Апелляционное определение № 22-1989/2025 22-42/2026 от 16 марта 2026 г.

Дело 22-42/2026 (22-1989/2025)

Судья Салиджанова О.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

*** 17 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сесина М.В.,

судей Митюшниковой А.С., Долгова М.А.

при секретарях судебного заседания Ветровой К.А., Катуниной А.И.,

с участием

прокурора Пудовкиной И.А.,

осужденного ФИО1,

защитников – адвокатов Перевертова А.С., Офицеровой А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя прокурора *** К.А.С. и апелляционную жалобу адвоката К.Н.А. на приговор Ленинского районного суда г.Тамбова от 7 ноября 2025 года, которым

ФИО1 , *** года рождения, уроженец ***, не судимый,

осужден к лишению свободы; по ч. 2 ст. 213 УК РФ на 2 года; по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ на 2 года 8 месяцев; по п. «а» ч. 3 ст. 222 УК РФ на 6 лет; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно на 6 лет 6 месяцев в ИК строго режима.

Заслушав доклад судьи Сесина М.В., выслушав прокурора Пудовкину И.А., поддержавшую доводы апелляционного представления, осужденного ФИО1, участие которого в судебном заседании обеспечено посредством использовании системы видеоконференц-связи, адвокатов Перевертова А.С., Офицерову А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в хулиганстве, то есть грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением насилия к гражданам и угрозой его применения, с применением оружия, группой лиц по предварительному сговору; в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном общеопасным способом, из хулиганских побуждений, с применением оружия, группой лиц по предварительному сговору; в незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, совершенных группой лиц по предварительному сговору, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционном представлении заместитель прокурора *** К.А.С. находит приговор подлежащим изменению в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Указывает, что в резолютивной части приговора указано только на зачет в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с *** по день, предшествующий вступлению приговора в законную силу, на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, при этом согласно материалам уголовного дела ФИО1 задержан *** в порядке ст. 91, 92 УПК РФ. *** постановлением Ленинского районного суда *** в отношении него избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая *** отменена постановлением Тамбовского областного суда и ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Считает, что при определении периода зачета срока содержания под стражей ФИО1 не учтён срок его нахождения под домашним арестом в период с *** по ***, в связи с чем просит обжалуемый приговор изменить, указать в резолютивной части в качестве периода, засчитываемого в назначенное наказание, содержание под стражей с *** по *** и с *** по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу, на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в колонии строго режима, а также содержание под домашним арестом с *** по *** на основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат К.Н.А. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, находит его подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного закона. Считает неверным вывод суда о том, что телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью потерпевшего, были причинены действиями осужденного ФИО1 совместно с неустановленным лицом, поскольку как следует из описания деяния, признанного преступным, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего имело место в результате выстрела, производимого ФИО1 Материалами дела и в судебном заседании достоверно установлено, что кроме ФИО1 непосредственного участия в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего больше никто не принимал, что объективную сторону данного преступления выполнял только ФИО1о, телесные повреждения потерпевшему причинены одним осужденным, что также подтверждается из показаний всех допрошенных по делу потерпевших и свидетелей, утверждавших, что телесные повреждения, которые впоследствии были квалифицированы как тяжкий вред здоровью, были причинены потерпевшему А.Ф.М.о. именно от выстрела, произведенного осужденным ФИО1 Доказательств причастности еще какого-либо неустановленного лица к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшего по делу установлено не было. Указанное противоречит выводу суда о выполнении каждым из соучастников объективной стороны преступления, так как совокупность исследованных по делу доказательств объективно свидетельствует о том, что тяжкий вред здоровью потерпевшему был причинен исключительно в результате действий осужденного. Считает, что осуждение ФИО1о в части причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, совершенным в составе группы лиц, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не основано на совокупности исследованных доказательств. Указывает, что достоверных доказательств вступления ФИО1 с кем-либо в предварительный сговор для совершения преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору не приведено. Сам осужденный факт вступления с кем-либо в предварительный сговор для совершения преступления отрицал и пояснял, что все инкриминируемые ему действия были совершены им самостоятельно, без участия еще какого-либо лица. Считает, что судом необоснованно положены в основу приговора оглашенные показания потерпевших А.Ф.М.о., О.А.Г.о., а также свидетеля ФИО2 (отца потерпевшего А.Ф.М.о.), данные ими в ходе предварительного расследования, поскольку потерпевшие объяснили причину наличия имеющихся противоречий между их показаниями относительно принимавших в совершении преступления лиц плохим самочувствием после полученных травм, и у суда не было оснований не доверять показаниям, данным ими в ходе судебного следствия. Кроме этого, судом не учтено, что свидетель А.М.А.о. (отец потерпевшего А.Ф.М.о.), очевидцем преступления не являлся, все обстоятельства ему известны со слов сына, а показания, данные им в ходе предварительного расследования, изначально не соответствовали фактическим обстоятельствам дела и противоречили показаниям самого потерпевшего А.Ф.М.о. Указывает, что вопреки пояснениям всех очевидцев произошедшего и самого потерпевшего, из оглашенных показаний А.М.А.о., следует, что «нападавших было 5 человек, 4 человека были в масках и у каждого из них было по одному пистолету, а один человек был без маски и у него не было пистолета», что не соответствует установленным обстоятельствам и вызывает сомнения в правдивости и достоверности показаний данного свидетеля, в связи с чем по мнению стороны защиты они требуют критического отношения и не могут быть положены в основу приговора. Полагает, что действия ФИО1о также необоснованно квалифицированы как совершенные из хулиганских побуждений. Так, из исследованных в судебном заседании показаний подсудимого, свидетелей, а также потерпевшего следует, что между осужденным ФИО1о и потерпевшим А.Ф.М.о. сложились давние неприязненные отношения, а поводом, спровоцировавшим осужденного на совершение преступления, послужило его избиение в общественном месте потерпевшим А.Ф.М.о. совместно с неизвестными лицами непосредственно в день совершения инкриминируемого ему преступления, в подтверждение чего в материалах дела имеется акт освидетельствования ФИО1о о наличии у него телесных повреждениях, полученных в результате его избиения, нашедшие также отражение в заключении эксперта и в постановлении о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела по факту причинения телесных повреждений ФИО1 , а также свидетельские показания очевидцев произошедшего, которым судом не дана должная правовая оценка. Считает, что приобщенное прокурором в судебном заседании определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от *** не может свидетельствовать об отсутствии данного события или непричастности к нему А.Ф.М.о., поскольку своевременная проверка по факту причинения *** телесных повреждений ФИО1 правоохранительными органами надлежащим образом не проводилась, а окончательное решение принято спустя 2 года, при этом отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. Наличие неприязненных отношений осужденного с потерпевшим фактически установлено приговором суда, однако данный факт признан судом как малозначительный повод при совершении преступления из хулиганских побуждений. Судом не учтено, что причиной незаконного поведения осужденного являлись межличностные отношения, а не попрание моральных устоев и нравственных правил общества в целом, его поведение было обусловлено отношениями между людьми, связано с субъективной оценкой поведения потерпевшего, его поступков и высказываний. Наличие давних неприязненных отношений, предшествующее противоправное поведение потерпевшего, а также направленность умысла подсудимого исключительно на выяснение сложившихся между ними неприязненных отношений, не позволяет расценить их как малозначительный повод и признать совершение преступления из хулиганских побуждений. Считает, что описательно-мотивировочная часть приговора содержит взаимоисключающие выводы об обстоятельствах и мотивах применения осужденным насилия к потерпевшему, так как при установлении судом наличия неприязненных отношений между подсудимым и потерпевшим осуждение лица со ссылкой на хулиганский мотив незаконно и квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений» подлежит исключению из объема предъявленного ФИО1о обвинения в связи с его отсутствием в действиях осужденного. Полагает, что судом в качестве доказательств необоснованно положены в основу приговора протокол выемки CD-R диска с видеозаписью от *** по *** (***) и протокол осмотра данного диска ***), так как данный CD-R диск был изъят следователем протоколом выемки у свидетеля Г.В,И. (***), который действовал без поручения следователя и в ходе допроса пояснил, что данная видеозапись была им получена в ходе ОРМ. Указывает, что CD-R диск был приобщен к материалам дела ненадлежащим процессуальным порядком, в ходе проведения ОРМ о/у Г.В,И. не составлен протокол изъятия видеозаписи, отсутствуют сведения о происхождении CD-R диска, а также о том, является ли запись на диске оригинальной, либо она скопирована, о ее получении и фиксации. Стороной обвинения не представлены доказательства того, что изображения лиц, присутствующих на видеозаписи принадлежат подсудимому, личности находящихся на видеозаписи лиц в ходе предварительного следствия не идентифицированы, что по мнению автора жалобы влечёт признание CD-R диска и протокола его осмотра недопустимыми доказательствами ***). Судом не дано надлежащей оценки выводам комплексной генетической и баллистической судебной экспертизы ***, *** и баллистической судебной экспертизы ***, которые в их совокупности подтверждают показания осужденного о том, что он осуществлял выстрелы один, держа в руках ***. Фрагментарно приводит показания потерпевших, свидетелей, заключения экспертиз № ***, даёт им собственную оценку. Утверждает, что суд не сопоставил выводы экспертов с другими доказательствами по делу, не дал им должной оценки и неправильно применил уголовный закон в части квалификации действий осужденного как совершенные в составе группы лиц. Также выражает несогласие с квалификацией действий ФИО1 по ч. 3 ст. 222 УК РФ. Считает, что отсутствуют доказательства незаконного хранения оружия и боеприпасов группой лиц по предварительному сговору, из приговора неясно, в чем заключалось совместное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов с момента незаконной передачи до момента их изъятий сотрудниками полиции. Описательно-мотивировочная часть приговора не содержит сведений об обстоятельствах вступления ФИО1 в предварительный сговор с неустановленным лицом, о том, что сговор между А. и неустановленным лицом состоялся до начала совершения объективной стороны этих преступлений, о распределение ролей между соучастниками. Судом не установлено, какие конкретно действия по обеспечению сохранности оружия и боеприпасов были совершены ФИО1 в соисполнительстве с неустановленным лицом, в приговоре не приведены доказательства предварительного сговора осужденного и неустановленного лица на хранение огнестрельного оружия и боеприпасов. Приведенные в приговоре доказательства содержат лишь сведения об обстоятельствах использования, обнаружения и изъятия предметов, запрещенных к обороту, и не содержат при этом сведений относительно обстоятельств, при которых указанные предметы были сокрыты в со исполнительстве с неустановленным лицом. Указывает, что инкриминируемые ФИО1 действия в виде незаконной передачи огнестрельного оружия и боеприпасов неустановленному лицу исключает их совместное хранение, так как в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ *** от *** предмет преступления при незаконной передаче подлежит временному отчуждению и последующему возвращению владельцу, что исключает квалификацию действий как незаконное хранение огнестрельного оружий и боеприпасов группой лиц по предварительному сговору. Выводы, содержащиеся в заключении комплексной генетической и баллистической экспертизы, согласно которым на рукояти и патронах были обнаружены клетки эпителия, образованные в результате смешения биологических материалов неустановленного мужчины и ФИО1, сами по себе также не свидетельствуют о том, что данные запрещенные к обороту предметы были принесены и сокрыты ФИО1 в соучастии с другим лицом. Просит обжалуемый приговор изменить, исключить из осуждения ФИО1 по ч. 3 ст. 222 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, ч. 2 ст. 213 УК РФ квалифицирующий признак «совершенные группой лиц по предварительному сговору», его действия переквалифицировать с ч. 3 на ч. 1 ст. 222 УК РФ, с ч. 3 на ч. 2 ст. 111 УК РФ, из осуждения ФИО1 по ст. 111 УК РФ исключить квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений», снизить наказание и изменить режим отбывания наказания.

В возражениях государственный обвинитель С.И.В. находит доводы апелляционной жалобы необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст.213 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, являются обоснованными и подтверждаются совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств, в том числе: признательными показаниями ФИО1, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ, согласно которым после произошедшего между ним и А.Ф.М.о. конфликта он с целью напугать его приехал на рынок по *** и стал ожидать прибытия А.Ф.М.о., а когда последний прибыл на рынок и вошел в торговую палатку, он зашел туда же, где находились еще ***, и произвел из имеющегося у него оружия несколько выстрелов, целясь в область ног А.Ф.М.о.; показаниями потерпевшего А.Ф.М.о., оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым когда он, осуществляя торговлю на рынке по ***, находился с О.А.Г.о., туда же пришел ФИО1, в руках у него было оружие, и сказав находящемуся с ним человеку «он здесь», произвел несколько выстрелов в его сторону, ранив его (А.Ф.М.о.) и О.А.Г.о.; показаниями потерпевшего О.А.Г.о., оглашенными в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, о том, что когда он находился на *** с А.Ф., приехавший туда же ФИО1, с которым у него (О.А.Г.о.) каких-либо конфликтов или неприязненных отношений никогда не было, произвел несколько выстрелов из пистолета в их сторону, а когда А.Ф.М.о. упал и он стал кричать, чтобы Т. прекратил стрельбу, последний продолжил производить выстрелы в их сторону, после чего выбежал неизвестный ему мужчина в маске, который выстрелил и ранил его (О.А.Г.о.); показаниями потерпевшего Н.М.М.о., оглашенными в судебном заседании в соответствии с п. 5 ч. 2 ст.281 УПК РФ, согласно которым находясь рядом с А.Ф.М.о. и О.А.Г.о. на рынке, расположенном по ***, где также было много грузчиков и продавцов, к торговым палаткам подошел ФИО1, достал пистолет, направил его в сторону А.Ф.М.о. и начал производить выстрелы, ранив последнего в ногу, а когда все стали просить ФИО1 прекратить выстрелы, поскольку тот может кого-то убить или ранить прохожих, Т. продолжил производить выстрелы, ранив его (Н.М.М.о.) и О.А.Г.о.; показаниями свидетеля А.Т.Н.о., в соответствии с которыми он видел, как в утреннее время *** примерно в *** несколько человек приехали на *** по *** и подвергли избиению ФИО1, после чего последний достал из находящейся под сиденьем автомобиля пистолет, но он забрал у него этот *** и убрал обратно в сумку, после чего Т. подвез его к дому и поехал в сторону своего дома, а впоследствии он узнал, что примерно *** того же дня Т. устроил стрельбу на рынке; показаниями свидетеля Г.В.А.о., в соответствии с которыми в утреннее время *** возле торговой точки ФИО1 происходила драка, а после обеда увидел, как Т., находясь на рынке, производил выстрелы из находящегося у него в одной руке ***; показаниями свидетеля И.Д.Т.о., согласно которым *** в утреннее время на рынке по *** несколько человек подвергли ФИО1 избиению, после чего последний уехал на автомобиле, а когда примерно через *** вернулся на ***, где в это время находились люди, то начал стрелять, не реагируя на крики окружающих прекратить стрельбу; протоколом явки с повинной ФИО1 от ***, согласно которому *** с утра он подрался с А.Ф.А.о. на ***, после чего поехал на машине, взял оружие, приехал обратно на *** и выстрелил в область ног последнего, хотел его напугать, когда стрелял возможно попал кому то еще в область ног; протоколом проверки показаний на месте от ***, в соответствии с которым ФИО1 показал, что ***, находясь на *** по ***, на почве сложившихся неприязненных отношений он произвел несколько выстрелов в область ног А.Ф.М.о. и иных лиц; протоколом осмотра места происшествия от *** - участка местности возле ***, где обнаружены и изъяты гильзы в количестве 6 штук; протоколом осмотра места происшествия от ***, согласно которому в лесополосе обнаружены в том числе 2 ***, а также 3 магазина к ним с 8 патронами; заключением комплексной генетической и баллистической экспертизы, ***, *** от ***, в соответствии с которым: изъятые в ходе осмотра места происшествия (в лесополосе) пистолет *** (с патроном) изготовлен (переделан) из частей и деталей *** пригоден для стрельбы *** пистолетными патронами и относится к категории нарезного огнестрельного оружия; *** *** изготовлен (переделан) из частей и деталей *** пригоден для стрельбы *** и относится к категории нарезного огнестрельного оружия; *** извлеченных из магазинов, и *** представленный вместе с *** ***) являются *** патронами и пригодны для производства выстрела в представленных на экспертизы пистолетах; изъятые с места происшествия во дворе *** гильзы *** стреляны в пистолете ***, *** *** стреляны в пистолете ***; на рукоятях пистолетов *** и *** обнаружены клетки эпителия, образованные в результате смешения 2 и более лиц, не исключено от ФИО1 и неустановленного лица; на спусковом крючке пистолета *** обнаружены клетки эпителия ФИО1; на представленных на экспертизу патроне *** обнаружены клетки эпителия от неустановленного мужчины и не происходят от ФИО1; на представленных на экспертизу патроне *** обнаружены клетки эпителия от ФИО1 и неустановленного мужчины; заключением баллистической экспертизы *** от ***, в соответствии с которым пуля, представленная на исследование, выстреляна из пистолета ***; заключением судебно-медицинской экспертизы *** от ***, в соответствии с которым у А.Ф.М.о. имело место телесное повреждение в виде огнестрельного оскольчатого перелома средней трети левого бедра со смещением костных осколков, причинившее тяжкий вред здоровью; протоколом осмотра DVD-R диска от ***, видеозаписью на котором зафиксировано, как *** к *** прибывает автомобиль, из него выбегают 2 человека и направляются в сторону двора по ***, после чего с территории двора выбегают люди, а затем 2 мужчин, которые садятся в припаркованный автомобиль и уезжают.

Эти и другие приведенные в приговоре доказательства суд проверил в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора. При этом суд указал, почему он одни доказательства принимает, а другие отвергает. Существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, а также сомнений в виновности осужденного ФИО1, требующих истолкования их в пользу последнего, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его виновности и квалификацию действий по ч. 2 ст.213 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, по делу отсутствуют. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, по указанным преступлениям судом установлены с приведением в приговоре оснований принятого решения.

Юридическая оценка действиям осужденного ФИО1 по ч. 2 ст.213 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ дана правильная, квалификация его действий в приговоре надлежащим образом мотивирована.

Доводы, аналогичные приведенным в апелляционной жалобе, в том числе об отсутствии доказательств совершения ФИО1 уголовно наказуемого хулиганства, совершения им преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору, отсутствия хулиганского мотива при совершении преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ, о нарушении норм уголовно-процессуального закона при получении органами предварительного расследования доказательств, судом проверялись и обоснованно и мотивированно признаны несостоятельными.

Также нельзя признать обоснованными доводы жалобы о неправильной оценке судом доказательств по преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст.213 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, поскольку выводы суда основаны на совокупности исследованных судом доказательств, которым судом дана надлежащая оценка.

Так судом установлено, что ФИО1 и неустановленное следствием лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя по предварительному сговору между собой, согласованно, имея при себе огнестрельное оружие, прибыли в общественное место - на территорию ***, после чего грубо нарушая общественный порядок, демонстрируя пренебрежительное отношение к окружающим, при значительном скоплении людей, стали производить выстрелы из имеющихся у них пистолетов в направлении А.Ф.М.о., О.А.Г.о., Н.М.М.о., причинив им телесные повреждения, в том числе причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни А.Ф.М.о.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст.213 УК РФ, а также хулиганских побуждений по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, ввиду личных неприязненных отношений между осужденным и потерпевшим ФИО3 являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и не нашли своего подтверждения, о чем содержатся мотивированные выводы в приговоре суда. Тот факт, что ФИО4 и А.Ф.М.о. были знакомы и между ними имели место конфликты не свидетельствует об отсутствии хулиганского мотива в действиях осужденного.

Вопреки доводам апелляционной жалобы из установленных судом обстоятельств следует, что ФИО1 и иным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в общественном месте в присутствии посторонних лиц совершены приведенные в приговоре умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок, выражающие явное неуважение к обществу, в отношении как потерпевшего А.Ф.М.о., так и неопределенного круга иных лиц, в том числе потерпевших О.А.Г.о. и Н.М.М.о., при этом между последними и ФИО1 неприязненных отношений не имелось, конфликтов ранее никогда не происходило.

Также судом обоснованно отвергнуты доводы осужденного об отсутствии доказательств, свидетельствующих о совершении им преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору, о том, что противоправные действия совершил он один, производя выстрелы с двух рук из двух пистолетов, поскольку эти доводы опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Признавая в действиях ФИО1 по преступлениям, предусмотренным ч.2 ст. 213, п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ, квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», суд исходил из установленных в судебном заседании обстоятельств, характера, последовательности и согласованности действий ФИО1 и неустановленного следствием лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, свидетельствующих об их едином, общем умысле. ФИО1 и неустановленное следствием лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, вместе приехали на место преступления, при этом каждый из них имел при себе заранее приготовленное заряженное огнестрельное оружие и каждый из них применил имеющееся у него оружие, а после совершения преступления также вместе покинули его. При этом каждый из соучастников выполнял объективную сторону преступлений, их совместные действия носили согласованный характер и были направлены на достижение одной цели.

Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре и положенных в его основу, в том числе показаниями потерпевшего О.А.Г.о., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УК РФ, согласно которым выстрелы производили как осужденный ФИО1, так и другой мужчина, причинивший ему огнестрельное ранение; показаниями потерпевшего А.Ф.М.о. в ходе предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УК РФ, согласно которым у прибывшего на место преступления ФИО1 в руках было оружие, последний сказал другому человеку «он здесь», а затем произвел выстрел, после чего он почувствовал резкую боль в ноге, увидел еще одного гражданина и заметил, что О.А.Г.о. тоже ранен; показаниями потерпевшего Н.М.М.о., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 281 УК РФ, согласно которым ФИО1 произвел несколько выстрелов, он видел в руках последнего только ***; протоколом осмотра места происшествия от ***, в соответствии с которым ФИО1 указал место, где были обнаружены в том числе *** без маркировки, *** к этим пистолетам с ***; протоколом осмотра предметов от *** – видеозаписи от ***, которой зафиксировано, как к месту преступления прибывает автомобиль, из которого выбегают 2 человека в сторону двора ***, а через некоторое время 2 человека выбегают с территории этого двора, садятся в автомобиль и уезжают; заключениями комплексной генетической и баллистической судебной экспертизы ***, *** от ***, в соответствии с которым изъятые с места происшествия во дворе *** гильзы *** стреляны в пистолете ***, гильзы *** стреляны в *** ***; на рукоятях пистолетов *** и *** обнаружены клетки эпителия, образованные в результате смешения 2 и более лиц, не исключено от ФИО1 и неустановленного лица; на спусковом крючке *** *** обнаружены клетки эпителия ФИО1; на представленных на экспертизу *** *** обнаружены клетки эпителия от неустановленного мужчины и не происходят от ФИО1; на представленных на экспертизу *** *** обнаружены клетки эпителия от ФИО1 и неустановленного мужчины; заключением баллистической экспертизы *** от ***, согласно которому пуля, представленная на исследование (изъятая из ноги А.Ф.Т.о.), выстреляна из пистолета ***.

Не могут быть признаны обоснованными доводы о том, что судом не дано надлежащей оценки выводам комплексной генетической и баллистической судебной экспертизы ****** баллистической судебной экспертизы ***, которые по утверждению автора жалобы подтверждают показания осужденного о том, что он осуществлял выстрелы один, держа в руках ***.

Положенные в основу приговора заключения экспертов в совокупности с иными исследованными судом и приведенными в приговоре доказательствами с очевидностью опровергают данные утверждения защиты.

Доводы жалобы о том, что протокол выемки CD-R диска с видеозаписью от *** по *** и протокол осмотра данного диска являются недопустимыми доказательствами на том основании, что данная видеозапись получена сотрудником полиции Г.В,И. без поручения следователя, а также в связи с тем, что следствием не идентифицированы личности запечатленных на видеозаписи лиц, нельзя признать состоятельными.

Несмотря на то, что личности запечатленных на видеозаписи лиц, в том числе осужденного, не идентифицированы, следует отметить, что сам ФИО1 не отрицает фактов своего прибытия на автомобиле к месту совершения преступления, произведения выстрелов в сторону потерпевшего А.Ф.М.о., возможности поражения иных лиц, а также убытия после совершения преступления на автомобиле.

Вместе с тем, согласно ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с этим Кодексом требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа. Не посчитав необходимым проведение идентификации личностей запечатленных на видеозаписи лиц, следователь действовал в пределах предоставленных ему законом полномочий.

Свидетель Г.В,И., сотрудник УМВД России по ***, показал, что при проведении оперативных мероприятий по поступившему сообщению о получении огнестрельных ранений на *** *** А.Ф.М.о., О.А.Г.о. и Н.М.М.о. им была получена запись камер видеонаблюдения, установленных в районе ***, которая впоследствии была выдана им следователю.

Согласно материалам дела CD-R диск с указанной видеозаписью камер видеонаблюдения был изъят у Г.В,И. протоколом выемки от *** в соответствии со ст. 183 УПК РФ следователем СУ УМВД России по *** Б.Е.С., произведен осмотр данного диска на основании ст.164, 176, 177 УПК РФ с последующим приобщением к материалам уголовного дела.

В связи с этим доводы о том, что CD-R диск был приобщен к материалам дела ненадлежащим процессуальным порядком являются необоснованными, поскольку вышеприведенные процессуальные действия произведены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона.

Необоснованны доводы жалобы об отсутствии сведений о происхождении данного диска, является ли запись на диске оригинальной, либо она скопирована, о ее получении и фиксации, поскольку эти утверждения опровергаются материалами уголовного дела, в том числе показаниями свидетеля Г.В,И., протоколами проведения указанных процессуальных действий.

Получение диска с видеозаписью сотрудником полиции Г.В,И. в ходе проведения им оперативных мероприятий по раскрытию преступления в рамках предоставленных ему служебных полномочий не является основанием к признанию протокола выемки CD-R диска с видеозаписью и протокола осмотра данного диска недопустимыми доказательствами, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе, поскольку предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для признания этих доказательств недопустимыми доказательствами не имеется.

Доводы апелляционной жалобы о незаконности и необоснованности приговора, несогласии с оценкой доказательств, их принятием и исследованием, по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения приговора суда.

Решая вопрос о виде и размере наказания ФИО1, суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, иные обстоятельства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, все юридически значимые, имеющие значение для дела обстоятельства, в том числе и те, на которые указывается в апелляционной жалобе, были учтены судом при решении вопроса о виде и размере наказания ФИО1 по преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст. 213 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ.

Так, суд принял во внимание, что ФИО1 не судим, положительно характеризуется по месту жительства, на учете врачей нарколога и психиатра не состоит; учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание по каждому преступлению: наличие малолетнего ребенка в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ; активное способствование расследованию преступлений в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ. Также в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признал смягчающими наказание обстоятельствами по каждому преступлению частичное признание вины, положительные характеристики по месту жительства, благодарственное письмо *** за участие в благотворительной деятельности, позицию потерпевших, не настаивающих на строгом наказании и выразившуюся в отсутствии претензий по взысканию материального ущерба и морального вреда.

Оснований для признания смягчающим обстоятельством аморального и противоправного поведения потерпевшего судом не установлено с приведением мотивов решения, поскольку причастность потерпевшего А.Ф.М.о. к получению ФИО1 телесных повреждений судом не установлена.

Данных о наличии иных, имеющих значение для решения вопроса о виде и размере наказания обстоятельствах, суду не представлено и не установлено.

Выводы суда о назначении наказания в виде лишения свободы судом мотивированы.

Возможность применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, 64, 73 УК РФ суд первой инстанции обсудил и не усмотрел для этого оснований, не находит их и судебная коллегия с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, отсутствия исключительных обстоятельств, фактических обстоятельств дела.

По своему виду и размеру наказание, назначенное ФИО1 за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, определено с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для решения вопроса о назначении наказания, является соразмерным содеянному и справедливым.

Вид исправительного учреждения ФИО1 определен в соответствии со ст. 58 УК РФ.

Каких-либо объективных данных, которые свидетельствовали бы об обвинительном уклоне, необъективности судебного разбирательства, нарушении судом принципов состязательности и равноправия сторон, выступлении его на стороне обвинения, не имеется.

Все ходатайства сторон в судебном заседании были рассмотрены, по ним приняты соответствующие мотивированные решения.

Вместе с тем, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению.

Суд исключил из предъявленного ФИО1 обвинения по п. «а» ч.3 ст. 222 УК РФ незаконные приобретение, передачу, хранение, перевозку и ношение основных частей огнестрельного оружия, а также диспозитивных признаков незаконного приобретения, передачи, перевозки и ношения огнестрельного оружия и боеприпасов к нему на том основании, что текст предъявленного обвинения ФИО1 не содержит описания времени, места, способа и иных обстоятельств их совершения.

Вместе с тем, согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым он является тогда, когда постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом, в частности, в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного обвинительного заключения.

В соответствии с ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны, в частности, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Согласно приговору ФИО1 осужден за незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, совершенных группой лиц по предварительному сговору при следующих обстоятельствах:

В точно не установленный следствием период времени, но не позднее ***. ***г. ФИО1 и неустановленное следствием лицом, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя по предварительному сговору между собой, реализуя совместный преступный умысел, направленные на незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, в нарушение требований Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от *** *** «О мерах регулирования оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ», а также требований ФЗ РФ от *** *** «Об оружии», осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий и желая их наступления, находясь во дворе ***, действуя совместно и согласованно незаконно хранили две единицы огнестрельного оружия, а именно – *** ***, который изготовлен (переделан) из частей и деталей *** *** переделка которого произведена самодельным способом путем замены ствола на нарезной ствол ***, изготовленного самодельным способом с использованием станочного оборудования, увеличения чашки затвора и видоизменения зацепа выбрасывателя, пригоден для стрельбы с использованием *** к *** и относится к категории нарезного огнестрельного оружия и *** ***, который изготовлен (переделан) из частей и деталей списанного охолощенного *** переделка произведена самодельным способом путем замены ствола, на нарезной ствол ***, изготовленного самодельным способом с использованием станочного оборудования, пригоден для стрельбы с использованием *** к *** и относится к категории нарезного огнестрельного оружия, а также боеприпасы к ним в количестве *** *** к *** предназначенные для использования в ***), автоматическом *** *** др., изготовленных промышленным способом на ***, до момента использования шести из указанных выше *** при осуществлении последними выстрелов на территории двора дома *** и до момента изъятия сотрудниками полиции указанных выше двух единиц огнестрельного оружия - *** на нарезной ствол ***, и *** ***, переделанный из частей и деталей списанного охолощенного ***) на нарезной ствол *** и оставшихся девяти из указанных выше *** в ходе производства осмотра места происшествия в районе ***-*** ***. в период с *** мин. по *** мин.

Исходя из разъяснений п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** ***«О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» под незаконным хранением огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность.

Между тем, предъявленное ФИО1 обвинение, обвинительное заключение не содержат описания времени, места, способа и иных обстоятельств незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, совершенных группой лиц по предварительному сговору.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что судом не соотнесены установленные по делу фактические обстоятельства с указанными нормами закона и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, что имело существенное значение для правильного разрешения уголовного дела по существу.

Поскольку суд не вправе сам формулировать обвинение и дополнять предъявленное органом следствия обвинение новыми обстоятельствами, установленными в ходе судебного разбирательства, данное нарушение уголовно-процессуального законодательства является неустранимым в судебном заседании и лишает суд возможности вынести на основании имеющегося в уголовном деле обвинительного заключения приговор или иное судебное решение с соблюдением предписаний ст. 252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Нарушение этого требования не позволяет суду вынести решение по существу, так как он не имеет права выйти за рамки обвинительного заключения, а обвиняемому реализовать свое право на защиту, поскольку допущенная органом следствия неопределенность в вышеприведенной части при описании преступного деяния не позволяет этого сделать.

Указанные нарушения закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, являются существенными, повлиявшими на исход дела, и неустранимыми в судебном заседании, в связи с чем судебная коллегия считает необходимым отменить приговор в части осуждения ФИО1 по п. «а» ч.3 ст. 222 УК РФ, уголовное дело в этой части возвратить прокурору *** в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Ввиду того, что приговор отменяется в части осуждения ФИО1 по п. «а» ч.3 ст. 222 УК РФ в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, доводы апелляционной жалобы об оспаривании виновности в части данного деяния судебной коллегией не рассматриваются, поскольку они подлежат рассмотрению при новом рассмотрении дела.

С учетом отмены приговора в части осуждения ФИО1 по п. «а» ч.3 ст. 222 УК РФ, судебная коллегия назначает последнему наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213, п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ. При этом, применяя правила ч. 3 ст. 69 УК РФ при назначении осужденному наказания по совокупности преступлений, судебная коллегия с учетом всех обстоятельств по делу находит возможным применить принцип частичного сложения наказаний.

Доводы апелляционного представления судебная коллегия находит подлежащими удовлетворению.

Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3.2 и 3.3 настоящей статьи, из расчета один день за один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима.

В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

В приговоре указано на зачет в срок отбытия наказания времени содержания ФИО1 под стражей с *** до вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Между тем, согласно материалам уголовного дела, ФИО1 задержан *** в порядке ст. 91, 92 УПК РФ. Постановлением Ленинского районного суда *** от *** в отношении него избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая *** отменена постановлением Тамбовского областного суда и ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Однако судом не указан срок нахождения ФИО1 под домашним арестом в период с *** по ***.

В связи с этим в срок наказания ФИО1 должен быть зачтен период содержания под стражей с *** по *** и с *** по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в ИК строго режима, а также время нахождения под домашним арестом с *** по *** на основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

Иных оснований для отмены или изменения приговора не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 237, 389.17, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Ленинского районного суда *** от *** в отношении ФИО1 в части его осуждения по п. «а» ч. 3 ст. 222 УК РФ отменить, уголовное дело в этой части возвратить прокурору *** на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Этот же приговор изменить.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ и ч. 2 ст. 213 УК РФ, путем частичного сложения наказаний ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 4 года в исправительной колонии строгого режима.

В резолютивной части приговора указать в качестве периода, засчитываемого в срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1, период содержания его под стражей с *** по *** и с *** по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также время нахождения под домашним арестом с *** по *** на основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии судебного решения в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: