Решение № 2-58/2020 2-58/2020~М-22/2020 М-22/2020 от 2 февраля 2020 г. по делу № 2-58/2020

Дело №2-58/2020 «А»

УИД:79RS0003-02-2020-000032-17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 марта 2020 года с.Амурзет ЕАО

Ленинский районный суд Еврейской автономной области в составе судьи Тимирова Р.В.

при секретаре Булавиной В.А.

с участием:

истца ФИО1,

ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении материального ущерба, взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении материального ущерба, взыскании денежной компенсации морального вреда.

В обоснование требований истец указал, что является главой КФХ, занимается выращиванием сои. Ущерб причинен крупным рогатым скотом, принадлежащим жителям с.Екатерино-Никольское, который выпасался на посевах сои с момента посева и до уборки урожая.

На основании изложенного, истец просил суд:

взыскать материальный ущерб с ФИО2 в размере 44 445 руб., с ФИО3 в размере 30 269 руб., с ФИО4 в размере 13 093 руб., с ФИО5 в размере 9 005 руб.,

взыскать с каждого ответчика денежную компенсацию морального вреда по 5 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал в полном объеме, основываясь на доводах, указанных в исковом заявлении.

На вопросы суда пояснил, что является главой КФХ, имеет на праве аренды земельный участок, на котором выращивает сою. В 2019 году он засеял участок соей, когда соя начала расти, на полях стали пастись коровы, принадлежащие жителям села, в том числе и ответчиков. Решали вопрос с администрацией об организации выпаса, не решили. В основном он видел на полях коров, принадлежащих ответчикам. Решал с ними вопрос, они пообещали, что будут смотреть за своими коровами. 03.09.2019 он также увидел коров, которые принадлежали ответчикам на полях, выгнал их с поля и через мастерские загнал на территорию КФХ с целью установить собственников коров. По пути присоединились несколько коров, принадлежащих иным жителям села. Ответчики позвонили в полицию и в присутствии сотрудника полиции он вернул под роспись коров ответчикам. Также он обратился в полицию с заявлением о привлечении к ответственности владельцев коров, которые потравили его урожай, но в возбуждении дела было отказано. К административной ответственности ответчиков также не привлекли. 10.10.2019 комиссия обследовала указанный участок, размером 83 гектара и установила, что на площади 12 гектаров, где ходили коровы, густота растений сои меньше, чем на площади 71,3 гектара, где коровы не ходили. В связи с этим им рассчитан ущерб в зависимости от числа КРС, которые принадлежали ответчикам. После 03.09.2019 до 10.10.2019 он проверял поле 1 раз утром, несколько раз также видел на нём коров ответчиков, выгонял их с поля в село. В остальное время поле не охранялось.

В судебном заседании ответчик ФИО2 иск ФИО1 не признала в полном объеме.

Суду пояснила, что имеет личное подсобное хозяйство, в том числе 6 голов КРС. Выпас осуществляет самостоятельно, а именно выгоняет их в село и в течение дня 3 раза проверяет их. В основном коровы находились на территории бывших мастерских совхоза. Были случаи, когда её коровы заходили на поле ФИО1, но она их сразу выгоняла. 03.09.2019 она проверяла коров 2 раза, они находились на территории села, ели траву. Около 15 часов ей позвонила ФИО4 и сказала, что ФИО1 погнал коров, в том числе и её, на территорию КФХ. ФИО4 позвонила в полицию, они пришли на территорию КФХ и в присутствии сотрудника полиции ей вернули коров. По поводу того, что её коров закрыли, она писала заявление в полицию, но в возбуждении дела отказали. Считает, что в этот день её коровы не находились на поле ФИО1

В судебном заседании ответчик ФИО3 иск ФИО1 не признала в полном объеме.

Суду пояснила, что имеет личное подсобное хозяйство, в том числе 4 головы КРС. Выпас осуществляет самостоятельно на территории села. Были случаи что её коровы заходили на поле ФИО1, они их выгоняла, это было в августе. 03.09.2019 в обеденное время она приехала с с.Амурзет, спросила у мужа, где коровы, он ответил, что проверял их, они на территории бывших мастерских. Через некоторое время сосед сказал ей, что ФИО1 погнал коров на территорию КФХ, в том числе и её коров. Она пришла к ФИО6, ФИО4 вызвала полицию, они пришли на территорию КФХ ФИО1 и в присутствии сотрудника полиции её вернули коров По поводу того, что её коров закрыли, она также писала заявление в полицию, в возбуждении дела отказали. В этот день её коровы не находились на поле ФИО1. Ранее она видела, что ФИО1 на своём тракторе выгонял с поля коров, принадлежащих другим жителям села, при этом на тракторе ехал по самому полю.

В судебном заседании ответчик ФИО4 иск ФИО1 не признала в полном объеме.

Суду пояснила, что имеет в личном подсобном хозяйстве 2 головы КРС. 03.09.2019 она утром выгнала коров пастись в село. До обеда она посмотрела, где находятся её коровы, они, вместе с другими коровами, в том числе и с коровами, принадлежащими другим ответчикам, находились в заброшенных зданиях бывших мастерских совхоза. Вернувшись домой, где-то через 10 минут ей сказали, что ФИО1 загнал коров, в том числе и её, на территорию КФХ. Она позвонила в полицию, в присутствии сотрудника полиции ей вернули коров. По поводу того, что её коров закрыли, она также писала заявление в полицию, в возбуждении дела отказали. Ранее она видела, что на поле ФИО1 находились коровы, принадлежащие другим жителям села. 03.09.2019 её коровы не находились на поле ФИО1.

В судебном заседании ответчик ФИО5 иск не признала в полном объеме.

Суду пояснила, что имеет в личном подсобном хозяйстве корову, выпас которой осуществляет самостоятельно. 03.09.2019 ближе к обеду она выпустила свою корову. Через некоторое время от ФИО4 она узнала, что ФИО1 загнал коров, в том числе и её, на территорию. Потом в присутствии сотрудника полиции ей вернули корову. У некоторых коров были царапины, им сказали, что коровы подрались, она считает, что повреждения были от кнута. Ранее она 1 раз выгоняла свою корову и коров, принадлежащих другим жителям села, с поля ФИО1. В селе более 20 личных подсобных хозяйств, где имеется КРС.

Допрошенная при рассмотрении дела в качестве свидетеля Свидетель №2 суду пояснила, что состоит в должности специалиста администрации Амурзетского сельского поселения. В 2019 году администрация была инициатором собрания, где решался вопрос об организации выпаса КРС, принадлежащего жителям села. Было решено, что пасти КРС жителей села будет пастух, за что ему владельцы КРС будут платить по 1 000 руб. в месяц за 1 голову КРС. Впоследствии пастух отказался пасти, так как нет подходящего пастбища. В 2019 году также были случаи, что коровы, принадлежащие жителям села, заходили на огороды, портили продукцию. Она раза 3 выезжала с ФИО1 по его просьбе на его поле, где находился КРС ответчиков. Других коров она на поле не видела. 03.09.2019 в обеденное время ФИО10 также попросил её поприсутствовать при осмотре поля. Она в обеденное время выехала с ними на поле, там находилось 12 голов КРС, которые ФИО1 выгнал в село, после чего её увезли. Куда пригнали впоследствии коров, не видела. Коровы, которые находились на поле, принадлежали ответчикам. Она знает коров ответчиков по окрасу.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО23 суду пояснил, что в 2011 году он взял в аренду земельный участок, в 2019 году передал его сыну. В 2019 выпас коров, принадлежащих жителям села, организован не был, коровы ходили без присмотра, заходили на поле, травили урожай. Неоднократно они выгоняли коров с поля, все повторялось. 03.09.2019 они с сыном позвали специалиста Амурзетского сельского поселения, выехали на поле в обеденное время, там находилось 13 голов КРС, принадлежащих ответчикам. Они выгнали их с поля, сын загнал их на территорию. Гнали их через здания бывших мастерских совхоза, пригнали на территорию уже 16 голов КРС. На поле находились только КРС ответчиков.

Заслушав объяснения истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, допросив в качестве свидетелей Свидетель №2, ФИО24, исследовав письменные доказательства, суд учитывает следующее.

Как указано в ст.137 ГК РФ, к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав (ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Положения приведенных норм указывают на то, что для наступления ответственности, предусмотренной ст.15 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, его вину в причинении вреда, причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у потерпевшего неблагоприятными последствиями, доказанность размера убытков.

Отсутствие одного из названных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении убытков.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст.1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п.2 ст.15).В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.При рассмотрении дела установлено, что истец является главой КФХ (свидетельство 79 №). 13.07.2011 между КУМИ администрации Октябрьского муниципального района ЕАО (Арендодатель) и ФИО25 (Арендатор) был заключен договор аренды земельного участка, из категории земель: земли сельскохозяйственного назначения (пашня), площадью 832820 кв.метров, с кадастровым №, расположенного: ЕАО, Октябрьский район, 120 метров на север от с.Екатерино-Никольское. Срок аренды с 06.07.2011 по 05.07.2060. 29.01.2019 между ФИО7 и ФИО1 заключен договор о передаче прав и обязанностей по договору аренды земли №26д, согласно которому ФИО26 передал ФИО1 свои права и обязанности по договору аренды земли от 13.07.2011 №26д. 03.09.2019 ФИО1 обратился к старшему УУП ОП МО МВД России «Ленинский» ФИО11 с устным заявлением о привлечении к ответственности хозяев коров, которые не надлежащим образом следят за своими коровами, которые с 20.07.2019 по настоящее время портят бобовую культуру – сою на полях, расположенных в окрестностях с.Екатерино-Никольское, принадлежащих ему на праве аренды, в результате чего не получена прибыль в соответствующем размере. Указанное заявление было зарегистрировано в КУСП №. Согласно предоставленным по запросу суда материалам КУСП №, в ходе проверки по заявлению ФИО1 были опрошены ответчицы. Постановлением старшего УУП ОП МО МВД России «Ленинский» ФИО11 от 13.09.2019 в возбуждении уголовного дела по ст.167 ч.1 УК РФ в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, по ст.306 УК РФ в отношении ФИО1 было отказано в связи с отсутствием состава преступления. Как следует из постановления, было установлено, что 03.09.2019 на территории КФХ ФИО1 находились коровы жителей села ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО12 Как следует из показаний ФИО1, указанных в постановлении в период с 20.07.2019 по 03.09.2019 сою на его полях стали уничтожать коровы жителей села. 03.09.2019 он загнал коров, находившихся на его полях, на территорию КФХ. Как указано в постановлении и следует из материалов КУСП №, опрошенные ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО12 указали, что 03.09.2019 проверяли своих коров, они находились в разрушенном здании бывшего совхоза. Спустя время им позвонили и сообщили, что коровы находятся на территории КФХ ФИО1 В судебном заседании ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 подтвердили факт того, что 03.09.2019 они получили своих коров, которые находились на территории КФХ ФИО1 Судом исследованы материалы дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст.29 ч.2 закона ЕАО от 23.06.2010 №781-ОЗ «Об административных правонарушениях №№55-58 в отношении ответчиков. Постановлениями административной комиссии МО «Октябрьский муниципальный район» ЕАО от 29.10.2019 производства по делам были прекращены в связи с отсутствием события правонарушения.ФИО1 в подтверждение своих доводов суду предоставлен акт №1 от 10.10.2019, согласно которому комиссия в составе: начальника Октябрьского районного отдела филиала ФГБУ «Россельхоз центр» по ЕАО ФИО13, агронома ФИО14, в присутствии истца, произвели отбор образцов растений сои для определения биологической урожайности на землях КФХ на площади 83,3 гектаров. Согласно выводам комиссии, предполагаемая урожайность на земельном участке с кадастровым № на площади 71, 3 гектаров, при полной спелости, при густоте стояния растения 32 шт./кв.м. составила 7, 04 центнера с гектара, а на площади 12 гектаров, при полной спелости, при густоте стояния растения 20 шт./кв.м. составила 3,2 центнера с гектара. Истец в расчете иска указал, что на площади 12 гектаров ходили коровы, в связи с чем густота растений сои меньше, чем на площади 71,3 гектара, где коровы не ходили. В связи с указанным, им рассчитан ущерб в зависимости от числа КРС, которые принадлежали ответчикам. Суд считает, что представленные истцом доказательства однозначно не свидетельствуют о причинении вреда истцу именно скотом, принадлежащим ответчикам и о его размере.Исследованные судом материалы дела не подтверждают размер ущерба без четко установленных площадей (границ) потравленных посевов. Сведений о том, каким образом был определён факт потравы (полной или частичной), способ определения границ указанных в нем полей и их площади, состояние и характер повреждений растений, акт от 10.10.2019 не содержит. Фактический подсчет поголовья КРС и его осмотр, обнаруженный истцом 03.09.2019 на полях, не производился, не указаны признаки, по которым может быть осуществлено отождествление данных животных от других животных, содержащихся в хозяйствах других жителей села. Из показаний свидетелей Свидетель №2, ФИО8 невозможно установить точное число КРС, находившихся на поле 03.09.2019, а также их принадлежность, поскольку их показания разнятся, Свидетель №2, пояснила, что на поле находилось 12 голов КРС, ФИО8 пояснил, что на поле находилось 13 голов КРС ответчиков. Также свидетель Свидетель №2 не смогла пояснить, кому принадлежат коровы на фотографиях, приобщенных истцом к материалам дела, при том, что истец утверждал, что коровы принадлежат ответчикам.Отсутствие доказательств точного количества обнаруженных КРС с распределением данного количества по возрастным группам и половым признакам, не позволяет с достоверностью отождествить обнаруженных КРС с животными, принадлежащими ответчикам.Также суд учитывает, что на момент осмотра комиссией поля, принадлежащего на праве аренды истцу, мер к надлежащему уведомлению ответчиков о месте и времени составления акта, не принято.

Акт обследования сельскохозяйственных культур был составлен только 10.10.2019, как указывал истец в заявлении старшему УУП ОП МО МВД России «Ленинский», порча сои происходила в период с 20.07.2019 по 03.09.2019, при этом доказательств того, что ущерб причинён за указанный период только КРС ответчиков, суду не представлено.

Также судом установлено и не оспаривалось истцом, что с 03.09.2019 по 10.10.2019 (день обследования поля) земельный участок должным образом не охранялся, в том числе и в ночное время.

Также является недоказанным размер причиненного ущерба, поврежденные участки поля осматривались визуально, без производства необходимых расчетов, не доказан объем повреждений урожая, не указана причина разницы урожайности сои на одном земельном участке.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства, в том числе показания свидетелей, по правилам ст.67 ГПК РФ, суд пришел к выводу о том, что истцом не доказан факт причинения материального вреда ответчиками, что отсутствует совокупность условий, позволяющих привлечь ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения истцу ущерба, соответственно об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска в данной части.

Относительно исковых требований ФИО1 о возмещении морального вреда в размере 5 000 руб. с каждого ответчика суд учитывает следующее.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ч.1 ст.150 ГК РФ к нематериальным благам отнесены жизнь и здоровье достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты>, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, которые неотчуждаемы непередаваемы иным способом.

Как указано в разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности). В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Истец обосновал причинение ему морального вреда понесёнными убытками.

Суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований и для взыскания денежной компенсации морального вреда, поскольку истец обосновал иск нарушением его имущественных прав.

Таким образом, иск ФИО1 не подлежит удовлетворению в полном объеме.

Как указано в ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, судебные расходы не могут быть возложены на ответчиков.

Руководствуясь ст.ст. 56-57, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении материального ущерба, взыскании денежной компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Еврейской автономной области через Ленинский районный суд Еврейской автономной области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Р.В.Тимиров

Мотивированное решение по делу составлено 19.03.2020.