Решение № 2-2420/2017 2-2420/2017~М-1891/2017 М-1891/2017 от 9 мая 2017 г. по делу № 2-2420/2017

Дело № 2-2420/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 мая 2017 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Шибанова К.Б.,

при секретаре Иванове К.В.,

с участием помощника прокурора Великого Новгорода ФИО1, представителя ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области ФИО2, представителя третьего лица УФСИН России по Новгородской области и ответчика ФСИН России ФИО3, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новгородской области», Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области и Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., в обоснование заявленного требования указав на то, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ года содержался в <данные изъяты> (далее также – Учреждение) в условия, не соответствующих требованиям Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». В частности, в отношении истца не соблюдалась норма санитарной площади камер и норма площади прогулочного дворика на одного человека. Кроме того, в связи с переполненностью камер не обеспечивалась их надлежащая вентиляция. При этом ФИО5 содержался в камере № Учреждения одновременно с лицами, страдающими <данные изъяты>, тем самым подвергаясь риску заражения данными <данные изъяты>. Содержание истца под стражей в указанных условиях причинило ему нравственные и физические страдания, а потому он имеет право на компенсацию морального вреда, размер денежной компенсации которого оценивается ФИО5 в 500 000 руб.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ года к участию в деле привлечены прокурор Великого Новгорода для дачи заключения по делу, Федеральная служба исполнения наказаний в качестве соответчика, а также УФСИН России по Новгородской области в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Истец ФИО5, отбывающий наказание в виде лишения свободы в <данные изъяты>, не ходатайствовал о своем участи в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи. Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявления, в частности, в связи с отсутствием доказательств нарушения личных неимущественных прав истца в период его содержания в <данные изъяты>.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области ФИО2 в судебном заседании иск ФИО5 не признала, сославшись в объяснениях на обстоятельства, приведенные в письменных возражениях на иск, в частности, на отсутствие доказательств причинения истцу физических либо нравственных страданий в период его содержания в <данные изъяты>, а равно доказательств, подтверждающих незаконность действий (бездействия) сотрудников Учреждения и наличия причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и причиненным моральным вредом. Также представитель Учреждения ФИО2 в судебном заседании не оспаривала то обстоятельство, что в период содержания ФИО5 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области в отношении него не соблюдалась норма площади прогулочного дворика в размере 2, 5 – 3 кв.м.

Представитель ответчика ФСИН России и третьего лица УФСИН России по Новгородской области ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО5 не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск, в частности, в связи с отсутствием доказательств причинения истцу физических либо нравственных страданий в период его содержания в <данные изъяты>, пропуском ФИО5 срока исковой давности для обращения в суд с заявленным требованием, а также в связи с тем, что ФСИН России не является надлежащим ответчиком по требованию истца о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате действий должных лиц Учреждения. При этом представитель ответчика ФСИН России и третьего лица УФСИН России по Новгородской области ФИО3 в судебном заседании не оспаривала то обстоятельство, что в период содержания ФИО5 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области в отношении него не соблюдалась норма площади прогулочного дворика в размере 2, 5 – 3 кв.м.

Выслушав объяснения участвующих в судебном заседании лиц, заключение прокурора, полагавшего иск ФИО5 подлежащим частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года (далее по тексту - Конвенция) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу положений ст. 13 Конвенции каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст.21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По тем же правилам возмещается причиненный моральный вред – физические и нравственные страдания.

В силу п.2 ст.151, п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В силу ст. 15 названного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии со ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно представленной Учреждением справке, ФИО5 содержался в <данные изъяты> в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в том числе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ - в камере №, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ - в камере №, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ - в карцере №, с ДД.ММ.ГГГГ – в камере №.

Камера № имеет площадь <данные изъяты> кв.м. и рассчитана на <данные изъяты> спальных места, камера № имеет площадь <данные изъяты> кв.м. и рассчитана на <данные изъяты> спальных мест, камера № имеет площадь <данные изъяты> кв.м. и рассчитана на <данные изъяты> спальных мест, камера № имеет площадь <данные изъяты> кв.м. и рассчитана на <данные изъяты> спальных мест, карцер № имеет площадь <данные изъяты> кв.в. и рассчитан на <данные изъяты> спальное место.

Как следует из вышеуказанной справки, во время содержания ФИО5 в камерах № и № Учреждения в указанные периоды времени на протяжении <данные изъяты> дней норма санитарной площади камер на одного человека составляла менее <данные изъяты> метров.

Из указанной выше справки также усматривается, что число содержащихся в поименованных камерах лиц в вышеозначенные периоды времени не превышало количество предусмотренных в камерах спальных мест.

При таких обстоятельствах суд находит доводы ФИО5 о стесненных условиях содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области обоснованными.

В соответствии с п.11 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Согласно Инструкции по организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства Юстиции РФ от 03.11.2005 N 204 ДСП, прогулочные дворы следует располагать, как правило, на верхних этажах режимных корпусов. На каждого обвиняемого или осужденного, выводимого на прогулку, должно приходиться 2,5-3 кв. м прогулочного двора. Минимальный размер прогулочного двора не может быть менее 12 кв. м.

В судебном заседании из письменных материалов дела установлено, что в Учреждении имеется <данные изъяты> прогулочных двориков общей площадью <данные изъяты> кв.м. При этом режимный корпус № оборудован <данные изъяты> прогулочными двориками, <данные изъяты> из которых имеют площадь <данные изъяты> кв.м., <данные изъяты> дворика – площадь <данные изъяты> кв.м., <данные изъяты> дворик – площадь <данные изъяты> кв.м., режимный корпус № оборудован <данные изъяты> прогулочными двориками, <данные изъяты> из которых имеют площадь <данные изъяты> кв.м., <данные изъяты> дворик – площадь <данные изъяты> кв.м.

Принимая во внимание приведенные выше положения закона, а также учитывая, что представителями ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области и ФСИН России не оспаривалось то обстоятельство, что право ФИО5 на прогулку в условиях, при которых на каждого подозреваемого, обвиняемого или осужденного, выводимого на прогулку, должно приходиться 2,5-3 кв.м. прогулочного дворика, в период содержания истца в следственном изоляторе было нарушено, суд признает обоснованными приведенные в исковом заявлении доводы ФИО5 относительно несоблюдения в отношении него площади прогулочного дворика в вышеуказанные периоды его содержания в Учреждении.

В обоснование заявленного требования о взыскании компенсации морального вреда истец ФИО5 в исковом заявлении также сослался на то, что содержался в камерах Учреждения совместно с лицами, страдающими <данные изъяты>. При оценке указанного довода истца суд исходит из нижеследующего.

В соответствии со ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

Аналогичные положения содержаться в п. 19 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189.

Согласно представленной в материалы дела выписке из медицинской карты № амбулаторного больного ФИО5, в период содержания истца в Учреждении, а именно ДД.ММ.ГГГГ года имел место его контакт с <данные изъяты> больным, в связи с чем ФИО5 был <данные изъяты><данные изъяты> и последнему было назначено лечение <данные изъяты>

При таких обстоятельствах следует признать, что в период содержания ФИО5 в Учреждении в отношении него было допущено нарушение приведенных выше требований ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 и п. 19 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. При этом ответчиками вопреки п. 2 ст. 1064 ГК РФ и ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств отсутствия вины должностных лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области в указанном нарушении.

Таким образом, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что содержание ФИО5 под стражей в условиях, в которых не были обеспечены норма санитарной площади камер и норма площади прогулочных двориков на одного человека, а также соблюдение требований закона о раздельном содержании лиц, больных инфекционными заболеваниями, безусловно, причинило истцу нравственные страдания, а потому он имеет право на компенсацию морального вреда.

В то же время не могут быть приняты судом во внимание ссылки ФИО5 на ненадлежащую работу в камерах Учреждения вентиляции, поскольку допустимых, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение указанных доводов истцом вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В свою очередь согласно сведениям, представленным ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области, в камерах Учреждения имеется исправная приточно-вытяжная вентиляция, капитальный ремонт которой выполнен в ДД.ММ.ГГГГ году.

Определяя размер компенсации причиненного ФИО5 морального вреда, суд учитывает степень перенесенных истцом страданий, характер и продолжительность нарушений его неимущественных прав, индивидуальные особенности истца.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, исходя из принципа справедливости и разумности, а также учитывая, что причиненные истцу нравственные страдания не повлекли для него каких-либо тяжких необратимых по своему характеру последствий, суд находит заявленный истцом размер компенсации морального вреда явно завышенным и определяет его в сумме 10 000 рублей.

При этом суд находит несостоятельным довод представителя ответчика ФСИН России относительно пропуска истцом срока исковой давности для обращения в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда, в связи с нижеследующим.

В силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в случае, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

При таких обстоятельствах на требования истца о компенсации морального вреда, причиненного вследствие ненадлежащих условий содержания под стражей, исковая давность не распространяется.

Равным образом не могут быть приняты во внимание доводы представителя Учреждения и представителя ФСИН России и УФСИН России по Новгородской области относительно отсутствия вины работников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области в причинении вреда, поскольку факт содержания истца в Учреждении в ненадлежащих условиях подтвержден материалами дела. В тоже время то обстоятельство, что Учреждение не вправе отказать в приеме подозреваемых, обвиняемых и осужденных по причине отсутствия возможности обеспечения их содержания в соответствии с нормативными требованиями, само по себе не является основанием для освобождения государства от ответственности за причиненный истцу моральный вред.

Поскольку объектом нарушения являются конституционные права ФИО5, гарантированные государством, в силу положений п. 3 ст. 125, ст. 1071 ГК РФ, подп. 1 п. 3 ст.158 БК РФ ответственность перед истцом должна нести Российская Федерация в лице главного распорядителя бюджетных средств, определяемого исходя из ведомственной принадлежности.

В соответствии с п. 1 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1314, Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, находящихся под стражей, их охране и конвоированию, а также функции по контролю за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания, и по контролю за нахождением лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, в местах исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений.

В силу подп. 6 пункта 7 указанного Положения, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

При таком положении, поскольку нарушение прав истца было допущено вследствие ненадлежащих условий его содержания в <данные изъяты>, являющимся учреждением, подведомственным ФСИН России, обязанность компенсировать причиненный истцу моральный вред надлежит возложить на Российскую Федерацию в лице главного распорядителя бюджетных средств – ФСИН России.

При этом в удовлетворении исковых требований ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации и ФКУ СИЗО-1 ФИО6 России по Новгородской области по изложенным выше основаниям надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новгородской области», Федеральной службе исполнения наказаний - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части – отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей отнести на счет средств местного бюджета.

Возвратить ФИО5 из местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей, уплаченную по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ года.

На решение лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором принесено представление в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий К.Б. Шибанов

Мотивированное решение составлено 15 мая 2017 года.