Определение № 33-8364/2025 от 3 января 2026 г.

Мотивированное
определение изготовлено 4 января 2026 года

УИД 59RS0004-01-2024-006560-06

Судья – Сероваева Т.Т.

Дело № 33-8364/2025 (2-90/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь

22 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Варовой Л.Н.,

судей Аникиной К.С., Смирновой М.А.,

при ведении протокола секретарем Беляевой Е.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми дело по иску прокурора Пермского края, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, обращении имущества в доход Российской Федерации,

по апелляционным жалобам ответчиков ФИО1, ФИО3 на решение Ленинского районного суда г.Перми от 20 июня 2025 года.

Ознакомившись с материалами дела, заслушав доклад судьи Варовой Л.Н., пояснения представителя ответчика ФИО3 по ордеру адвоката Худякова В.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Попова Н.А., указавшего на отсутствие оснований для отмены решения суда по доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

прокурор Пермского края, действующий в интересах Российской Федерации, обратился с иском к ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4 о (с учетом уточненных требований в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, т.3 л.д.22-31) признании недействительной сделки, совершенной между ФИО3 и ФИО4 в отношении квартиры № ** по ул.**** в г.Сочи, обращении в доход Российской Федерации объектов недвижимого имущества: земельного участка площадью 2 099 кв.м по адресу: ****, кадастровый № **, объекта незавершенного строительства площадью 64 кв.м по адресу: ****, кадастровый № **, жилого помещения площадью 45,8 кв.м по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, пер. ****.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 является должностным лицом, на которое распространяются требования федерального законодательства о предоставлении представителю нанимателя (работодателю) полных и достоверных сведений о доходах в соответствии с требованиями Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции».

По информации ГУ МВД России по Пермскому краю ФИО1 в целях сокрытия факта обладания значительным объемом финансовых средств и придания легитимного характера сделкам по приобретению имущества из непредусмотренных законом источников привлекал свою мать ФИО3, на которую оформлял дорогостоящие объекты недвижимости. При этом являясь фактическим обладателем имущества, не осуществлял его декларирование.

Так, 13.05.2021 ФИО3 приобретен земельный участок общей площадью 2 099 кв.м и находящиеся на нем 1-этажный бревенчатый незавершенный строительством жилой дом общей площадью по наружному обмеру 64 кв.м, незавершенные строительством веранда и гараж, расположенные по адресу: Пермский край, Пермский район, ****; стоимость указанных объектов по договору составила ** рублей.

В ходе проведенной прокуратурой края проверки установлено, что размер доходов, полученных ФИО3 за период с 2018 года по апрель 2021 года не позволял осуществить покупку земельного участка и объекта незавершенного строительства.

Кроме того, 23.02.2023 ФИО3 на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО4, приобретена квартира по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, пер. ****; стоимость жилого помещения по договору купли-продажи составила ** рублей.

В договоре купли-продажи указана заведомо заниженная цена квартиры. Согласно заключению Союза «Торгово-промышленная палата города Сочи» рыночная стоимость квартиры площадью 45,8 кв.м на период ее приобретения составляла ** рублей.

Размер доходов, полученных ФИО3 за период с 2020 года по январь 2023 года не позволял осуществить покупку квартиры, также как и размер дохода ФИО1, ФИО2 (жены ФИО1).

Поскольку в договоре купли-продажи от 23.02.2023 указана заниженная цена квартиры, данная сделка имеет признаки притворной. Учитывая заявленные требования об обращении имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, применение последствий недействительности сделки, заключенной 23.02.2023 между ФИО3 и ФИО4, будет противоречить основам правопорядка и нравственности, в связи с чем указанная сделка подлежит признанию притворной.

Несмотря на то, что перечисленные объекты недвижимости формально зарегистрированы на ФИО3, с момента их приобретения до настоящего времени ФИО1 пользуется жилыми помещениями и земельным участком на постоянной основе, а также осуществляет их содержание.

ФИО1, понимая отсутствие у него возможности подтвердить соответствие расходов по приобретению недвижимого имущества законным доходам, с целью избежать ответственности в виде обращения в доход Российской Федерации обозначенного имущества, вопреки требованиям части 1 статьи 8.1 Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ, части 1 статьи 3 Федерального закона №230-ФЗ совершил коррупционное правонарушение в виде сокрытия сведений о данных расходах и об источниках получения средств, за счёт которых совершены названные сделки.

Решением Ленинского районного суда г.Перми от 20.06.2025 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит решение отменить в связи с несоответствием выводов суда материалам дела, неверным определением обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела. Указывает, что доказательства, на которые сослался суд, не свидетельствуют о том, что фактическим собственником объектов недвижимости является ФИО1, сами доказательства не отвечают принципу допустимости, при разрешении спора нарушен принцип состязательности сторон. Кроме того, суд, приняв во внимание объяснения Д1., А., Г-вых, необоснованно не принял во внимание объяснения П. и оставил без внимания объяснения П. и Ч., не приведя этому в решении какой-либо мотивировки. Не согласна с оценкой стенограммы телефонного разговора между ФИО1 и П.. Объяснения, признанные судом в качестве доказательств, являются недопустимыми, так как получены правоохранительными органами в рамках оперативных мероприятий и не являются доказательствами по гражданскому делу. Указанные лица не были допрошены в судебном заседании в качестве свидетелей и ответчики не имели возможности задавать им вопросы в условиях предупреждения их об уголовной ответственности. Судом необоснованно не приняты во внимание и не получили оценку доводы заявителя жалобы о несении лично бремени содержания дачи, заключения договора аренды земельного участка, находящегося в муниципальной собственности. Не согласна с выводами суда относительно квартиры, расположенной в г.Сочи. Судом не приняты во внимание объяснения апеллянта о том, что ключи от квартиры имеются только у нее, ФИО1 использует квартиру только с ее разрешения, несение бремени содержания квартиры. Не согласна с выводом суда о действительной стоимости квартиры. Заключение экспертизы является недостоверным доказательством, необоснованно отказано в проведении повторной экспертизы. Судом при оценке сделки в качестве притворной не принято во внимание волеизъявление ее сторон, которые указали, что цена сделки составляет ** рублей. Суд необоснованно высказал критическое отношение к договору, заключенному между апеллянтом и С1.. С1. была допрошена в судебном заседании в качестве свидетеля и будучи предупрежденной об уголовной ответственности, подтвердила возврат займа с ее стороны на тех условиях, которые указаны в мировом соглашении.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 также просит решение отменить, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права. Не согласен с оценкой судом показаний Г., его отца о принадлежности участка заявителю жалобы, суд не учитывает деловой характер их взаимодействия, в силу которого указанным лицам может быть неизвестен собственник дачи. Судом не учитываются свидетельские показания А., которому достоверно известно о том, что владельцем дачи является ФИО3. Эпизодическое присутствие на даче, периодическое перечисление денежных средств матери по ее просьбе без обозначения цели использования указанных средств, а также Г. и А., не свидетельствуют о принадлежности имущества апеллянту. Судом необоснованно отвергнуты пояснения об отсутствии у ФИО1 ключей от дачи. Суд игнорирует юридические действия ФИО3 по подписанию договора купли-продажи дачи, по передаче денежных средств продавцу, подписанию договора аренды земельного участка, прилегающего к дачному участку, по оплате ей коммунальных платежей, налогов, ремонтных работ. Аналогичным образом суд делает вывод о принадлежности апеллянту квартиры в г.Сочи. Полагает, что правовые основания для обращения имущества в доход государства отсутствуют. Со ссылкой на постановление КС РФ от 04.07.2022 № 27-п, ч.1 ст.17 Федерального закона № 230-ФЗ, позицию, изложенную в п.9 Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2017, указывает, что судом необоснованно проигнорировано установленное специальное регулирование со ссылкой на необязательность соблюдения досудебного порядка урегулирования споров – обязательного порядка, предусмотренного Законом № 230-ФЗ. Кроме того, не согласен с выводами суда о невозможности учета дохода ответчика, начиная с 2014 года, поскольку они противоречат ст.8.1 Закона № 273-ФЗ. Дохода, полученного в период 2014-2020 г.г. достаточно для приобретения дачи и участка. Если из дохода вычесть расход семьи, то разница между доходом и расходом составит ** руб., и для приобретения дачи апеллянту не хватало ** руб. (что составляет 2, 55 % стоимости). При данных обстоятельствах у суда имелись основания для признания разницы незначительной и взыскании эквивалента разницы. Судом также не оценена возможность приобретения дачного участка в рамках совокупного дохода ответчиков. Одновременно с учетом приведенной позиции полагает, что основания для проверки в отношении квартиры в г.Сочи в соответствии с антикоррупционным законодательством отсутствовали (т.к. доходов апеллянта, полученного с 2020 по 2022г.г. в размере ** руб. достаточно для приобретения квартиры не только по фактической стоимости ** рублей, но и по рыночной стоимости, определенной экспертизой – ** руб.). Суд неправомерно не учел материалы дела, свидетельствующие о наличии несоответствий в проведенной судебной экспертизе.

Прокурором представлены возражения на апелляционные жалобы, в которых указано на отсутствие оснований для отмены решения суда по доводам жалоб.

В судебное заседание ответчики не явились, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Ходатайство ответчика ФИО1 не рассматривать дело в его отсутствие в связи с тем, что 22.12.2025 он будет находиться в г.**** ЛНР, при этом представителя не имеет и желает лично участвовать в судебном заседании, судебной коллегией рассмотрено и отклонено.

Согласно статье 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться принадлежащими им процессуальными правами.

Сам по себе факт назначения на должность муниципальной службы в администрации г.****, о чем ответчик знал не позднее 19.11.2025 (в указанную дату принято распоряжение о назначении на должность № **), указываемый в качестве основания заявленного ходатайства, не является обстоятельством, исключающим возможность рассмотрения дела, о наличии которого в производстве Пермского краевого суда ответчику достоверно известно.

Процессуальное поведение ФИО1, извещаемого судом о времени и месте судебных заседаний, при этом в день судебного заседания каждый раз заявлявшего ходатайство о невозможности рассмотрения апелляционной жалобы без изложения тем же способом (как и направление ходатайства) какой-либо дополнительной позиции (доводов) относительно изложенной в тексте апелляционной жалобы (учитывая полномочия суда апелляционной инстанции о рассмотрении дела исключительно в пределах доводов жалобы), подлежит оценке как злоупотребление процессуальными правами на стадии апелляционного рассмотрения дела; ответчик был не лишен возможности направить в суд представителя либо заявить ходатайство об участии в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи с каким-либо судом, находящимся территориально в транспортной доступности от нового места работы. С учетом указанного, а также установленных законом процессуальных сроков рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб (ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллеги приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3.2 части 1 статьи 8 Федерального закона от 25.12.2008 N 273-ФЗ «О противодействии коррупции» лица, замещающие должности государственной службы, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации, обязаны представлять представителю нанимателя (работодателю), иным уполномоченным лицам, определенным настоящим Федеральным законом и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации, сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своей супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

Согласно части 1 статьи 8.1 данного Федерального закона указанные лица также обязаны представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своей супруги (супруга) и несовершеннолетних детей в случаях и порядке, которые установлены Федеральным законом от 03.12.2012 N 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 8.1 Федерального закона «О противодействии коррупции» контроль за соответствием расходов лиц, указанных в части 1 настоящей статьи, а также расходов их супруг (супругов) и несовершеннолетних детей общему доходу этих лиц за три последних года, предшествующих совершению сделки, осуществляется в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом и Федеральным законом от 03.12.2012 N 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Федерального закона от 03.12.2012 N 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» лицо, замещающее (занимающее) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений (далее - отчетный период), если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки.

Согласно подпункту 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производится обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

На основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

При рассмотрении спора судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 (ответчик) с 18.08.2014 проходил государственную гражданскую службу в Министерстве по регулированию контрактной системы в сфере закупок Пермского края.

Распоряжением председателя Правительства Пермского края от 21.07.2017 № ** с 24.07.2017 ФИО1 назначен на должность заместителя министра, начальника управления организационно – правового обеспечения Министерства по регулированию контрактной системы в сфере закупок Пермского края (т.1 л.д. 177).

Распоряжением председателя Правительства Пермского края от 01.04.2019 № ** ФИО1 назначен на должность статс–секретаря – заместителя министра, начальника управления организационно – правового обеспечения Министерства по регулированию контрактной системы в сфере закупок Пермского края (т.1 л.д.178).

Распоряжением губернатора Пермского края от 16.11.2020 № ** ФИО1 назначен на должность исполняющего обязанности министра по регулированию контрактной системы в сфере закупок Пермского края (т.1 л.д. 180).

Распоряжением губернатора Пермского края от 11.02.2021 №** ФИО1 назначен на должность министра по регулированию контрактной системы в сфере закупок Пермского края (т.1 л.д. 181).

ФИО3 является матерью ФИО1

13.05.2021 между Д1. (продавец) и ФИО3 (ответчик, покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: одноэтажного бревенчатого незавершенного строительством жилого дома общей площадью по наружному обмеру 64 кв.м с незавершенной строительством верандой, незавершенным строительством гаражом, находящихся по адресу ****, условный номер **, а также земельного участка общей площадью 2 099 кв.м, земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, по адресу: ****, кадастровый № **, а также всех объектов движимого и недвижимого имущества находящихся на нем (т.1 л.д. 20-21).

Общая стоимость объектов составила ** руб., из которых ** руб. уплачивается покупателем продавцу наличными денежными средствами при подписании договора, ** руб. - в течение одного дня после государственной регистрации перехода права собственности (раздел 2 договора). На обратной стороне договора имеется расписка продавца о получении денежных средств от покупателя.

Переход права собственности к покупателю в ЕГРН зарегистрирован 03.08.2021 (т.1 л.д. 51).

Согласно объяснениям ФИО1, данным 18.06.2024 при проведении проверки, он в сделке по покупке объекта незавершенного строительства и земельного участка в деревне **** участия не принимал, обстоятельства приобретения объектов недвижимости ему неизвестны, в сделке не участвовал, финансовую помощь в их приобретении не оказывал. Данные объекты ФИО1 на постоянной основе не используются, приезжает только семьей погостить 1-2 раза в неделю (т.1 л.д. 33-36).

При участии в судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 пояснил, что поскольку имеет юридическое образование, то помогал своей матери в приобретении объектов недвижимости, им была проверена чистота сделки, он с женой действительно ездил смотреть дачу перед покупкой. Сам объект на сайте «Авито» ФИО3 нашла самостоятельно, попросила сына съездить и посмотреть дачу. Все расходы по текущему содержанию дачи, коммунальным платежам, ремонту, уплате налогов несет ФИО3 Ответчик ФИО1 финансово в сделке, не участвовал. Ключей ни он, ни его жена ФИО2 от дома не имеют. Один на даче появляется только по поручению матери, когда нужно выполнить какие-то работы на участке.

ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции пояснила, что увидела объявление на сайте «Авито», попросила сына съездить посмотреть дачу, она не поехала в связи с занятостью. Дом и земельный участок покупала ФИО3 на свои деньги, которые были накоплены за счет наследственного имущества, трудовой деятельности, возвратов по договорам займа, все деньги хранит дома наличными. Ключи от дачи есть только у нее, у сына ключей нет, иногда они с женой и ребенком приезжают на дачу. На даче установлен забор, выполнены ремонтные работы: штукатурили стены в бане, утепляли стены, все работы оплачивала ФИО3 за свой счет, деньги передавала работникам наличными, договаривалась с ними сама. Расходы на коммунальные платежи и налоги несет самостоятельно, сын финансово не участвует. Аналогичные пояснения ей были даны 18.04.2024 (т.2 л.д. 243-250).

Из объяснений Д1. от 19.06.2024 следует, что в начале 2021 года он решил продать объект незавершенного строительства и земельный участок в деревне ****. С этой целью подал объявление о продаже на сайте «Авито» по цене примерно ** руб. В начале мая 2021 года на его номер позвонил мужчина (потенциальный покупатель), поинтересовался продаваемыми объектами недвижимости, изъявил желание посмотреть их на месте. Через 2-3 дня к нему в деревню **** приехал покупатель, как выяснилось – ФИО1 вместе со свой супругой. Он сказал, что хочет приобрести дом в деревне для своей мамы. Через пару дней ФИО1 позвонил снова, спросил про торг, Д1. ответил, что готов продать объекты недвижимости (дом, земельный участок) и резиновую лодку (цена лодки ** руб.) общей стоимостью ** руб. ФИО1 сказал, что цена его устраивает. Через несколько дней Д1. и ФИО1 встретились в г.Перми, ФИО1 был один, договорились, что ФИО1 составит договоры купли-продажи на лодку и объекты недвижимости. 13.05.2021 Д1., ФИО1 и его мать ФИО3 встретились, подписали договор, Д1. получил от них деньги в сумме ** руб. В конце июля 2021 года оставшиеся ** руб. ФИО3 передала Д1. в МФЦ при подаче документов на регистрацию. Деньги передавала ФИО3 Все детали проживания в доме - как работает котел, скважина, как оплачиваются коммунальные услуги и иные детали эксплуатации дома обсуждал с ФИО3 (т.2 л.д. 202-203).

Факт постоянного нахождения ФИО1 и его семьи в доме в деревне **** подтвержден сведениями о географическом местоположении мобильного терминала с абонентскими номерами, находящихся в пользовании ФИО1, ФИО2 согласно которым семья З-ных находится на даче также в отсутствие ФИО3; ФИО3 также находится на объектах в отсутствие ФИО1, ФИО2 (т.6 л.д. 153-155).

Из объяснений Г. данных 16.06.2024 на основании п. 1 ст. 6 и ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» следует, что он и его сын Н. выполняют различные подсобные работы для собственников домов в деревне ****. С 2021 года хозяином участка и дома стал Алексей, до этого был Александр. Алексей обратился к Н., сказал, что будет использовать участок как дачу и предложил оказывать ему услуги – стрижка газона, уборка снега, уборка мусора. Стоимость услуг ** руб. в месяц независимо от времени года. Алексей передал Н. ключи от земельного участка, чтобы они могли зайти на участок для выполнения работ. Также Алексей передал ключи от гаража, где хранится уборочный инвентарь. На участке бывают 1-2 раза в две недели. Оплату Алексей производил ежемесячно, перечислял на банковскую карту ПАО *** Н. или передавал наличными. С июня 2024 года Алексею услуги не оказывают, так как сын уехал в Республику ***. Кто является собственником участка, он не знает, Н. вел переговоры с Алексеем (т.6 л.д. 174-175).

Согласно справке, составленной оперуполномоченным по ОВД УЭБ и ПК ГУ МВД России по Пермскому краю капитаном полиции С2. по результатам опроса Г1. (также Ф.), последний пояснил, что находится в Республике ***, подтвердил слова отца Г. относительно того, что договорился с Алексеем о стоимости работ и их видах. Дополнительно пояснил, что в летний период времени часто на даче была мать ФИО5 – ФИО7, сам Алексей, как правило, приезжал в выходные дни с женой и дочкой. Относительно выполнения работ общался как с Татьяной, так и с Алексеем, чаще с Татьяной. На участке находится квадроцикл, видел, что на нем ездит ФИО7 (т.6 л.д. 176-177).

Пояснения Г. и Н. относительно поручения работ ФИО1 согласуются с расшифровкой телефонного переговора совершенного 23.04.2023 между ФИО1 и Г1. из которого следует, что ФИО1 обещает перевести ему заработную плату на карточку, также поручает ему убрать мусор с участка, у пирса (т.8 л.д. 4-5).

Перечисление денежных средств от ФИО1 Г1. подтверждено выпиской с расчётных счетов, открытых на имя ФИО1 в ПАО ***: со счета ** с 26.12.2021 по 24.03.2024 в сумме 95 180 руб., со счета ** с 21.09.2021 по 24.07.2022 в сумме 30 060 руб. Всего перечислено 125 240 руб. (т.6 л.д. 178-180).

Из объяснений А. данных 12.07.2024 на основании п. 1 ст. 6 ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» следует, что он проживает в <...> соседний участок принадлежит ФИО3; такой вывод сделан в связи с тем, что у него в собственности находится трансформаторная подстанция, между ним и ФИО3 ранее был заключен договор на предоставление электроэнергии, договор подписывала ФИО3, также на участок приезжают сын ФИО3 - ФИО1 с женой и дочерью. Они приезжают как вместе с ФИО3 так и по отдельности, чаще видит ФИО3 (т.5 л.д. 26-28).

Перечисление денежных средств с расчетных счетов от ФИО1 А. за период с 19.09.2021 до 12.05.2022 в сумме 18 960,94 руб. и в период с 29.06.2021 по 18.08.2021 в сумме 8 297 руб., всего в сумме 27 257,94 руб. подтверждено выпиской по счету (т.6 л.д. 200, 201). Из пояснений А., данных 17.07.2024 в ходе телефонного разговора оперуполномоченному по ОВД УЭБ и ПК ГУ МВД России по Пермскому краю капитану полиции С2., указанные денежные средства могли быть перечислены за оплату электроэнергии, поскольку примерно до 2022 года оплата осуществлялась через А., либо за выполнение каких-либо работ по подключению электроэнергии (т.6 л.д. 202).

Оплату коммунальных услуг за электричество с июля 2022 года ФИО3 производила со своего счета №** в АО «***» и счета ** в ПАО ***, при этом оплате предшествовало внесение платежей через банкомат наличных денежных средств; дважды перед оплатой поступили денежные средства от ФИО1 (т.6 л.д. 195-199).

Из объяснений П., данных 05.07.2024 на основании п. 1 ст. 6 и ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», следует, что летом 2022 или 2023 года ему позвонил мужчина по имени Алексей, который спросил о возможности осуществить ремонтные работы на даче его матери, расположенной в д. ****, сказал, что в дальнейшем с ним свяжется его мать ФИО7. В дальнейшем он с Татьяной встретился на даче в д.****, Алексей на встречу не приезжал. Она объяснила, какие работы необходимо сделать, оплачивала ФИО7 после их приемки. Стоимость работ назвать отказался. Ему помогал В1. С Алексеем объем работ не обсуждал, деньги от него не получал, но передавал ему ключи от дома, когда уезжал на выходные (т.5 л.д. 14-24).

Согласно расшифровке телефонного разговора 27.04.2023 (17-37 часов) П. с ФИО1, последний контролирует работы П. по укладке полов, просит его пройтись по участку для осмотра; они обсуждают замену окон, радиаторов; ФИО1 также сообщает, что завтра ему надо перед П. рассчитаться, поскольку он уезжает в командировку. Из расшифровки телефонного звонка, совершенного в этот же день в 18-18 часов следует, что они обсуждают стоимость материалов и работ, сроки оплаты, просит отправить фотографии сделанных работ. Стороны договариваются на завтра (28.04.2023) обсудить детали работ. Из расшифровки телефонного звонка от 28.04.2023 следует, что они встретилась в назначенное время (т.8 л.д. 6-12).

По данным справки, составленной в результате проведенного оперативно-розыскного мероприятия – установлены соединения абонентских номеров находящихся в пользовании ФИО1 и в пользовании П.; в период с 15.04.2022 по 15.04.2024 между ними осуществлено 78 сеансов связи. Установлены соединения абонентских номеров ФИО1 и Г1., между ними осуществлен 71 сеанс связи (т.6 л.д. 156-159).

Также установлено, что между ФИО2 и П. осуществлено 2 сеанса связи (т.6 л.д. 168-170).

Аналогичная справка составлена в отношении ФИО3, из которой следует, что с П. за период с 15.04.2022 по 15.04.2024 осуществлено 106 сеансов связи. Между Г1. и ФИО3 осуществлено 260 сеансов связи (л.д. 160-167 том 6).

Совокупной доход ФИО1 и его жены ФИО2 за период 2018 - 2020 г.г. составил ** руб. из расчета 2018 год – ** руб. (т.1 л.д. 196-218), 2019 год – ** руб. (т.1 л.д. 230 – т.2 л.д. 2), 2020 год – ** руб. (т.2 л.д. 50-72), несовершеннолетняя дочь М. доходов за указанный период не имела.

Расходы ФИО8, ФИО2 за период 2018-2020 г.г. включительно составили ** руб. (покупка по договору ипотеки от 22.12.2017 квартиры по адресу ул. **** и садового дома с земельным участком по адресу: ****) из которых:

2018 год – ** руб. внесение платежей по договору ипотеки от 22.12.2017 №** за квартиру по адресу ул. **** (разница между размером обязательства на 31.12.2017 - ** руб. (т.3 л.д 54) и остатком обязательства на 31.12.2018 – ** руб. (т.1 л.д. 202).

2019 год – ** руб. оплата по договору ипотеки от 22.12.2017 №** (разница между размером обязательства на 31.12.2018 – ** руб. и размером обязательства на 31.12.2019 – ** руб. (т.1 л.д. 240).

2020 год – 2 478 024,52 руб. из которых 920 000 руб. покупка садового дома и дачи по адресу **** (т.2 л.д. 53, т.1 л.д. 114-115), погашение задолженности по договору ипотеки от 22.12.2017 №** - ** руб. (т.1 л.д. 60).

23.02.2023 между ФИО4 (продавец) в лице Р. и ФИО3 (покупатель) в лице ФИО1 заключен договор купли-продажи жилого помещения – однокомнатной квартиры общей площадью 45,8 кв.м по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, **** (т.1 л.д. 22-24); стоимость квартиры в договоре определена в размере 2 290 000 руб.

При заключении вышеуказанного договора ФИО1 представлял интересы ФИО3 на основании доверенности, выданной 16.02.2023 (т.1 л.д. 28-30). Интересы ФИО4 представляла Р. на основании доверенности от 26.08.2022 (т.1 л.д. 25-26).

Регистрация перехода права собственности на квартиру к покупателю осуществлена 03.03.2023 (т.1 л.д. 48).

В объяснениях, данных 18.06.2024, ФИО1 указал, что действительно участвовал в сделке, действовал в интересах своей матери по доверенности, в январе-феврале 2023 года отправился в г.Сочи для поиска квартиры, выбирал из нескольких жилищных комплексов, в итоге выбрал квартиру на пер. ****, нашел контакт Р., с которой договорились о встрече, она предложила несколько вариантов квартир, в ценовом диапазоне до 4 000 000 руб., совместно с ней осуществил осмотр, фотографии объектов отправил ФИО3, которая и выбрала квартиру № **. Цена квартира составила ** руб., точный размер не помнит. В дальнейшем ФИО1 встретился с матерью, она отдала ФИО1 ** руб. наличными. Через две недели ФИО1 приехал в г. Сочи для заключения договора, в депозитарном центре подписали с Р. договор, денежные средства передал депозитарию, дальнейшим оформлением сделки занималась Р. Финансовую помощь в приобретении квартиры матери не оказывал, квартирой пользуется ФИО3, несет расходы на ее содержание. В командировках он проживает в этой квартире, предварительно уведомив мать (т.1 л.д. 33-36).

В судебных заседаниях ФИО1 поддержал изложенные обстоятельства.

Из объяснения ФИО3, данных 18.06.2024, следует, что она попросила ФИО1 ей помочь с покупкой квартиры в г. Сочи, оформив нотариальную доверенность, денежные средства за квартиру передала ФИО1 для покупки наличными, он направил ФИО3 фотографии с вариантами квартир, из которых она выбрала квартиру № **. Ключи от квартиры находятся только у нее, у ФИО1 ключей нет, ремонт в квартире не проводился, коммунальные услуги и налог оплачивает самостоятельно. ФИО1 использует квартиру с ее разрешения (т.2 л.д.243, т.3 л.д.1,2). В судебном заседании ФИО3 указанные обстоятельства подтвердила (т.5 л.д. 128-131).

По сведениям ПТК «***» за период с 23.02.2023 по 22.04.2024 ФИО1 находился в г. Сочи 8 раз, преимущественно в выходные и праздничные дни и в дни отпуска (распоряжение о предоставлении отпуска т.6 л.д. 227-235), иногда с женой и ребёнком (т.6 л.д. 203 – 222); в день заключения сделки 23.02.2023 ФИО1 также прилетел в г. Сочи с женой и дочерью (т.6 л.д. 216).

ФИО3 прилетела в г.Сочи первый раз спустя 4 месяца после сделки на один месяц, второй и третий раз во время рассмотрения спора по настоящему делу (т.6 л.д. 225).

Организацией, осуществляющей управление многоквартирным домом по пер. **** в г. Сочи, является ООО «***». Из докладной записки главного администратора следует, что ФИО3 заказала карту на въезд автомобиля и брелок на свое имя, но его не получила. Дополнительно три брелока были выданы члену семьи ФИО2, с помощью которых ФИО1 с семьей попадали на территорию дома в дни пребывания в г. Сочи. Данные обстоятельства подтверждены письменными доказательствами, полученными в ходе обыска офисного помещения ООО «***» (т.6 л.д. 236-242).

Из расшифровки телефонного разговора 12.04.2024 между ФИО1 и администратором ЖК «***», следует, что ФИО1 адресует менеджера решить возникшие вопросы к своей жене ФИО2 (т.8 л.д. 4).

Квитанции об оплате коммунальных услуг направляются ФИО3 на ее электронную почту (т.5 л.д. 136-175), оплата производится с расчетного счета, открытого на ее имя (т.4 л.д. 197-212).

В качестве доказательств рыночной стоимости спорной квартиры прокурором представлены заключение оценщика Союза «Торгово-промышленная палата города Сочи» Д2., согласно которому стоимость объекта по состоянию на март-апрель 2023 года составила ** руб. (т.2 л.д. 216-238) и заключение эксперта №032-070/О-2024 от 23.12.2024 Союза «Торгово-промышленная палата города Сочи» Д2. о стоимости объекта по состоянию на 23.02.2023, которая составляет ** руб. (т.7 л.д. 10-34).

Согласно справке от 07.12.2023, подготовленной оперуполномоченным по ОВД УЭБиПК ГУ МВД России по Пермскому краю капитаном полиции С2. в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, средняя стоимость объектов недвижимости в жилом комплексе «***» г. Сочи пер. **** составила ** руб.; объектами исследования являлись 12 квартир площадью от 40 кв.м до 49 кв.м (т.2 л.д. 213). К справке приложены скрин-шоты экрана с объявлениями (т.2 л.д. 214).

В материалы дела представлены сведения из реестровых дел квартир расположенных по адресу: г. Сочи, пер. ****, содержащие сведения о сделках, на основании которых осуществлена государственная регистрация перехода права собственности, стоимость квартир которых указана значительно ниже, чем в объявлениях о продаже. Анализ реестровых дел подробно изложен в определении суда от 21.03.2025 о назначении судебной экспертизы (т.9 л.д. 103-113).

Согласно пояснениям Х. (допрошен оперуполномоченным в качестве свидетеля), оказывающего риэлтерские услуги при реализации квартир в жилом комплексе «***» г. Сочи, средняя рыночная стоимость квадратного метра 300 000 руб., а при выполненном в помещении ремонте более 300 000 руб. С покупателями помещений, не желающими платить налог на доход, полученный в результате продажи объектов, заключается два договора: улучшений, произведенных в приобретаемом объекте недвижимости, и договор купли-продажи помещения, в последнем указывается цена в размере 70% от кадастровой стоимости, остальная часть цены отражается в договоре улучшений, который в орган, осуществляющий государственную регистрацию, не предоставляется. При желании покупателя отразить в договоре купли-продажи квартиры ее реальную стоимость, в договоре указывается рыночная цена объекта недвижимости с учетом налога, подлежащего уплате на полученный доход продавца (т.4 л.д 142-146).

Из объяснений Б., Е., данных на основании пункта 1 статьи 6 и статьи 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», стоимость квартир в спорном доме составляла от 15 000 000 -16 000 000 руб., они являются покупателями квартир по договорам ипотеки, в договорах купли-продажи указана цена значительно ниже действительной, на остальную стоимость заключен договор неотделимых улучшений (т.10 л.д. 139-140,144-146).

Согласно справке ООО «Домклик» от 09.08.2024 в информационных системах ФИО9 в период с 01.11.2022 по 01.06.2023 имелась информация об объявлениях о продаже объектов недвижимости, по адресу: **** площадью 40-50 кв.м с ценой от 11 600 000 рублей до 19 000 000 рублей (т.4 л.д. 176-179).

Ответчиком в материалы дела представлен оценочный отчет частнопрактикующего оценщика В2. по определению рыночной стоимости спорного объекта по состоянию на 03.03.2023 (дата государственной регистрации права собственности ФИО3), которым стоимость объекта недвижимости определена в размере 2 280 000 руб. (т.5 л.д. 92-126).

Из объяснений В2. от 23.12.2024 (т.7 л.д.6-9) следует, что указанное заключение отчетом об оценке по смыслу положений Федерального закона от 29.07.1998 №135–ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и федеральных стандартов оценки не является. Вывод о стоимости объекта – его личное мнение, к которому он пришел в результате анализа тех документов, которые ему представила ФИО3, фактически анализ рынка он не проводил.

ФИО1 в качестве опровержения стоимости спорной квартиры в сумме более ** руб. в материалы дела представлены данные архивных объявлений с сайта Авито за февраль 2023 года, стоимость квартир варьируется от 10 300 000 рублей до 11 900 000 рублей (т.8 л.д. 44-47).

Определением суда от 21.03.2025 (т.9 л.д.103-113) по делу назначена судебная экспертиза об определении рыночной и ликвидационной стоимости квартиры общей площадью 45,8 кв.м по адресу: г.Сочи, пер.**** на дату сделки (23.02.2023), проведение которой поручено ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы».

Согласно заключению судебной экспертизы от 12.05.2025 №1313/04-2-25 рыночная стоимость объекта оценки по состоянию на 23.02.2023 (дата сделки) составляет 13 036 417 руб., ликвидационная стоимость – 9 907 677 руб. (т.9 л.д. 125-142).

Совокупный доход ФИО1, ФИО2 за период 2020-2022 год включительно составил ** руб. из расчета 2020 год – ** руб. (т.2 л.д.50-72), за 2021 год – ** руб. (т.7 л.д. 202-230), 2022 год – ** руб. (т.2 л.д. 85-142).

Расходы ФИО1, ФИО2 за 2020-2022 год включительно составили ** руб.

Из расчета за 2020 год – ** руб. из которых ** руб. покупка садового дома и дачи по адресу **** (т.2 л.д. 53, т.1 л.д. 114-115) и погашение задолженности по договору ипотеки от 22.12.2017 №** - ** руб. (т.2 л.д. 60);

за 2021 год – ** руб. из которых покупка автомобиля /марка/ стоимостью ** руб. (т.1 л.д. 117), покупка земельного участка и объекта незавершенного строительства по адресу: **** общей стоимостью ** руб.;

за 2022 год – ** руб. покупка нежилого помещения (машино-место в подземной автостоянке) по адресу ****.

Расходы З-ных за период с 2020-2022 год превышали доходы на ** руб. (** - **).

При разрешении спора суд, руководствуясь ст., ст. 170, 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст., ст. 8, 8.1 Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции», ст.3 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», разъяснениями п.87 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме. При этом суд исходил из непредставления ответчиками доказательств возможности приобретения спорного имущества на денежные средства, полученные легальным путем, а также установленных обстоятельств того, что ФИО3 является лишь номинальным собственником спорных объектов недвижимости, фактически приобретенных ФИО1, осуществлявшего в отношении них (объектов) все правомочия собственника (включая выбор объектов при заключении договоров, согласование цены приобретения, их последующего обслуживания (ремонта) и содержания). Суд также квалифицировал в качестве притворной сделки договор купли-продажи, предметом которого являлась квартира в г.Сочи, в части указания ее цены в размере, значительно ниже стоимости приобретения (реальной рыночной стоимости). В связи с непредставлением ответчиками доказательств законности происхождения денежных средств, за счет которых приобретено спорное имущество, суд обратил объекты недвижимости, являвшиеся предметом рассматриваемых сделок, в доход государства.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, основанными на анализе представленных в материалы дела доказательств в их совокупности, оценке фактических обстоятельств дела, верном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы апелляционных жалоб выводы суда не опровергают, направлены на иную оценку установленных судом обстоятельств и представленных доказательств, оснований для которой не имеется.

При оценке доводов апелляционных жалоб коллегия считает необходимым указать следующее.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 29.11.2016 N 26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного суда Республики Башкортостан», предусмотренное Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, является, по существу, особой мерой государственного принуждения, применяемой в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства; данная мера заключается в безвозмездном изъятии такого имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным гражданским служащим неправомерного деяния коррупционной направленности, то есть, как следует из части 1 статьи 4 и статьи 17 названного федерального закона, если стоимость приобретенного в отчетном периоде им и перечисленными в законе членами его семьи соответствующего имущества превышает их общий доход за три предшествующих года, а государственный (муниципальный) служащий не может доказать законность происхождения средств, достаточных для его приобретения; при этом переход такого имущества в собственность Российской Федерации осуществляется в соответствии с подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющим в качестве основания прекращения права собственности принудительное изъятие у собственника имущества по решению суда и обращение его в доход государства при недоказанности законного происхождения доходов, направленных на его приобретение (пункт 5).

Установленная законом презумпция незаконности доходов, на которые названными лицами было приобретено имущество, означает, что обязанность доказать законность происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества, возложена на лиц, контроль за расходами которых осуществляется на основании и в порядке, установленных Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», и именно эти лица несут риск неблагоприятных последствий в результате недоказанности такого обстоятельства (законности происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества).

Правовая позиция о том, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков), изложена также в преамбуле Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2017.

В пункте 2 приведенного Обзора указано, что ответчик вправе представлять любые допустимые доказательства в подтверждение законности происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества. Если в обоснование законности доходов ответчик ссылается на получение им денежных средств по гражданско-правовым сделкам, то суд должен вынести на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств по таким сделкам, а также то, были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества.

Таким образом, с учетом существа рассматриваемого спора, ответчики должны были, прежде всего представить доказательства законности происхождения денежных средств, на которые были приобретены спорные объекты недвижимости. Непредставление доказательств легальности происхождения денежных средств, на которые были приобретены объекты недвижимости, является самостоятельным и достаточным основанием для удовлетворения заявленных прокурором требований. Таких доказательств в материалы дела не представлено.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 в рассматриваемой части сводятся к необходимости учета дохода ответчика, полученного в период 2014 -2020 г.г..

Вместе с тем, оснований согласиться с приведенной позицией заявителя жалобы, судебная коллегия не усматривает. Установленный абзацем первым части 1 статьи 4 Федерального закона N 230-ФЗ критерий, являющийся основанием для принятия решения об осуществлении контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона N 230-ФЗ, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, в виде достаточной информации о том, что данным лицом, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода совершены сделки (совершена сделка) по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций) на общую сумму, превышающую общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, не может рассматриваться в качестве освобождающего субъекта проверки от представления доказательств наличия финансовых средств для совершения сделок по приобретению недвижимости за период с даты поступления на соответствующую государственную должность в размере полученного дохода без учета всех без исключения расходов. Правило подсчета суммы превышения расходов над общим доходом не подразумевает, что весь заработок, полученный государственным служащим, автоматически относится к доходам, использованным для совершения проверяемой сделки, однако учету подлежат только те расходы, которые реально можно зафиксировать. В рассматриваемой ситуации ФИО1 не был лишен возможности предоставления доказательств наличия накоплений за счет полученных в качестве дохода денежных средств, в том числе с начала поступления на государственную службу. Однако таких доказательств заявителем жалобы не представлено. Более того, при наличии таких накоплений представляются нелогичными действия ответчика по приобретению квартиры по ул.**** в г.Перми (не является предметом настоящего спора) в рассматриваемый период на кредитные денежные средства. При этом коллегия отмечает, что состав расходов за период (2014-2017 г.г.) в соответствии с данными, указанными в декларациях, составил ** руб. (2014 год (т.3 л.д.75оборот) – ** руб); 2017 год (т.3 л.д.51) – ** (** рублей покупка квартиры (из которых ** кредитные денежные средства), ** – покупка машины (собственные накопления)) (при расчете коллегией не учтены кредитные средства).

Вопреки доводам жалобы, отсутствует такая возможность и с учетом совокупного дохода ответчиков (доход ответчика ФИО3 и анализ ее расходов в рассматриваемый период в решении приведен).

Довод жалобы ФИО3 о несогласии с оценкой договоров займа, заключенных между апеллянтом и С1., которая была допрошена в судебном заседании в качестве свидетеля и подтвердила возврат займа с ее стороны на тех условиях, которые указаны в мировом соглашении, судебной коллегией отклоняется. Указанным доводам судом дана надлежащая оценка, основания для повторения которой судебная коллегия не усматривает. При оценке данных доводов и показаний свидетеля суд учел, что в период с 2018-2019 г.г. у С1. (ранее С1., К1., К2., Ф., О. т.9. л.д. 189-190) официальный источник дохода отсутствовал, при этом по сведениям ФССП России имелись значительные долговые обязательства на сумму свыше ** руб. (т.9 л.д. 191-201); приговором Ленинского районного суда г Перми от 16.09.2022 С1. признана виновной в совершении 14 преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в рамках уголовного дела проводились обыски, в ходе которых денежных средств у С1. не обнаружено (т.9 л.д.202, т.10 л.д. 1-106). Суд также правомерно принял во внимание, что согласно копии расписки ФИО3 15.10.2018 получала от С1. денежные средства в качестве возврата долга в сумме 1 200 000 руб., однако согласно базе данных ИБД-Р (пересечение границы Российской Федерации) в период с 14.10.2018 до 23.10.2018 ФИО3 находилась в Турецкой Республике. 09.10.2019 ФИО3 получила от К2. ** руб., при этом ФИО3 в период с 01.10.2019 по 10.10.2019 также находилась в Турецкой Республике. К2. в эти даты границу Российской Федерации не пересекала (т.10 л.д. 108-138).

С учетом изложенного вывод суда о том, что фактическая стоимость приобретенного недвижимого имущества в д.Заборье почти в два раза превышает совокупный доход ФИО1, ФИО2 за три года, предшествующие году заключения сделки, вывод суда о том, что имущество приобретено на неподтвержденные доходы и подлежит обращению в доход Российской Федерации, следует признать верным.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что основания для проверки в отношении квартиры в г.Сочи в соответствии с антикоррупционным законодательством отсутствовали (т.к. доходов апеллянта, полученного с 2020 по 2022 в размере ** руб. достаточно для приобретения квартиры не только по фактической стоимости ** рублей, но и по рыночной стоимости, определенной экспертизой – ** руб.), судебной коллегией отклоняются. Указывая о размере дохода за указанный период, апеллянт не учитывает расходы за тот же период, перечень которых приведен судом и подтвержден документально. При этом коллегия отмечает, что размер дохода за 2020 год судом учтен дважды (при оценке финансовой возможности по приобретению объектов в д.**** по сделке от 13.05.2021 и квартиры в г.Сочи по сделке от 23.02.2023).

Доводы жалобы ФИО3 о том, что доказательства, на которые сослался суд, не отвечают принципу допустимости, так как получены правоохранительными органами в рамках оперативных мероприятий, основаны на неправильном применении и толковании норм процессуального права; принятые судом в качестве доказательств документы отвечают критериям письменных доказательств по делу (ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Доказательства, полученные в рамках уголовного дела, подлежат из уголовного дела правомерно, для цели рассмотрения гражданского дела об обращении имущества в доход государства использование таких доказательств допустимо и необходимо, достоверность указанных доказательств ответчиками не опровергнута, подтверждена иными доказательствами по делу.

Доводы жалобы о том, что приняв во внимание объяснения Д1., А., Г, суд необоснованно не принял во внимание объяснения П., судебной коллегией отклоняются – оценка указанным доводам судом приведена со ссылкой на то, что объяснения П. опровергаются расшифровкой телефонного разговора 27.04.2023 (17-37 часов) с ФИО1, в связи с чем критически оценены судом. Оснований не согласиться с выводами суда у коллегии не имеется. Объяснения Ч. (т.6 л.д.171), указавшего, что на территорию спорного участка он не заходил, из лиц, которые посещают участок, ему знаком ФИО1 и его жена (имени не помнит), дочь М. и его мать (имени не помнит); кто формально является собственником участка, Ч. неизвестно; у него записан телефон ФИО1; выводы суда не опровергают.

Доводы жалобы ФИО3 о несогласии с выводом суда о действительной стоимости квартиры, судебной коллегией отклоняются. При определении действительной стоимости квартиры судом принята совокупность представленных в материалы дела доказательств, стоимость квартиры определена в соответствии с заключением проведенной по делу судебной экспертизы, оснований для сомнения в правильности выводов эксперта у суда не имелось, основания для назначения по делу повторной судебной экспертизы отсутствовали. Вопреки доводам жалоб, заключение судебной экспертизы мотивированно, содержит описание проведенного исследования, установленные экспертом обстоятельства, а также основанные на этих обстоятельствах выводы; при этом в распоряжение эксперта были представлены все материалы гражданского дела. Само по себе несогласие заявителя с этими выводами, не свидетельствует о допущенных экспертом нарушениях порядка проведения экспертизы. Установленных ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для назначения повторной экспертизы не имелось.

При этом коллегия дополнительно отмечает, что вторая сторона сделки (продавец ФИО4) соответствующие выводы суда не оспаривает.

Иных доводов, влияющих на законность и обоснованность решения суда, апелляционные жалобы не содержат.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г.Перми от 20 июня 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО3, ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий: (подпись)

Судьи: (подписи)