Решение № 2-2082/2018 2-2082/2018 ~ М-1778/2018 М-1778/2018 от 3 июня 2018 г. по делу № 2-2082/2018

Дело №2-2082/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 июня 2018 года г. Йошкар-Ола

Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего судьи Юмановой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Малининой А.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительной сделкой, погашении записи о регистрации права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ квартиры по адресу: <адрес> между ФИО1 и ФИО2, возложении обязанности на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Марий Эл погасить запись о регистрации права собственности ФИО2 на указанную квартиру, восстановлении регистрации записи о праве собственности ФИО1 на квартиру по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. В обоснование требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ между нею и ФИО2 был заключен договор купли-продажи <адрес>. Истец не намеревалась продавать квартиру, полагала, что подписывает документ, по условиям которого ответчик будет за ней ухаживать, приносить лекарства, продукты питания, осуществлять уход. При подписании договора плохо себя чувствовала, в связи с чем не понимала, какой документ подписала. Истец ссылалась на заключение сделки в состоянии, при котором она не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, а также на то, что заключила сделку под влиянием заблуждения, полагая, что подписывает не договор купли-продажи.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО5 основание иска уточнили, пояснили, что требование о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой основано на том обстоятельстве, что ФИО1 заблуждалась относительно сути сделки, полагала, что подписывает не договор купли-продажи, а договор, по которому ФИО2 принимает на себя обязательство предоставлять ФИО1 содержание. Кроме того, денежные средства во исполнение договора о передаче квартиры ФИО2 истцу не переданы.

Представитель истца пояснила, что истец не поддерживает исковые требования на том основании, что в момент заключения договора она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Ходатайство о назначении судебной психиатрической экспертизы истец также не поддержала.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО6 с иском не согласились, заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, Государственного учреждения – Управление Пенсионного Фонда РФ в г. Йошкар-Оле ФИО7 полагала требования истца подлежащими удовлетворению, поскольку имеются сведения о намерении ответчика ФИО2 продать спорную квартиру.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Марий Эл в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя Управления.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, материалы регистрационного дела, суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>.

В соответствии с п. 1 договора покупатель покупает у продавца квартиру за 1000000 руб. Расчет происходит следующим образом: сумма в размере 546974 руб. – из собственных средств покупателя до подписания настоящего договора, сумма в размере 453026 руб. – за счет заемных средств ООО «Дидона-Л».

Право собственности и ипотека в силу закона в пользу ООО «Дидона-Л» зарегистрированы Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Марий Эл.

Решением Государственного учреждения- Управление пенсионного фонда РФ в г. Йошкар-Оле от 26 июня 2015 года денежные средства материнского (семейного) капитала в размере 453026 руб. направлены на погашение основного долга и уплату процентов по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ООО «Дидона-Л» на сумму 453026 руб.

По заявлению ООО «Дидона-Л» и ФИО2 от 13 марта 2018 года запись о государственной регистрации ипотеки в пользу ООО «Дидона-Л» погашена.

Согласно ч.ч. 1,2 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу ч.ч. 1-3 ст. 178 Гражданского Кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Исходя из толкования указанных норм права, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел ввиду, правовые последствия, т.е., сделка может быть признана недействительной в том случае, если волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу, что воля обеих сторон сделки была направлена именно на заключение договора купли-продажи. Ссылка истца на то, что при заключении договора купли-продажи она действовала под влиянием заблуждения относительно природы сделки, опровергается представленными доказательствами.

Так, ФИО1 договор подписала лично, присутствовала при подаче заявления о государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике ФИО4 Эл.

В материалах дела имеются договоры найма жилого помещения от 1 января 2016 года, от 18 декабря 2017 года между ФИО2 и ФИО1, согласно которым ФИО1 предоставлена во временное пользование квартира по адресу: <адрес>.

Договоры найма жилого помещения ФИО1 предоставляла в Государственное казенное учреждение РМЭ «Центр предоставления мер социальной поддержки населению в г. Йошкар-Оле Республики Марий Эл» при подаче заявления для получения субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании 16 мая 2018 года поясняла, что ФИО1 сообщала свидетелю о заключении с ФИО2 договора купли-продажи спорной квартиры.

Ссылка ФИО1 на безденежность договора купли-продажи не является основанием для признания договора недействительной гражданско-правовой сделкой. Порядок внесения платы определен п. 2 договора купли-продажи. Законом предусмотрены иные последствия неисполнения одной из сторон договора его условий, чем признание договора недействительной сделкой.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для признания договора купли-продажи от 28 мая 2015 года недействительной гражданско-правовой сделкой.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ч. 2 ст. 181 Гражданского Кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В судебном заседании 16мая 2018 года представитель истца указывал, что о наличии оснований для признания договора купли-продажи недействительной сделкой ФИО1 узнала в октябре 2017 года от ФИО2

Между тем, обращаясь в Государственное казенное учреждение РМЭ «Центр предоставления мер социальной поддержки населению в г. Йошкар-Оле Республики Марий Эл» с заявлением о предоставлении субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг 27 июня 2016 года, ФИО1 указывала, что проживает в квартире по адресу: <адрес> на основании договора найма. Договор найма был приложен к указанному заявлению.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что о состоявшейся сделке и ее природе ФИО1 должна была узнать ДД.ММ.ГГГГ. В суд с иском истец обратилась 17 апреля 2018 года с пропуском срока исковой давности, определенного ч. 2 ст. 181 Гражданского Кодекса РФ.

С учетом изложенного требования истца о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ квартиры по адресу: <адрес>, применении последствий недействительности сделки удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального Кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Марий Эл через Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл в течение месяца со принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Юманова

мотивированное решение составлено 8 июня 2018 года