Решение № 2-2196/2017 2-221/2018 2-221/2018 (2-2196/2017;) ~ М-2316/2017 М-2316/2017 от 25 февраля 2018 г. по делу № 2-2196/2017

2-221/18


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 февраля 2018 года г.Орёл

Советский районный суд города Орла в составе:

председательствующего судьи Михеевой Т.А.,

при секретаре Фомкиной Е.В.,

с участием прокурора Ерошенко Ю.С.,

представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности б/н от ДД.ММ.ГГ сроком действия <данные изъяты>

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности б/н от ДД.ММ.ГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Советского районного суда г.Орла гражданское дело № 2-221/18 по иску ФИО3 к УМВД России по Орловской области о признании заключения служебной проверки, приказов о наложении дисциплинарного взыскания и о расторжении служебного контракта незаконными, восстановлении на службе,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО3 обратился в Советский районный суд г.Орла с указанным иском. В обоснование иска указал следующее.

Он проходил службу в органах внутренних дел РФ с ДД.ММ.ГГ, выслуга на дату увольнения составила <данные изъяты>. На момент увольнения истец имел звание <данные изъяты> и занимал должность <данные изъяты>.

Приказом №*** от ДД.ММ.ГГ он был уволен со службы на основании <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. Поводом для увольнения послужило заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГ, в результате которой было установлено совершение истом указанного проступка при следующих обстоятельствах – ФИО3 внёс недостоверные сведения в материалы ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГ на территории <...> с участием водителя ФИО19 посредством искажения сведений о событиях и участниках ДТП; привлёк к административной ответственности по <данные изъяты> за нарушение, приведшие к данному ДТП, гражданина ФИО20 который фактически участником ДТП не являлся и данное правонарушение не совершал; ввёл в заблуждение своего непосредственного руководителя относительно обстоятельств ДТП и принимаемых им мерах по его документированию и устранению последствий правонарушения; проявил неискренность при проведении служебной проверки.

Истец не согласился с увольнением, указал, что проведение служебной проверки сопровождалось грубыми нарушениями законодательства, заключение служебной проверки основано на субъективных, ничем не доказанных домыслах и догадках.

В судебное заседание истец не явился, личного участия в судебном разбирательстве не принимал.

Представитель истца ФИО1 поддержала исковые требования, дополнительно пояснила следующее. В ходе проведения проверки ФИО3 не разъяснялись его права и обязанности; он не знал, что обстоятельства ДТП были сфальсифицированы ФИО19 и ФИО20 оформил материал со слов указанных лиц; в ходе проведения проверки указанные лица не опрашивались; исследование с применением полиграфа проводились уже тогда, когда ФИО3 было известно, что ФИО20 не являлся участников ДТП, поэтому и результаты исследования были не в пользу ФИО3; объяснения лиц, данные в ходе проведения расследования по уголовному делу в отношении ФИО3, не могут быть приняты судом в качестве доказательств, поскольку итогового судебного постановления по уголовному делу ещё не принято; <данные изъяты> которым были освидетельствованы ФИО19 и ФИО20 не поверялся, поэтому его данные не могу быть приняты в качестве доказательств; в силу занимаемой должности ФИО3 мог выехать на оформление любого ДТП; ФИО20 признавал свою вину в ДТП, спора по обстоятельствам ДТП между участниками ДТП не было, поэтому автомобиль ФИО20 мог и не осматриваться. Полагала, что не доказано совершение истцом поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, в связи с чем его увольнение являлось незаконным.

Представитель УМВД России по Орловской области ФИО2 возражала относительно удовлетворения иска. Полагала обстоятельства, установленные в ходе проведения служебной проверки, подтверждёнными допустимыми достаточными доказательствами. Определение объёма и качества собираемых доказательств, в том числе необходимость опроса конкретных лиц, определяется на усмотрение лица, проводящего служебную проверку, обязательных требований к процессу сбора доказательств законом не предусмотрено. Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности была соблюдена – от него ДД.ММ.ГГ были отобраны письменные объяснения, он был ознакомлен с результатами служебной проверки, исследование с помощью полиграфа проводилось с его согласия, ему было вручено уведомление о расторжении контракта, он был ознакомлен с приказом об увольнении, трудовая книжка была вручена ему в тот же день.

Заслушав участников процесса, мнение прокурора, полгавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации; постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти.

Служба сотрудников внутренних дел помимо Трудового кодекса Российской Федерации регулируется специальными правовыми актами, а именно Федеральным законом от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Кодексом профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 24 декабря 2008 года № 1138.

Сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (пункт 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ).

Пунктом 2 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ, предусматривающим требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, установлено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

В силу части 2 статьи 14 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ на сотрудника органов внутренних дел распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. N 278-ФЗ "О противодействии коррупции" и статьями 17, 18 и 20 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", за исключением ограничений, запретов и обязанностей, препятствующих осуществлению сотрудником оперативно-разыскной деятельности. Такие ограничения, запреты и обязанности, а также сотрудники органов внутренних дел, на которых они не распространяются, в каждом отдельном случае определяются в порядке, устанавливаемым федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Пункты 8 и 13 части 1 статьи 18 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" обязывают гражданского служащего не совершать проступки, порочащие его честь и достоинство, не допускать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа.

Кодексом профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденным приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 24 декабря 2008 г. N 1138, было предусмотрено, что поведение сотрудника всегда и при любых обстоятельствах должно быть безупречным, соответствовать высоким стандартам профессионализма и нравственно-этическим принципам стража правопорядка. Ничто не должно порочить деловую репутацию и авторитет сотрудника. Согласно пункту 2 статьи 3 Кодекса наряду с моральной ответственностью сотрудник, допустивший нарушение профессионально-этических принципов и норм и совершивший в связи с этим правонарушение или дисциплинарный проступок, несет дисциплинарную ответственность.

На основании приказа Министра внутренних дел Российской Федерации от 31 декабря 2013 г. N 883 приказ МВД России от 24 декабря 2008 г. N 1138 утратил силу. При этом пунктом 2 приказа от 31 октября 2013 г. N 883 предусмотрено, что до издания Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации в системе МВД России следует руководствоваться Типовым кодексом этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих.

В Типовом кодексе этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренном решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23 декабря 2010 г. (протокол N 21), установлено, что государственные (муниципальные) служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы государственных органов и органов местного самоуправления; исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей; соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты; соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения; воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным (муниципальным) служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа либо органа местного самоуправления; принимать предусмотренные законодательством Российской Федерации меры по недопущению возникновения конфликта интересов и урегулированию возникших в случае конфликта интересов; не использовать служебное положение для оказания влияния на деятельность государственных органов, органов местного самоуправления, организаций, должностных лиц, государственных (муниципальных) служащих и граждан при решении вопросов личного характера (подпункты "а", "д", "ж", "и", "м", "н", "о" пункта 11 Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих).

В соответствии с частью 1 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В случае нарушения сотрудником органов внутренних дел служебной дисциплины на него могут налагаться дисциплинарные взыскания, в том числе увольнение со службы в органах внутренних дел (пункт 6 части 1 статьи 50 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ).

В силу пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (постановление от 6 июня 1995 г. N 7-П, определения от 21 декабря 2004 г. N 460-П, от 16 апреля 2009 г. N 566-О-О, от 25 ноября 2010 г. N 1547-О-О и от 21 ноября 2013 г. N 1865-О).

При осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции (пункт 2 части 1 статьи 13 Федерального закона "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации", часть 4 статьи 7 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции"), что обусловлено повышенными репутационными требованиями к сотрудникам органов внутренних дел как носителям публичной власти и возложенной на них обязанностью по применению в необходимых случаях мер государственного принуждения и ответственностью, с которой связано осуществление ими своих полномочий (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2014 г. N 1486-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что для сотрудников органов внутренних дел установлены повышенные требования к их поведению как в служебное, так и во внеслужебное время, вследствие чего на них возложены особые обязанности - заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не совершать проступков, вызывающих сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящих ущерб его репутации, авторитету органа внутренних дел и государственной власти. Несоблюдение сотрудником органов внутренних дел таких добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, является проступком, порочащим честь сотрудника органов внутренних дел. В случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним - расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел. Увольнение сотрудника органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц.

Таким образом, для решения вопроса о законности увольнения сотрудника органов внутренних дел со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, то есть по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ, юридически значимым обстоятельством является установление факта совершения сотрудником органов внутренних дел действий, подрывающих деловую репутацию и авторитет органов внутренних дел, нарушающих требования к поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности и во внеслужебное время, а также требований по соблюдению профессионально-этических принципов, нравственных правил поведения, закрепленных приведенными выше положениями нормативных актов.

Судом установлено следующее.

ФИО3 проходил службу в органах внутренних дел РФ с ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ занимал должность <данные изъяты>.

Им был оформлен материал по факту ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ в <...>, в материале были отражены следующие обстоятельства ДТП: ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ водитель ФИО20 управляя автомобилем марки <данные изъяты>, номерной знак <данные изъяты>, двигался по <...> со стороны <...>, в направлении <...>, напротив <...><данные изъяты>, допустил столкновение с автомобилем марки <данные изъяты> номерной знак <данные изъяты>, под управлением ФИО19 с <данные изъяты>; в отношении водителя ФИО20 ФИО3 вынес постановление, которым привлёк его к административной ответственности по <данные изъяты>, было назначено наказание в виде <данные изъяты>

По выявленным признакам фальсификации материала по факту ДТП была возбуждена проверка, также материал был направлен в <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного <данные изъяты>

В ходе проверки от ФИО3 были отобраны объяснения, в которых он пояснил следующее: ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ ему позвонил ФИО19 и сообщил, что стал участником ДТП и попросил подъехать и задокументировать факт ДТП. В дежурную часть о ДТП ФИО3 не сообщил. По прибытии на место ДТП он установил участников ДТП – ФИО19 и ФИО20 место нахождения <данные изъяты>, задокументировал факт ДТП, произвёл освидетельствование обоих водителей с использованием <данные изъяты>, без участия понятых и фиксации на видеокамеру. По результатам рассмотрения материалов по факту ДТП виновным в ДТП был признан водитель ФИО20 в отношении которого им было вынесено постановление по <данные изъяты>, был назначен <данные изъяты> Факт фальсификации обстоятельств ДТП ФИО3 не признал, утверждал, что в указанное время лично выезжал на место происшествия, видел <данные изъяты> участников ДТП, их транспортные средства с механическими повреждениями.

Согласно п.1, 2 ч.1 ст.12 Федерального закона «О полиции» сотрудник полиции обязан в том числе принимать и регистрировать (в том числе в электронной форме) заявления и сообщения о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях; осуществлять в соответствии с подведомственностью проверку заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях и принимать по таким заявлениям и сообщениям меры, предусмотренные законодательством Российской Федерации, передавать (направлять) заявления и сообщения о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях в государственные и муниципальные органы, организации или должностному лицу, к компетенции которых относится решение соответствующих вопросов; информировать соответствующие государственные и муниципальные органы, организации и должностных лиц этих органов и организаций о ставших известными полиции фактах, требующих их оперативного реагирования (п.1); прибывать незамедлительно на место совершения преступления, административного правонарушения, место происшествия, документировать обстоятельства совершения преступления, административного правонарушения, обстоятельства происшествия, обеспечивать сохранность следов преступления, административного правонарушения, происшествия.

В ходе судебного разбирательства был опрошен свидетель ФИО19 который показал, что ДД.ММ.ГГ ночью ехал на машине, <данные изъяты>; о ДТП сообщил ФИО3 на следующий день утром; он, ФИО19 сам договорился с ФИО20 чтобы тот подтвердил, что являлся участником и виновником ДТП; ФИО3 о действительных обстоятельствах ДТП не сообщали; ФИО3 подъехал на следующий день, сфотографировал обе автомашины, зарисовал схему ДТП, опросил его и ФИО20 оформил все необходимые документы по факту ДТП. Свидетель настаивал, что ФИО3 не было известно, что он и ФИО20 договорились именно так описать обстоятельства ДТП.

В том же судебном заседании был опрошен свидетель ФИО20 который подтвердил, что ночью ДД.ММ.ГГ находился дома, участником какого-либо ДТП не являлся; на следующий день к нему обратился ФИО19 попросил его подтвердить, что он, ФИО20. являлся участником и виновником ДТП с участием автомашины ФИО19 так как он, ФИО19 боялся гнева отца за повреждённую автомашину; в то же день приехал ФИО3, которому они пояснили, что накануне ночью произошло ДТП, участниками которого являлись они оба, описали ему обстоятельства ДТП; ФИО3 опросил их, зарисовал схему ДТП; свидетель не помнит, осматривал ли ФИО3 его автомашину. Свидетель показал, что он сам никогда не говорил ФИО3, что они с ФИО19 сфальсифицировали обстоятельства ДТП. Аналогичные пояснения содержатся в письменных объяснениях ФИО20 от ДД.ММ.ГГ (л.д.39), правильность которых он подтвердил в судебном заседании.

В том же судебном заседании был допрошен свидетель ФИО53 который показал, что ФИО3 докладывал ему, что произошло ДТП, в ходе которого автомашина под управлением водителя ФИО19 <данные изъяты> он, ФИО53 сам ознакомился с материалом по факту ДТП, материал был оформлен верно; через несколько дней, получив информацию о возможной фальсификации данного материла, он инициировал проведение служебной проверки.

Согласно распечатке телефонных переговоров от ДД.ММ.ГГ, в ДД.ММ.ГГ, ФИО3 доложил своему непосредственному руководителю ФИО53 что ему неизвестны обстоятельства ДТП, «ищут машину» (л.д.70); в ДД.ММ.ГГ ФИО3 доложил ФИО53 что произошло ДТП с участием <данные изъяты> автомашин, <данные изъяты> автомашина, <данные изъяты> выехала на <данные изъяты> другую машину, принадлежащую ФИО60 что водители на месте ДТП были освидетельствованы на состояние опьянения, материал по факту ДТП был оформлен в присутствии водителей (л.д.70-71). Факт указанного разговора с ФИО3 ФИО53 подтвердил в судебном заседании.

В том же судебном заседании был допрошен свидетель <данные изъяты> который подтвердил, что результате проведённой проверки ими было установлено, что материал по факту ДТП был сфальсифицирован – было установлено, что ФИО3 после ДТП на место происшествия не выезжал, хотя утверждал обратное, ФИО20 указанный в материале как участник и виновник ДТП, фактически в момент ДТП находился дома, участником ДТП не являлся.

Аналогичные пояснения были даны свидетелем <данные изъяты> ФИО63

В том же судебном заседании был допрошен свидетель <данные изъяты> ФИО64 который показал, что ими проводилась проверка в отношении ФИО3 по факту фальсификации материала по факту ДТП, в ходе проверки ФИО3 настаивал, что не фальсифицировал материал, данные его опроса с использованием полиграфа свидетельствовали и неправдивости даваемых им показаний; в ходе проверки, в том числе при прослушивании телефонных переговоров ФИО3, ими было установлено, что ФИО3 находился с ФИО19 в дружеских отношениях, по телефону инструктировал ФИО19 как ему следует описывать обстоятельства ДТП и как ему уйти от ответственности за данное ДТП.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГ был допрошен свидетель <данные изъяты> ФИО67 который показал, что в его производстве находятся <данные изъяты> уголовных дела в отношении ФИО3 – по <данные изъяты> и по <данные изъяты>, на настоящий момент <данные изъяты> находятся на стадии предварительного расследования, ФИО3 имеет статус <данные изъяты>; в ходе <данные изъяты> по делу была проведена <данные изъяты>, в ходе которой были исследованы автомашины ФИО19 и ФИО20 было установлено на автомашине ФИО20 было повреждено <данные изъяты>, которое было указано им как повреждённое в ДТП с участием ФИО19 однако, в ходе проведения экспертизы было установлено, что <данные изъяты> не могло быть повреждено при указанных ФИО20 обстоятельствах – оно было повреждено <данные изъяты>, как происходит при столкновении транспортных средств. На вопрос показал, что <данные изъяты> ими не проводилась, однако, ФИО20 подтвердил принадлежность голоса ФИО3

Данные обстоятельства подтверждаются рапортом <данные изъяты>, в котором отражены пояснения ФИО3 о личном его присутствии на месте ДТП после его совершения и оформлении им материала по факту ДТП с участием участников ДТП (л.д.30); заключением того же должностного лица от ДД.ММ.ГГ, в котором отражены те же пояснения ФИО3, в которых он также подтвердил, что по факту ДТП в дежурную часть он не сообщал; также отражены пояснения ФИО20 что он ФИО3 не видел, документы по факту ДТП оформлялись без его присутствия, освидетельствование на предмет употребления алкоголя он не проходил (л.д.33-34).

Согласно рапорту ФИО3, от ДД.ММ.ГГ, ночью ДД.ММ.ГГ ему позвонил на телефон ФИО19 пояснил, что произошло ДТП с его участием, попросил задокументировать ДТП; он, ФИО3, лично выехал на место, водители претензий друг к другу не имели, признаков опьянения у них установлено не было, документы были оформлены в соответствии с действующим законодательством (л.д.37). Аналогичные пояснения были даны им в ходе опроса ДД.ММ.ГГ, где он подтвердил, что в дежурную часть о ДТП не сообщал, также пояснял, что провёл освидетельствование обоих участников ДТП на состояние опьянения на месте с применением <данные изъяты>. В тех же объяснениях ФИО3 подтвердил, что предложил должностному лицу <данные изъяты> ускорить процесс установки повреждённой опоры проводов, проехал в <данные изъяты> попросил <данные изъяты>, затем проехал к начальнику <данные изъяты> и попросил его выделить <данные изъяты>; после этого зарегистрировал сообщение о ДТП в установленном порядке (л.д.40). аналогичные пояснения изложены ФИО3 в его письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГ, в которых он также подтвердил, что находился с ФИО19 с «товарищеских отношениях» (л.д.47). Согласно распечатке телефонных переговоров от ДД.ММ.ГГ, Дорофеев А..Г. договаривался с различными лицами по восстановлению повреждённых в ДТП сооружений связи (л.д.62-69).

Распечатка телефонных переговоров принимается судом во внимание лишь в той части, в которой содержание этих переговоров именно с ФИО3 признано самим ФИО3 в его письменных объяснениях, а также иными лицами, опрошенными в ходе настоящего судебного разбирательства – ФИО19 ФИО20 ФИО53 принадлежность голоса ФИО3 в иных переговорах судом не устанавливается. В связи с этим суд признаёт несостоятельным довод стороны истца о том, что принадлежность голоса ФИО3 не установлена, поскольку в рамках расследования уголовного дела фоноскопическая экспертиза не проводилась.

Согласно рапорту ФИО4 от ДД.ММ.ГГ он выразил согласие ни психофизиологическое исследование с использованием специальной техники <данные изъяты> (л.д.43).

Согласно Справке о результатах проведения опроса с использованием <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ, по результатам опроса с большой степенью вероятности можно сделать вывод о том, что ФИО3 узнал о ДТП с участием ФИО19 ДД.ММ.ГГ; ФИО3 не выезжал на место ДТП с участием ФИО19 ФИО3 сфальсифицировал протокол об административном правонарушении с участием ФИО19 ФИО3 знал о том, что ФИО20 не участвовал в данном ДТП; ФИО3 получил <данные изъяты> от ФИО19 за составление фиктивного протокола о ДТП с участием последнего (л.д.51).

Довод стороны истца, о том, что на момент опроса он уже знал о том, что обстоятельства ДТП были сфальсифицированы участниками ДТП, поэтому и результаты указанного опроса состоялись не в пользу истца, несостоятелен, поскольку в ходе опроса вопросы касались действий именно самого ФИО3, независимо от позиций предполагаемых участников ДТП – ФИО19 и ФИО20

Оценив все представленные доказательства, суд признаёт доказанным, что ФИО3 внёс недостоверные сведения в материалы ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГ на территории <...> с участием водителя ФИО19 посредством искажения сведений о событиях и участниках ДТП – в нарушение приведённых выше положений ФЗ «О полиции» материал был оформлен без выезда на место ДТП, без опроса и освидетельствования водителей на месте, без установления фактических обстоятельств ДТП, как указал ФИО3, со слов предполагаемых участников ДТП; согласно письменным объяснениям ФИО3, он находился в <данные изъяты> отношениях с ФИО19 также подтверждал, что им принимались меры по восстановлению повреждённых сооружений связи; из телефонных переговоров от ДД.ММ.ГГ непосредственным начальником ФИО53 ФИО3 фактически ввёл его в заблуждение относительно обстоятельств ДТП - сначала пояснил, что обстоятельства ДТП им выясняются, затем пояснил, что ДТП произошло с участием <данные изъяты>.

При этом, характеризуя действий ФИО3 как проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, суд в совокупности с иными доказательствами расценивает действия ФИО3 по скорому, без обращения в компетентные органы, урегулированию вопроса о восстановлении повреждённых линий связи как проявление заинтересованности в разрешении конфликта.

Суд полагает, что установленные в ходе рассмотрения настоящего дела нарушения требований нормативных актов и обязательных для сотрудника органов внутренних дел правил поведения со стороны ФИО3 обоснованно были признаны руководством УМВД России по Орловской области совершением проступка, порочащего честь сотрудника органа внутренних дел.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, проанализировав процедуру увольнения истца, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО3 произведено с соблюдением установленных требований.

При применении к истцу дисциплинарного взыскания ответчиком была учтена тяжесть совершенного дисциплинарного проступка, обстоятельства его совершения.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что нарушения установленных требований со стороны ФИО3 имели место, ответчиком соблюден установленный законодательством порядок и сроки привлечения к дисциплинарной ответственности, в связи с чем, суд приходит к выводу, что истец привлечен к дисциплинарной ответственности на законных основаниях и исковые требования о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа об увольнении, восстановлении на работе не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь Федеральным законом «О полиции» № 3-ФЗ от 07.02.2011 года, Федеральным законом № 342-ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел», ст.ст.194-199 гражданского процессуального Кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО3 к УМВД России по Орловской области о признании заключения служебной проверки, приказов о наложении дисциплинарного взыскания и о расторжении служебного контракта незаконными, восстановлении на службе отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Орловский областной суд в месячный срок с момента вынесения мотивированного решения суда.

Судья Т.А. Михеева