Апелляционное определение № 33-1381/2026 от 15 апреля 2026 г.

Дело № 2-5662/2025 Председательствующий – Калиматова З.М.


Апелляционное определение

№ 33-1381/2026
16 апреля 2026 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.М.,

судей Дзаитова М.И. и Оздоева А.И.,

при секретаре судебного заседания Арчаковой З.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования российской Федерации по Волгоградской области признании решения незаконным, возложении обязанности восстановить размер пенсии в прежнем размере и произвести перерасчет и компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ОСФР по Волгоградской области на решение Магасского районного суда от 27 октября 2025 г., которым исковое заявление удовлетворено частично.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.М., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области, в котором просит признать незаконным решение ответчиков о снижении размера пенсии, обязать ответчиков произвести перерасчет размера страховой пенсии с даты ее снижения, исходя из прежнего размера, возобновить выплату пенсии в прежнем размере с последующей индексацией, предусмотренной законом, взыскать компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., обратить решение суда к немедленному исполнению.

В обоснование искового заявления указано, что истец является получателем страховой пенсии по старости, размер которой до октября 2024 г. составлял 22035,49 руб. Ответчиком размер пенсии пересчитан в сторону уменьшения и на 01 сентября 2024 г. составил 16422,46 руб. Письмом пенсионный орган сообщил ей о том, что размер страховой пенсии скорректирован в сторону уменьшения без учета сведения о заработной плате

Указывает, что пенсионным органом ей необоснованно снижен размер пенсии по старости, что существенно нарушает ее право на пенсионное обеспечение.

Решением Магасского районного суда от 27 октября 2025 г. исковые требования удовлетворены частично. Суд признал решение ОСФР по Волгоградской области о снижении размера страховой пенсии по старости незаконным, обязал ответчиков произвести перерасчет размера страховой пенсии, исходя из прежнего размера с даты ее снижения с учетом индексации, и возобновить выплату страховой пенсии в прежнем размере, обратил решение суда к немедленному исполнению. В удовлетворении остальной части требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель ОСФР по Волгоградской области ставит вопрос об отмене судебного решения в связи с нарушением судом норм материального и процессуального права.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии регулируются вступившим в силу 1 января 2015 г. Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно ч.1 ст.7 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. №173 -ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведенной в ч.1 ст.15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ.

Частью 8 ст. 13 указанного Федерального закона предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу названного федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также исследованного судом первой инстанции пенсионного дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является получателем страховой пенсии по старости, назначенной в соответствии с Федеральным законом от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В пенсионный орган истцом были представлены необходимые документы, в том числе: трудовая книжка с датой заполнения 23 декабря 1974 г., согласно которой в период с 16.12.1974 по 26.06.1975 истец работала бетонщицей в Орджоникидзевской ПМК Межколхозстроя СОАССР, с 08.01.1981 по 30.03.1981 – съемщиком-укладчиком кирпича на Бесланском кирпичном заводе, с 08.02.1982 по 01.04.1982 – садчицей кирпича на Бесланском кирпичном заводе, с 04.01.1985 по 07.02.1985 – маляром в ОХУОР треста «СОГС», с 17.03.1985 по 30.08.1998 – штукатурщике стр-участка в Совхоз «Экажевский» (ныне «ГУП «Волжанин»).

В материалах дела имеются справка о заработной плате, выданная ГУП «Волжанин», за период с 1985 года по 1990 года, справка о заработной плате № 73 от августа 1998 года, выданная Грозненским дородным ПМК, за период с июля 1975 года по декабрь 1980 год, справка от августа 1998 г. о том, что в период с 01.07.1975 по 25.12.1980 ФИО1 работала укладчиком асфальта в Грозненской дорожно-передвижной мехколонне.

Кроме того, в материалах пенсионного дела имеются данные о страховом стаже за периоды работ с 16.12.1974 по 26.06.1975, с 08.01.1981 по 30.03.1981, с 08.02.1982 по 01.04.1982, с 04.01.1985 по 07.02.1985, с 17.03.1985 по 30.08.1998.

Согласно ответу ОСФР по Республике Ингушетия на обращение истца по вопросу пенсионного обеспечения на 30 сентября 2024 г. размер пенсионной выплаты составлял 22035,49 руб. На 01 сентября 2025 2025 г. размер пенсионных выплат составляет 16422,46 руб. Размер пенсионной выплаты пересчитан в сторону уменьшения, поскольку в электронном выплатном деле отсутствует справка о заработной плате.

Суд первой инстанции, разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 29 января 2004 г. №2-П, от 14 января 2016 г. №1-П, исходил из возраста истца, длительного периода получения пенсии, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

В соответствии с ч. 4 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П указал, что совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства.

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П).

Из приведённых норм Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Согласно п. 13. Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2023 г.), выявление пенсионным органом допущенной ошибки в расчете выслуги лет (стажа службы) при назначении гражданину пенсионного обеспечения - в отсутствие с его стороны каких-либо виновных действий - не может являться самостоятельным основанием для перерасчета пенсионным органом гражданину размера пенсии в сторону уменьшения без учета иных значимых обстоятельств (срок, прошедший с момента признания со стороны пенсионного органа права на пенсию в соответствующем размере, возможность возвращения гражданина на службу для приобретения права на пенсионное обеспечение в установленном до выявления ошибки размере и другие).

При установленных судом юридически значимых обстоятельствах дела и с учетом приведенных норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований.

При уменьшении размера пенсии не были учтены продолжительность получения истцом ФИО2 пенсии в размере, установленном до его снижения, ее возраст.

Добросовестность действий истца презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцом недостоверных сведений при назначении пенсии.

Между тем такие доказательства ответчиками суду не представлены, как не представлены результаты проверки заработной платы истца, а также представленных ею сведений о трудовом стаже. В материалах пенсионного дела такие сведения не имеются.

При назначении пенсии пенсионным органом была принята во внимание представленная справка, подтверждающая заработную плату, с учетом которой был исчислен размер пенсии.

Довод ответчика о том, что пенсия подлежит снижению ввиду того, что в ЭВДГ отсутствуют справка о заработной плате, судебная коллегия отклоняет, поскольку ответственность за своевременное и полное внесение в ЭВГД представленных гражданином документов несет пенсионный орган, в чьем распоряжении они находятся. В пенсионном деле истца на бумажном носителе имеются сведения, подтверждающие трудовой стаж и заработную плату истца.

Довод апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права при обращении решения к немедленному исполнению судебная коллегия также отклоняет.

Необоснованное уменьшение получаемой истцом пенсии с учетом ее возраста и невозможности возвращения к трудовой деятельности для приобретения права на пенсионное обеспечение фактически лишило ее надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для ФИО1 единственным доходом, доказательства обратного материалы дела не содержат.

В связи с изложенным судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Магасского районного суда от 27 октября 2025 г., которым частично удовлетворено исковое заявление ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования российской Федерации по Волгоградской области признании решения незаконным, возложении обязанности восстановить размер пенсии в прежнем размере и произвести перерасчет и компенсации морального вреда, оставить без изменения, апелляционную жалобу ОСФР по Волгоградской области - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 29 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи

С подлинного за надлежащими подписями

Копия верна:

Судья Коригова М.М.