Решение № 2-494/2025 2-494/2025(2-7939/2024;)~М-5172/2024 2-7939/2024 М-5172/2024 от 10 декабря 2025 г. по делу № 2-494/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2025 г. <адрес>

Сургутский городской суд <адрес>-Югры в составе:

председательствующего Хуруджи В.Н.,

при секретаре Петровой А.Д.,

с участием прокурора Клементьевой А.А., истца ФИО1, представителя истца ФИО6, представителя ответчика ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сургутского городского суда гражданское дело № по иску ФИО1 к бюджетному учреждению <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка, штраф,

установил:

Истец обратился в суд с исковыми требованиями к ответчику о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка, штраф.

Свои требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ во время утренней прогулки, поскользнувшись на дорожке около своего дома, упала на снег, под которым не было видно льда, почувствовала резкую боль в правой ноге. Сын истца незамедлительно повез истца в приемное отделение травматологии. На приеме у врача истец рассказала о полученной травме, пожаловалась на усиливающуюся боль на ноге, не невозможность наступить на нее. Без какого-либо осмотра я была направлена на рентген. Ознакомившись со снимком, врач пояснил, что у меня ушиб, дал мне памятку больному с ушибами, с указанием какие медицинские препараты истец может использоваться в домашних условиях для лечения. Осматривать ногу врач не стал. Истец же предположил, что у него перелом конечности. Повторный прием назначен не был. В памятке больному был указание на прием мази и таблеток в случае болей, а также режим больного при травме: холод в первые двое суток с указанием частоты и продолжительности применения, а также применение тепла с третьих суток после травмы. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец провел в постели, поскольку передвигаться по квартире было невозможно из-за сильной боли в ноге. Все рекомендации, изложенные в памятке больному, истцом неукоснительно выполнялись, однако улучшений не наступило. Вовсе, боль не утихала, нога распухла, стала багрового цвета. ДД.ММ.ГГГГ сын истца отвез мать на работу, однако работать в таком состоянии было невозможно, в связи, с чем истец направила в травматологию вместе с сыном на прием травматолога. Выслушав жалобы, осмотрев ногу, травматолог направил меня на рентген, по результатам которого был поставлен диагноз закрытый перелом в малоберцовой кости правой голени, разрыв дистального межберцового синдесмоза правой голени. Подвывих правой стопы. После истец была направлена на операцию, где истцу был устранен подвывих правой стопы, экстрокортикальный остеосинтез, проведена фиксация ДМБС позиционными винтами. После операции истец была госпитализирована в стационар. ДД.ММ.ГГГГ истец была выписана из стационара конечности гисповой лангетой не менее чем на 10 недель со дня операции, передвижение с помощью костылей без нагрузки на оперированную конечность, удаление позиционных винтов через 10 недель после операции. ДД.ММ.ГГГГ были удалены металлоконструкции. ДД.ММ.ГГГГ был закрыт листок нетрудоспособности. При выписке истцу поставлен заключительный диагноз: закрытый перелом в /3 малоберцовой кости правой голени, разрыв дистального меберцового синдесмоза правой голени, подвывих правой стопы кнаруже (S82.40), соответствующий поставленному при обращении в травматологическую поликлинику ДД.ММ.ГГГГ. Посчитав, что при оказании медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ была допущена врачебная ошибка, а именно не поставлен верный диагноз, необходимая медицинская помощь своевременно назначена не было до ДД.ММ.ГГГГ. Истец обратился Югорский филиал АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД». Страховой компанией проведена проверка. Согласно заключению, экспертом выявлен дефект: 3.2.2 – невыполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартом медицинской помощи, приведшее к ухудшению здоровья, застрахованного лица. Департаментом здравоохранения ХМАО-Югры так же была проведена проверка качества безопасности медицинской деятельности учреждения-ответчика. Установлено, что при обращении истца за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ врач травматолог-ортопед произвел осмотр, назначил обследование, однако недооценил тяжесть состояния пациентки, что повлекло установление неверного диагноза и лечения. После обращения истца в адрес Югорского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ - МЕД» и проведенной экспертизы качества истцу от руководства медицинского учреждения пришло письмо, в котором сообщается, что в учреждении была проведена проверка, учтены мои замечания, в отношении задействованных лиц приняты меры - вынесено устное предупреждение. Администрацией больницы принесены извинения. Однако при личной встрече с руководством медицинского учреждения, на которую истец была приглашена, никаких извинений мне принесено не было. Истец полагает, что нравственные страдания выражены тем, что она испытывала сильнейшие физические страдания от полученной травмы. Фактически все новогодние и рождественские праздники истец провела в постели, заниматься домашним хозяйством она не могла. Детям истца пришлось ухаживать за ней постоянно, выполняя по дому всю работу. Новогодние и рождественские праздники были для них испорчены, все их планы на выходные дни были нарушены, поскольку они находились около истца. Все это приносило нравственные страдания.

Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, утраченный заработок в размере 151 145 рублей 07 копеек и штраф в размере пятидесяти процентов от взысканной судом суммы.

Истец и представитель истца в судебном заседании настаивал на удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований, поскольку доказательств наступления морального вреда и противоправности действий работниками медицинской организации истцом не представлено в связи с чем, отсутствуют причинно-следственная связь между наступлением вреда и противоправностью действий должностных лиц, а также не установлена вина медицинских работником, что в данном случае является обязательным условием ответственности. При обращении истца медицинская помощь оказана, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец за медицинской помощью в медицинскую организацию не обращалась, вред не причинен действиями медицинских работников при оказании медицинской помощи обратного истец суду не представлено. Доказательств того, что медицинское учреждение отказало истца в проведении медицинского лечения, прохождении диагностики, госпитализации материалы дела не содержат, истцом в порядке ст.56 ГПК РФ не представлено. Врачами медицинской организации были приняты все меры на всех этапах оказания медицинской помощи.

После проведения судебной экспертизы представитель ответчика представил дополнение к возражениям на исковое заявление, согласно которого по результатам экспертизы № бюджетное учреждение <адрес>-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» оказание медицинской помощи выполнило своевременно, недостатков оказания медицинской помощи не установлено. Как указано экспертами «Инструментальное исследование в соответствии с Клиническими рекомендациями Переломы костей голени от 2021 г. травмы правой нижней конечности ДД.ММ.ГГГГ, не входит в стандарт обязательного обследования пациентов с предполагаемым повреждением костей голени; клинические рекомендации Министерства здравоохранения РФ «Переломы дистального отдела костей голени» и «Переломы лодыжек» от 2024 г. не действовали на момент получения истицей травмы правой нижней конечности ДД.ММ.ГГГГ.». Оказание медицинской помощи истице Ответчиком осуществлялось в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 901н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "травматология и ортопедия"" нарушений допущено не было ни на амбулаторном ни на госпитальном этапах. Как указывают эксперты «Непроведение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ рентгенографии костей правой голени на всем протяжении не может быть расценено как недостаток оказания медицинской помощи поскольку не входит в стандарт обязательного обследования пациентов с предполагаемым повреждением костей голени; оперативное лечение, выполненное на 9 сутки с момента получения травмы выполнено в допустимый для оперативного лечения период времени; в иные периоды нахождения на лечении медицинская помощь оказывалась истице своевременно и правильно, в соответствии с состоянием ее здоровья, характером полученной травмы и ее последствий». Длительность лечения ФИО1 обусловлена характером и тяжестью полученной ей ДД.ММ.ГГГГ травмы правой нижней конечности, а так же индивидуальными особенностями течения посттравматического периода, в дополнительных диагностических и лечебных мероприятиях, а так же в реабилитационных мероприятиях истица не нуждалась. Экспертами в заключении эксперта № прямой причинной связи не установлено. В части требований о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 500 000, 00 руб. отказать в полном объеме. Доказательств наступления морального вреда и противоправности действий работниками медицинской организации истцом не представлено, в связи с чем, отсутствует причинно-следственная связь между наступлением вреда и противоправностью действий должностных лиц, а также не установлена вина медицинских работников, что в данном случае является обязательным условием ответственности. ФИО1 при обращении в БУ «Сургутская клиническая травматологическая помощь» медицинская помощь оказывалась, вред не причинен действиями медицинских работников при оказании медицинской помощи обратного истицей суду не предоставлено. Доказательств того, что медицинское учреждение отказало истцу в проведении медицинского лечения, прохождении диагностики, госпитализации материалы дела не содержат, истцом в соответствии со статьей 56 ГПК РФ не представлено. Врачами медицинской организации были приняты на всех этапах оказания медицинской помощи все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного лечения истицы по указанным ею жалобам и в рамках установленного диагноза. Таким образом, ФИО1, в нарушение ст.56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих, что действиями ответчика истцу причинены нравственные или физические страдания, не представлено доказательства нарушения ее личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ей нематериальные блага, наличие вреда, причинно-следственной связи между незаконными действиями и возникшим вредом. В части требований о взыскании утраченного заработка в размере 151 145 рублей 07 копеек просят отказать в полном объеме, поскольку пособие по временной нетрудоспособности полностью покрывает утраченный заработок, который работник мог иметь за этот период, оснований для взыскания утраченного заработка не имеется. Кроме того, медицинская помощь оказывалась и оказывается истице бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, поэтому требование истицы о выплате штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы не подлежит удовлетворению.

Представитель третьего лица Югорский филиал АО Страховая компания "СОГАЗ-Мед" в судебное заседание нее явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление, согласно которого требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, размер который оставлен на усмотрение суда. Ходатайствуют о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований, просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, при данной явке в порядке ст.167 ГПК РФ.

Выслушав стороны, заключение прокурора <адрес>, полагающего возможным удовлетворить исковые требования частично в размере не менее 20 000 рублей, изучив письменные материалы дела, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Ст. 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ или Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно п. 1 ст. 2 указанного Федерального закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. п. 1, 2, 5 - 7 ст. 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. 4 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В п. 21 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Суд установил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в бюджетное учреждение <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» с жалобами на боль в правом голеностопном суставе, пояснив, что упала во время утренней прогулки на снег, под которым не было видно льда.

Врач травматолог-ортопед диагностировал повреждение связок правого голеностопного сустава (S93.4) и рекомендовал ограничить физические нагрузки, возвышенное положение повреждённой конечности, фиксацию в эластичном бинте, при болях принимать ацеклагин 200 мг один раз в сутки, местно долобене или диклофенак до четырех раз в сутки две недели, а также компресс димексид с новокаином по схеме две недели.

ДД.ММ.ГГГГ истец повторно обратилась в бюджетное учреждение <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» с теми же симптомами.

Врачом - травматологом-ортопедом при повторном обращении ФИО1 за медицинской помощью с жалобами на сохраняющиеся на фоне соблюдения рекомендаций врача - травматолога-ортопеда приёмного отделения данного лечебного учреждения боли в правом голеностопном суставе и наличие болей в средней трети голени было проведено её физикальное и инструментальное обследование (рентгенография области правого голеностопного сустава и костей правой голени с захватом голеностопного и частично коленного суставов).

Истцу диагностирован закрытый перелом верхней трети правой малоберцовой кости и повреждения правого ДМБС с подвывихом правой стопы кнаружи.

Данный диагноз явился основанием для проведения ФИО1 временной иммобилизации правой нижней конечности путём наложения гипсовой повязки, а также её направления в тот же день на стационарное лечение.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было проведено оперативное вмешательство в объёме устранения подвывиха правой стопы с фиксацией правого ДМБС двумя позиционными винтами и металлической пластиной.

ДД.ММ.ГГГГ истец была выписана из стационарного отделения.

ДД.ММ.ГГГГ у истца были удалены металлоконструкции.

ДД.ММ.ГГГГ был закрыт листок нетрудоспособности.

Истец полагает, что ответчиком были допущены нарушения, связанные с оказанием медицинской помощи, а именно неверно поставлен диагноз, необходимая медицинская помощь не была оказана вплоть до ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в Югорский филиал акционерного общества «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» по вопросу качества оказания медицинской помощи в бюджетном учреждении <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница».

ДД.ММ.ГГГГ Югорский филиал акционерного общества «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» по факту обращения ФИО1 по вопросу качества оказания медицинской помощи выявил дефект, а именно 3.2.2 невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций / консилиумов с применением телемедицинских технологий приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессированию имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания.

ДД.ММ.ГГГГ после проведенной проверки от страховой компании Югорский филиал акционерного общества «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» и Департамента здравоохранения <адрес> – Югры ответчик направил в адрес истца письмо о проведении проверки, указал, что в отношении задействованных лиц приняты меры – вынесено устное предупреждение. Кроме того, администрация больницы принесла извинения за сложившуюся ситуацию.

Для проверки качества оказания больному медицинской помощи, правильности выбора метода лечения, наличия или отсутствия недостатков оказанных медицинских услуг судом по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключения эксперта № выполненным Российским центром судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации следует, что на этапе первичного обращения ФИО1 в приёмное отделение БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» ДД.ММ.ГГГГ, сообщившей о получении ей ДД.ММ.ГГГГ травмы в результате «подворачивания ноги» и предъявляющей жалобы на «боль в правом голеностопном суставе», были допущены следующие недостатки при оказании ей медицинской помощи, исходя из общепринятой тактики ведения подобного рода пациентов:

1. При рентгенологическом исследовании области правого голеностопного сустава, выполненного в двух стандартных проекциях (передней и боковой), исходя из предъявляемых ФИО1 жалоб и собранного анамнеза, а также общепринятой тактики ведения пациентов с предполагаемым повреждением области правого голеностопного сустава, врачом-рентгенологом, интерпретировавшим результаты инструментального обследования ФИО1, не было установлено имевшихся у неё ДД.ММ.ГГГГ по данным изучения предоставленных в распоряжение комиссии экспертов рентгенограмм признаков разрыва правого ДМБС и подвывиха правой стопы снаружи (по результатам рентгенографии области правого голеностопного сустава, захватывающей обе кости правой голени лишь до границы их нижней и средней трети, врачом-рентгенологом составлено заключение об отсутствии у ФИО1 костно-травматических изменений в пределах исследуемой области);

2. При физикальном осмотре врачом - травматологом-ортопедом проведено неполноценное обследование ФИО1, а именно:

- не выяснены характер, точная локализация и интенсивность беспокоящей ФИО1 боли, в том числе в соответствии с визуально-аналоговой шкалой (по ВАШ), на наличие которой она предъявляла жалобы при обращении за медицинской помощью (в дневниковой записи в констатирующей форме сказано о наличии у ФИО1 на момент осмотра жалоб на боль в правом голеностопном суставе, при описании объективного статуса отмечено наличие пальпаторно определяемой «локальной болезненности в проекции лодыжки», при этом не указано о какой лодыжке (медиальной или латеральной) идёт речь);

- при сборе анамнеза не выяснено время получения травмы, и не уточнён возможный механизм её получения, определяющий характер формирующихся при этом повреждений (в дневниковой записи лишь сказано, что травма бытовая, получена ДД.ММ.ГГГГ в результате подворачивания ноги);

- не выяснен характер имеющихся в анамнезе соматических и иного рода фоновых и сопутствующих заболеваний, в том числе наличие которых могло осложнить течение полученной ФИО1 травмы (согласно представленным материалам, до получения травмы правой нижней конечности ДД.ММ.ГГГГ в анамнезе у ФИО1 имели место артериальная гипертензия с аритмией, остеохондроз пояснично-крестцового отдела позвоночника, полиартроз коленных, голеностопных и плечевых суставов 1-2 степени, в том числе правосторонний гонартроз (артроз правого коленного сустава) 1 степени с растяжением внутренней боковой связки и «несвежим» повреждением медиального мениска правого коленного сустава, теносиновит правого плечевого сустава);

- не конкретизированы локализация и степень выраженности зафиксированного у ФИО1 при её осмотре отёка мягких тканей «в проекции лодыжки» (при этом не указано, о какой (медиальной или латеральной) лодыжке идёт речь);

- не указано, в какой области правой нижней конечности у ФИО1 не выявлено «видимой деформации», не определён объём движений в правой нижней конечности, которые, согласно дневниковой записи врача - травматолога-ортопеда, на момент осмотра были сохранены, но были болезненны; не определено наличие/отсутствие костной крепитации;

3. Установленный врачом - травматологом-ортопедом, в том числе на основании заключения врача-рентгенолога об отсутствии у ФИО1 костно-травматических изменений со стороны правого голеностопного сустава, диагноз «Повреждение связок правого голеностопного сустава» был верным в части наличия у ФИО1 повреждения связочного аппарата области правого голеностопного сустава (ДМБС включает в себя четыре группы связок, обеспечивающих соединение большеберцовой и малоберцовой костей в дистальном отделе, расположенным над голеностопным суставом), но был не полным: врачом - травматологом-ортопедом не было диагностировано наличия имевшего у неё место на момент осмотра и инструментального обследования от ДД.ММ.ГГГГ, подвывиха правой стопы снаружи (подвывих правой стопы снаружи не внесён в установленный диагноз) и была недооценена тяжесть имевшегося на момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ повреждения связок правого голеностопного сустава - не было диагностировано изолированное повреждение (разрыв) правого ДМБС, для устранения которых должна была быть избрана отличающаяся от выбранной ДД.ММ.ГГГГ врачом - травматологом-ортопедом приёмного отделения тактика консервативного лечения ФИО1 (врачом - травматологом-ортопедом, с учётом установленного ФИО1 диагноза «Повреждение связок правого голеностопного сустава», было рекомендовано следующее консервативное лечение: холод в первые сутки, далее - тепло; покой, ограничение физических нагрузок, возвышенное положение повреждённой конечности с фиксацией её в эластичном бинте; приём ацеклагина 200 мг 1 раз в сутки при болях, местно - долобене или диклофенак до 4 раз в сутки в течение 2 недель, компресс с димексидом и новокаином по схеме в течение 2 недель; явка по необходимости в «ЛКО»);

4. С учётом диагностированных ДД.ММ.ГГГГ изолированного повреждения правого ДМБС в виде его разрыва, относящегося к нестабильным повреждениям ДМБС (диастаз между малоберцовой и большеберцовой костями на момент инструментального обследования ДД.ММ.ГГГГ составлял до 0,6 см) с подвывихом правой стопы кнаружи, ФИО1 не была направлена ДД.ММ.ГГГГ на стационарное лечение с целью проведения показанного ей, с учётом характера полученной травмы, в ранний посттравматический период оперативного вмешательства, направленного на устранение подвывиха стопы, восстановление конгруэнтности суставных поверхностей и создания стабильности ДМБС и голеностопного сустава (классическая методика стабилизации ДМБС заключается в фиксации синдесмоза позиционными винтами). Консервативный метод лечения, неверно избранный ДД.ММ.ГГГГ врачом - травматологом-ортопедом приёмного отделения БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» в связи с неполно установленным ФИО1 диагнозом, при повреждениях ДМБС возможен, в случае отсутствия диастаза между берцовыми костями при рентгенографии и клинически невыраженной нестабильности голеностопного сустава, заключается в иммобилизации нижней конечности в U-образной лонгете и ходьбе с костылями без нагрузки на ногу в течение трёх недель с момента получения травмы с последующей ходьбой в ортезе, ограничивающим наружную ротацию стопы, однако к ФИО1 был не применим, ввиду наличия у неё грубого диастаза (расхождения) между костями голени, превышающего 1 мм и составляющего по данным рентгенологического исследования до 6 мм (0,6 см). Закрытый косой перелом правой малоберцовой кости в верхней трети с незначительным смещением отломков, наиболее вероятно, имевшийся у ФИО1 при её первичном обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ, не требовал стационарного лечения, оперативного вмешательства и мог вестись консервативно, поскольку малоберцовая кость не несёт основной нагрузки при ходьбе и её повреждение лишь осложняет передвижение. Необходимо также отметить, что свежий разрыв ДМБС (давностью до 6 недель с момента получения травмы) не требует экстренного оперативного вмешательства, которое может быть отсрочено и проведено после спадения отёка в течение первых 10-14 суток с момента получения травмы. Таким образом, выполненное ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (на 9 сутки после получения травмы) в БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» после установления наличия у неё имевшегося с ДД.ММ.ГГГГ повреждения правого ДМБС в виде его разрыва с подвывихом правой стопы кнаружи оперативное вмешательство в объёме устранения подвывиха правой стопы и фиксации ДМБС позиционными винтами, не может быть расценено как несвоевременное.

С учётом наличия у ФИО1 на момент её инструментального обследования (рентгенографии области правого голеностопного сустава) от ДД.ММ.ГГГГ признаков подвывиха правой стопы кнаружи и разрыва правого ДМБС, а также отсутствия костно-травматической патологии со стороны дистальных отделов обеих костей правой голени (в частности переломов обеих лодыжек, как правило, сопровождающих повреждения ДМБС), ФИО1, в соответствии с общепринятой тактикой ведения подобного рода пациентов, было целесообразно проведение ДД.ММ.ГГГГ рентгенографии обеих костей правой голени на всём протяжении (с захватом голеностопного и коленного суставов) в прямой и боковой проекции для исключения высоких переломов (в средней трети) костей голени, как правило, наблюдающихся при разрывах ДМБС на фоне сохранённой целостности костей голени в их нижней трети, что также позволило бы оценить целостность малоберцовой кости, перелом которой с его локализацией в верхней трети был, как и повреждение правого ДМБС с подвывихом правой стопы, диагностирован у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при её обращении к врачу-травматологу поликлиники БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница».

Каких-либо недостатков при оказании ФИО1 медицинской помощи в иные периоды её обращения в БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» специалистами данного лечебного учреждения, оказываемой в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи населению по профилю «Травматология и ортопедия», утверждённым Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ, действующей с ДД.ММ.ГГГГ), ни на амбулаторном, ни на госпитальном этапах допущено не было.

Экспертная организация отметила, что при первичном обращении за медицинской помощью врачом-травматологом-ортопедом диагноз «Повреждение связок правого голеностопного сустава» был верным в части наличия у ФИО1 повреждения связочного аппарата области правого голеностопного сустава, но был не полным. Врачом-травматологом-ортопедом не было диагностировано наличия имевшего у неё место на момент осмотра и инструментального обследования от ДД.ММ.ГГГГ подвывиха правой стопы кнаружи (подвывих правой стопы кнаружи не внесён в установленный диагноз) и была недооценена тяжесть имевшегося на момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ повреждения связок правого голеностопного сустава - не было диагностировано изолированное повреждение (разрыв) правого ДМБС. Повреждение ДМБС является показанием к оперативному лечению, которое не является экстренным и может быть проведено в отсроченном порядке (в пределах первых 10-14 суток после получения травмы).

Не диагностирование ДД.ММ.ГГГГ разрыва правого ДМБС с подвывихом правой стопы кнаружи не могло привести к негативным последствиям, поскольку лишь отсрочило госпитализацию ФИО1 в БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» и проведение ей хирургического лечения, которое было выполнено в допустимые сроки, на 9 сутки с момента получения травмы правой нижней конечности (ДД.ММ.ГГГГ, в день госпитализации в БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница», ФИО1 проведено оперативное вмешательство в объёме открытого устранения подвывиха правой стопы с фиксацией правого ДМБС металлической пластиной и двумя винтами).

Не проведение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в приёмном отделении БУ ХМАО - Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» рентгенографии костей правой голени на всём протяжении, выполненной при её обращении ДД.ММ.ГГГГ к врачу - травматологу-ортопеду поликлиники БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница», не может быть расценено как недостаток оказания медицинской помощи, поскольку данное инструментальное исследование, в соответствии с Клиническими рекомендациями «Переломы костей голени» от 2021 года (разработаны Ассоциацией травматологов-ортопедов России, утверждены Министерством здравоохранения Российской Федерации и введены в действие Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № с ДД.ММ.ГГГГ), действовавшими при получении ФИО1 травмы правой нижней конечности ДД.ММ.ГГГГ, не входит в стандарт обязательного обследования пациентов с предполагаемым повреждением костей голени, зачастую сочетающимся с повреждением ДМБС.

Наличие разрыва правого ДМБС, а также подвывиха правой стопы кнаружи, визуализирующихся на выполненных ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ рентгенограммах области правого голеностопного сустава в двух проекциях, было возможно установить при проведённом ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в приёмном отделении БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» рентгенологическом исследовании.

С учётом наличия у ФИО1 на момент её инструментального обследования (рентгенографии области правого голеностопного сустава) от ДД.ММ.ГГГГ признаков подвывиха правой стопы кнаружи и разрыва правого ДМБС, а также отсутствия костно-травматической патологии со стороны дистальных отделов обеих костей правой голени (в частности переломов обеих лодыжек, как правило, сопровождающих повреждения ДМБС), ФИО1, в соответствии с общепринятой тактикой ведения подобного рода пациентов, было целесообразно проведение ДД.ММ.ГГГГ рентгенографии обеих костей правой голени на всём протяжении (с захватом голеностопного и коленного суставов) в прямой и боковой проекции для исключения высоких переломов (в средней трети) костей голени, как правило, наблюдающихся при разрывах ДМБС на фоне сохранённой целостности костей голени в их нижней трети, что также позволило бы оценить целостность малоберцовой кости, перелом которой с его локализацией в верхней трети был, как и повреждение правого ДМБС с подвывихом правой стопы, диагностирован у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при её обращении к врачу-травматологу поликлиники БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница».

Не проведение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в приёмном отделении БУ ХМАО - Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» рентгенографии костей правой голени на всём протяжении, выполненной при её обращении ДД.ММ.ГГГГ к врачу - травматологу-ортопеду поликлиники БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница», не может быть расценено как недостаток оказания медицинской помощи, поскольку данное инструментальное исследование, в соответствии с Клиническими рекомендациями «Переломы костей голени» от 2021 года (разработаны Ассоциацией травматологов-ортопедов России, утверждены Министерством здравоохранения Российской Федерации и введены в действие Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № с ДД.ММ.ГГГГ), действовавшими при получении ФИО1 травмы правой нижней конечности ДД.ММ.ГГГГ, не входит в стандарт обязательного обследования пациентов с предполагаемым повреждением костей голени, зачастую сочетающимся с повреждением ДМБС.

В иные периоды нахождения на лечении в БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» медицинская помощь оказывалась ФИО1 своевременно и правильно, в соответствии с состоянием её здоровья, характером полученной травмы и её последствий.

Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ специалистами приёмного отделения БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» при её обращении за медицинской помощью в связи с полученной ДД.ММ.ГГГГ травмой правой нижней конечности не могли оказать негативное влияние на длительность лечения ФИО1

Длительность нахождения ФИО1 на лечении была обусловлена характером полученной ей ДД.ММ.ГГГГ травмы и индивидуальными особенностями течения у неё посттравматического периода и не была связана с недостатками, допущенными специалистами БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» при оказании ФИО1 медицинской помощи в день её обращения ДД.ММ.ГГГГ в приёмное отделение.

Таким образом, оснований для установления прямой причинной связи между установленными комиссией экспертов недостатками («дефектами») оказания ФИО1 медицинской помощи в приёмном отделении БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» ДД.ММ.ГГГГ и «наступившими неблагоприятными последствиями» в виде длительности её лечения, и, соответственно, определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью ФИО1 допущенными ДД.ММ.ГГГГ при оказании ей медицинской помощи недостатками, не имеется (п. 24, п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека Приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, действовавших на момент оказания медицинской помощи ФИО1; п. 17, п. 18. Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённого приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, вступившего в силу с ДД.ММ.ГГГГ).

Лечение ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» проводилось своевременно, правильно, в полном объёме, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи населению по профилю «Травматология и ортопедия», утверждённым Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ, действующей с ДД.ММ.ГГГГ).

Экспертное заключение проведено экспертами, имеющими необходимую квалификацию и специальные познания в соответствующей области, которые предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение выполнено с соблюдением требований, предъявляемых к производству экспертизы ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", а также требований ст. 86 ГПК РФ.

Оценивая заключения экспертных организаций, с учетом пояснений сторон в судебном заседании, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данные заключения в полной мере является допустимыми и достоверными доказательствами, они не противоречат совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

Ходатайство о назначении повторной экспертизы сторонами не заявлено, какие-либо недостатки при проведении судебной экспертизы сторонами не заявлено.

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, сторонами не представлено.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность по доказыванию обстоятельств оказания истцу медицинских услуг надлежащего качества в соответствии с порядками и стандартами медицинской помощи, а равно обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на ответчике.

Вместе с тем, ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих их возражения об оказании истцу медицинских услуг надлежащего качества, в части выявленных недостатков, напротив, данные доводы опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которого при оказании медицинской помощи был допущен ряд дефектов оказания медицинской помощи.

Таким образом, согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы нашел свое подтверждение факт дефекта лечения бюджетным учреждением <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» выразившийся в ненадлежащем оказании медицинской помощи на начальной стадии в виде не полного и точного установления диагноза при первичном обращении (хотя заболевание возможно было установить в первый день травмы), неполноценного обследования пациента, недооцененность тяжести имевшегося на момент осмотра повреждения, не направления на стационарное лечение с целью проведения показанного ей, с учётом характера полученной травмы, в ранний посттравматический период оперативного вмешательства.

Истец указывает, что из-за сильнейших болей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец не могла перемещаться в пределах квартиры. Указанные в памятке больному обезболивающие препараты положительного результата не принесли. Истец испытывала сильнейшие физические страдания. Новогодние и рождественские праздники провела в постели. Заниматься домашними делами истец не могла. Детям истца пришлось ухаживать за истцом, выполняя работу по дому за нее, что так же сказалось на их настроении в период праздников.

Данные обстоятельства, безусловно, являются основанием для компенсации морального вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абз. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Суд учитывает, что непосредственно травма получена истцом при ее не осторожных действиях.

При разрешении вопроса о размере взыскания компенсации морального вреда, суд учитывает степень допущенных нарушений медицинскими работниками ответчика при оказании медицинской помощи, характер и объем причиненных истцу нравственных страданий в результате допущения дефектов оказания медицинской помощи, не полного и не точного установления диагноза при первичном обращении (хотя заболевание возможно было установить в первый день травмы), неполноценного обследования пациента, недооцененность тяжести имевшегося на момент осмотра повреждения, не направления своевременно на стационарное лечение с целью проведения показанного ей, с учётом характера полученной травмы, в ранний посттравматический период оперативного вмешательства, тот факт, что недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи при первичном обращении не могли оказать негативное влияние на длительность лечения истца, отсутствие иных недостатков в иные периоды ее обращения, а так же отсутствия оснований для установления прямой причинной связи между установленными недостатками («дефектами») оказания медицинской помощи и «наступившими неблагоприятными последствиями» в виде длительности её лечения, и, соответственно, определения степени тяжести вреда, полагает суд с учетом принципа разумности и справедливости, сохранения баланса интересов, взыскать в пользу истца с ответчика 60 000 рублей.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 НК РФ с ответчиков в местный бюджет <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь.

Согласно положениям статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам, как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.

Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.

В подпункте "а" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под утраченным заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был нетрудоспособен, что подтверждается представленными в материалы дела листками нетрудоспособности №, №, №, №, №, №.

В соответствии со справкой выданной автономным учреждением <адрес> – Югры профессионального образования «Сургутский политехнический колледж» следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (справка выдана ДД.ММ.ГГГГ) работает в должности «Преподаватель».

Истец просит взыскать с ответчика сумму утраченного заработка в размере 151 145 рублей 07 копеек исходя из следующего расчета: (4 922,79 * 107 дней = 526 738 рублей 53 копейки – 9 402 рубля 84 копейки – 366 190 рублей 62 копейки = 151 145 рублей 07 копеек.

В обоснования размера утраченного заработка истец представил листки нетрудоспособности, справку работодателя о среднем дневном заработке от ДД.ММ.ГГГГ и справку ОСФР по ХМАО-Югре от ДД.ММ.ГГГГ №.

В силу части первой ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ответчик в опровержение расчетам истца, представил свой расчет, согласно которого пособие по временной нетрудоспособности покрывает утраченный заработок, который работник мог иметь за этот период, полагает, что оснований для взыскания утраченного заработка не имеется.

Вместе с тем, поскольку в ходе проведения экспертизы не установлена прямая причинно-следственная связь между установленными недостатками («дефектами») оказания ФИО1 медицинской помощи в и «наступившими неблагоприятными последствиями» в виде длительности её лечения, и, соответственно, определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью ФИО1 при оказании ей медицинской помощи недостатками, доказательств наличия вины ответчика во временной нетрудоспособности истца в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ материалы дела не содержат, то суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца утраченного заработка за указанные периоды времени.

В связи с чем, суд полагает возможным отказать в удовлетворении заявленных требований о взыскании утраченного заработка.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" указано, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного положения Закона РФ "О защите прав потребителей", устанавливающие в том числе в п. 6 ст. 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе РФ "О защите прав потребителей" требования потребителя этих услуг.

Соответственно, штраф мог быть взыскан с учетом положений ч. 8 ст. 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" и поскольку в данном случае вред здоровью возник не в результате оказания платных услуг, правовых оснований для применения положений п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" и взыскания штрафа не имеется, в связи с чем суд полагает возможным отказать в удовлетворении заявленных требований о взыскании штрафа.

Суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 149 538 рублей расходов на проведение судебной экспертизы, оплаченной по платёжному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 НК РФ с ответчиков в местный бюджет <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

В остальной части заявленных требований подлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст. 88-98, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к бюджетному учреждению <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка, штраф - удовлетворить частично.

Взыскать с бюджетного учреждения <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» в пользу ФИО1 60000 рублей компенсации морального вреда, 149538 рублей расходов по проведению экспертизы; в остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с бюджетного учреждения <адрес> – Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» в местный бюджет <адрес> государственную пошлину в размере 300 рублей.

Настоящее решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-мансийского автономного округа - Югры через Сургутский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья В.Н. Хуруджи

Копия верна: В.Н.Хуруджи