Решение № 2-11990/2025 2-2049/2026 2-2049/2026(2-11990/2025;)~М-11030/2025 М-11030/2025 от 30 марта 2026 г. по делу № 2-11990/2025

16RS0051-01-2025-024194-24

Дело 2-2049/2026

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

П. Лумумбы ул., д. 48, г. Казань, <...>, тел. <***>, факс <***>

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Казань 17 марта 2026 года

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи Шадриной Е.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО3,

с участием прокурора ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» об установлении факта трудовых отношений, признании отстранения от работы незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, указав, что <дата изъята> между АО «Тинькофф Банк» (в настоящее время -АО «ТБанк») и истцом был заключён договор присоединения на оказание услуг, фактически же стороны находились в трудовых правоотношениях. <дата изъята> ответчик отстранил истца от работы, указывает, что заключённый между сторонами договор присоединения расторгнут, при этом были заблокированы все доступы к программе, посредством которой истец осуществлял свою деятельность. Тем самым ответчик незаконно отстранил истца от работы. Правоотношения между ФИО1 и АО «ТБанк» являются трудовыми. Так, из договора присоединения на оказание услуг следует, что в функциональные обязанности истца входит: выезд на встречи с клиентами, доставка документов и банковских карт, сбор документов, необходимых для идентификации, осуществление зачисления денежных средств в счёт уплаты страховых взносов, иные поручения. Истец был обязан осуществлять услуги лично, в соответствии с планом, соблюдая обязательные требования, установленные заказчиком; ежедневно отслеживать обновления памяток, схем, регламентов через личный кабинет. Банк, согласно условиям договора, вправе организовывать конференции, консультации, а также иные мероприятия, участие в которых истца является обязательным. Деятельность истца осуществлялась строго под контролем банка. Также в договоре указано, что он действует в течение месяца, а далее автоматически пролонгируется. Истец работал по сдельной оплате труда, установлена тарифная ставка, система оплаты. В обязанности истца входило также: подписание документов, доставка банковских карт, подписание договоров страхования, заключение и подписание кредитных продуктов, подписание документов по идентификации. Согласно выданной доверенности истец имеет право подписывать и заверять от имени банка кредитные продукты, совершать иные действия в соответствии с требованиями законодательства в части идентификации клиентов банка и открытия банковских счетов, подписывать договоры от имени банка, представлять банк, действовать от имени и по поручению ООО «Тинькофф Мобил». Указанные действия истец мог совершать лишь как работник банка. Истец осуществлял страховую деятельность от имени банка, у которого были заключены договоры со страховщиком. Истец работал через программы банка с помощью своего личного кабинета, работа носила дистанционный и разъездной характер. Вся деятельность истца осуществлялась как представителем банка, данная деятельность носила непрерывный и постоянный характер, не была нацелена на достижение какой-либо цели, предусматривала выполнение одной и той же трудовой функции. Таким образом, правоотношения сторон являлись трудовыми, а истец должен быть восстановлен в должности агента по коммерческим продажам с дистанционным, разъездным характером работы. Со стороны ответчика имело место незаконное беспричинное отстранение ФИО1 от трудовой деятельности с <дата изъята>, в частности, ответчик отключил доступ к программам, посредством которых работал истец, при этом истец волю на прекращение трудовых правоотношений с ответчиком не выражал. По указанным основаниям истец просит признать между сторонами факт трудовых отношений – работы истца в должности «агент по коммерческим продажам» с <дата изъята>, признать факт незаконного отстранения от работы в указанной должности с <дата изъята> и восстановить его на работе, взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за период работы в размере 484 384 рублей, средний заработок за время вынужденного прогула с 01.11.20205 по день вынесения решения суда, а также компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Истец в судебные заседания по делу, будучи надлежащим образом извещенным о слушании дела, не являлся, просил рассматривать дело в свое отсутствие.

Представитель ответчика в судебном заседании просила суд в иске ФИО1 отказать, суду поясняла, что в рамках правоотношений, сложившихся между истцом и банком, в обязанности истца входили выезд к клиентам, проверка личности, доставка им банковских карт, иных продуктов и получение у них подписанных и заполненных документов, передача их в банк (загрузка в приложение скан-образов документов и передача подлинников через офис банка). На данные действия истцу была выдана доверенность. Задачи истец получал через приложение банка, по каждой задаче был установлен срок ее выполнения, там же отчитывался о выполнении задачи, загружал необходимые документы, через приложение также взаимодействовал с куратором - сотрудником банка. При этом функции брокера истец не выполнял, идентификацией клиентов не занимался (хотя и проверял соответствие личности паспортным данным). Фактически между сторонами имели место гражданско-правовые отношения. Поясняла также, что с ноября 2025 года ФИО1 перестал брать заявки (задачи), в связи с чем – ответчиком не уточнялось, ввиду чего договор с ним банком был расторгнут в одностороннем порядке.

Прокурором дано заключение о необходимости удовлетворения заявленных исковых требований о восстановлении истца на работе.

Заслушав пояснения представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В соответствии с статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно статье 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О). Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвёртый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В соответствии с частью 3 стать 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу части четвёртой статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что <дата изъята> между АО «Тинькофф Банк» (в настоящее время -АО «ТБанк») и ФИО1 был заключён договор присоединения на оказание услуг, в соответствии с которым ответчик поручает, а истец принимает на себя обязательство оказывать следующие услуги:

- выезд к клиентам и/или потенциальным клиентам заказчика и его партнеров с целью доставки ему документов, а также банковских карт, sim-карт и оформление соответствующих конкретному продукту заказчика или его партнеров документов, подписание данных документов, консультация по продуктам/услугам заказчика и его партнеров, сбор документов, необходимых для идентификации клиентов заказчика и/или партнеров заказчика, и передача их заказчику;

- осуществление зачисления наличных денежных средств, полученных исполнителем от клиента партнера заказчика в счет уплаты страховой премии по заключенным договорам страхования, на счет партнера заказчика согласно инструкции заказчика;

- проведение предстрахового осмотра автомобиля, если это требуется согласно инструкциям, полученным исполнителем от партнера заказчика в процессе выполнения своих обязанностей,

- осуществление установки дополнительного оборудования при наличии соответствующего поручения от заказчика;

- составление оптимального маршрута и распределение выездов к клиентам;

- транспортировка, хранение, выдача и подписание кадровых документов с сотрудниками заказчика;

- выезд к клиентам заказчика для доставки перевыпущенной или дополнительной карты,

- иные поручения заказчика.

Оказание услуг осуществляется в соответствии с календарным планом (пункт 2.4 договора).

Заказчик обязывается принять результат работ и оплатить работу на условиях, указанных в договоре.

В соответствии с разделом 3.2 договора заказчик обязуется предоставить исполнителю всю необходимую информацию о требуемом результате оказания услуг; принять услуг работ в срок, предусмотренный договором; известить исполнителя об обнаруженных недостатках услуг, которые не могли быть выявлены при обычном способе приемки, в течение 1 (одного) месяца с момента их обнаружения. Заказчик вправе в любое время проверять ход и качество выполнения исполнителем услуг. Заказчик вправе корректировать размер выплаченного вознаграждения исполнителя, отразив соответствующую сумму вознаграждения в последующем акте прима-передачи выполненных услуг. Заказчик вправе уточнять и корректировать желаемые результаты оказания услуг до их принятия заказчиком, в том числе в случае существенного изменения ситуации.

Пунктом 2.4 договора предусмотрено, что исполнитель обязан исполнять услугу своими силами, в полном объеме, качественно, без привлечения к исполнению своих обязанностей третьих лиц.

Исполнитель принимает на себя полную материальную ответственность за сохранность вверенных ему заказчиком материальных ценностей и иного имущества и в связи с изложенным обязуется: подписать акты приема-передачи материальных ценностей; бережно относиться к переданным ему материальным ценностям и/или иного имущества заказчика и принимать меры к предотвращению ущерба/порчи, уничтожения; своевременно сообщать обо всех обстоятельствах угрожающих обеспечению сохранности вверенных ему материальных ценностей и имущества, участвовать в инвентаризации вверенных ему материальных ценностей и имущества.

Согласно разделу 4 договора стоимость выполняемых исполнителем работ определяется приложением <номер изъят> к договору, которое является его неотъемлемой частью. Расчетный период устанавливается равным одной неделе. В случае производственной необходимости даты начала и окончания расчетного периода могут быть изменены с предварительным уведомлением исполнителя.

Договор вступает в силу с момента его заключения и действует 30 календарных дней (пункт 9.1); после истечения его первоначального срока действия, действие договора автоматически пролонгируется на очередной календарный месяц, если ни одна из сторон не уведомит другую сторону в письменной форме о своем намерении расторгнуть договор (пункт 9.2).

Истец указывает датой заключения данного договора <дата изъята>, ответчик – <дата изъята>, при этом каких-либо доказательств заключения договора именно <дата изъята> АО «ТБанк» суду представлено не было, а потому в этой части суд считает необходимым руководствоваться пояснениями истца, не опровергнутыми надлежащим образом ответчиком.

Указанный договор присоединения действовал по <дата изъята> – даты, когда АО «ТБанк» в одностороннем порядке его расторг, что следует из пояснений обеих сторон и представленной ответчиком справке.

Из письменных пояснений истца следует, что фактически он занимался выездами и встречами с клиентами, идентификацией клиентов, оформлением документов по заключаемым кредитным договорам, передачей банковских карт. Работа носила дистанционный, разъездной характер.

Из представленных ответчиком в материалы дела актов приема-передачи выполненных работ видно, что истец выполнял следующие виды работ/услуг: доставка документов, подписание договоров с клиентами заказчика в рамках открытия счета, выдача кредитной карты клиенту, выдача сим-карты «Тинькофф Мобайл» клиенту заказчика и установка в устройство клиента, установка мобильного приложения «Тинькофф Мобайл» на устройстве клиента и другие. Отдельно предусматривалась оплата в случае работы на территории иной зоны, отличной от «домашней» (предусматривался тариф за каждую такую рабочую смену). Также вознаграждение было предусмотрено в форме возмещения транспортных расходов истца. При этом у истца также производились удержания за утрату товарно-материальных ценностей.

Представителем ответчика давались пояснения о том, что ФИО1 выдавалась доверенность действовать от имени банка, из пояснений также следует, что в обязанности истца входило выполнение задач, указанных в его личном кабинете, у него имелся куратор (непосредственный руководитель), являвшийся сотрудником банка; к истцу применялась система поощрений за качественное и в срок оказание услуг.

Среди нарушений, перечисленных в Перечне факторов, влияющих на итоговую оценку эффективности работ (перечень нарушений технологической инструкции), включённом в систему мотивации к договору между сторонами, направленном в адрес истца ответчиком по электронной почте, содержатся в том числе такие: использование рабочего времени для решения вопросов, не обусловленных трудовыми отношениями с работодателем; личные телефонные переговоры и переписки в период рабочего времени, не относящиеся к выполнению трудовых обязанностей; неинформирование работодателя об изменении анкетных данных; опоздания на выполнение работ; игнорирование устных и письменных распоряжений непосредственного руководителя, невыполнение задания руководителя.

Согласно представленным платежным поручениям, банковским ордерам АО «Тинькофф Банк» (в последующем АО «ТБанк») перечислял на счет ФИО1 денежные средства с назначением платежа «выплата вознаграждения», «начисленное вознаграждение по договорам гражданско-правового характера».

Из имеющихся в деле справок 2-НДФЛ за 2022 - 2025 года, а также сведений индивидуального лицевого счета застрахованного лица следует, что ответчик являлся налоговым агентом, перечисляя за истца налоги и уплачивая страховые взносы на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование.

Согласно положениям Гражданского кодекса по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Проанализировав представленные суду доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что сторонами фактически согласованы условия договора, характерные для трудовых. Работа истца носила устойчивый и стабильный характер, продолжалась в течение 7 лет, выполнялась им под контролем ответчика. Условиями договора между сторонами предусмотрено обязательное личное выполнение истцом возложенных на него функций. Для работы требовался доступ в личный кабинет на Интернет-сайте АО «ТБанк», предоставленный истцу ответчиком. При исполнении своих обязанностей истцу следовало руководствоваться планом работ и памяткой, что контролировалось ответчиком. Истец фактически выполнял одну и ту же трудовую функцию (работу), которая заключалась в привлечении клиентов банка и организации кредитования физических лиц, сборе у таких лиц необходимых документов и передаче им банковских продуктов, то есть ФИО1 выполнял функции, присущие работникам банка, при этом ее функциональные обязанности в спорный период не изменялись. Истцу выдавалась доверенность действовать в правоотношениях с иными лицами в качестве представителя банка. У истца имелся непосредственный руководитель.

При квалификации отношений сторон по делу суд учитывает, что сложившиеся между сторонами правоотношения не отвечают признакам гражданско-правового договора, поскольку из анализа представленных доказательств следует, что предметом отношений не являлся конечный результат, а имел значение именно сам процесс работы, что не отвечает признакам гражданско-правового договора об оказании услуг. Истец не нес риск случайной гибели результата выполненной работы, не мог получить при ее выполнении прибыль, обеспечение ее деятельности в спорный период осуществлялось за счет средств банка.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что между истцом и ответчиком с <дата изъята> сложились трудовые отношения с исполнением истцом трудовых обязанностей в должности агента по коммерческим продажам с дистанционным характером работы.

То обстоятельство, что истец не имел стационарного рабочего места, жесткого графика работы, не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений между сторонами в спорный период.

Так, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации под дистанционной работой понимается выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети "Интернет".

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 осуществлял деятельность вне местонахождения работодателя, для осуществления взаимодействия между ними по вопросам, связанным с ее выполнением, использовались информационно-телекоммуникационные сети, что указывает на дистанционный характер работы.

То обстоятельство, что вознаграждение истца не носило заранее определенный характер, не опровергает наличие между сторонами трудовых отношений, поскольку в силу статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата зависит, в том числе от количества и качества выполняемой работы и может устанавливаться не только в виде оклада, но и тарифной ставки. Указанный в приложении к договору порядок определения вознаграждения по существу является формой оплаты труда, регулирующей условия и размеры различных видов оплат, ставок за количество оказанных услуг.

Отсутствие приказа о приеме на работу, равно как и отсутствие трудового договора между сторонами, записи в трудовой книжке истца, отсутствие должности "агент по коммерческим продажам" в штатном расписании компании ответчика, оплата ответчиком налогов и страховых взносов за истца как получавшей доход из гражданско-правового договора, основаниями к отказу в удовлетворении исковых требований являться не может, поскольку такие действия АО "ТБанк" свидетельствуют о нарушении ответчиком трудового законодательства как при приеме работников на работу, так и в ходе осуществления истцом работы, что не может умалять трудовые права истца.

Суд отмечает, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ, например, определение от 19 мая 2009 года N 597-О-О, определение от 13 октября 2009 года N 1320-О-О, определение от 12 апреля 2011 года N 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя, ответственного за ведение кадрового и бухгалтерского документооборота, в связи с чем, отсутствие каких-либо кадровых документов относительно периода работы истца у ответчика не свидетельствуют об отсутствии между ними трудовых отношений.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. N 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений. В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлён допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчинённость и зависимость труда, выполнение работником работы только по определённой специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвёртый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

По смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Таким образом, поскольку в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение тот факт, что истец приступил к работе у ответчика, выполняя трудовые обязанности по указанной выше должности, с ведома и по поручению работодателя, под его контролем и управлением, именно на ответчике лежала обязанность представить доказательства отсутствия между сторонами трудовых отношений. Однако ответчик таких доказательств не представил.

Доводы ответчика о том, что договор присоединения носил гражданско-правовой характер, стороны в нем поименованы как заказчик и исполнитель, предметом договора является выполнение определенных видов работ/услуг, размер оплаты зависит от результата работы/оказания услуги, оплата происходит на основании актов приема-передачи, истцу не устанавливался должностной оклад, выплачивалось вознаграждение, которое не носило заранее определенного размера, истец не был интегрирован во внутреннюю структуру банка, не находился в чьем-то структурном подчинении, не могут повлиять на выводы суда, установившего наличие совокупности признаков трудовых правоотношений между сторонами, исполнение истцом именно трудовой функции, а не услуг в пользу ответчика, а также нарушение прав истца при оформлении правоотношений с ответчиком как гражданско-правовых.

При изложенных обстоятельствах, установив характерные признаки трудовых правоотношений между АО «ТБанк» и ФИО1, с учетом приведенного нормативно-правового регулирования, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истца и установлении факта наличия между ним и АО «Тбанк» трудовых отношений в период с <дата изъята> с работой истца в должности агента по коммерческим продажам.

Разрешая исковые требования о признании незаконным отстранения от работы, восстановлении на работе, суд исходит из следующего.

В силу положений статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации именно работодатель обязан предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции.

Из письменных пояснений истца следует, что <дата изъята> работодатель отключил его доступ в рабочие программы, с этого времени истец объективно не может выполнять трудовую функцию. При этом, как указывает АО «ТБанк» договор с ФИО1 был расторгнут в одностороннем порядке по инициативе банка <дата изъята> путем направления истцу соответствующего уведомления, данное уведомление приобщено к материалам дела.

В то же время судом установлено, что в период с <дата изъята> по <дата изъята> работа истцу не предоставлялась, доступ в личный кабинет на Интернет-сайте банка был заблокирован, график и план работ не согласовывались. Данные обстоятельства ответчиком с предоставлением соответствующих доказательств не оспаривались. Из последнего акта оказанных услуг, датированного <дата изъята> следует, что производилась лишь корректировка оплат за предыдущие расчетные периоды, у истца удерживались денежные средства.

При этом сам истец за расторжением договора не обращался, правоотношения с АО «Тбанк» прекращать не намеревался, о чем свидетельствует и его обращение в суд с настоящим иском непосредственно после получения уведомления банка о расторжении с ним договора.

Изложенное свидетельствует о том, что фактически с <дата изъята> истец без законных к тому оснований, находясь фактически в трудовых правоотношениях с ответчиком, был отстранен от работы, выполнение трудовой функции ему не обеспечивалось, простой при этом не объявлялся, актов об отсутствии на рабочем месте не составлялся, в то же время договор с ФИО1 был расторгнут лишь 19.12.2025

Также данные обстоятельства свидетельствуют о фактическом увольнении истца <дата изъята> по инициативе работодателя без указания предусмотренных для этого статьи 81 Трудового кодекса РФ оснований и без надлежащего документального оформления. При этом то обстоятельство, что прекращение трудовых отношений не было оформлено работодателем документально (как и прием на работу), в данном случае не может являться препятствием для признания увольнения незаконным и восстановления нарушенных прав истца.

Увольнение по инициативе работодателя является законным, когда у работодателя имеется одно из законных оснований для прекращения трудового договора, предусмотренных трудовым законодательством, и соблюден установленный Трудовым кодексом РФ порядок увольнения, при этом обязанность доказать законность увольнения возлагается на работодателя (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата изъята> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ").

Из изложенного суд делает выводы о том, что при наличии фактических трудовых правоотношений между сторонами трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по инициативе работодателя, при этом законность расторжения трудового договора, наличие для того одного из оснований, предусмотренных трудовым законодательством, АО «ТБанк» не доказаны.

В силу части 1 статьи 394 Трудового кодекса РФ, разъяснений, содержащихся в п. 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата изъята> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

С учетом этого суд находит требования истца о признании его отстранения от работы с <дата изъята> незаконным и восстановлении на работе в прежней должности законными и обоснованными, считая при этом необходимым восстановить ФИО1 на работе с <дата изъята> – дня, следующего за днем его увольнения (то есть последним рабочим днем).

Согласно абзацу 2 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Учитывая, что судом установлен факт незаконного отстранения истца от работы с <дата изъята>, работодатель обязан возместить ему неполученный заработок за весь период незаконного отстранения от работы.

Суд считает необходимым указанные требования истца удовлетворить в заявленном объеме, взыскав в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула с <дата изъята> по день вынесения решения суда – <дата изъята>.

Постановление Правительства РФ "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" содержит следующие указания.

Для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат. Расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Судом были проанализированы представленные ответчиком справки 2-НДФЛ, в результате чего путем деления общей суммы начисленной работнику заработной платы за последние полные 12 месяцев работы, предшествовавшие отстранению от работы (с ноября 2024 года по октябрь 2025 года) на количество отработанных дней (согласно производственному календарю для 5-дневной рабочей недели, поскольку иные сведения о количестве фактически отработанных истцом дней у суда отсутствуют) было выявлено, что средний дневной заработок составлял за последние полные 12 месяцев работы истца 8 192 рубля в день (2 031 618 рублей : 248 рабочих дней).

С учетом этого сумма среднего заработка за время вынужденного прогула за период с <дата изъята> по <дата изъята> (86 рабочих дней) составляет 704 512,69 рублей.

С учетом этого с АО «Тбанк» подлежит взысканию в пользу ФИО5 средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 704 512,69 рублей.

Также в соответствии со статьями 237, 394 Трудового кодекса РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу разъяснений, данных в пункте 63 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от <дата изъята> N 2, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд соглашается с доводами истца о том, что неправомерными действиями ответчика, выразившимися в неоформлении в установленном порядке возникших между ними трудовых правоотношений, незаконном отстранением от работы и увольнении, нарушены его трудовые права, вследствие чего ему был причинен моральный вред. Однако, исходя из требований разумности и справедливости, учитывая все обстоятельства дела, суд находит требования истца о компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей завышенными. С учетом характера нравственных страданий, степени вины ответчика, обстоятельств дела суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 5000 рублей.

Также истец просит взыскать с ответчика компенсацию за неиспользуемый отпуск за период с <дата изъята> (начала работы).

Статьей 114 Трудового кодекса Российской Федерации гарантировано право работника на предоставление ему ежегодного отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. (статья 140 Трудового кодекса Российской Федерации).

В том числе при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (часть 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из анализа приведенных выше норм права следует, что компенсация за неиспользуемые дни отпуска может быть выплачена только при увольнении работника, то есть прекращении между сторонами трудовых отношений, тогда как по требованию истца его увольнение судом признано незаконным и он восстановлен на работе в прежней должности, что свидетельствует о продолжении между сторонами трудовых правоотношений. Таким образом, требования истца о взыскании компенсации за неиспользуемый отпуск удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в бюджет муниципального образования государственная пошлина, от уплаты которой, истец при подаче иска в суд был освобожден, в размере 19 090 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО2 и АО «ТБанк» в период с <дата изъята> в должности агента по коммерческим продажам.

Восстановить ФИО1 (паспорт <номер изъят>) на работе в АО «Тбанк» (ИНН <***>) в должности агента по коммерческим продажам с 20.12.2025.

Взыскать с АО «ТБанк» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <номер изъят>) неполученный заработок за время отстранения от работы с 01.11.2025 по 17.03.2026 в сумме 704 512,69 рублей, в счет компенсации морального вреда - 5000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с АО «ТБанк» (ИНН <***>) государственную пошлину в размере 19 090 рублей в доход бюджета.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд города Казани.

Судья Е.В. Шадрина

Мотивированное решение изготовлено 31.03.2026