Решение № 2-362/2018 2-362/2018~М-117/2018 М-117/2018 от 19 сентября 2018 г. по делу № 2-362/2018

дело № 2-362/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

20 сентября 2018 года город Набережные Челны

Тукаевский районный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Р.Р. Гайфуллина, при секретаре Г.И. Юнусовой, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения дома и земельного участка, аннулировании права собственности,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 в интересах ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения дома и земельного участка, аннулировании в ЕГРН записи о праве собственности ответчика на дом и земельный участок.

В обоснование иска указано, что истцу на праве собственности принадлежал земельный участок и дом, расположенные по адресу: <адрес> по данному адресу он зарегистрирован. В ДД.ММ.ГГГГ стало известно, что указанное имущество на основании договора дарения перешло во владение ответчика, тогда как намерений дарить свой дом и земельный участок кому-либо у истца не имелось и он не знал о совершенной сделке. Указав, что в силу преклонного возраста (ДД.ММ.ГГГГ) истец заблуждался относительно природы сделки и не понимал, какой документ подписывает, поскольку не имел возможности прочитать его, просила признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и аннулировать запись в ЕГРН о праве собственности ФИО2 на указанные дом и земельный участок.

В предварительном судебном заседании ФИО1 поддержал заявленные требования и пояснил, что желает вернуть дом и земельный участок, поскольку не понимал, что подписывал.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании поддержал заявленные требования по указанным в иске основаниям, указав на болезненное состояние истца в момент подписания спорного договора дарения.

ФИО2 иск не признал, пояснив, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 со своей супругой ФИО14 обратились к ним за помощью, просили опеки. Истец объяснил, что родственников у них не имеется, в связи с преклонным возрастом жить становится тяжелее, в связи с чем попросил его с супругой оказывать помощь по домохозяйству. С этого времени они с супругой начали посещать дом истца, где было грязно, неубрано, поскольку истец держал скот и обувь, в которой ухаживал за животными, не снимал и дома. Супруга убиралась у них дома, стирала и готовила, а он помогал по хозяйству. Супруга истца ФИО21 в связи с болезнью слегла, бывали дни, когда он (ответчик) менял ей памперсы. Предложение о передаче дома и земельного участка ему в собственность прозвучало от ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ в этом же году истец и его супруга оформили на него завещание, все принадлежащее им имущество, в том числе спорные дом и земельный участок, завещали ему. ДД.ММ.ГГГГ по инициативе ФИО1 был оформлен договор дарения земельного участка с домом, истец сам поехал в регистрационный орган и подписал договор.

Свидетель ФИО22 соседка истца, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ назад ФИО1 сообщил ей о желании подарить дом с земельным участком ФИО2 и его супруге ФИО23, которые ухаживают за ними, а родственники внимания не оказывают. ФИО1 находился в здравой памяти, шутил, разборчиво разговаривал и приветливо общался.

Свидетель ФИО24 пояснила, что с супругом (ответчик) помогали ФИО1 и его супруге по хозяйству и по дому, в связи с чем истец со своей супругой ФИО21 решили подарить им дом. Все вместе ездили к нотариусу оформлять завещание, после истец сам ездил в регистрирующий орган для заключения договора дарения, при этом находился в адекватном состоянии. После смерти ФИО21 появились родственники и забрали истца к себе, до этого родственники его не навещали.

Свидетель ФИО27, сосед истца по месту жительства, в судебном заседании пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и его супруга ФИО21 стали просить помощи в домохозяйстве, в связи с чем ФИО2 с супругой стали им помогать как в огороде, так и в хозяйстве и дома. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сообщил ему о желании подарить дом с земельным участком ответчику и его супруге, в ДД.ММ.ГГГГ заключили договор дарения.

Свидетель со стороны истца ФИО11, родственник ФИО1, пояснил суду о болезненном состоянии ФИО1 в момент подписания договора дарения и пережитом до этого инсульте.

Аналогичные показания дали родственники истца ФИО12 и ФИО13.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу положений статьи 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьими лицами. При наличии встречной передачи вещи или права встречного обязательства договор не признается дарением.

В силу пункта 3 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор дарения, согласно которому ответчик приобрел земельный участок с кадастровым №, по адресу: <адрес> площадью <данные изъяты> категории земель населенных пунктов, с разрешенным использованием: для ведения личного подсобного хозяйства, с расположенным на участке домом с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> жилой – <данные изъяты>; на участке расположены также сараи, баня, деревянные и металлические сооружения.

Договор зарегистрирован в Росреестре ДД.ММ.ГГГГ, в пункте 1.5 договора предусмотрено заключение договора не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях и то, что сделка не является кабальной. Договор также имеет ссылку на его заключение сторонами добровольно, будучи в здравом уме и твердой памяти.

Согласно домовой книге, ответчик с супругой ФИО5 и <данные изъяты> ФИО29 зарегистрированы по данному адресу ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> ФИО30 – ДД.ММ.ГГГГ.

Договор дарения заключен с ведома супруги истца ФИО14, которая ДД.ММ.ГГГГ выдала ФИО1 нотариально удостоверенное согласие на отчуждение нажитых в браке спорных земельного участка и дома.

Завещаниями от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и его супруга ФИО14 распорядились передать ФИО2 все свое имущество, в том числе спорные дом и земельный участок.

После регистрации права собственности ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заключил с <данные изъяты> договор поставки коммунальных услуг, согласно счет-квитанциям с ДД.ММ.ГГГГ оплачивал коммунальные расходы за 5 человек, в том числе за истца, который постоянно проживал в спорном доме вместе с супругой до смерти последней – ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно исковому заявлению и пояснениям истца и его представителя в судебном заседании, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ оспаривается по основанию того, что даритель был введен в заблуждение относительно природы совершенной сделки - в силу преклонного возраста истец не понимал, какой документ подписывает и какую сделку совершает, а также не мог прочитать подписываемый документ, то есть не понимал значения своих действий.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Оспариваемый договор дарения спорного жилого помещения подписан ФИО1 лично, прошел государственную регистрацию, заключен в установленном законом порядке в письменной форме, при этом истец лично принимал участие в регистрации как самого договора, так и подавал заявление в регистрирующий орган о переходе права собственности.

Таким образом, доказательств подтверждающих, что истец заблуждался относительно правовой природы оспариваемой сделки в том смысле, как это предусмотрено статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также доказательств того, что его воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, суду не представлено, напротив, действия истца по отчуждению дома и земельного участка в пользу ответчика носили осознанный, целенаправленный и последовательный характер.

Изложенное подтверждается заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы №, согласно которому у ФИО1 в юридически значимый период обнаруживалось <данные изъяты>, во время составления и подписания договора дарения он находился в преклонном возрасте, нуждался в постороннем уходе и помощи, так как испытывал <данные изъяты> Однако психические состояние ФИО1 в данный период в медицинских документах не отражено, степень выраженности мнестических нарушений определить невозможно, в связи с чем ответить на вопрос о его психическом состоянии и способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения спорного договора не представляется возможным.

Согласно статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со статьей 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд приходит к выводу о том, что данное заключение является допустимым доказательством, так как оно выполнено сотрудниками экспертной организации, которые имеют соответствующую квалификацию и образование, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов подробно мотивированы, содержат ссылки на используемую литературу и выписки из медицинской документации истца. Ответы на поставленные перед экспертами вопросы изложены ясно, понятно, не содержат неоднозначных формулировок, подтверждаются медицинской документацией.

Наличие у ФИО1 в юридически значимый период времени заболеваний, в том числе и неврологического характера, само по себе не свидетельствует о том, что он не мог в этот период времени отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Необходимость и целесообразность заключения договора дарения для истца мотивировалось тем, что ФИО2 с супругой оказывали помощь по хозяйству, родственники истца и его супругу не навещали, что подтвердилось в судебном заседании показаниями свидетелей.

Доводы истцовой стороны об отсутствии намерений произвести отчуждение дома и земельного участка противоречат совершенным им действиям, влекущим соответствующие правовые последствия - правовой результат заключенной сделки достигнут, объекты недвижимости являлись собственностью ФИО1, что было зарегистрировано в установленном законом порядке, в последующем он распорядился ими, заключив договор дарения с ответчиком.

Таким образом, оспариваемый договор дарения был исполнен, о чем свидетельствуют фактические действия сторон; например, проживая в доме после его отчуждения, ФИО1 не оплачивал расходы по содержанию и коммунальные расходы. Стороны при заключении договора купли-продажи не заблуждались относительно природы сделки, совершили действия направленные на исполнение договора, после заключения названного договора наступили соответствующие правовые последствия (регистрация права собственности покупателя).

Разрешение на проживание и дальнейшее в течение 6 лет проживание истца в указанном доме после продажи не противоречит закону и правовую природу совершенной сделки не меняет.

Изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что воля сторон по оспариваемой сделке была направлена на создание именно тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.

Обоснованным является также довод ответчика о пропуске срока исковой давности, предусмотренной статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации – доказательств уважительности причин пропуска срока оспаривания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ суду не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения дома и земельного участка, аннулировании права собственности – отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд Республики Татарстан через Тукаевский районный суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: