Решение № 2А-2768/2021 2А-2768/2021~М-2014/2021 М-2014/2021 от 14 июля 2021 г. по делу № 2А-2768/2021

03RS0004-01-2021-003081-58

2а-2768/2021


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

15 июля 2021 года город Уфа

Республика Башкортостан

Ленинский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе в составе председательствующего судьи Сайфуллина И.Ф.,

при секретаре Мухаметзянове Р.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску военного прокурора Уфимского гарнизона о признании информации, распространяемой посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», запрещенной к распространению на территории Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

военный прокурор Уфимского гарнизона обратился в суд с названным административным иском, в обоснование которого указал, что в ходе проведенного мониторинга информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» выявлен сетевой адрес (https://vk.com/video-190107469_456239039), где в свободном доступе содержится информация, пропагандирующая уклад криминальной субкультуры, признанной судом экстремистской и запрещенной на территории Российской Федерации.

В виду того, что распространение указанной информации противоречит целям и задачам действующего законодательства, оправдывает и побуждает к совершению противоправных, преступных и иных антиобщественных действий, просит признать информацию, пропагандирующее международное общественное движение «Арестантское уголовное единство», распространяемую посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и размещенной по сетевому адресу <данные изъяты> запрещённой к распространению на территории Российской Федерации и направить копию вступившего в законную силу решения суда в Управление Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Республике Башкортостан для включения названного интернет – ресурса в Единый реестр доменных имен, указателей страниц сайтов в сети «Интернет» и сетевых адресов, позволяющих идентифицировать сайты в сети «Интернет», содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено.

Помощник военного прокурора Субботин Д.Д. заявленные требования поддержал, просил удовлетворить их по доводам, изложенным в административном исковом заявлении.

Иные заинтересованные лица извещались о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание, в том числе посредством обеспечения явки своего представителя, не явились, каких-либо возражений, отзывов суду не представили.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе и определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

В силу ст. 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту КАС РФ) лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Добросовестное пользование процессуальными правами отнесено к условиям реализации одного из основных принципов гражданского процесса - принципа состязательности и равноправия сторон.

Из материалов дела следует, что судом предприняты все необходимые меры для своевременного извещения не явившихся участников судебного разбирательства о времени и месте слушания по делу, которые не представили доказательств лишения их возможности присутствовать в судебном заседании, в том числе в связи с принимаемыми ограничительными мерами по противодействию распространению новой коронавирусной инфекции, указанное свидетельствует о реализации ими своих прав в ходе административного судопроизводства в объеме самостоятельно определенном для себя, а потому суд, руководствуясь указаниями Постановлений Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 18.03.2020 № 808 и от 08.04.2020 № 821 и разъяснениями Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, не усмотрев препятствий для разрешения дела в отсутствие не явившихся лиц, в порядке ст. 150 КАС РФ определил, рассмотреть дело в отсутствие таковых.

Выслушав представителя административного истца, изучив и оценив материалы дела, в пределах заявленных исковых требований и представленных доказательств, суд приходит к следующему выводу.

Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 29) каждому гарантируется свобода мысли и слова.

Между тем реализация данных конституционно-правовых гарантий обусловлена рядом ограничений, не допускающих пропаганду или агитацию, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, запрещающих пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (часть 2 статьи 29 Конституции Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в Российской Федерации распространение информации осуществляется свободно при соблюдении требований, установленных федеральным законодательством.

Передача информации посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется без ограничений при условии соблюдения установленных федеральными законами требований к распространению информации и охране объектов интеллектуальной собственности и может быть ограничена только в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами (ч. 5 ст. 15 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»).

Частью 6 статьи 10 названного федерального закона запрещено распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

Указанная норма, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 156-О, основана на положениях Конституции Российской Федерации, гарантирующих право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, не допускающих пропаганду, возбуждающую социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, запрещающих пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также обязывающих органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединения соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

В целях ограничения доступа к сайтам в сети «Интернет», содержащим информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено, создается единая автоматизированная информационная система «Единый реестр доменных имен, указателей страниц сайтов в сети «Интернет» и сетевых адресов, позволяющих идентифицировать сайты в сети «Интернет», содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено» (ч. 1 ст. 15.1 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»)

В реестр включаются: 1) доменные имена и (или) указатели страниц сайтов в сети «Интернет», содержащих информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено; 2) сетевые адреса, позволяющие идентифицировать сайты в сети «Интернет», содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено (ч. 2 ст. 15.1).

Статьей 2 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» определено, что сайт в сети «Интернет» - это совокупность программ для электронных вычислительных машин и иной информации, содержащейся в информационной системе, доступ к которой обеспечивается посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по доменным именам и (или) по сетевым адресам, позволяющим идентифицировать сайты в сети «Интернет» (пункт 13); страница сайта в сети «Интернет» (интернет-страница) - это часть сайта в сети «Интернет», доступ к которой осуществляется по указателю, состоящему из доменного имени и символов, определенных владельцем сайта в сети «Интернет» (пункт 14); доменное имя - обозначение символами, предназначенное для адресации сайтов в сети «Интернет» в целях обеспечения доступа к информации, размещенной в сети «Интернет» (пункт 15); сетевой адрес - идентификатор в сети передачи данных, определяющий при оказании телематических услуг связи абонентский терминал или иные средства связи, входящие в информационную систему (пункт 16).

Из п. 2 ч. 5 ст. 15.1 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» следует, что основанием для включения в реестр является вступившее в законную силу решение суда о признании информации, распространяемой посредством сети «Интернет», информацией, распространение которой в Российской Федерации запрещено.

Как следует из материалов дела, проведенным военной прокуратурой Уфимского гарнизона мониторингом информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» выявлен сетевой адрес (интернет-страница), а именно: <данные изъяты>, где в свободном доступе содержится материал, содержащий информацию (видеоконтент), пропагандирующую уклад криминальной субкультуры (движения) «Арестантское уголовное единство», признанной Решением Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2020 (дело № АКПИ20-514С) запрещенной в Российской Федерации по мотивам экстремистской направленности.

Статьей 13 Федерального закона от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» установлено, что на территории Российской Федерации запрещается распространение экстремистских материалов, а также их производство или хранение в целях распространения.

Понятие экстремистских материалов закреплено в ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», согласно которой это предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, в том числе труды руководителей национал-социалистской рабочей партии Германии, фашистской партии Италии, публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство либо оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений, направленных на полное или частичное уничтожение какой-либо этнической, социальной, расовой, национальной или религиозной группы.

Экстремистской деятельностью в силу ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» является в том числе возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни; пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии.

Приведенными выше правовыми нормами в их взаимосвязи закреплено, что в Российской Федерации запрещается распространение посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей информационных материалов, признанных в установленном законом порядке экстремистскими.

Изложенное соответствует правовой позиции, отраженной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2014 № 35-КГпр14-5.

Суды, как следует из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в Определении от 02.07.2013 № 1053-О, применяя положения п. п. 1 и 3 ст.1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» обязаны исходить из того, что обязательным признаком указанной разновидности экстремизма (экстремистских материалов) является явное или завуалированное противоречие существующих действий (документов) конституционным запретам возбуждения ненависти и вражды, разжигания розни и пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, наличие которого должно определяться с учетом всех значимых обстоятельств каждого конкретного дела (форма и содержание деятельности или информации, их адресаты и целевая направленность, общественно-политический контекст, наличие реальной угрозы, обусловленной, в том числе, призывами к противоправным посягательствам на конституционно - охраняемые ценности, обоснованием или оправданием их совершения).

В то же время ограничение посредством антиэкстремистского законодательства свободы совести и вероисповедания, свободы слова и права на распространение информации не должно иметь места в отношении какой-либо деятельности или информации на том лишь основании, что они не укладываются в общепринятые представления, не согласуются с устоявшимися традиционными взглядами и мнениями, вступают в противоречие с морально-нравственными и (или) религиозными предпочтениями. Иное означало бы отступление от конституционного требования необходимости, соразмерности и справедливости ограничений прав и свобод человека и гражданина, которое по смыслу правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде решений, сохраняющих свою силу, обращено, как это вытекает из ст. ст. 18 и 19 (ч. 1) и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, не только к законодателю, но и к правоприменителям, в том числе судам (Постановление от 14.02.2013 №4-П; Определения от 02.04.2009 № 484-О-П, от 05.03.2013 № 323-О и др.).

Аналогичной позиции по указанному вопросу придерживается и прецедентная практика Европейского Суда по правам человека, который, не исключая наличие у государства широких возможностей - особенно в сфере религиозных убеждений - устанавливать такие требования, которые продиктованы важностью защиты демократических ценностей и прежде всего прав других лиц, тем не менее считает, что данная свобода, представляющая собой одну из несущих опор демократического общества, основополагающее условие его прогресса и самореализации каждого его члена, распространяется даже на случаи непопулярных, шокирующих и провокационных высказываний.

Спорная информация (видеоконтент), пропагандирующая уклад криминальной субкультуры (движения) «Арестантское уголовное единство», основана на побуждении лиц, в том числе несовершеннолетних, к совершению противоправных действий, преступлений, правонарушений, а также вовлечение последних к совершению антиобщественных действий, влияющих на физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие таковых.

В соответствии с преамбулой и подпунктом «c» п. 1 ст. 29 Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989) для защиты и гармоничного развития ребенка важны традиции и культурные ценности его народа, а государство обязано обеспечить направленность образования на воспитание уважения к культурной самобытности и ценностям ребенка, к национальным ценностям страны, в которой ребенок проживает.

Поэтому законные интересы несовершеннолетних составляют важную социальную ценность, целью которой является: содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей, воспитанию в них патриотизма и гражданственности, а также реализации личности ребенка в интересах общества и в соответствии с непротиворечащими Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству традициями народов Российской Федерации, достижениями российской и мировой культуры; защита детей от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие (ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации».

Приведенной нормой прямо предусмотрена обязанность органов государственной власти Российской Федерации принимать меры по защите ребенка от информации, оправдывающей противоправное поведение (п. 5 ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 29.12.2010 № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»).

Учитывая изложенное, в том числе нормативное регулирование, суд приходит к выводу, что информация (видеоконтент), пропагандирующую уклад криминальной субкультуры (движения) «Арестантское уголовное единство», признанной Решением Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2020 (дело № АКПИ20-514С) запрещенной в Российской Федерации по мотивам экстремистской направленности, размещенная в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» <данные изъяты> противоречит целям и задачам действующего законодательства, а потому подлежит запрету распространению на территории Российской Федерации.

В целях ограничения доступа к запрещенной информации, названный интернет ресурс подлежит внесению в единую автоматизированную информационную систему «Единый реестр доменных имен, указателей страниц сайтов в сети «Интернет» и сетевых адресов, позволяющих идентифицировать сайты в сети «Интернет», содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

административное исковое заявление военного прокурора Уфимского гарнизона о признании информации, распространяемой посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», запрещенной к распространению на территории Российской Федерации, удовлетворить.

Признать пропагандирующую уклад криминальной субкультуры (движения) «Арестантское уголовное единство» информацию (видеоконтент), распространяемую посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и размещенную по сетевому адресу <данные изъяты>, запрещенной к распространению на всей территории Российской Федерации.

Решение является основанием для включения сетевого адреса информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» <данные изъяты> в Единый реестр доменных имен, указателей страниц сайтов в сети «Интернет» и сетевых адресов, позволяющих идентифицировать сайты в сети «Интернет», содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Ленинский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья И.Ф. Сайфуллин