Апелляционное определение № 33-705/2026 от 28 апреля 2026 г.

Апелляционное дело №33-705/2026

УИД 21RS0003-01-2024-000990-65

Судья Чукмаева Т.Г.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 апреля 2026 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего Ярадаева А.В.,

судей Арслановой Е.А., Спиридонова А.Е.,

при секретаре Ястребовой О.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите права собственности от нарушений, не связанных с лишением владения, поступившее по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 25 ноября 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 об обязании ФИО2 перенести нежилые здания на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес> на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес> на расстояние 3 метра от границы земельного участка истца с кадастровым номером № по адресу: <адрес>; обязании ФИО3 на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес> снести за свой счет металлический забор со стороны земельного участка истца с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, отказать.

Заслушав доклад судьи Арслановой Е.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о переносе зданий и строений от смежной границы на нормируемое расстояние, сносе ограждения.

Исковые требования мотивированы тем, что на основании договора купли-продажи объектов недвижимости от 17 ноября 2022 года ФИО1 на праве собственности принадлежит жилой дом, общей площадью <данные изъяты> кв.м., и земельный участок, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенные по адресу: <адрес>

Ответчики являются собственниками смежных земельных участков. ФИО2 принадлежат земельные участки с кадастровыми номерами №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, и №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: <адрес>

ФИО3 на основании договора аренды № 172/21 от 03.06.2021 владеет земельным участком с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенным по адресу: <адрес>.

Земельные участки с кадастровыми номерами №, № и № являются смежными по отношению к земельному участку с кадастровым номером №

ФИО2 на принадлежащем ему земельном участке с кадастровым номером № построил нежилое здание магазина «Автозапчасти», а на земельном участке с кадастровым номером № - нежилое здание, используемое под мастерскую «Шиномонтаж». По мнению истца, данные постройки не соответствуют требованиям п.6.7 Свода правил МП 53.13330.2011 «СНиП 30-02-97. Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения», утвержденного приказом Минрегиона России от 30.12.2010 №849.

ФИО3 на принадлежащем ему земельном участке с кадастровым номером № в нарушении требования п. 6.2 Свода правил СП 53.13330.2019 и СанПин 2.2.1/2.1.1.1076-03 «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите жилых и общественных зданий» (с изменениями №1, утв. Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 10.04.2017 № 47), СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях» по границе своего земельного участка построил глухой забор из профнастила, высотой 2 м., который нарушает инсоляцию земельного участка истца, вызывает заболоченность этого участка.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец просил возложить:

на ФИО2 обязанность перенести нежилые здания, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № и на земельном участке с кадастровым номером № на расстояние не менее 3 м. от границы земельного участка истца с кадастровым номером №

на ФИО3 обязанность снести за свой счет металлический забор со стороны земельного участка истца с кадастровым номером №.

Судом принято вышеприведенное решение, обжалованное ФИО1 по мотиву его необоснованности. По мнению апеллянта, судом не принято во внимание то, что суд необоснованно не назначил по делу экспертизу. Так, с его стороны заявлений об отказе от оплаты стоимости экспертизы не поступало, полагает, что суду следовало рассмотреть заявления истца о переназначении экспертного учреждения, заявленное в судебном заседании 25.11.2025 и об отложении судебного заседания для внесения истцом денежных средств на депозит суда. Между тем, судом указанное ходатайство в нарушение положений ст.ст. 35, 79, 169 ГПК РФ было отклонено со ссылкой на злоупотребление правом со стороны истца и указанием на то, что истец имел право самостоятельно провести экспертизу. По мнению апеллянта, разрешение на строительство, постановление главы Батыревского района Чувашской Республики о приемке в эксплуатацию магазинов, акт государственной приемочной комиссии о приемке законченного строительством объекта не являются безусловными доказательствами, свидетельствующими о недопущении ФИО2 нарушений прав истца. Указанные документы не позволяют определить юридически значимое обстоятельство, подлежащее установлению по настоящему делу, а именно - определить расположение объектов недвижимости относительно земельного участка истца. Просит назначить по делу судебную землеустроительную экспертизу, отменить решение суда от 25.11.2025 и принять по делу новое - об удовлетворении его требований.

Изучив материалы дела, проверив решение суда по доводам жалобы, по правилам ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), выслушав представителя ФИО1 ФИО4, поддержавшую жалобу по изложенным в ней доводам отказавшуюся от исковых требований о сносе ограждения к ФИО3, представителей ФИО2 ФИО5 и ФИО6, возражавших против удовлетворения жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о назначении земельного участка (п. 2 ст. 260 ГК РФ).

Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

В п.п. 45, 46 Постановления № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

В соответствии с п.п. 4 п. 2 ст. 60 ЗК РФ, ст. 12 ГК РФ действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены, в том числе путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В силу п. 2 ст. 62 ЗК РФ на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре (восстановлению плодородия почв, восстановлению земельных участков в прежних границах, возведению снесенных зданий, строений, сооружений или сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений, восстановлению межевых и информационных знаков, устранению других земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств).

Таким образом, требование об освобождении земельного участка подлежит удовлетворению при установлении судом факта занятия ответчиком земельного участка в отсутствие законных оснований.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1 ст. 56 ГК РФ). Лицо, обратившееся в суд, должно представить доказательства принадлежности ему имущества и совершения ответчиком действий, реально препятствующих осуществлению законным владельцем своих прав в отношении данного имущества. Ответчик при этом должен доказать правомерность своего поведения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи объектов недвижимости от 17.11.2022 ФИО1 приобрел жилой дом, общей площадью <данные изъяты> кв.м., и земельный участок, площадью <данные изъяты> кв.м., с категорией земель: земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования «для размещения домов индивидуальной жилой застройки», расположенные по адресу: <адрес>

ФИО2 на праве собственности принадлежат:

- земельный участок c кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., с категорией земель: земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования - для размещения объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания, расположенный по адресу: <адрес>,

- земельный участок кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., с категорией земель: земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования - для обслуживания магазина, расположенный по адресу: <адрес>

- здание - магазин «Автозапчасти» с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты>.м., год завершения строительства - 2005. Магазин «Автозапчасти» возведен на земельном участке с кадастровым номером № и земельном участке с кадастровым номером № на основании разрешения на строительство от 16 марта 2005 года. Актом государственной приемочной комиссии от 27 октября 2005 года, утвержденным Постановлением главы Батыревского района Чувашской Республики от 25.11.2005, магазин «Автозапчасти» принят в эксплуатацию. ФИО2 разрешена эксплуатация магазина при условии соблюдения норм и требований контролирующих служб,

- здание «Шиномонтаж» с кадастровым номером №, расположенное на земельном участке с кадастровым номером № и на неразграниченных землях находящихся в распоряжении администрации Батыревского муниципального округа.

ФИО3 с 2023 года на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., с категорией земель - земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования - магазины, расположенный по адресу: <адрес>. ФИО3 3 октября 2022 года выдано разрешение на строительство <данные изъяты> здания гаража на принадлежащем ему земельном участке с кадастровым номером №, а 3 февраля 2023 - разрешение на ввод в эксплуатацию одноэтажного здания гаража, расположенного по адресу: <адрес>.

Границы всех земельных участков, принадлежащих истцу и ответчикам, установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства, сведения о них внесены в Единый государственный реестр недвижимости (далее ЕГРН).

ФИО1, заявляя требование к ФИО2 о переносе нежилых здания магазина «Автозапчасти» и здания шиномонтажа на расстоянии 3 м. от границы земельного участка истца, ссылается на то, что спорное здание возведено с нарушением норм СНиП. Его требование к ФИО3 о сносе за свой счет металлического забор со стороны земельного участка истца, обосновано нарушением инсоляции его земельного участка.

Разрешая исковые требования ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку достоверных доказательств того, что принадлежащие ФИО2 здания магазина «Автозапчасти» и шиномонтажа, находящиеся на принадлежащем ему земельном участке, а также забор ФИО3, возведенный им в границах своего земельного участка, нарушают права истца, не имеется.

В суде второй инстанции по ходатайству стороны истца назначена и проведена судебная экспертиза, порученная экспертам ООО «Центр Кадастра и Права». Заключением экспертов № 521 от 30.03.2026 установлено, что здание «Шиномонтаж» с кадастровым номером №, своей восточной стороной на глубину 0,23 м., площадью 2 кв.м., накладывается на земельный участок с кадастровым номером №. Крыльцо здания «Шиномонтаж» накладывается на земельный участок с кадастровым номером №. Местоположение нежилого здания «Шиномонтаж», расположенного на земельном участке с кадастровым номером №, а также на неразграниченных землях администрации Батыревского муниципального округа Чувашской Республики не соответствует требованиям градостроительных норм. Это несоответствие эксперт усмотрел в том, что до начала строительства не было получено разрешение на строительство, а по его завершению в эксплуатацию введена только часть здания под литерами А, а1. Здание соответствует санитарно-эпидемиологическим требованиям СанПиН 2.1.3684-21, требованиям противопожарных норм. Местоположение здания не соответствует нормам градостроительных норм СП 42.13330.2016, СП 53.13330.2019, Правилам землепользования и застройки, т.к. пересекает границы смежных земельных участков с кадастровыми номерами №, №, №, не выдержано минимальное расстояние от границы - 1 метр, здание выходит за пределы территориальной зоны О-1.

Местоположение нежилого здания магазина «Автозапчасти», расположенного на земельных участках с кадастровыми номерами № и №, согласно заключению эксперта, соответствует требованиям строительных и санитарно-эпидемиологических СанПиН 2.1.3684-21, требованиям противопожарных норм. Местоположение магазина «Автозапчасти», расположенного на земельных участках с кадастровыми номерами № и № не соответствует требованиям градостроительных норм СП 42.13330.2016, СП 53.13330.2019, Правилам землепользования и застройки, т.к. здание расположено на двух земельных участках с разными видами разрешенного использования, и не выдержано расстояние в три метра от границ земельного участка.

Возведенное на земельном участке с кадастровым номером № на расстоянии от межевой границы в пределах от 0,08 м. до 0,52 м., ограждение соответствует требованиям градостроительных, строительных и иных обязательных норм и правил (п. 4.10.8 (по отступам), п. 4.10.10.(по высоте)), установленных решением от 06.07.2023 № 16/3 «Об утверждении Правил благоустройства территорий Батыревского муниципального округа Чувашской Республики». При этом экспертом сделан вывод об отсутствии нарушения инсоляции земельного участка с кадастровым номером №, поскольку здание расположено с северной стороны от земельного участка с кадастровым номером №.

Таким образом, эксперт пришел к выводу о том, что спорное ограждение установлено ФИО3 исключительно на своем земельном участке, более того, с отступом от смежной границы на расстояние от 8 см до 52 см, по своей высоте и характеристикам оно не противоречит установленным местным нормативам.

Принимая во внимание заключение судебной экспертизы и ходатайство, сделанное представителем ФИО1 ФИО4 и в письменном виде и в судебном заседании, судебная коллегия полагает необходимым удовлетворить данное заявление об отказе от иска в части возложения на ФИО3 обязанности снести расположенное вдоль смежной границы ограждение.

В соответствии с абз. 4 ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу, если истец отказался от иска и отказ принят судом.

В силу частей 1 и 2 ст. 39 ГПК РФ истец вправе отказаться от иска. Суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Из положений частей 1 – 3 ст. 173 ГПК РФ следует, что заявление истца об отказе от иска заносится в протокол судебного заседания и подписывается истцом. В случае, если отказ от иска выражен в адресованном суду заявлении в письменной форме, это заявление приобщается к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания. Суд разъясняет истцу, ответчику или сторонам последствия отказа от иска, признания иска или заключения мирового соглашения сторон. При отказе истца от иска и принятии его судом суд выносит определение, которым одновременно прекращается производство по делу. Последствия прекращения производства по делу предусмотрены ст. 221 ГПК РФ, в соответствии с которой производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается, за исключением прекращения производства по делу о защите прав и законных интересов группы лиц в порядке, установленном ч. 7 ст. 244.24 ГПК РФ.

В силу положений ст. 326.1 ГПК РФ отказ истца от иска, совершенный после принятия апелляционных жалобы, должен быть выражен в поданном суду апелляционной инстанции заявлении в письменной форме. В случае, если отказ истца от иска был заявлен в судебном заседании, такой отказ заносится в протокол судебного заседания и подписывается истцом. Порядок и последствия рассмотрения заявления об отказе истца от иска определяются по правилам, установленным частями второй и третьей ст. 173, гл. 14.1 ГПК РФ. При принятии отказа истца от иска суд апелляционной инстанции отменяет принятое решение суда и прекращает производство по делу.

Поскольку заявленный стороной истца отказ от иска в части не противоречит закону, не нарушает прав и охраняемых законом интересов третьих лиц, последствия прекращения производства по делу стороне истца разъяснены, судебная коллегия считает возможным принять отказ от искового требования, отменить решение суда в части отказа в возложении на ФИО3 обязанности снести установленное по смежной границе ограждение и прекратить производство по данному исковому требованию.

Рассматривая требования ФИО1 к ФИО2 о переносе строений «Автомагазин» и «Шиномонтаж» от смежной границы на расстояние три метра, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения данного требования ввиду следующего.

Как указано выше, проведенной по делу судебной экспертизой установлено, что контуры здания «Шиномонтаж» с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО2, накладываются на земельный участок истца с кадастровым номером № своей восточной стороной. При этом общая площадь наложения составляет 2 кв.м., а глубина наложения - 0,23 м., т.е. 23 см., что практически укладывается в допустимую погрешность, составляющую 0,2 м.

Согласно заключению эксперта и представленным в дело техническим паспортам, здание магазина «Автозапчасти», инв. номер 1983, имеет лит. А, А1, а1, а2, и здание «Шинотмонтаж» инв. номер 1983:3 имеет лит. А 2, описаны как объекты капитального строительства, имеющие фундаменты. При этом части здания под литерами А, а1, 30.01.2006 введены в эксплуатацию, как объекты недвижимого имущества.

В силу ч. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. Таким образом, перемещение здания, являющегося объектом недвижимого имущества, прочно связанного с землей, приведет к несоразмерному ущербу его назначению, т.е. перенос капитального строения в принципе означает его снос. Доказательств обратного, т.е. доказательств возможности осуществить такой перенос зданий «Шиномонтаж» и «Автомагазин» без причинения указанным зданиям ущерба, вследствие которого их будет невозможно эксплуатировать по назначению, сторона истца не представила.

В соответствии с п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Таким образом, нарушение градостроительных и строительных норм и правил, является одним из признаков самовольного строительства.

Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

Между тем, в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» разъяснено, что, исходя из принципа пропорциональности снос объекта самовольного строительства является крайней мерой государственного вмешательства в отношения, связанные с возведением (созданием) объектов недвижимого имущества, а устранение последствий допущенного нарушения должно быть соразмерно самому нарушению, не должно создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков.

В связи с этим следует иметь в виду, что необходимость сноса самовольной постройки обусловливается не только несоблюдением требований о получении разрешения на строительство, но и обстоятельствами, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц.

Из изложенного следует, что снос самовольно построенного здания - это крайняя мера гражданско-правовой ответственности. Устранение последствий нарушения прав должно быть соразмерно самому нарушению и не должно нарушать права лица, осуществившего строительство, или третьих лиц. Иными словами, важно найти баланс интересов всех участников этих отношений. Ключевым аспектом в делах о сносе самовольных построек является определение того, были ли нарушены права и интересы других лиц.

Между тем, требуя переноса строений, возведенных ФИО2 на принадлежащих ему земельных участках с соответствующим видом разрешенного использования, истец не указал, в чем заключается нарушение его прав и интересов нахождением здания «Автомагазин» вблизи его границ и здания «Шиномонтаж» - по границе его участка. Здание «Автомагазин» существует в установленных границах с 2005 года, здание «Шиномонтаж» - с 2011 года (согласно техпаспортам). Истец приобрел смежный земельный участок в 2023 года с уже существующими на смежных земельных участках нежилыми строениями, которые эксплуатировались собственником по назначению. В деле отсутствуют сведения о наличии претензий к ответчику от прежних собственников земельного участка с кадастровым номером 21:08:240212:103.

В п. 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2022 года (далее Обзор 2022) разъяснено, что снос объекта самовольного строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности. С учетом конкретных обстоятельств дела допущенное при возведении строения нарушение градостроительных и строительных норм и правил, не создающее угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом незначительным и не препятствующим возможности сохранения самовольной постройки.

Верховный суд РФ указал, что снос объекта самовольного строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, а устранение последствий нарушений должно быть соразмерно самому нарушению, не должно создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков.

При оценке значительности допущенных при возведении строения нарушений судом приняты во внимание положения ст. 10 ГК РФ о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также их соразмерность избранному способу защиты гражданских прав.

В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке», дано аналогичное разъяснение, что, исходя из принципа пропорциональности снос объекта самовольного строительства является крайней мерой государственного вмешательства в отношения, связанные с возведением (созданием) объектов недвижимого имущества, а устранение последствий допущенного нарушения должно быть соразмерно самому нарушению.

По мнению судебной коллегии, при изложенных обстоятельствах, само по себе незначительное нарушение градостроительных норм без установления факта нарушения прав и законных интересов истца не является основанием для удовлетворения исковых требований о сносе строений, имеющих незначительные недостатки в виде отступления от нормируемых расстояний до границ смежных земельных участков. Нарушение смежной границы на 23 см., а всего площадью наложения 2 кв.м. на земельный участок, площадью 1789 +/-30 кв.м., не является значительным, существенно нарушающим права истца, жилой дом и хозяйственные постройки которого находятся в другой части земельного участка.

Ссылаясь на угрозу нарушения прав истца, представитель ФИО1 ФИО4 указала на намерение истца в будущем осуществить на этом земельном участке строительство нового жилого дома, которому препятствует расположение спорных объектов. При этом суду не представлено никаких доказательств возможности осуществления такого строительства и соответствующих препятствий в виде строений, расположенных в непосредственной близости и по границе спорных участков.

Установленные судебной экспертизой нарушения в виде расположения крыльца здания Шиномонтажа на земельном участке с кадастровым номером №, выхода контура здания за пределы территориальной зоны О-1 и расположения зданий на двух земельных участках с разным видом разрешенного использования, не затрагивает прав и интересов истца. ФИО3, как правообладатель участка с кадастровым номером №, своих требований и претензий не заявил. Администрация Батыревского муниципального округа, в распоряжении которой находится часть неразграниченного земельного участка, занятая зданием ФИО2, также никаких претензий ему не предъявила. Суду второй инстанции представлена копия Постановления главы Батыревского сельского поселения от 16.06.2006 № 68 а, которым ФИО2 в аренду был предоставлен земельный участок, площадью 33,5 кв.м., для строительства пристроя здания «Шиномонтаж» к магазину «Автозапчасти» на срок до 01.07.2007. Согласно справке администрации Батыревского муниципального округа от 28.04.2026, указанный договор аренды в архивах Батыревского территориального отдела не сохранился. Указанные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности органа местного самоуправления о факте размещения на его территории части здания «Шиномонтаж» и отсутствии с его стороны возражений.

При изложенных обстоятельствах, выводы суда первой инстанции об отсутствии доказательств, свидетельствующих о нарушении прав истца расположением зданий вдоль границ на смежных земельных участках, принадлежащих ФИО2, являются верными. При этом требования истца о переносе (а фактически о сносе) зданий несоразмерны последствиям нарушений градостроительных норм в виде нормируемого отступа от границы, выявленных судебным экспертом.

Судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения принятого судом первой инстанции решения в обжалуемой части по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 199, 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Принять отказ представителя истца ФИО7 от исковых требований к ФИО3 о возложении обязанности за свой счет снести металлический забор со стороны земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>.

Решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 25 ноября 2025 года отменить в указанной части, производство по делу в указанной части прекратить.

В остальной части решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 25 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, через суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Ярадаев

Судьи: Е.А. Арсланова

А.Е. Спиридонов

Мотивированное определение изготовлено 13 мая 2026 года.