Апелляционное определение № 22-977/2026 от 4 марта 2026 г.

Судья Харьковский Д.А. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 5 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ростовского областного суда

в составе: председательствующего судьи Смирнова Н.Н.,

судей: Соколова С.Г., Резановой Н.И.,

при секретаре судебного заседания Чайка Ю.В.,

с участием: прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Нестерова А.А.,

осужденного ФИО - посредством системы видеоконференц-связи,

защитника-адвоката Данкеевой О.В.,

рассмотрев в судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО - адвоката Данкеевой О.В. на приговор Батайского городского суда Ростовской области от 13 января 2026 года, согласно которому

ФИО, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданин РФ, ранее судимый:

- 26 октября 2012 года Батайским городским судом Ростовской области, с учетом кассационного определения Ростовского областного суда от 16 января 2013 года, по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам 4 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в ИК строгого режима. Освобожден 10.09.2020 года по отбытию наказания,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Мера пресечения ФИО в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания ФИО исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

ФИО зачтено в срок отбытия наказания время содержания его под стражей с момента его фактического задержания, то есть с 29 августа 2025 года до вступления приговора суда в законную силу, в соответствии с требованиями ст. 72 УК РФ, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Смирнова Н.Н., мнение осужденного ФИО и его адвоката Данкеевой О.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы; позицию прокурора Нестерова А.А., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а доводы апелляционной жалобы без удовлетворения,

УСТАНОВИЛА:

ФИО признан виновным и осужден за покушение на убийство Потерпевший №1

Преступление совершено во время, в месте и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО вину признал частично, указал, что умысла на убийство не имел, нанес удары ножом, обороняясь от противоправных действий потерпевшего.

В апелляционной жалобе адвокат Данкеева О.В. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и несправедливым. Приводя выводы, к которым пришел суд первой инстанции и позицию осужденного ФИО, изложенную в суде первой инстанции, ссылаясь на показания потерпевшего, обращает внимание, что после того как потерпевший Потерпевший №1 попросил ФИО уйти, последний, выйдя из дома ничего не говоря нанес ему два удара ножом – в шею и голову, при этом он – Потерпевший №1 лишь отмахнулся от ФИО Последний потерпевшему угроз убийством не высказывал, после нанесения ударов бросил нож, удары наносил с незначительной силой и вследствие противоправного поведения потерпевшего. ФИО после нанесения ударов видел, что Потерпевший №1 жив, однако несмотря на наличие реальной возможности завершить свой преступный умысел, каких-либо действий, направленных на лишение его жизни, не предпринимал, что свидетельствует об отсутствии умысла на убийство. Локализация, степень тяжести причиненного вреда здоровью Потерпевший №1, это подтверждают. Таким образом, считает, что наличие прямого умысла у ФИО на убийство Потерпевший №1 опровергается совокупностью собранных по делу доказательств.

Указывает, что умысел ФИО был направлен на причинение Потерпевший №1 легкого вреда здоровью, а значит его действия должны квалифицироваться по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

При этом ФИО возместил причиненный потерпевшему вред, в связи с чем Потерпевший №1 претензий к нему не имеет. Полагает, что показания ФИО9 аналогичны показаниям потерпевшего ввиду их родственной связи. Несмотря на наличие противоречий подсудимого и потерпевшего относительно обстоятельств нанесения ударов ножом, судом необоснованно отказано в назначении по уголовному делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы. По мнению автора жалобы, событие преступления достаточно не установлено. В материалах дела отсутствует заключение специалиста, эксперта, которое подтвердило бы или опровергло как версию ФИО, так и Потерпевший №1

Обращает внимание, что согласно протоколу осмотра от 3 марта 2024 года, в комнате на полу обнаружены пятна бурого цвета, в то время как согласно установленным судом обстоятельствам совершения преступления потерпевшему нанесены удары на улице, после чего в дом он не заходил, а сразу обратился за помощью. Судом не принято во внимание, что с места происшествия изъят мобильный телефон, который согласно расписке, возвращен ФИО

В основу приговора положены недопустимые доказательства: протокол допроса потерпевшего Потерпевший №1 от 15 марта 2024 года, который, как указано в нем, прочитан им лично и подписан краткой подписью, вместе с тем в последующем при допросе потерпевшего принимали участие его родственники ввиду его неграмотности. В материалах дела отсутствует постановление следователя о допуске к участию в следственных действиях данных лиц в качестве представителей Потерпевший №1, понятые вопреки требованиям действующего законодательства участия не принимали. Таким образом, потерпевший при допросе 15.03.2024 (т.1 л.д. 114-116), в силу его неграмотности, не мог в полной мере понимать суть происходящего, протокол подписан лицом, не понимающим его содержания. Заявление потерпевшего о неграмотности ставит под сомнение подлинность его подписи в первом протоколе допроса. Ввиду допущенных нарушений недопустимыми доказательствами также являются: протокол допроса потерпевшего от 29.08.2025 (т.1 л.д.189-193), от 16.09.2025 (т.1 л.д. 197-201), протокол проверки показаний на месте от 16.09.2025 (т.1 л.д.207-214), протокол дополнительного допроса потерпевшего от 25.09.2025 (т.1 л.д.202-206).

По мнению автора жалобы, эти обстоятельства свидетельствуют о незаконности и других следственных действий, проведенных с участием Потерпевший №1, и составленных в результате протоколов: протокол ознакомления его с назначением экспертизы от 15.03.2024т. (т.1 л.д.50), протокол ознакомления потерпевшего с заключением дактилоскопической экспертизы от 15.03.2024 (т.1 л.д.59), протокол ознакомления потерпевшего с заключением медицинской экспертизы (т.1 л.д.78), сохранная расписка вещей от 15.03.2024 (т.1 л.д.85), постановление о признании потерпевшим от 12.03.2024 (т.1 л.д.112), протокол уведомления об окончании следственных действий (т.2 л.д.95).

Полагает, что наказание, назначенное ФИО, является несправедливым, не соответствует тяжести преступления, личности осужденного, который имеет постоянное место жительства, положительно характеризуется ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, на учете у психиатра не состоит, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, добровольно возместил вред потерпевшему, чье противоправное поведение предшествовало совершению преступления, однако не было принято судом во внимание, активно способствовал раскрытию преступления.

Вопреки выводам суда, состояние алкогольного опьянения не повлияло на совершение ФИО преступления ввиду чего не подлежало признанию в качестве отягчающего наказание обстоятельства.

Просит обжалуемый приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО на п. «в» ч. 1 ст. 115 УК РФ и назначить ему минимальное наказание.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника-адвоката Данкеевой О.В., прокурор г.Батайска Ростовской области Антошин Р.П., приводя доводы в обоснование своей позиции, просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений прокурора, выслушав выступления сторон, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденного ФИО в совершении преступления обоснованными, подтвержденными исследованными судом доказательствами, анализ которых приведен в приговоре. Судебное следствие по уголовному делу проведено достаточно полно и объективно, с соблюдением требований УПК РФ.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО в совершении преступления, за которое он осужден приговором, в числе прочего подтверждаются: показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО9, Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №3, протоколами осмотра мест происшествия от 03.03.2024, заключением эксперта № 85 от 13.03.2024, протоколами осмотра предметов от 21.09.2025, от 13.03.2024, от 14.03.2024, протоколом проверки показаний на месте от 16.09.2025, а также другими доказательствами, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Вопреки доводам апелляционной жалобы, событие преступление установлено, как установлены и обстоятельства его совершения, при этом версия ФИО обоснованно отвергнута как несостоятельная, противоречащая доказательствам по делу.

Совокупность вышеуказанных приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела и указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе стороной защиты о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы, были разрешены как органом предварительного расследования, так и судом первой инстанции в установленном законом порядке с приведением мотивов принятых решений, оснований не согласиться с которыми у судебной коллегии не имеется.

При этом, по убеждению судебной коллегии, с учетом того, что вопрос об обстоятельствах нанесения потерпевшему телесных повреждений ФИО был исследован судом с достаточной полнотой, отказ суда первой инстанций в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы, не может рассматриваться нарушением права стороны защиты на представление доказательств, повлиявшем на исход дела.

Версии осужденного об отсутствии умысла на убийство, судом первой инстанции дана подробная оценка в приговоре со ссылкой на представленные суду доказательства.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей обвинения не имеется, поскольку они полностью согласуются между собой, дополняют друг друга и объективно подтверждаются письменными материалами дела и вещественными доказательствами.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, согласно которым версия осужденного ФИО о том, что у него не было умысла на убийство Потерпевший №1, полностью опровергнута исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что в ходе распития спиртных напитков между его братом и ФИО. возник словесный конфликт, в связи с чем он потребовал от последнего покинуть дом. Осужденный вышел, однако, когда потерпевший вышел во двор, осужденный неожиданно ничего не говоря нанес ему два удара ножом в шею и голову, причинив ранения, после скрылся.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями ФИО9, который пояснил о произошедшем между ним и ФИО конфликте, в который вмешался его брат Потерпевший №1 После того, как ФИО покинул дом, Потерпевший №1 вышел вслед за ним, а после он и Свидетель №1 обнаружили во дворе на земле пятна крови, однако ни ФИО, ни Потерпевший №1 уже не было, как ему стало известно, его брата увезли в больницу.

Кроме того, из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что во второй половине дня 03.03.2024 к нему домой постучал его сосед Потерпевший №1, который был ранен в голову и шею, пояснил, что его «порезали», в связи с чем он оказал ему первую медицинскую помощь, была вызвана скорая медицинская помощь.

Из показаний Свидетель №1 следует, что об ударе ножом ФИО Потерпевший №1, ему известно со слов ФИО9 Также данный свидетель пояснил, что они вместе перед этим распивали спиртные напитки.

Согласно показаниям фельдшера скорой помощи Свидетель №3, прибывшей на место происшествия, у потерпевшего имелись ранения в области шеи и головы, при этом локализация ранений в шею является опасной для жизни, поскольку в этой области проходят сонная артерия и яремная вена. По счастливой случайности крупные сосуды не были задеты, что предотвратило быстрое наступление смерти. Данные показания согласуются с заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которой обнаруженные повреждения образовались от воздействия острого предмета и могли возникнуть при обстоятельствах, указанных в постановлении следователя. Хотя экспертом установлен легкий вред здоровью, сам по себе этот факт не опровергает умысел на убийство, поскольку смертельный исход не наступил по независящим от осужденного причинам (своевременное оказание медицинской помощи, сопротивление потерпевшего).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований не доверять показаниям потерпевшего, свидетелей обвинения, не установлено. Их показания не содержат не устраненных судом существенных противоречий, которые сами по себе или в совокупности с другими обстоятельствами ставили бы под сомнение доказанность вины осужденного. При этом в материалах дела отсутствуют сведения о заинтересованности указанных лиц в исходе дела, а также о наличии у них причин для оговора ФИО

Доводы защиты о наличии родственных связей между потерпевшим и свидетелем ФИО9 не свидетельствуют о недостоверности показаний последних, при том, что их показания подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу.

Показания указанных лиц в целом согласованы не только между собой, но и с протоколами следственных действий, заключениями экспертов, вещественными и иными доказательствами, подробное содержание и анализ которых приведен в приговоре суда первой инстанции, а также с обстоятельствами дела в целом, создавших в своей совокупности полную картину произошедших событий.

Доводы стороны защиты о том, что осужденный действовал в состоянии самообороны, обоснованно отвергнуты судом первой инстанции. Версия осужденного о том, что потерпевший душил его сзади, а он лишь пытался освободиться, нанеся удары ножом, противоречат установленным обстоятельствам. Как следует из показаний потерпевшего и его брата, в момент нанесения ударов потерпевший не совершал каких-либо активных действий в отношении осужденного, а лишь вышел во двор после того, как осужденный покинул дом. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии реальной угрозы для жизни или здоровья осужденного непосредственно перед нанесением ударов, материалы дела не содержат.

Несостоятельными являются и доводы жалобы об отсутствии у осужденного умысла на убийство со ссылкой на то, что он не высказывал угроз, нанес удары с незначительной силой, бросил нож и не пытался довести преступление до конца. Сам по себе способ совершения преступления – нанесение двух ударов ножом в область расположения жизненно важных органов (шея и голова) – свидетельствует о направленности умысла на лишение потерпевшего жизни. Прекращение преступных действий после того, как потерпевший оказал сопротивление, и последующее оставление места происшествия не могут расцениваться как добровольный отказ от преступления, поскольку осужденный выполнил все действия, которые считал необходимыми для достижения преступного результата, однако смерть не наступила по независящим от него причинам.

Совокупность собранных по делу доказательств была признана судом достаточной для принятия решения. Все противоречия в показаниях допрошенных лиц были устранены путем их тщательного анализа в приговоре, и суд пришел к обоснованному выводу о достоверности показаний потерпевшего и свидетелей, которые последовательны, согласуются между собой и с письменными материалами дела. В связи с чем судом обоснованно отказано в назначении экспертизы для проверки версий осужденного и потерпевшего.

Как следует из протокола осмотра места происшествия (т.1 л.д.28-35), следы крови были обнаружены и изъяты на улице - в метре от входной двери, а также непосредственно возле входной двери в помещение (фотоиллюстрация №7). По убеждению судебной коллегии, факт обнаружения пятен крови на полу с внутренней стороны входной двери в непосредственной близости от входа не опровергает выводы суда о месте совершения преступления, поскольку потерпевший после получения ранений во дворе, согласно его показаниям, перемещался и только потом направился к соседу, что не ставит под сомнение достоверность установленных судом обстоятельств.

Довод адвоката о том, что изъятый на месте происшествия мобильный телефон осужденного подтверждает версию последнего о хищении имущества, по убеждению судебной коллегии, является несостоятельным, поскольку сам по себе факт обнаружения указанного телефона в домовладении потерпевшего не свидетельствует о его хищении, не подтверждает обстоятельства, на которые ссылается осужденный, и не опровергает установленные судом фактические обстоятельства преступления.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО нанося удары ножом потерпевшему в область головы и шеи, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде наступления смерти потерпевшего и желал ее наступления, то есть действовал с прямым умыслом на убийство, однако не смог его довести до конца по независящим от него обстоятельствам, ввиду сопротивления потерпевшего и своевременного оказания ему медицинской помощи.

Доводы апелляционной жалобы о недопустимости протоколов допроса потерпевшего и проверки его показаний на месте, а также иных процессуальных документов с его участием, составленным на предварительном следствии, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными по следующим основаниям.

Утверждение защиты о том, что потерпевший в силу неграмотности не мог понимать содержание протокола от 15.03.2024 года (т.1 л.д.114-116) и подписал его, не осознавая сути происходящего, является предположительным и объективно ничем не подтверждено. В указанном протоколе имеется собственноручная запись потерпевшего: «с моих слов записано верно, мной прочитано», а также его личная подпись.

Сам по себе последующий факт указания в иных процессуальных документах на то, что потерпевший не умеет читать и писать, не свидетельствует о недостоверности подписи и записи в первом протоколе, а также недостоверности обстоятельств, изложенных в ходе допроса потерпевшим.

Впоследствии при допросе потерпевшего участвовали его близкие родственники брат или сестра.

Более того, как следует из протокола судебного заседания от 19.11.2025 года (т.2 л.д.154-160), в судебном заседании были оглашены протоколы допроса потерпевшего (т.1 л.д.114-116, 189-193, 197-201, 202-206), после чего Потерпевший №1 подтвердил, что давал такие показания по делу, подписи в протоколах принадлежит ему.

Отсутствие родственников потерпевшего при составлении протокола ознакомления его с назначением экспертизы от 15.03.2024т. (т.1 л.д.50), протокола ознакомления потерпевшего с заключением дактилоскопической экспертизы от 15.03.2024 (т.1 л.д.59), протокола ознакомления потерпевшего с заключением медицинской экспертизы (т.1 л.д.78), сохранной расписки вещей от 15.03.2024 (т.1 л.д.85), постановления о признании потерпевшим от 12.03.2024 (т.1 л.д.112), по убеждению судебной коллегии, не является существенным нарушением действующего законодательства, влекущего безусловные основания при признания доказательств недопустимыми, при этом суд апелляционной инстанции исходит также из того, что, согласно протоколу уведомления об окончании следственных действий (т.2 л.д.95), участвовал родственник потерпевшего, последний от ознакомления с материалами уголовного дела отказался. О нарушении его прав в результате неознакомления с какими-либо доказательствами или процессуальными документами по делу потерпевший не заявлял.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что участие при производстве дополнительных допросов, проверки показаний потерпевшего на месте, иных процессуальных действиях, его родственников, которые, как следует из протоколов, оказывали содействие в удостоверении правильности записи показаний, не противоречит требования уголовно-процессуального закона. Фактически указанные лица выполняли функцию, обеспечивающую реализацию прав потерпевшего, не обладающего навыками чтения и письма.

Подписание протоколов указанными лицами наряду с потерпевшим не противоречит ч.3 ст.167 УПК РФ в ее истолковании Конституционным Судом РФ, которое дано в Определении от 05 февраля 2004 года №25-О, согласно которому ч.1 ст.45 УПК РФ предполагает, что представителем потерпевшего могут быть адвокаты и иные лица, в том числе, близкие родственники.

Довод защиты о том, что данные лица не были официально допущены к участию в деле в качестве представителей (в порядке ст. 45 УПК РФ), что при этом не участвовали понятые, основан на неверном толковании закона. Уголовно-процессуальный кодекс не требует обязательного вынесения отдельного постановления о допуске лица, оказывающего техническое содействие неграмотному участнику процесса при ознакомлении с протоколом следственного действия, а также не предусматривает обязательного участия понятых при производстве допроса.

При таких обстоятельствах оснований для признания указанных в жалобе протоколов допросов потерпевшего, протокола проверки показаний на месте, иных доказательств недопустимыми доказательствами или признания незаконными каких-либо процессуальных документов, у суда апелляционной инстанции не имеется. Нарушений требований УПК РФ, влекущих безусловное исключение данных доказательств из числа допустимых, при их получении допущено не было. Доводы жалобы в указанной части являются несостоятельными.

Правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, верно не нашел оснований для квалификации действий ФИО по ст.115 УК РФ, при этом суд первой инстанции обоснованно квалифицировал действия ФИО по по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ – как покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Таким образом, суд первой инстанции дал надлежащую оценку всем исследованным доказательствам, в том числе и показаниям осужденного. Оснований для иной оценки доказательств судебная коллегия не усматривает. Доводы защитника, приведенные в апелляционной жалобе и высказанные в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств.

Оснований сомневаться в выводах проведенных по делу судебных экспертиз у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку они назначены и проведены в соответствии с законом в надлежащих экспертных учреждениях экспертами, имеющими соответствующее образование и опыт работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Каких-либо экспертиз, проведение которых в силу ст.196 УПК РФ является обязательным, и не проведенных по делу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Описательно-мотивировочная часть приговора содержит описание преступного деяния, совершённого осуждённым, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей преступления.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что несогласие стороны защиты с судебной оценкой представленных доказательств не свидетельствует о неправильности либо необоснованности сделанных судом выводов и не влияет на существо и законность постановленного приговора.

Приведенные защитником в апелляционной жалобе выдержки из материалов дела и показаний допрошенных по делу лиц, носят односторонний характер, не отражают в полной мере существо этих документов и оценены им в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. В то же время, согласно правилам оценки доказательств, установленным ст.88 УПК РФ, исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре.

По своей сути, изложенные в апелляционной жалобе защитника доводы сводятся к несогласию с осуждением ФИО по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ, а также к изложению им собственной оценки собранных по делу доказательств, которая представляется ему более правильной.

Аналогичные доводы осужденным и защитником приводились и в суде первой инстанции. Между тем, поскольку проверка и оценка доказательств, добытых по настоящему делу, произведена судом в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, у судебной коллегии нет никаких оснований для переоценки доказательств по делу.

Суд первой инстанции также тщательным образом исследовал психическое состояние ФИО и обоснованно пришел к выводу о его вменяемости с учетом проведенной по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы (т.1 л.д.247-248), из выводов которой следует, что ФИО в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, в состоянии временного психического расстройства не находился. По своему психическому состоянию ФИО как в период времени инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время мог и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Наказание осужденному ФИО назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60, 61, 63, 68 УК РФ, а позиция защитника, изложенная в апелляционной жалобе о несправедливости назначенного судом наказания, является необоснованной. При определении вида и размера наказания суд первой инстанции принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО смягчающие наказание обстоятельства – возмещение потерпевшему причиненного материального и морального вреда, а в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА характеризуется с положительной стороны.

Вопреки доводам жалобы, оснований для признания смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ (активное способствование раскрытию и расследованию преступления), суд апелляционной инстанции не усматривает. Частичное признание вины и дача показаний сами по себе не образуют указанного смягчающего обстоятельства, поскольку активное способствование предполагает совершение виновным активных действий, направленных на сотрудничество со следствием, предоставление информации, имеющей значение для раскрытия преступления, ранее неизвестной органам расследования. Каких-либо данных о том, что осужденный оказал такое содействие, материалы дела не содержат. Напротив, его позиция сводилась к выдвижению версии, опровергнутой совокупностью доказательств.

Несостоятельным является и довод жалобы о необходимости признания смягчающим обстоятельством противоправного поведения потерпевшего. Судом первой инстанции тщательно проверялась версия осужденного о том, что потерпевший совершал в отношении него противоправные действия (захват сзади, удушение), однако она обоснованно отвергнута как не нашедшая подтверждения. Из показаний потерпевшего и свидетелей, положенных в основу приговора, следует, что непосредственно перед нанесением ему ударов потерпевший не совершал каких-либо активных действий, угрожающих жизни или здоровью осужденного. Само по себе требование покинуть дом, высказанное в грубой форме, не может расцениваться как противоправное поведение, дающее основание для смягчения наказания. Оснований для иной оценки данного обстоятельства суд апелляционной инстанции не находит.

Обстоятельством отягчающим наказание в соответствии со ст. 63 УК РФ судом обоснованно признан рецидив преступлений, который в соответствии с п.«б» ч.3 ст.18 УК РФ является особо опасным.

Кроме того, обстоятельством, отягчающим наказание в соответствии с п. 1.1 ст. 63 УК РФ судом признано совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Довод жалобы о необоснованном признании отягчающим обстоятельством состояние алкогольного опьянения является несостоятельным, поскольку в силу ч. 1.1 ст. 63 УК РФ право оценки влияния опьянения на совершение преступления принадлежит суду. Мнение осужденного об отсутствии такого влияния для суда обязательным не является. Суд первой инстанции мотивированно признал данное обстоятельство отягчающим, исходя из характера и обстоятельств преступления, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

С учетом данного обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно, в строгом соответствии с законом, не нашел оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ. При этом назначенное судом наказание соответствует положениям ч.2 ст.68 УК РФ.

Все существенные обстоятельства, имеющие значение для дела, были известны суду и приняты во внимание при определении вида и размера наказания.

Вывод суда о том, что исправление осужденного ФИО возможно только в условиях изоляции его от общества, а также об отсутствии оснований для применения положений ст. ст. 64, 73, ч. 3 ст. 68 УК РФ, в приговоре мотивирован и, по мнению судебной коллегии, является правильным.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО надлежит отбывать наказание, судом определен верно.

Наказание, назначенное ФИО, соответствует целям и задачам назначения уголовного наказания. Оснований к снижению или смягчению назначенного наказания, применению положений ч. 3 ст. 68, ст. ст. 64, 73 УК РФ, а также полагать, что оно является несправедливым, в том числе по доводам поданной апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия также не усматривает.

Нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении уголовного дела с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения приговора, судом первой инстанции не допущено.

Все данные о личности осужденного, в том числе, указанные в апелляционной жалобе стороны защиты, учтены судом и приняты во внимание при назначении ему наказания. Какие-либо новые данные, характеризующие осужденного ФИО не учтенные судом и безусловно влекущие смягчение осужденному наказания, судебной коллегией не установлены.

Каких-либо существенных нарушений норм уголовного или уголовно-процессуального закона, либо неправильного применения норм уголовного закона, фактов несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела, влекущих за собой безусловную отмену либо изменение приговора, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, судебная коллегия полагает необходимым приговор в отношении ФИО оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Данкеевой О.В. – без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Батайского городского суда Ростовской области от 13 января 2026 года в отношении ФИО оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Данкеевой О.В. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего судебного решения. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: