Решение № 2-324/2019 2-324/2019~М-196/2019 М-196/2019 от 4 сентября 2019 г. по делу № 2-324/2019

Мотивированное
решение

изготовлено 04.09.2019 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 августа 2019 года г. Мегион

Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Мишенькиной К.В.,

при секретаре Калганове А.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика, третьего лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-324/2019 по иску общества с ограниченной ответственностью «ППФ Страхование жизни» к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ООО «ППФ Страхование жизни» обратилось в суд с вышеуказанным иском. Требования мотивированы тем, что 24.12.2017 г. между ООО «ППФ Страхование жизни» и ФИО3 заключен договор добровольного страхования жизни серия «Премиум» LR1 № 1117238810 от 24.12.2017г., по условиям которого последний застрахован на случай наступления следующих событий: Базовая программа: - Страхование жизни; Дополнительные программы: Программа СОЗ (смертельно-опасные заболевания); Программа НС: - Смерть Застрахованного в результате НС; Инвалидность Застрахованного в результате НС; Телесные повреждения Застрахованного; Госпитализация Застрахованного; Программа освобождения от уплаты взносов. Страховщиком разработана стандартная форма заявления, в которой перед страхователем поставлены вопросы о состоянии его здоровья, ответы на котроые позволяют страховщику правильно определить степень страхового риска и размер страховой премии по договору страхования. В частности, в Заявлении на страхование Страховщик поставил перед Страхователем вопросы: об отсутствии у него травм, несчастных случаев за последние пять лет (п. 6 Анкеты); что он никогда не имел нервных или психических заболеваний, например, эпилепсия, временно потери сознания (п. 18 Анкеты Застрахованного); что он не принимал лекарственных препаратов непрерывно более 4-х недель (п. 10 Анкеты): что он никогда не страдал и не обращался ЛОР-заболеваниями, снижения зрения или заболевания глаз (п. 19 Анкеты Застрахованного); что он не проходил специализированных обследований (рентген, ЭКГ/УЗИ) (п. 23 Анкеты Застрахованного); у него отсутствовали другие болезни, операции, нетрудоспособности, госпитализации, за последние 5 лет (п. 26 Анкеты Застрахованного). На все поставленные в анкете вопросы ответчик ответил «нет». Страховщиком при проверке имеющихся медицинских документов в отношении ФИО3 установлено следующее: согласно направлению на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь БУЗ «Мегионская городская больница № 1» у ответчика до заключения договора страхования 24.12.2017 г. диагностированы и установлены следующие травмы и заболевания: <данные изъяты>. Из Выписки из мед. карты амбулаторного больного ГБУЗ «Мегионская городская больница № 1» следует, что у ответчика до заключения договора страхования 24.12.2017 г. диагностированы и установлены следующие травмы и заболевания: <данные изъяты>. Таким образом, на дату заключения договора страхования ФИО3, зная о наличии у него заболеваний и травм, в стандартной форме заявления на страхование жизни сообщил Страховщику заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья. Ссылаясь на положения ст. 179, п. 1 ст. 431.2, п. 1 ст. 944 ГК РФ просит признать договор страхования LR1 № 1117238810 от 24.12.2017г. недействительным и применить последствия недействительности сделки, взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении и дополнениях. Дополнительно пояснил, что значимым для разрешения спора обстоятельством является установление факта сообщения застрахованным лицом правдивых сведений о состоянии своего здоровья, которые страховщик указал в качестве существенных условий, оговоренных в стандартной форме и бланке запроса. Поскольку проведенными по делу экспертизами установлен факт сообщения ФИО3 недостоверных сведений о состоянии здоровья на момент заключения договора, в связи с чем страховщик не мог рассчитать страховые риски и размер страховой премии, имеются основания для признания договора страхования жизни недействительным и применении последствий недействительности сделки. В подтверждение своей позиции представитель истца ссылался на представленный к пояснениям расчет премии с учетом результатов андеррайтинга, который ответчиком не был оспорен.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил.

Представитель ответчика и третье лицо ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, поскольку истцом не доказаны значимые для признания сделки основания, а именно умысел застрахованного лица в сообщении недостоверных сведений, а также причинная связь между данными сведениями и решением страховщика о заключении договора. Указала, что ответчик не имел намерений скрывать имеющиеся у него травмы и заболевания с целью получения выгоды, считал их незначительными, поскольку о многих из них не помнил. Гепатит в экспертизе установлен необоснованно, поскольку у ответчика были установлены антитела, такого диагноза ему никогда не ставили. При заключении договора страховой агент истца интересовалась о наличии у ФИО3 травм и госпитализаций. О наличии операции на голове они сообщили агенту, с указанием года ее проведения, но агент совместно с ними посчитал что срок истек, госпитализации ФИО3 ранее происходили ежегодно с целью профилактики состояния здоровья, а не лечения. Просила отказать в удовлетворении требований, в том числе в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Суд, заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

По делу установлено, что 24.12.2017 г. между ООО «ППФ Страхование жизни» и ФИО3 заключен договор добровольного страхования жизни серия «Премиум» LR1 № 1117238810 от 24.12.2017г., по условиям которого последний застрахован на случай наступления следующих событий: Базовая программа: - Страхование жизни; Дополнительные программы: Программа СОЗ (смертельно-опасные заболевания); Программа НС: - Смерть Застрахованного в результате НС; Инвалидность Застрахованного в результате НС; Телесные повреждения Застрахованного; Госпитализация Застрахованного; Программа освобождения от уплаты взносов.

Страховщиком разработана стандартная форма заявления, в которой перед страхователем поставлены вопросы о состоянии его здоровья, ответы на которые позволяют страховщику правильно определить степень страхового риска и размер страховой премии по договору страхования.

В частности, в Заявлении на страхование Страховщик поставил перед Страхователем вопросы: об отсутствии у него травм, несчастных случаев за последние пять лет (п. 6 Анкеты); об отсутствии нервных или психических заболеваний, например, эпилепсия, временно потери сознания (п. 18 Анкеты Застрахованного); об отсутствии факта принятия лекарственных препаратов непрерывно более 4-х недель (п. 10 Анкеты): об отсутствии ЛОР-заболеваниями, снижения зрения или заболевания глаз (п. 19 Анкеты Застрахованного); о прохождении им специализированных обследований (рентген, ЭКГ/УЗИ) (п. 23 Анкеты Застрахованного); об отсутствии других болезней, операции, нетрудоспособности, госпитализации, за последние 5 лет (п. 26 Анкеты Застрахованного);

На все вышеуказанные вопросы ответчик в заявлении от 24.12.2017 г. при заключении договора страхования ответил отрицательно.При проверке медицинской документации истцом установлено, что в заявлении при заключении договора страхования ответчик сообщил недостоверные сведения о состоянии своего здоровья.

В порядке ст. 79 ГПК РФ судом по ходатайству ответчика, с учетом ходатайства истца по делу назначены судебные медицинские экспертизы, согласно выводам которых, исходя из данных предоставленных медицинских документов, экспертная комиссия установила, что до даты заключения договора страхования (24.12.2017 г.) ФИО3 состоял на диспансерном учете в поликлинике только у врача-невролога, в связи с последствиями перенесенной тяжелой черепно-мозговой травмы (<данные изъяты>), полученной еще в 2013 г. Помимо этого, у ФИО3 до интересующей суд даты были еще травмы в виде <данные изъяты>, а также инфекционные заболевания <данные изъяты>, самостоятельные заболевания в виде <данные изъяты>), по поводу которых он обращался за медицинской помощью и получал кратковременное лечение. В процессе получаемого восстановительного лечения перенесенной в 2013 г. черепно-мозговой травмы и развившейся в результате этого посттравматической неврологической патологии ФИО3 длительное время соответствующие лекарственные препараты (в частности: <данные изъяты>), в том числе продолжительностью более 4-х недель до 24.12.2017 г. В предоставленных медицинских картах стационарного больного (№ 2127/703 и № 2167/749), то есть в процессе стационарного лечения неврологических последствий перенесенной ранее черепно-мозговой травмы, у ФИО3 до 24.12.2017 г. было выявлено сопутствующее заболевание в виде <данные изъяты> в период с 18 по 22 января 2016 г. ФИО3 перенес кратковременное острое заболевание в виде <данные изъяты> легкой степени тяжести, которая проявлялась катаральным воспалением преимущественно верхних дыхательных путей, в первую очередь в трахее (<данные изъяты>) и уже потом в глотке (<данные изъяты>), что относится к острой <данные изъяты> и лечится врачом-терапевтом. Следовательно, какого-либо специального обследования по поводу возможной лор-патологии (хронических заболеваний лор-органов) ФИО3 до 24.12.2017 года не проходил, на диспансерном учете у лор-врача не состоял. Медицинское обследование ФИО3 проводилось по поводу терапевтической патологии (<данные изъяты>.), травматологической патологии <данные изъяты>.), неврологической патологии (<данные изъяты>), глазной патологии (<данные изъяты>). Госпитализация ФИО3 в стационар осуществлялась ежегодно, начиная с 2013 г. по поводу последствий перенесенной тяжелой черепно-мозговой травмы (в виде <данные изъяты>). Кроме того, за пятилетний период до 24.12.2017 г. госпитализация ФИО3 была в 2012 г. (по поводу <данные изъяты>); в 2016 г. (по поводу <данные изъяты>).

В силу п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В данном случае сформулированные истцом в анкете вопросы о наличии заболеваний, приеме препаратов, госпитализациях, проведении специальных обследований или операций не были конкретизированы. Каким образом недостоверные ответы на них могли повлиять на оценку риска наступления страхового случая, истец не указал и не подтвердил свои доводы в данной части надлежащими доказательствами.

Как установлено п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 ГК РФ, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п.2 ст. 179 ГК РФ, т.е. в связи с совершением сделки под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

При этом обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Таким образом, законом предусмотрены специальные правовые последствия несообщения страховщику сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая.

В силу абз. 3 п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Представитель истца ФИО1 в ходе рассмотрения дела по существу указал суду об отсутствии у страховщика информации об инвалидности ФИО3, просил суд не связывать данное обстоятельство с основаниями исковых требований.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не доказано наличие обязательного условия для применения нормы о недействительности сделки: наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

С учетом конкретных обстоятельств по делу, страховой компанией не представлены доказательства доводам о том, что наличие представленной недостоверной информации препятствовало страховщику произвести правильную оценку степени страхового риска, вероятности наступления страхового случая и установить соответствующий размер страховой премии.

Ссылка представителя истца на представленный в дело расчет премии с учетом результатов андеррайтинга не имеет значения, поскольку значимым по делу является только обстоятельство оценки страхового риска страховщиком и доказанность умысла застрахованного лица. Кроме того, данный расчет не подлежит проверке, поскольку не представлены Тарифы, применяемые при его составлении, в связи с чем возможность его оспаривания у ответчика отсутствовала.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд не находит оснований для удовлетворения требований.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, поэтому срок обращения с иском в суд истцом не пропущен.

Руководствуясь ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «ППФ Страхование жизни» к ФИО3 о признании договора страхования жизни LR № 1117238810 от 24.12.2017 г. и применении недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры через Мегионский городской суд.

Судья К.В. Мишенькина