ФИО9 были представлены только снимки от ДД.ММ.ГГГГ, никаких других документов и снимков не предоставлялось. Более того указал, что для принятия решения о необходимости операции другие снимки, сделанные ранее значения не имели.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО7 пояснил, что не является лечащим врачом ФИО9, как на то указывает представитель истца. Основным местом работы является ГБУЗ «ГКБ № 1 им. В.В. Успенского», в ГБУЗ «ГКБ №7» работает по совместительству в качестве дежурного врача, а также осуществляет дежурство в приемном покое. ФИО9 обратился в приемный покой ГКБ №7 за консультацией. ФИО7 и заведующий отделением осмотрели больного, были сделаны снимки и выставлен диагноз <данные изъяты>. Для данного <данные изъяты> предусмотрен срок ношения <данные изъяты> для сращивания <данные изъяты> ФИО9 была наложена У-образная гипсовая лангета. Повторная явка через <данные изъяты> после травмы. ДД.ММ.ГГГГ при повторном осмотре больного был сделан снимок, из которого видно, что <данные изъяты>, в связи с чем, было принято решение о продлении срока ношения <данные изъяты>. Данное решение было принято с целью избежания смещения. На последнем приеме у ФИО9 жалоб не было. ФИО9 был осмотрен и выписан. Явка назначена «по состоянию». Больной ФИО9 в ГБУЗ «ГКБ №7» более не являлся. Также пояснил, что порядок лечение <данные изъяты> не предусмотрен стандартом, поэтому имеет место индивидуальный подход к каждому пациенту. При вписке нога была в удовлетворительном состоянии при таких заболеваниях. Относительно обязанности провести рентгеновское обследовании при выписке больного пояснил, что существует радиационная безопасность, в связи с чем, проводить <данные изъяты> каждый раз, когда является пациент не допустимо. Сроками для рентгеновского обследования является <данные изъяты>. При выписке больного производился осмотр стопы, трогал руками ногу. С учетом осмотра и отсутствия жалоб, больной был вписан. Из карты медицинского больного видно, что лечили его врачи травматологического пункта ГБУЗ «ГКБ №7», в связи с чем, не смог пояснить относительно наличия или отсутствия нарушения режима лечения. Дополнительно пояснил, что разрыв межберцового синдесмоза на снимке не виден, поскольку это разрыв мягких тканей. Из рентгеновского снимка можно усмотреть разрыв только по косвенным признакам. Необходимость оперативного вмешательства для лечения пациента определяется врачом на основании снимков и клинической картины. В данном случае не имеется оснований не доверять выводу врача ФИО8 о необходимости проведения операции.

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствии не явившегося истца.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника прокурора Заволжского района Ушаковой С.А. об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, исследовав материалы дела, выслушав эксперта ФИО10, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО9 обратился в травматологический пункт ГБУЗ «ГКБ №7» с жалобой на боли в <данные изъяты>, где был поставлен диагноз <данные изъяты>. Наложен гипс на <данные изъяты>.

Согласно протоколу <данные изъяты> исследования от ДД.ММ.ГГГГ установлено: определяется косой перелом наружной лодыжки с незначительным боковым смещением отломка. Плоскость перелома проходит фронтально.

ДД.ММ.ГГГГ при явке к врачу имелись жалобы на боль в области наружной лодыжки. <данные изъяты>. <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ внесена запись в амбулаторную карту о самовольном снятии гипсовой лонгеты. В области голеностопного сустава вскрывшийся эпидермальный пузырь. Асептическая повязка. Назначена явка ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ им\сь жалобы на выраженные боли. Ходит на костылях. Отек выражен. На контрольной рентгенограмме смещение увеличилось. Направлен в травматологическое отделение ГКБ №1 ля консультации.

В протоколе рентгенологического исследования от ДД.ММ.ГГГГ указано «консолидированный косой перелом наружной лодыжки без смещения отломков».

ДД.ММ.ГГГГ гипс снят, назначены ЛФК и нагрузки.

Указанные обстоятельства подтверждаются амбулаторной карточкой пострадавшего от травмы №.

Из приемного статуса (медицинская карта стационарного больного №) от ДД.ММ.ГГГГ, составленного в ортопедическом отделении ГБУЗ ГКБ № 1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ подвернул ногу в левом голеностопном суставе. В травматологическом пункте лечили перелом наружной лодыжки гипсовой лангетной повязкой в течение <данные изъяты>. После снятия гипсовой лангеты рентгенография голеностопного сустава не производилась. Наступал на ногу, занимался ЛФК. Начали беспокоить боли в левом голеностопном суставе, появился отек. ДД.ММ.ГГГГ обратился за консультацией в ортопедическое отделение ГКБ № 1. По результатам рентегонографии был обнаружен подвывих левой стопы кнаружи вследствие разрыва межберцового синдесмоза. Поступил для оперативного лечения в ортопедическое отделение ГКБ № 1. Поставлен диагноз: застарелый разрыв межберцового синдесмоза с подвывихом левой стопы кнаружи.

Из предоперационного эпикриза от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на рентгенологическом снимке обнаружено расхождение берцовых костей, подвывих стопы кнаружи. Наличие застарелого разрыва левого межберцового синдесмоза является показанием к операции, предполагается произвести стяжку межберцового синдесмоза.

ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – стяжка межберцового синдесмоза. ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 выписан в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение. Рекомендовано: <данные изъяты>. Ходьба с помощью костылей без нагрузки на левую ногу в течение <данные изъяты>. ЛФК. Лечения в травматологическом пункте ГКБ №7. Явка ДД.ММ.ГГГГ.

Изложенные обстоятельства подтверждаются медицинской картой № стационарного больного (ортопедическое отделение ГБУЗ «ГКБ №1»).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 обратился в клинику «<данные изъяты> где проведено рентгенологическое исследование, о чем составлен протокол № (<данные изъяты>). ФИО9 был осмотрен травматологом –ортопедом клиники <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ в клинике <данные изъяты>» проведено МРТ обследование (<данные изъяты>).

Из рецензии истории болезни ФИО9 главного внештатного травматолога Министерства здравоохранения Тверской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что «Находился на лечении в травмпункте ГКБ №7 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>. На представленных рентгенограммах от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – диагноз установлен правильно, имевшееся смещение в месте перелома наружной лодыжки является допустимым, отсутствовали признаки подвывиха стопы и разрыва межберцового синдесмоза. Тактика лечения соответствовала установленным клиническим рекомендациям. В процессе реабилитации течения поле снятии гипсовой повязки возможен болевой синдром, связанный с началом ходьбы с нагрузкой, которые не обусловлен разрывом межберцового синдесмоза и проходит по мере адаптации к ходьбе внешней опоры. Учитывая тот факт, что больной в процессе амбулаторного лечения нарушал предписанный режим – это могло повлечь осложнения в виде наступившего в дальнейшем подвывиха стопы».

Согласно протоколу № от ДД.ММ.ГГГГ «Решение ВК: не выявлено нарушений Приказа МЗ РФ от 12 ноября 2012 № 901н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия»: своевременно, после проведения рентгенисследования, выполнения иммобилизация пораженного органа при первичном обращении; повторно оказана медицинская помощь в требуемом объеме при досрочном обращении пациента через неделю; своевременно при наличии клинических показаний, ФИО9 направлен на консультацию специалиста травматологического отделения ГКБ № 1 для определения тактики его дальнейшего ведения. Ведение пациента в травматологическом пункте ГКБ №7 осуществлялось в соответствии с общепринятым и клиническими рекомендациями по лечению и обследования данной категории больных».

ДД.ММ.ГГГГ проведено <данные изъяты>».

Как следует из положений ст. 98 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ, органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 1). Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2). Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3).

Согласно положений п. 21 ст. 2 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из положений ст. 19 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что каждый имеет право на медицинскую помощь (ч. 1). Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 2). Пациент имеет право на выбор врача и выбор медицинской организации в соответствии с настоящим Федеральным законом (п. 1 ч. 5).

Положениями ст. 1064 ГК РФ предписано, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Согласно положений п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как следует из положений п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Положениями ст. 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (п. 1). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 2). В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (п. 3).

Изложенное свидетельствует о том, что обязательство по компенсации морального вреда возникает при наличии следующих условий: претерпевание морального вреда; неправомерные действия (бездействие) причинителя вреда; причинная связь между неправомерными действиями и моральным вредом; вина причинителя вреда. Из приведенного текста Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 также следует, что суд в каждом своем решении должен раскрыть содержание морального вреда и оценить степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения такого вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Изложенное свидетельствует о том, что обязательство по возмещению ущерба, компенсации морального вреда возникает при наличии следующих условий: претерпевание морального вреда; неправомерные действия (бездействие) причинителя вреда; причинная связь между неправомерными действиями и моральным вредом; вина причинителя вреда.

С целью определения качества оказанных услуг по ходатайству представителя истца на основании определения суда проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГКУ Тверской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» с привлечением врача–рентгенолога, врача травматолога-ортопеда.

Согласно заключению экспертизы № лечение ФИО9 в ГБУЗ «ГКБ №7» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу травмы левого голеностопного сустава с переломом наружной лодыжки и в ГБУЗ «ГКБ №1 им. В.В.Успенского» при консультации ДД.ММ.ГГГГ проводилось правильно, в соответствии с установленными стандартами оказания медицинской помощи, регламентированным Приказом МЗ РФ № 901н от 12 ноября 2012 года «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» и положениями Приказа МЗ РФ № 520 от 15 июля 2016 года «Об утверждении критериев качества оказания медицинской помощи».

Установленный диагноз и тактика ведения ФИО9 в ГБУЗ «ГКБ №7» соответствовали характеру полученной травмы, описанной в амбулаторной карте № 12406, и рентгеновским снимкам.

Установленный диагноз и назначенное лечение ФИО9 в ГБУЗ «ГКБ №1» соответствовали симптомам заболевания (травмы) и данным рентгенологического исследования от ДД.ММ.ГГГГ

Нет причинно-следственной связи между действиями медицинских работников ГБУ «ГКБ №7» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ГБУЗ «ГКБ №1 им. В.В. Успенского» при консультация ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и развывшимся после снятия гипса осложнениям в виде разрыва межберцового синдесмоза левого голеностопного сустава с подвывихом стопы кнаружи.

Осложнение травмы левого голеностопного сустава у ФИО9 развилось после снятия гипса, что связано, по –видимому, с начавшимися занятиями ЛФК и увеличением нагрузки (опорой на левую ногу при ходьбе). Установленный за период лечения ФИО9 в ГБУЗ «ГКБ №1 им. В.В. Успенского» диагноз: «застарелый» разрыв межберцового синедсмоза с подвывихом левой стопы кнаружи не подтверждается объективным рентгенологическими данными: заключением клиники <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ и ГБУЗ «ГКБ №1 им. В.В. Успенского» от ДД.ММ.ГГГГ и повторным рентгенологическим исследованием в рамках проведения настоящей экспертизы.

Исход полученной ФИО9. травмы в настоящее время, с учетом не закончившегося лечения (предстоящего удаления конструкций металлоостеосинетза), не определен. Поэтому дать объективный прогноз результатов проведенного лечения и высказать о возможности ухудшения состояния его здоровья в дальнейшем не представляется возможным.

Как видно из вышеуказанного заключения экспертами приняты во внимание все материалы, представленные на экспертизу, экспертами дан им соответствующий анализ, заключение эксперта подробное описание проведенного исследования, и сделаны научно обоснованные выводы, кроме того, судом принимается во внимание квалификация экспертов и большой стаж экспертной деятельности, а также соблюдение процессуальных норм при проведении исследования и дачи заключения, в связи с чем, суд обоснованно пришел к выводу, что заключение экспертов допустимое доказательство.

Заключение комиссии судебно-медицинских экспертов ГКУ ТО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» содержит четкие выводы о том, что дефектов оказания медицинской помощи в клинике ответчика установлено не было, длительность и неэффективность реабилитационного лечения связана с тяжестью полученной травмы, осложнившейся последствиями имевшейся нагрузки после снятия гипса, прямой причинно-следственной связи между лечением в ГБУЗ «ГКБ №7» и наступившими последствиями не усматривается, в связи с чем, данные последствия связаны с тяжестью травмы.

Оснований не доверять выводам судебной экспертизы у суда не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию и не заинтересованы в исходе дела.

Эксперты были предупреждены судом об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду представлено не было.

Допрошенный судом первой инстанции эксперт: врач-рентгенолог ФИО10 выводы экспертного заключения подтвердила. Дополнительно пояснила, что наличие разрыва синдесмоза определяется в совокупности рентгеновскими снимками и клинической картиной. Указала, что с учетом представленных материалов диагноз поставлен верно, лечение назначено правильное. Отвергла довод представителя истца о необходимости более раннего оперативного вмешательства.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно положений ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Анализируя пояснения истца в обоснование заявленных требований о возмещении материального ущерба и морального вреда в результате оказания ему ответчиками медицинской помощи, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения на ответчиков обязанности по возмещению истцу материального ущерба и соответственно компенсации морального вреда, поскольку пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчиков по оказанию истцу лечения в обозначенный период времени и наступившими последствиями.

руководствуясь ст.194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО9 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Городская клиническая больница № 7», Министерству имущественных и земельных отношений Тверской области, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Городская клиническая больница № 1 им. В.В. Успенского» о взыскании убытков, утраченного заработка, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Н.Б. Рапицкая

Мотивированное решение изготовлено 26 февраля 2018 года.

Судья Н.Б. Рапицкая