Апелляционное определение № 33-419/2026 33-5946/2025 от 26 января 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0016-01-2013-004353-16 33-419/2026 (33-5946/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 27 января 2026 года

Судья Белгородского областного суда Богонина В.Н., рассмотрев единолично, без проведения судебного заседания частную жалобу ФИО1 на определение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 15 октября 2025 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о прекращении исполнительного производства по делу ФИО2 к ФИО1 о признании постройки самовольной и ее сносе

у с т а н о в и л:

решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 11 ноября 2013 года по делу по иску ФИО2 к ФИО1 о признании постройки самовольной и ее сносе, встречному иску ФИО1 к ФИО2, администрации г. Белгорода о признании права собственности на реконструированное жилое помещение, иск ФИО2 к ФИО1 признан частично обоснованным.

Обязана ФИО1 за счет собственных средств демонтировать кровлю второго этажа пристройки к квартире <адрес>, привести данную кровлю в соответствие с требованиями строительных норм и правил путем снятия самой кровли, разбора кирпичной кладки пристройки <данные изъяты> этажа, таким образом, чтобы после повторного устройства кровли верхняя отметка ската крыши пристройки была ниже отметки пола <данные изъяты> этажа квартиры №<данные изъяты>, а уклон крыши должен превышать 12 градусов.

Установлен в соответствии со статьей 204 ГПК РФ срок демонтажа кровли пристройки к квартире <данные изъяты> не позднее одного месяца с момента вступления решения в законную силу.

Встречный иск ФИО1 к ФИО2, администрации г. Белгорода о признании права собственности на реконструированное жилое помещение отклонен в полном объеме.

Взысканы с ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы частично за услуги представителя 5 000 руб., за экспертизу 2 500 руб., возмещение госпошлины в размере 200 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 27 мая 2014 года решение суда от 11 ноября 2013 года отменено в части.

Обязана ФИО1 снести за счет собственных средств самовольную пристройку к квартире <адрес>.

В остальной части решение оставлено без изменения.

ФИО1 обратилась в суд с заявлением, в котором просит прекратить исполнительное производство № <данные изъяты> от 15 декабря 2014 года.

В обосновании заявления указывает, что 15 декабря 2014 года судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства № <данные изъяты> в отношении ФИО1 и временном ограничении должника на выезд за пределы Российской Федерации. 14 февраля 2022 года она подарила квартиру <адрес>, ФИО3, о чем в ЕГРН внесена запись от 14 февраля 2022 года о праве собственности ФИО3 на указанную квартиру. Кроме того, в октябре 2024 года умер взыскатель ФИО2 В связи с указанными обстоятельствами, а именно со сменой, как взыскателя, так и должника, просила прекратить исполнительное производство в силу пункта 1 части 1 статьи 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Определением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 15 октября 2025 года в удовлетворении заявления ФИО1 о прекращении исполнительного производства по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО1 о признании постройки самовольной и ее сносе, по встречному иску ФИО1 к ФИО2, администрации г. Белгорода о признании права собственности на реконструированное жилое помещение, отказано.

В частной жалобе представитель ФИО1 – ФИО4, указывая на незаконность определения суда, просит его отменить полностью и разрешить вопрос по существу, удовлетворив заявление ФИО1

На основании частей 3, 4 статьи 333 ГПК РФ частная жалоба рассмотрена без извещения лиц, участвующих в деле, и без проведения судебного заседания, судьей единолично.

Проверив представленный материал, доводы частной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении заявления о прекращении исполнительного производства, суд первой инстанции исходил из того, что предметом исполнения решения Октябрьского районного суда г. Белгорода от 11 ноября 2013 года является снос за счет собственных средств (должника), самовольной пристройки к квартире <адрес>, т.е. требования судебного акта, соответственно исполнительного документа в данном случае допускают правопреемство.

Из представленных материалов следует, что имеется наследник принявший наследство.

Суд апелляционной инстанции с таким выводом суда первой инстанции соглашается ввиду следующего.

Из содержания части 1 статьи 43 вышеуказанного Федерального закона следует, что исполнительное производство подлежит прекращению судом в случаях: смерти взыскателя-гражданина (должника-гражданина), объявления его умершим или признания безвестно отсутствующим, если установленные судебным актом, актом другого органа или должностного лица требования или обязанности не могут перейти к правопреемнику и не могут быть реализованы доверительным управляющим, назначенным органом опеки и попечительства; утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий); отказа взыскателя от получения вещи, изъятой у должника при исполнении исполнительного документа, содержащего требование о передаче ее взыскателю; в иных случаях, когда федеральным законом предусмотрено прекращение исполнительного производства.

По своей правовой природе основания прекращения исполнительного производства носят объективно неустранимый характер и свидетельствуют о невозможности или безрезультатности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25 ноября 2020 года №2799-О, от 28 января 2021 года №110-О, нормативное положение пункта 2 части 1 статьи 43 Федерального закона № 229-ФЗ не предполагает произвольного применения и допускает принятие судом соответствующего решения лишь в случае возникновения на стадии исполнительного производства объективных и неустранимых обстоятельств, делающих невозможным дальнейшее принудительное исполнение требований исполнительного документа. Данное законоположение направлено на обеспечение баланса интересов должника и взыскателя. Решение же вопроса о наличии оснований для прекращения исполнительного производства осуществляется судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств.

Таким образом, для прекращения исполнительного производства должен быть установлен факт возникновения реальной утраты возможности исполнения исполнительного документа и отсутствие возможности его исполнения любыми способами. Прекращение исполнительного производства - это право суда. Результат реализации судом этого права зависит от оценки всех юридических фактов по делу.

Как следует из материалов дела, решением Октябрьского районного суда г. Белгорода иск ФИО2 к ФИО1 о признании постройки самовольной и ее сносе признан частично обоснованным, в удовлетворении встречного иска ФИО1 к ФИО2, администрации г. Белгорода о признании права собственности на реконструированное жилое помещение, отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам от 27 мая 2014 года решение суда отменено в части.

Взыскателю ФИО2 выданы исполнительные листы серии ВС № <данные изъяты>, серии ВС № <данные изъяты>.

На основании исполнительного листа серии ВС № <данные изъяты> постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по г. Белгороду УФССП России по Белгородской области от 15 декабря 2014 года возбуждено исполнительное производство № <данные изъяты>, предмет исполнения: снести за счет собственных средств, самовольную пристройку к квартире <адрес>.

Требования исполнительного документа должником до настоящего времени не исполнены.

Взыскатель ФИО2 умерла <данные изъяты> года, наследство после ее смерти принято Р. (наследственное дело № <данные изъяты>).

В силу части 1 статьи 64 Федерального закона от 2 октября 2007 года №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель обязан совершить действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов.

Согласно статье 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах), суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства. Все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

Частью 1 статьи 52 Федерального закона от 2 октября 2007 года №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» определено, что в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником.

В данном случае, спорные правоотношения не связаны с личностью, как взыскателя, так и должника, допускают правопреемство, имеется наследник, принявший наследство.

Довод жалобы о том, что наследник Р.. к приставам с заявлением о замене взыскателя не обращалась, в суд с подобным заявлением также не обращалась, своих возражений относительно данного заявления суду также не высказала, соответственно, не может являться взыскателем, основан на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии с частью 1 статьи 209, статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания своего имущества. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону, в том числе передавать другим лицам, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом.

В пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2017 года, разъяснено, что переход права собственности на недвижимое имущество в ходе исполнительного производства, возбужденного в отношении предыдущего собственника, на которого вступившим в законную силу решением суда возложена обязанность о приведении этого имущества в надлежащее состояние, влечет переход данной обязанности на нового собственника.

Таким образом, в случае выбытия взыскателя или должника в исполнительном производстве, возбужденном на основании выданного судом исполнительного документа (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в правоотношениях), вопрос о правопреемстве подлежит разрешению судом.

При этом необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

Следовательно, при переходе права собственности на имущество от одного лица к другому происходит правопреемство в материальном гражданском правоотношении, то есть возложенная решением суда обязанность в случае ее неисполнения прежним собственником переходит к новому собственнику соответствующего имущества.

В этой связи, доводы жалобы о том, что 14 февраля 2022 года ФИО1 (должник по исполнительному производству) подарила квартиру <адрес> ФИО3, не свидетельствуют о незаконности определения об отказе в прекращении исполнительного производства.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения не имеется.

Руководствуясь статьями 333 - 334 ГПК РФ, суд

определил:

определение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 15 октября 2025 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о прекращении исполнительного производства по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО1 о признании постройки самовольной и ее сносе, по встречному иску ФИО1 к ФИО2, администрации г. Белгорода о признании права собственности на реконструированное жилое помещение оставить без изменения, частную жалобу представителя ФИО1 – ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционное определение Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 января 2026 года.

Судья