Решение № 2-1050/2017 2-1050/2017~М-920/2017 М-920/2017 от 8 сентября 2017 г. по делу № 2-1050/2017

Гр. дело № 2-1050/2017 Мотивированное
решение суда

Составлено 09.09.2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 сентября 2017 года город Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Борисовой Е.Е.,

при секретаре Белякове А.А.,

с участием представителя истца ФИО4

представителя ответчика ФИО10,

третьего лица ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального государственного бюджетного учреждения науки Институт проблем промышленной экологии Севера Кольского научного центра Российской академии наук к Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук о признании необоснованным решения вышестоящего профсоюзного органа о несогласии с увольнением руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации,

У С Т А Н О В И Л:

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт проблем промышленной экологии Севера Кольского научного центра Российской академии наук (далее- ИППЭС КНЦ РАН) обратилось в суд с иском к Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук о признании необоснованным решения вышестоящего профсоюзного органа о несогласии с увольнением руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации.

В обоснование иска указывает, что в соответствии с заключенным трудовым договором №<№> от 28 октября 2008 года и дополнительным соглашением к нему от 26 октября 2013 года истец предоставил третьему лицу ФИО11 работу в должности ведущего научного сотрудника лаборатории №<№> «Наземных экосистем». Также ФИО11 является руководителем выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации ИПППЭС КНЦ РАН, не освобожденным от основной работы, что подтверждается уведомлением профсоюзного комитета ИПППЭС КНЦ РАН. Первичная профсоюзная организация ИПППЭС КНЦ РАН входит в структуру ответчика, что подтверждается п.7 Приложения к Уставу Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук.

В соответствии с приказом от 24 апреля 2017 года № 20-осн «О сокращении численности и штата работников ИПППЭС КНЦ РАН» работодателем было принято решение о проведении процедуры сокращения численности и штата работников ИПППЭС КНЦ РАН. 27 апреля 2017 года на основании протокола № 3 от 27 апреля 2017 года заседания комиссии по определению преимущественного права на оставление работников на работе в связи с сокращением численности и штата в ИПППЭС КНЦ РАН истцом было принято решение об увольнении ФИО11 по п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации. 22 июня 2017 года истец направил ответчику запрос предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа по вопросу увольнения работника, являющегося руководителем выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации в соответствии со ст.374 Трудового кодекса Российской Федерации, проект приказа об увольнении и документы, являющиеся основанием для принятия решения об увольнении ФИО11 по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ. Выпиской из протокола № 12 от 23 июня 2017 года ответчик отказал в увольнении ФИО11 по следующим основаниям: со стороны работодателя не представлены документы, подтверждающие предложение работнику имеющейся (вакантной) должности в соответствии ч.3 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации; в соответствии со ст.82 Трудового кодекса Российской Федерации уведомление профсоюза о сокращении численности (штата) поступило 22 июня 2017 года; из проведенного ответчиком анализа по определению преимущественного права на оставление работников на работе в соответствии со ст.179 Трудового кодекса Российской Федерации ФИО11 имеет преимущественное право по отношению к остальным работникам. Истец не согласен с данным решением ответчика, полагает его необоснованным по следующим причинам. ФИО11 было предложено ознакомиться с уведомлением от 15 мая 2017 года о предстоящем увольнении по п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с сокращением численности и штата работников), на что она ответила отказом, о чем был составлен акт от 15 мая 2017 года об отказе работника ознакомиться с уведомлением о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности и штата. В соответствии с требованиями ст.82 Трудового кодекса Российской Федерации ИПППЭС КНЦ РАН уведомил профсоюзный комитет ИПППЭС КНЦ РАН о принятом 24 апреля 2017 года решении сократить численность (штат) работников организации путем направления в адрес профсоюзного комитета ИПППЭС КНЦ РАН уведомления № 17551-9319/91 от 12 мая 2017 года «О сокращении численности (штата) работников», врученное под роспись председателю профсоюза 15 мая 2017 года, с соблюдением установленных законом сроков. Обязанности по уведомлению вышестоящего профсоюзного органа о мероприятиях по сокращению численности или штата работников ст.82 Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрено. В соответствии с п.3 приказа от 24 апреля 2017 года № 20-осн создана комиссия по определению преимущественного права на оставление работников на работе. В целях соблюдения социального партнерства в сфере труда в состав комиссии включен председатель первичной профсоюзной организации ИПППЭС КНЦ РАН. В целях обеспечения содействия научной организации в проведении кадровой политики, становлению и сохранению научных школ, в состав комиссии входят должностные лица, на которых возложена функция проведения кадровой политики института, улучшение организации труда, управления и развития деятельности института, в том числе улучшение результатов финансово-экономической деятельности, а именно: ученый секретарь и заместители директора по научной работе, имеющие ученую степень кандидатов наук, и главный бухгалтер института. Порядок работы комиссии и порядок принятия решений находится в компетенции работодателя и определен протоколами № 1 от 25 апреля 2017 года, № 2 от 26 апреля 2017 года. Планируемое прекращение трудового договора с работником не связано с ведением им профсоюзной деятельности.

Вопросы выполнения требований ч.3 ст.81, ст.ст.82,179-180 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат выяснению, рассмотрению и оценке органом, который уполномочен рассматривать индивидуальные трудовые споры при разрешении вопроса об увольнении. В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 04 декабря 2003 года № 421-О указанные ответчиком мотивы в несогласии на увольнение третьего лица в выписке из протокола № 12 от 23 июня 2017 года не свидетельствуют о дискриминации ФИО11 по причине ее профсоюзной деятельности.

На основании изложенного просит признать необоснованным решение Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук, выраженное в протоколе №12 от 23 июня 2017 года заседания Совета профсоюзов, о несогласии с увольнением руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации ИПППЭС КНЦ РАН ФИО11

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно пояснил, что возражения ответчика о неактуальной информации о публикациях научных работников по результатам оценки показателей публикационной активности на базе данных ресурса http://elibrary.ru не могут быть приняты во внимание, поскольку указанный Интернет ресурс является неофициальным и содержит сведения, касающиеся показателей публикационной активности, которые являются лишь частью перечня критериев, определенных совместным директивным письмом РАН и ФАНО (№2-10001-2114/846 от 14.11.2016 и №007-18,2-10МК-1191 от 24.11.2016 ФАНО) О внутреннем анализе эффективности деятельности научных сотрудников, и отраженных в протоколе №3 комиссии по определению преимущественного права на оставление на работе. Кроме того, сведения о публикациях на указанный интернет-ресурс вносятся самими авторами, по их ИНН. Полученная ФИО11 квалификация сметчика не применяется в деятельности института, не входит в перечень должностных обязанностей, исполняемых непосредственно ФИО11, не связана с научной деятельностью института и не может рассматриваться как преимущественный показатель. Заявляемая ФИО11 медаль «Innovations for investment to the future» была вручена коллективу авторов Американо-Российским обществом предпринимателей за коммерциализацию разработки и не может быть отнесена к научным наградам. Дополнительно указал, что при первоначальном уведомлении о сокращении штата ФИО11 28 апреля 2017 года в ИПППЭС КНЦ РАН имелись вакантные должности для замещения которых необходимо быть избранной по конкурсу, который состоится 19 мая 2017 года, в связи чем заявления и документы для участия в конкурсе следовало представить на портале вакансий по адресу http:// ученые-исследователи.рф» до 12 мая 2017 года: ведущий научный сотрудник, старший научный сотрудник, научный сотрудник. Но ФИО11 отказалась знакомиться с указанным уведомлением, о чем 28 апреля 2017 года был составлен соответствующий акт. Признал, что указанное уведомление и акт ответчику для согласования увольнения ФИО11 не направлялись.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал по доводам, изложенным в письменных возражениях, в которых указал, что в нарушение норм действующего законодательства со стороны работодателя не представлены документы, подтверждающие предложение ФИО11 вакантной должности в соответствии с ч.3 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации. Также ответчиком нарушены сроки уведомления профсоюза о сокращении работников, предусмотренные ст.374 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку обращение от работодателя в адрес вышестоящего профсоюза поступило 22 июня 2017 года, в то время как в проекте приказа об увольнении согласованная дата-20 июля 2017 года, т.е. менее месяца до предполагаемой даты увольнения. Также ответчик не согласен с доводами истца о том, что ФИО11 не имеет преимущественного права на оставление на работе. Считает, что при определении преимущественного права на оставление на работе работодатель в нарушение ст.179 Трудового кодекса Российской Федерации провел анализ публикаций и прочих не имеющих прямого отношения к квалификации производительности труда критериев. У рассматриваемых работников уровень квалификации по сути равен, однако в отношении ФИО11 имеется действующий патент на изобретение, который указывает на более высокий уровень ее производительности труда. Также пунктом 5 статьи 35 Закона СССР от 31 мая 1991 года №2213-1 «Об изобретениях в СССР» при сокращении численности или штата работников предприятия изобретатели имеют преимущественное право на оставление на работе. В сравнении с баллами, поставленными за публикативную активность работника, оценка за имеющийся патент явно занижена. Считает, что грубое нарушение работодателем норм трудового законодательства свидетельствует о дискриминации ФИО11 в связи с осуществлением ею профсоюзной деятельности. Так, в частности истец при определении производительности труда создал систему оценок, в которой на передний план вывел ничего не значащие показатели, пытаясь принизить действительно важный показатель труда научного работника-патент. Кроме того, на момент заседания комиссии в научную электронную библиотеку не была внесена информация о публикациях ФИО11 за 2016 год. Полагает, что это было сделано работодателем умышленно для сокращения председателя первичной профсоюзной организации. Также полагает полномочия комиссии по определению преимущественного права оставления на работе сомнительными, поскольку разрешение таких важных вопросов, как сокращение работников должно происходить на основании решения ученого совета, учитывая, что ученый совет согласно уставу обладает полномочиями по созданию и утверждению аттестационных комиссий. Однако в данном случае работодатель проигнорировал требования устава и создал аттестационную комиссию без согласия ученого совета. Считает, что это было сделано работодателем для того, чтобы уволить с занимаемой должности непосредственно ФИО11, поскольку она занимает должность председателя первичной профсоюзной организации, что является явной дискриминацией работника. Указывают, что работодатель не обосновал необходимость сокращения должности, которую занимает ФИО11 Кроме того, работодатель не направил в Мурманскую региональную (территориальную) организацию профессионального союза работников Российской академии наук уведомление о сокращении с предложениями об имеющихся вакансиях и акт от 28 апреля 2017 года, что также было сделано умышленно и свидетельствует о дискриминации ФИО11 Также одним из свидетельств преследования ФИО11 в связи с ее профсоюзной деятельностью является заявление директора ИПППЭС КНЦ РАН прокурору г.Апатиты о привлечении виновных лиц к ответственности, из которого следует, что 22 мая 2017 года в информационной сети Интернет по адресу http://www. Opentown.ru/news/?n=24946 была размещена статья «Ученых порезали» В данной статье по заявлению председателя первичной профсоюзной организации ФИО11 были опубликованы в открытом доступе для неопределенного круга лиц документы, относящиеся к персональным данным работников, в том числе приказы о сокращении численности или штата работников ИПППЭС КНЦ РАН. Из содержания статьи ФИО11 следует, что она пишет о произволе директора института ФИО4, поскольку выпущенный приказ о сокращении штата вызвал акцию протеста в институте, поскольку масштаб сокращения близок к массовому (26%). Также, по мнению представителя ответчика о дискриминационных мотивах увольнения ФИО11 свидетельствуют ее обращения в различные органы в связи с массовыми сокращениями в ИПППЭС КНЦ РАН, злоупотреблением ФИО4 своим служебным положением.

В судебном заседании третье лицо ФИО11 поддержала возражения представителя ответчика и просила в иске отказать. Дополнительно пояснила, что 28 апреля 2017 года ее никто не знакомил с уведомлением о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности и штата организации, поэтому отказаться от ознакомления она не могла. В тот день она отпросилась с работы у непосредственного руководителя- заведующей лабораторией ФИО пораньше, ей надо было уехать на дачу и в 16 часов на работе её уже не было. Потом она находилась в отпуске с 01 мая 2017 года. Поэтому она ничего не знала об имеющихся в ИПППЭС КНЦ РАН вакансиях. Когда она уехала с работы ей позвонил секретарь из ИПППЭС КНЦ РАН и сообщил, что для нее имеются документы. На ее вопрос являются ли они важными или нет, ей ответили, что нет. Поэтому она и не пришла знакомиться с ними, оставив это до выхода из отпуска. Если бы она знала об этом уведомлении она обязательно бы его получила, поскольку в нем были указаны вакантные должности, на одну из которых она могла бы претендовать. ФИО12 еще в декабре 2016 года попытался провести политику сокращения сотрудников, однако профсоюз и бывший директор организации не позволили ему этого сделать, после этого он целенаправленно стал её преследовать, она стала неугодна, поскольку с момента начала проведения политики по сокращению, она как профсоюзный лидер организации стала активно защищать права работников организации, писала обращения в различные органы. С подачи ФИО12 её привлекли к административной ответственности. Полагает, что реальный объем её публикационных материалов намеренно не был учтен при сравнении с другими сотрудниками, которых на работе оставили. Считает, что Кашулин намеренно хочет от неё избавиться, чтобы никто не смог защитить права работников.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, третье лицо, исследовав письменные доказательства по делу, допросив свидетелей, обозрев надзорное производство №<№>, личное дело ФИО13, суд считает исковые требования ИППЭС КНЦ РАН не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации гарантирует свободу экономической деятельности, поддержку конкуренции, признание и защиту равным образом всех форм собственности (ст. 8) и закрепляет право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности и иной, не запрещенной законом экономической деятельности. (ч. 1 ст. 34).

Указанные конституционные положения во взаимосвязи с законодательными положениями о самостоятельности, право- и дееспособности юридических лиц предполагают наделение работодателя правомочиями, позволяющими ему в целях осуществления своей деятельности и управления имуществом самостоятельно и под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, в том числе по оптимизации штатов, подбору, расстановке и увольнению персонала.

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно отмечалось, что работодатель, считающий необходимым в целях осуществления эффективной деятельности организации изменить либо усовершенствовать ее организационно-штатную структуру путем сокращения численности или штата работников, вправе принимать соответствующие решения, а также расторгать трудовые договоры с работниками по основаниям, предусмотренным п.1 и п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, соблюдая при этом установленный законом порядок увольнения.

Согласно ч. 1 ст. 30 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на объединение, включая профессиональные союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных объединений гарантируется.

Из названной нормы вытекает обязанность государства обеспечивать свободу деятельности профсоюзов в целях надлежащего представительства и защиты социально-трудовых прав граждан, связанных общими профессиональными интересами.

Обязанность государства обеспечивать указанным категориям граждан надлежащую защиту против любых дискриминационных действий, направленных на ущемление свободы объединения профсоюзов в области труда, вытекает из положений п.п. «б» п. 2 ст. 1 Конвенции МОТ № 98 1949 г. о применении принципов права на организацию и на введение коллективных договоров, ст. 1 и ст. 2 Конвенции МОТ № 135 1971 г. о защите прав представителей трудящихся на предприятии и предоставляемых им возможностях.

В соответствии с ч. 1 ст. 374 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основаниям, предусмотренным п. 2 или п. 3 ч. 1 ст. 81 ТК РФ руководителей (из заместителей) выборных коллегиальных органов первичных профсоюзных организаций, выборных коллегиальных органов организаций структурных подразделений организаций (не ниже цеховых и приравненных к ним), не освобожденных от основной работы, допускается помимо общего порядка увольнения только с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа.

В определении от 04 декабря 2003 года № 421-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что по смыслу приведенных конституционных положений и норм международного права, установление законодателем для работников, входящих в состав профсоюзных органов и не освобожденных от основной работы, дополнительных гарантий при осуществлении ими профсоюзной деятельности, как направленных на исключение препятствий такой деятельности, следует рассматривать в качестве особых мер их социальной защиты. Следовательно, ст. 374 ТК Российской Федерации, закрепляющая в качестве гарантии обязательность получения работодателем предварительного согласия вышестоящего выборного органа на увольнение работников, входящих в состав профсоюзных органов и не освобожденных от основной работы, по своему содержанию направлена на государственную защиту от вмешательства работодателя в осуществление профсоюзной деятельности, в том числе посредством прекращения трудовых правоотношений. По сути, данная норма устанавливает абсолютный запрет на увольнение перечисленных категорий профсоюзных работников без реализации установленной в ней специальной процедуры прекращения трудового договора.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04 декабря 2003 года № 421-О указал, что работодатель, считающий необходимым в целях осуществления эффективной экономической деятельности организации усовершенствовать ее организационно-штатную структуру путем сокращения численности или штата работников, для получения согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа на увольнение работника, являющегося руководителем (его заместителем) выборного профсоюзного коллегиального органа и не освобожденного от основной работы, обязан представить мотивированное доказательство того, что предстоящее увольнение такого работника обусловлено именно указанными целями и не связано с осуществлением им профсоюзной деятельности.

В названном Определении Конституционный Суд РФ отметил, что в случае отказа вышестоящего профсоюзного органа в согласии на увольнение работодатель вправе обратиться с заявлением о признании его необоснованным в суд, который при рассмотрении дела должен выяснить: производится ли в действительности сокращение численности или штата (это доказывается работодателем путем сравнения старой и новой численности или штата работников); связано ли намерение работодателя уволить конкретного работника с изменением организационно-штатной структуры организации или намерение уволить этого работника связано с осуществляемой им профсоюзной деятельностью.

При этом соответствующий профсоюзный орган обязан представить суду доказательства того, что его отказ основан на объективных обстоятельствах, а именно, подтверждающих преследование данного работника со стороны работодателя по причине его профсоюзной деятельности, то есть его увольнение носит дискриминационный характер. В случае вынесения судом решения, удовлетворяющего требования работодателя, последний вправе издать приказ об увольнении.

Судом установлено, что ФИО11 работает в ИППЭС КНЦ РАН в должности ведущего научного сотрудника лаборатории № <№> «Наземных экосистем» (л.д.66-69).

Также ФИО11 является руководителем первичной профсоюзной организации ИППЭС КНЦ РАН - председателем профсоюзного комитета ИППЭС КНЦ РАН, что следует из уведомления профкома ИППЭС КНЦ РАН от 15 февраля 2017 года (л.д.70).

Первичная профсоюзная организация ИППЭС КНЦ РАН входит в структуру Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук, что следует из приложения к Уставу Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук (л.д.60-61).

Из материалов дела усматривается, что приказом руководителя ИППЭС КНЦ РАН от 24 апреля 2017 года №20-осн, что с 20 июня 2017 года из штатного расписания учреждения исключен ряд должностей, в том числе 1 штатная единица ведущего научного сотрудника в лаборатории №<№> наземных экосистем.

Из штатного расписания, учреждения, действующего на 16 мая 2017 года, следует, что в лаборатории №<№> наземных экосистем имеются 3 штатные единицы ведущего научного сотрудника (л.д.108).

Из вышеуказанных документов следует, что должность, которую занимает ФИО11, подлежит сокращению.

Из штатных расписаний, представленных истцом, следует, что в штатном расписании на 16 мая 2017 года количество штатных единиц составляет -71,14, то на 20 июля 2017 года-59,60.

Штатное расписание, действующее в ИППЭС КНЦ РАН на 28 апреля 2017 года, суду не представлено.

Как установлено, ИППЭС КНЦ РАН была создана комиссия по определению преимущественного права на оставление работников на работе в связи с сокращением численности и штата в ИППЭС КНЦ РАН, утверждена сравнительная таблица работников, имеющих преимущественное право на оставление на работе при сокращении численности или штата работников, перечень сведений, предоставляемых для определения показателей результативности труда научного работника ИППЭС КНЦ РАН.

27 апреля 2017 года комиссией по определению преимущественного права на оставление работников на работе в связи с сокращением численности и штата в ИППЭС КНЦ РАН вынесено заключение о том, что в лаборатории №<№> «Наземных экосистем» на основании решения комиссии (протокол №2 от 26 апреля 2017 года) преимущественным правом на оставление на работе обладают следующие работники: ФИО1, ФИО2.(л.д.92-93).

К заключению приложена сличительная таблица для выявления работников, имеющих преимущественное право на оставление на работе при сокращении численности и штата работников, а также сравнительный анализ сведения между ФИО11, ФИО1, ФИО2 (л.д.94,98-100).

На основании решения комиссии (протокол №2 от 26 апреля 2017 года) работником, подлежащим увольнению по п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, стала ФИО11

ИППЭС КНЦ РАН 28 апреля 2017 года подготовлено уведомление ФИО11 о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности и штата организации 20 июля 2017 года. Также ей предложены имеющиеся вакантные должности, для замещения которых необходимо быть избранной по конкурсу, который должен был состояться 19 мая 2017 года, в связи с чем заявления и документы для участия в конкурсе следовало представить на портале вакансий по адресу http://ученые-исследователи.рф» до 12 мая 2017 года: ведущий научный сотрудник, старший научный сотрудник, научный сотрудник.

В связи с отказом от получения и ознакомления с указанным уведомлением ИППЭС КНЦ РАН был составлен акт от 28 апреля 2017 года, в котором указано, что ФИО11 отказалась ознакомиться с уведомлением в 16 часов 00 минут в присутствии ФИО3, ФИО2 и ФИО5

Из объяснений третьего лица ФИО11 следует, что 28 апреля 2017 года она отпросилась с работы раньше, в связи с чем в 16 часов 00 минут она отсутствовала на рабочем месте и не могла отказаться от получения указанного уведомления.

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что он точно не помнит, видел ли он ФИО11 на работе 28 апреля 2017 года после обеда и отказалась ли она в этот день от ознакомления с указанным уведомлением.

Свидетель ФИО6 по существу заявленного иска пояснений дать не смогла.

12 мая 2017 года в профсоюзный комитет ИППЭС КНЦ РАН было направлено уведомление о принятом 24 апреля 2017 года решении сократить численность (штат) работников организации, в том числе планируется расторгнуть трудовой договор на основании п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации с ФИО11 – председателем выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации ИПППЭС КНЦ РАН.

15 мая 2017 года ИППЭС КНЦ РАН подготовлено повторное уведомление ФИО11 о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности и штата организации 20 июля 2017 года. Какие-либо вакантные должности ей не предлагались в связи с отсутствием вакансий (л.д.121).

В связи с отказом ФИО11 от получения и ознакомления с указанным уведомлением ИППЭС КНЦ РАН был составлен акт от 15 мая 2017 года (л.д.122).

В соответствии со ст.374 Трудового кодекса Российской Федерации ИППЭС КНЦ РАН обратился в Мурманскую региональную (территориальную) организацию профессионального союза работников Российской академии наук за получением согласия на увольнение ФИО11 К данному обращению были приложены проект приказа о прекращении трудового договора с ФИО11, копия приказа руководителя ИППЭС КНЦ РАН от 24 апреля 2017 года №20-осн, копии штатных расписаний на 16 мая 2017 года и 20 июля 2017 года, копии протоколов №1 и №3 по определению преимущественного права на оставление на работе от 25 апреля 2017 года, от 27 апреля 2017 года, копия уведомления об увольнении в связи с сокращением численности (штата) работника.

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании и не оспаривалось представителем истца, уведомление об увольнении ФИО11 от 28 апреля 2017 года с имеющимися вакансиями, а также акт отказа ее ознакомления с уведомлением в Мурманскую региональную (территориальную) организацию профессионального союза работников Российской академии наук не направлялись.

Кроме того, как установлено судом, учитывая показания свидетеля ФИО14, ФИО11 28 апреля 2017 года в 16 часов 00 минут не могла отказаться от подписания указанного уведомления по причине отсутствия ее на рабочем месте. Также указанный акт был подписан ФИО15, чья кандидатура рассматривалась наряду с кандидатурой ФИО11 при определении преимущественного права на оставление на работе.

Решением от 23 июня 2017 года Мурманская региональная (территориальная) организация профессионального союза работников Российской академии наук отказала в согласовании увольнения ФИО11

Свой отказ дать согласие на увольнение ФИО11 профсоюзная организация мотивировала тем, что со стороны работодателя не представлены документы, подтверждающие предложение работнику имеющейся (вакантной) должности в соответствии с ч.3 ст.81 ТК РФ; в нарушение ст. 82 ТК РФ уведомление профсоюза о сокращении численности (штата) поступило 22 июня 2017 года, в то время как в проекте приказа об увольнении согласованная дата- 20 июля 2017 года, т.е. менее чем за месяц до предполагаемой даты увольнения. Также ответчик считает, что ФИО11 имеет преимущественное право на оставление её на работе в соответствии со ст.179 ТК РФ по отношению к остальным работникам.Анализируя письменные материалы дела, суд соглашается с доводом отказа о том, что со стороны работодателя не представлены документы, подтверждающие предложение работнику имеющейся (вакантной) должности в соответствии с ч.3 ст.81 ТК РФ, поскольку, как следует из материалов дела, уведомление об увольнении ФИО11 от 28 апреля 2017 года с предложением вакансий, а также акт отказа ее ознакомления с уведомлением в Мурманскую региональную (территориальную) организацию профессионального союза работников Российской академии наук не направлялись.

Также в Мурманскую региональную (территориальную) организацию профессионального союза работников Российской академии наук не было направлено штатное расписание ИППЭС КНЦ РАН, действующее на 28 апреля 2017 года, т.е. на дату первоначального уведомления ФИО11 о предстоящем увольнении, в котором, как следует из уведомления от 28 апреля 2017 года, имелись вакансии.

При этом суд учитывает, что указанное штатное расписание, в котором на дату первоначального уведомления ФИО11 имелись вакансии, суду истцом не представлено, тогда как при рассмотрении настоящих требований подлежит установлению факт того, производится ли в действительности сокращение численности или штата работников, что доказывается работодателем путем сравнения старой и новой численности или штата работников.

При таких обстоятельствах профсоюзный орган был лишен возможности проверить обстоятельства законности высвобождения ФИО11 и ее увольнения по сокращению штата и дать согласие на увольнение руководителя первичной профсоюзной организации.

Также суд соглашается с доводами отказа ответчика о том, что при определении преимущественного права на оставление на работе работодатель не учел наличие у ФИО11 патента на изобретение №2484613 (2013-2031 г.г.), тогда как в силу п.5 статьи 35 Закона СССР от 31 мая 1991 года №2213-1 «Об изобретениях в СССР» при сокращении численности или штата работников предприятия изобретатели имеют преимущественное право быть оставленными на работе.

Мотив отказа о том, что в нарушение ст. 82 ТК РФ уведомление профсоюза о сокращении численности (штата) поступило 22 июня 2017 года, в то время как в проекте приказа об увольнении согласованная дата- 20 июля 2017 года, т.е. менее чем за месяц до предполагаемой даты увольнения суд полагает несостоятельными, поскольку согласно ст.82 Трудового кодекса Российской Федерации при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий.

Вместе с тем, ответчик выборным органом первичной профсоюзной организации не является.

С учетом содержания Определения Конституционного Суда РФ № 421-О от 04 декабря 2003 года, суд может дать оценку исключительно только отказу вышестоящего профсоюзного органа в согласии на увольнение руководителя (его заместителя) выборного профсоюзного коллегиального органа, не освобожденного от основной работы, по дискриминационному признаку, то есть в связи с осуществляемой этим работником профсоюзной деятельностью.

С учетом мотивов отказа, изложенных в оспариваемом решении, представитель ответчика и третье лицо ФИО11 усматривают в действиях работодателя по ее увольнению признаки преследования за профсоюзную деятельность (дискриминационные мотивы).

Дополнительно в обоснование указанных доводов представителем ответчика и третьим лицом также указано, что одним из свидетельств преследования ФИО11 в связи с ее профсоюзной деятельностью является заявление директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4 в прокуратуру г.Апатиты.

Указанный довод нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Действительно, как следует из материалов надзорного производства №196ж-2017 директор ИПППЭС КНЦ РАН ФИО16 обратился к прокурору г.Апатиты о привлечении виновных лиц к ответственности, из которого следует, что 22 мая 2017 года в информационной сети Интернет по адресу http://www. Opentown.ru/news/?n=24946 была размещена статья «Ученых порезали» В данной статье по заявлению председателя первичной профсоюзной организации ФИО11 были опубликованы в открытом доступе для неопределенного круга лиц документы, относящиеся к персональным данным работников, в том числе приказы о сокращении численности или штата работников ИПППЭС КНЦ РАН.

Из обращения ФИО11 к редактору Опен Таун следует, что она пишет о произволе директора института ФИО4, поскольку выпущенный приказ о сокращении штата вызвал акцию протеста в институте, масштаб сокращения близок к массовому (26%) и просит рассмотреть возможность опубликования материала о произволе ВРИО директора ФИО4 в газете.

Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка №1 Апатитского судебного района-мирового судьи судебного участка №3 Апатитского судебного района от 06 июля 2017 года следует, что ФИО11 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.13.11 КоАП РФ и подвергнута административному наказанию в виде предупреждения. Постановление вступило в законную силу.

Кроме того, по мнению представителя ответчика и третьего лица, о дискриминационных мотивах увольнения ФИО11 свидетельствуют ее обращения в различные органы в связи с массовыми сокращениями в ИПППЭС КНЦ РАН и злоупотреблением ФИО4 своим служебным положением.

Так, из материалов дела следует, что председатель профкома ФИО11 направляла в адрес руководителя ФАНО России ФИО7 и председателя КНЦ РАН ФИО17 обращения, в которых указывала о сокращении штата работников института, который близок к массовому (26% от численности), а также то, что при осуществлении планируемых мер будут ликвидированы направления Госзадания и Плана НИР института, а подготовка кадров на их замещение не проведена. Все решения принимаются ВРИО директора ФИО4 единолично, без согласования с ученым советом, трудовым коллективов и выборным профсоюзным органом, что свидетельствует о злоупотреблении ФИО4 служебным положением.

Кроме того, направлялись коллективные обращения, инициированные и подписанные, в том числе, ФИО11: руководителю ФАНО России ФИО7 с требованием незамедлительной проверки финансово-экономической и организационной деятельности института и принятия мер реагирования на противоправные действия ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4; академику-секретарю Отделение наук о Земле РАН ФИО8 с просьбой провести оценку действий ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4 по несогласованной с ОНЗ РАН ликвидации перспективных научных направлений и научных групп с доминированием молодых научных кадров; в прокуратуру г. Апатиты с просьбой провести прокурорскую проверку финансово-экономической деятельности института с акцентом на легитимность дисбаланса надбавок, назначаемых научному и управленческому персоналу, факта нецелевого использования внебюджетных средств и невыплат вознаграждения за выполненную работу по хоздоговору, кадрового делопроизводства и дать оценку правомерности бездействия ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4 в отношении работников, продолжающих выполнять трудовые функции по окончании срока срочного трудового договора, а также провести антикоррупционную проверку изданного в ИПППЭС приказа №20-осн. «О сокращении численности и штата работников ИПППЭС КНЦ РАН и принять соответствующие меры прокурорского реагирования в отношении ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4

Также ФИО11 направлялось еще одно заявление в прокуратуру, подписанное ею и ФИО9., с просьбой: провести прокурорскую проверку делопроизводства в ИПППЭС и дать оценку правомерности действий ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4 как председателя Ученого совета; обязать ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4 отменить Приказ об утверждении состава Ученого совета, исключив из его состава и.о. зам. директора ИПППЭС н.с. ФИО14 как не прошедшего рейтинговое голосование на Общем собрании; признать недействительными все Протоколы Ученого совета ИПППЭС, оформленные с нарушением численности сотрудников, имеющих право голоса при принятии решений; принять соответствующие меры прокурорского реагирования в отношении ВРИО директора ИПППЭС КНЦ РАН ФИО4

Из материалов дела также следует, что обращения в прокуратуру были перенаправлены в Государственную инспекцию труда в Мурманской области, в Управление Федерального казначейства по Мурманской области, в СО по г. Апатиты СУ СК России по Мурманской области, а обращение ФИО11 в Управление Президента Российской Федерации по работе с обращениями граждан и организаций перенаправлено в Правительство Российской Федерации, а затем в ФАНО России.

Согласно ответу УФК по Мурманской области от 06.07.2017 на обращение ФИО11 и ФИО9, проверка по обращению запланирована для включения в план контрольных мероприятий Управления на 2018 год.

Из ответа ФАНО России от 04.08.2017, направленного в адрес ФИО11, следует, что в ноябре 2017 года будет проведена внеплановая комплексная проверка деятельности Учреждения.

Кроме того, как следует из ответа Мурманского областного совета профессиональных союзов от 01 августа 2017 года, в адрес Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук поступали неоднократные жалобы от ФИО11 на то, что работодатель препятствует ей в осуществлении профсоюзной деятельности (л.д. 67-69).

Таким образом, анализируя в совокупности представленные доказательства по делу, суд считает, что истцом не представлено мотивированных доказательств того, что предстоящее увольнение ФИО11 не связано с осуществлением ею профсоюзной деятельности.

В то же время профсоюзным органом представлены суду доказательства того, что его отказ основан на объективных обстоятельствах, подтверждающих преследование ФИО11 со стороны работодателя по причине ее профсоюзной деятельности.

Обоснованность увольнения третьего лица с учетом иных обстоятельств, в том числе соблюдения работодателем при увольнении требований ст. 179, ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежит проверке при решении вопроса о восстановлении работника на работе в случае его незаконного увольнения (которое на момент рассмотрения данного дела не производилось).

В связи с изложенным требования ИППЭС КНЦ РАН к Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук о признании необоснованным решения вышестоящего профсоюзного органа о несогласии с увольнением руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Федерального государственного бюджетного учреждения науки Институт проблем промышленной экологии Севера Кольского научного центра Российской академии наук к Мурманской региональной (территориальной) организации профессионального союза работников Российской академии наук о признании необоснованным решения вышестоящего профсоюзного органа о несогласии с увольнением руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Апатитский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.Е.Борисова