Решение № 2-2870/2021 2-2870/2021~М-1538/2021 М-1538/2021 от 18 июля 2021 г. по делу № 2-2870/2021

66RS0004-01-2021-002606-05

Дело № 2-2870/2021 (16)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 июля 2021 года г. Екатеринбург

Мотивированное ре5шение составлено 19 июля 2021 года.

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Москалевой Ю.В.,

при секретаре Трофименко А.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 ФИО3, помощника прокурора <адрес> г. Екатеринбурга Рыжовой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2, ФИО5 о взыскании ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного преступлением в размере 66860 рублей 19 копеек, компенсации морального вреда в размере1000000 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 50000 рублей. В обоснование требований истец указала, что ФИО2 является матерью ФИО5, совершившего преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ. На момент совершения преступления ФИО5 был в несовершеннолетнем возрасте. <адрес> ссуда г. Екатеринбурга от ФИО5 освобожден от уголовной ответственности, назначены меры медицинского характера. Действиями ФИО5 повлекшими смерть сына истца, истцу причинен моральный вред. Утрата близкого человека стала для истца тяжелейшим событием в жизни, после гибели сына жизнь истца изменилась, перенесла душевную боль и утрату близкого человека, подорвано психическое здоровье, психоэмоциональное состояние. Поскольку ФИО5 в период совместного проживания с родителями и находился в несовершеннолетнем, близкими родственниками недееспособным не признавался, несмотря на то, что у них имелись сведения о его психическом расстройстве, при этом он совершил запрещенное уголовным законом общественно-опасное деяние, причинив вред жизни ФИО6, находясь в состоянии невменяемости, истец полагает возможным возложить обязанность полного или частичного возмещения морального вреда, а также расходов на погребение и услуги представителя на его законного представителя ФИО2 Расходы истца на погребение подлежащие взысканию с ответчика составили 31744 рубля 49 копеек, на облагораживание места захоронения – 35115 рублей 70 копеек. Размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ответчика суд определила в сумме 1000000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом, уважительных причин не явки в судебное заседание не представила, обеспечила участие в судебном заседании своего представителя.

Представитель истца в судебном заседании настаивала на удовлетворении требований истца, поддержав доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании с требованиями истца не согласился, судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, указал, что материальный ущерб истцу был возмещен в размере 75000 рублей, о чем имеется ее расписка. Ответчик не знала о психических расстройствах ФИО5, который учился в обыкновенной школе. За все время учебы в школе от медицинских работников школы, медицинских работников поликлиники, вопрос об отклонениях психического состояния и наличии психического заболевания не ставился. Перед совершением преступления ФИО5 прошел медицинскую комиссию и был поставлен на воинский учет. На момент совершения преступления ФИО5 работал. О наличии выраженного психического отклонения ФИО5 ответчик узнала только после совершения им преступления. После совершения им преступления у него стали проявляться суицидальные наклонности и явно выраженные психического заболевания, которые ранее не прослеживались и не замечались, о чем была доведена информация до органов следствие. По результатам судебной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что ФИО5 страдает психическим расстройством.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО5

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом и своевременно, уважительных причин не явки в судебное заседание не представил, не просил о рассмотрении дела в его отсутствии.

Помощник прокурора <адрес> г. Екатеринбурга в судебном заседании требования истца поддержала, просила их удовлетворить, при этом указала, что размер компенсации морального вреда подлежит снижению.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признает неявку в судебное заседание истца, ответчиков не уважительной и возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, изучив исковое заявление, исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Постановлением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от , вступившим в законную силу, установлено, что ФИО5, находясь в состоянии невменяемости, совершил общественного-опасное деяние - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть Мельника Е.П. ФИО5 освобожден от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости общественно-опасного деяния, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Применена к ФИО5 принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа. Гражданский иск ФИО4 (о взыскании с законного представителя ФИО5 в возмещение материального ущерба 26744 рублей 49 копеек, в счет компенсации морального вреда 1000000 рублей) оставлен без рассмотрения, разъяснено ей право на обращение с гражданским иском в порядке гражданского судопроизводства.

Общественно-опасное деяние ФИО5 совершено совместно с ФИО7

Приговором Кировского районного суда города Екатеринбурга от ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. ФИО7 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть Мельника Е.П. ФИО7 назначено наказание в виде 11 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исполнительной колонии строго режима. Гражданский иск ФИО4, предъявленный в уголовном деле, удовлетворен: с ФИО7 взыскана компенсация морального вреда в сумме 1.000.000 рублей, расходы на оплату похорон в сумме 31.744 рубля 49 коп.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от с ФИО7 в пользу ФИО4 взысканы убытки, связанные с несением расходов на изготовление и установку памятника на месте захоронения сына, которые составили 70231 рубль 43 копейки, в размере 35115 рублей 70 копеек

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 данной правовой нормы под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Представителем ответчика в материалы дела представлена копия расписки от , согласно которой ФИО4 получено от адвоката Горшениной Н.В. 75000 рублей в счет возмещения материального вреда по заявленному иску от имени потерпевшей по уголовному делу в отношении ФИО5 за его действия.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, что действиями ФИО5 истцу причинен материальный ущерб в размере 66860 рублей 19 копеек, суд приходит к выводу, что обязательства ответчиков перед истцом исполнены надлежащим исполнением до подачи настоящего иска, в связи с чем в данной части не подлежат удовлетворению.

Как установлено в судебном заседании,ФИО6 являлся сыном истца.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце втором п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.

Из приведенной нормы права следует, что для возложения на родителей ответственности за вред, причиненный их детьми, не способными понимать значения своих действий вследствие психического расстройства, необходимо соблюдение нескольких условий, таких как: совместное их проживание; трудоспособность родителей; чтобы родители знали о психическом расстройстве их ребенка, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.

Как следует из материалов дела, ФИО5 является сыном ответчика ФИО2, как на момент совершения общественно-опасного деяния, так и в настоящее время ФИО5 и ФИО8 поживают совместно по одному адресу. На момент совершения общественно-опасного деяния ФИО5 был трудоустроен, получал самостоятельный доход. ФИО8 трудоустроена.

Доказательств того, что ФИО8 знала о психическом заболевании ФИО5, в материалы дела не представлено. Согласно информации управления социальной политики № Министерства социальной политики <адрес> от ФИО5 на учете в Управлении не состоит. Из характеристики МАОУ СОШ № следует, что ФИО5 как ученик показал себя с удовлетворительной стороны, в поведении не агрессивен. В общении с педагогами всегда корректен, вежлив и услужлив. Из представленной выписки из истории развития ребенка МАУ ДГБ № г. Екатеринбурга, копии медицинской карты не следует, что у ФИО5 проявлялись признаки психического заболевания, требующего диагностирования и лечения. Согласно выписке из протокола от № заседания комиссии по постановке граждан на воинский учет <адрес> г. Екатеринбурга ФИО5 поставлен на воинский учет. Согласно сведениям ГАУЗ СО «СОКПБ» ФИО5 находился на стационарном лечении и стационарной судебно-психиатрической экспертизе в ГАУЗ СО «СОКПБ»: с по с диагнозом: Смешанное расстройство эмоций и поведения, обусловленное расстройством адаптации, с по с диагнозом параноидная шизофрения, период наблюдения менее года, невменяем. В соответствии с информацией ГАУЗ СО «Психиатрическая больница №» ФИО5 состоит под активным диспансерным наблюдением у врача психиатра с с диагнозом: шизофрения, параноидная форма, приступообразно-прогредиентное течение.

Указанное выше свидетельствует, что ФИО8 до момента и на момент совершения ФИО5 общественно-опасного деяния не обладала информацией о том, что ее сын ФИО5 страдал психическим заболеванием, при котором необходимо было ставить вопрос о его недееспособности.

На момент принятия настоящего решения также отсутствуют доказательства, что при наличии у ФИО5 заболевания шизофрения, требуется разрешение вопроса о признании его невменяемым.

При таких обстоятельствах, оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения обязанности по возмещению компенсации морального вреда, причиненного истцу, на мать ФИО5 ФИО8 не имеется.

В соответствии с п. 9. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Судом установлено, что истец перенесла нравственные переживания и страдания в связи с утратой близкого человека - сына, испытала стресс, гибель сына является для истца невосполнимой утратой, в связи с чем было нарушено нематериальное благо истца на родственные связи. Учитывая, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований в части и взыскании с ответчика ФИО5 в пользу истца компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание вышеизложенные обстоятельства дела, степень вины ответчика ФИО5 в причинении вреда, вышеизложенные обстоятельства несения истцом нравственных страданий, личность истца, отношения, существовавшие между истцом и её сыном, с учетом принципов разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда с ответчика ФИО5 в пользу истца в размере700000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии со ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Как установлено судом и следует из материалов дела, расходы истца по оплате услуг представителя по рассмотрению настоящего дела составили 50000 рублей.

При разрешении заявленного требования суд учитывает фактически оказанные юридические услуги, категорию спора, объем совершенных представителем действий. Учитывая длительность рассмотрения и сложность дела, применяя принципы разумности и справедливости, суд полагает разумными расходами, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 10000 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика ФИО5

С учетом ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО5 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2, ФИО5 о взыскании ущерба, компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей.

В остальной части требований истца отказать.

Взыскать с ФИО5 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через суд, вынесший решение.

Судья Ю.В. Москалева