Апелляционное определение № 33-2242/2025 от 15 декабря 2025 г.

Дело № 2-791/2025 Председательствующий Чапанова Х.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-2242/2025
16 декабря 2025 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.А.,

судей Оздоева А.И. и Плиевой И.М.,

при секретаре судебного заседания Арчаковой З.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании решения о снижении размера пенсии незаконным, возложении обязанности возобновить выплату пенсии с даты снижения в прежнем размере и взыскании расходов на оплату услуг представителя

по апелляционным жалобам представителя ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 и представителя ОСФР по Волгоградской области ФИО3 на решение Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 24 апреля 2025 г., которым исковое заявление удовлетворено частично.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области, в котором с учетом уточнений просит признать незаконным решение пенсионного органа об уменьшении ей досрочной страховой пенсии по старости, обязать ответчиков возобновить выплату страховой пенсии с даты ее снижения в прежнем размере с учетом индексации, взыскать с ответчиков расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., обратить решение суда к немедленному исполнению.

В обоснование искового заявления указано, что истец является получателем страховой пенсии по старости. В рамках проведения ревизионной комиссией ПФР контрольных мероприятий размер ее страховой пенсии по старости был скорректирован в сторону уменьшения с 1 декабря 2022 г., поскольку нет подтверждения обоснованности выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверности, содержащихся в них сведений и характере льготной работы. При этом ей не направили решение или уведомление о снижении пенсии.

Решение пенсионного органа по снижению размера пенсии считает незаконным.

Решением Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 24 апреля 2025 г. исковые требования удовлетворены частично. Суд признал незаконным решение ОСФР по Волгоградской области и ОСФР по Республике Ингушетия о снижении ФИО1 размера страховой пенсии, обязал ответчиков возобновить ей выплату страховой пенсии с даты её снижения в прежнем размере с учетом индексации, взыскал с ответчиков в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб. Решение суда в части возобновления выплаты пенсии с даты снижения в прежнем размере обращено к немедленному исполнению.

В апелляционных жалобах представители ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 и ОСФР по Волгоградской области ФИО3 ставят вопрос об отмене судебного решения в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии регулируются вступившим в силу 1 января 2015 г. Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно ч.1 ст.7 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. №173 -ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведенной в ч.1 ст.15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ.

Частью 8 ст. 13 указанного Федерального закона предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу названного федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также документов, имеющихся в распоряжении ОСФР по Волгоградской области, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является получателем страховой пенсии по старости.

В пенсионный орган истцом были представлены необходимые документы, в том числе и трудовая книжка с датой заполнения 9 мая 1963 г., согласно которой с 7 мая 1963 г. по 14 сентября 1963 г. она работала в качестве штукатура 2-го разряда в СМУ № 1 треста «Грозпромстрой», с 26 мая 1969 г. по 29 июня 1974 г., с 29 августа 1974 г. по 11 мая 1976 г. – в качестве чабана, с 1 июля 1978 г. по 20 ноября 1978 г. – в качестве дворника в Малгобекском УЖКХ, с 24 ноября 1978 г. по 20 мая 1980 г. – в качестве чабана о/с «Руно» Заветинского района.

В материалах дела имеются данные о результатах расчета заработка за период с 1980 г. по 1984 г.

Истец родила и воспитала четверых детей.

Пенсия по старости уменьшена с 1 января 2023 г., до указанной даты размер пенсии выплачивался с учетом отношения среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации, ограниченной величиной 1,2, с 1 января 2023 г. – 0,0.

Указанное обстоятельство усматривается из апелляционных жалоб представителей ответчиков.

Суд первой инстанции, разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлениях от 29 января 2004 г. №2-П, от 14 января 2016 г. №1-П, исходил из длительного периода получения истцом пенсии в ранее установленном размере, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

В соответствии с ч. 4 ст.28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П указал, что совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства.

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П).

Из приведённых норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Согласно п. 13. Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2023 г.), выявление пенсионным органом допущенной ошибки в расчете выслуги лет (стажа службы) при назначении гражданину пенсионного обеспечения - в отсутствие с его стороны каких-либо виновных действий - не может являться самостоятельным основанием для перерасчета пенсионным органом гражданину размера пенсии в сторону уменьшения без учета иных значимых обстоятельств (срок, прошедший с момента признания со стороны пенсионного органа права на пенсию в соответствующем размере, возможность возвращения гражданина на службу для приобретения права на пенсионное обеспечение в установленном до выявления ошибки размере и другие).

При установленных судом юридически значимых обстоятельствах дела и с учетом приведенных норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований.

При уменьшении размера пенсии не были учтены продолжительность получения истцом ФИО1 пенсии в ранее установленном размере, ее возраст.

Добросовестность действий истца презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцом недостоверных сведений при назначении пенсии.

Между тем такие доказательства ответчиками суду не представлены, как не представлены и результаты проверки заработной платы истца, а также сведений о ее трудовом стаже.

Доводы апелляционных жалоб о том, что размер заработной платы значительно выше среднемесячной заработной платы по стране за аналогичный период соответствующими доказательствами не подтвержден.

Отсутствие в ЭВГД правоустанавливающих документов, а именно трудовой книжки, справок о стаже и заработной плате истца, на что указывается в апелляционной жалобе ОСФР по Волгоградской области, не может служить основанием для снижения пенсии, поскольку ответственность за сохранность документов, подтверждающих трудовой стаж и заработную плату, и внесение указанных сведений в ЭВДГ несет пенсионный орган, в чьем распоряжении они находятся.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд, применяя ст. 212 ГПК РФ о немедленном исполнении решения суда, нарушил нормы гражданско-процессуального законодательства, поскольку истцом не были представлены документы, подтверждающие ее тяжелое материальное положение, является несостоятельным. Необоснованное уменьшение получаемой истцом пенсии с учетом ее возраста и невозможности возвращения к трудовой деятельности для приобретения права на пенсионное обеспечение фактически лишило ее надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для ФИО1 единственным источником существования, доказательства обратного материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения жалобы в данной части.

Вместе с тем судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы о завышенном размере взысканной суммы на оплату услуг представителя.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч.1 ст. 100 ГПК РФ).

Суд взыскал с ответчиков в пользу истца судебные расходы в размере 20 000 рублей, полагая, что указанная сумма соответствует принципам разумности и справедливости.

Между тем представитель истца не принимал участие в судебных заседаниях, в соответствии с условиями соглашения об оказании юридической помощи от 10 января 2025 г. он ознакомился с представленными материалами дела, составил исковое заявление и подал его в суд, направил копии иска сторонам по делу, стоимость оказанных услуг оценена в 5 000 руб.

Учитывая указанные обстоятельства оказания юридической помощи, принцип разумности, судебная коллегия полагает необходимым снизить размер взысканной судом денежной суммы на оплату услуг представителя до 5 000 рублей.

В остальной части выводы суда первой инстанции по обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения исковых требований, подробно мотивированы, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, и соответствуют представленным по делу доказательствам, которым судом дана оценка, отвечающая требованиям ст. 67 ГПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 24 апреля 2025 г., которым частично удовлетворено исковое заявление ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании решения о снижении размера пенсии незаконным, возложении обязанности возобновить выплату пенсии с даты снижения в прежнем размере и взыскании расходов на оплату услуг представителя, изменить, снизив размер взысканных расходов на оплату услуг представителя до 5 000 (пять тысяч) рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы представителей ответчиков удовлетворить частично.

Мотивированное определение изготовлено 30 декабря 2025 г.

Председательствующий

Судьи