Решение № 2-2350/2017 2-2350/2017~М-2108/2017 М-2108/2017 от 19 декабря 2017 г. по делу № 2-2350/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 декабря 2017 года

Азовский городской суд Ростовской области в составе

председательствующего судьи Акименко Н.Н.,

с участием адвоката Маркина В.В., адвоката Горук Л.Н.,

с участием ФИО1,

при секретаре Исаевой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым требованиям ФИО2 ФИО12 к ФИО1 ФИО13 о восстановлении границ земельного участка и о нечинении препятствий в пользовании земельным участком, встречным исковым требованиям ФИО1 ФИО14 к ФИО2 ФИО15 о признании недействительными и исключении из государственного кадастра недвижимости сведения об описании местоположения границ земельного участка, установлении межевой границы, о сносе металлических столбов, о признании недействительным акта согласования границ участка,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с исковыми требованиями к ФИО1 о восстановлении границ земельного участка и о нечинении препятствий в пользовании земельным участком.

В обоснование заявленных требований истец указала, что является собственником земельного участка, площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> Собственником смежного земельного участка по адресу: <адрес> является ФИО1. Смежная граница между земельными участками № <данные изъяты> представляет геометрически правильную прямую линию, которую с самого начала владения земельным участком истец не нарушала, не переносила столбы и забор. Ответчик ФИО1 на своем земельном участке, на расстоянии менее одного метра от границы, возвела жилой дом, в котором проживает с членами своей семьи. Это обстоятельство явилось причиной возникновения спорных отношений с ФИО1 относительно границ земельного участка. Ответчик самовольно перенесла столбы забора на территорию земельного участка истца, чем нарушила ее законные права и интересы. При указанных обстоятельствах ФИО3 просила:

восстановить границы принадлежащего ей земельного участка, площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> в следующих координатах: <данные изъяты>

обязать ответчика ФИО1 не чинить препятствий в пользовании земельным участком, площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым номером № расположенным по адресу: <адрес>.

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями, ФИО1 подала встречное исковое заявление, в котором просила:

признать недействительными и исключить из государственного кадастра недвижимости сведения об описании местоположения границ земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>;

установить межевую границу земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> и земельного участка расположенного по адресу: <адрес>;

обязать ФИО3 демонтировать самовольно установленные металлические столбы по фасаду, на отмостке к жилому дому и отмостке к сараю, на дворовой тротуарной плитке земельного участка по адресу: <адрес> и перенести ограждение по межевой границе в виде сетки рабицы в точках <данные изъяты> на расстояние <данные изъяты> м соответственно в сторону земельного участка по адресу: <адрес>, восстановив металлические столбы по всей межевой границе;

признать недействительным акт установления и согласования границ земельного участка по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, уведомлялась о дне и времени судебного заседания. Представитель – адвокат Маркин В.В. в судебное заседание явился и поддержал заявление требования в полном объеме, возражал против удовлетворения встречных исковых требований.

Ответчик ФИО1 и ее представитель Горук Л.Н. в судебное заседание явились, поддержали встречные исковые требования, просили отказать в удовлетворении первоначально заявленных исковых требований.

В отношении третьих лиц: ФГБУ Федеральная кадастровая палата по Ростовской области, Управление федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ростовской области, Администрация Самарского сельского поселения, уведомленных о дне и времени судебного заседания, дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав адвоката Маркина В.В., адвоката Горук Л.Н., ответчика ФИО1, изучив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22).

Согласно ст. 11.1 Земельного кодекса Российской Федерации земельным участком является часть земной поверхности, границы которой определены в соответствии с федеральными законами.

Статьей 68 Земельного кодекса РФ установлено, что землеустройство включает в себя мероприятия по изучению состояния земель, планированию и организации рационального использования земель и их охраны, описанию местоположения и (или) установлению на местности границ объектов землеустройства, организации рационального использования гражданами и юридическими лицами земельных участков для осуществления сельскохозяйственного производства.

Согласно ст. 69 Земельного кодекса РФ землеустройство проводится по инициативе уполномоченных исполнительных органов государственной власти, органов местного самоуправления, собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев или по решению суда.

Статьей 60 Земельного кодекса РФ установлено, что нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях самовольного занятия земельного участка. Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения могут быть пресечены путем восстановления положения существовавшего до нарушения права и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу их нарушения.

В ходе рассмотрения дела установлено, что на основании выписки из похозяйственной книги Администрации Самарского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 имеет в собственности земельный участок, площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>

Границы указанного земельного участка установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства, сведения о характерных точках границ земельного участка внесены в Государственный кадастр недвижимости.

На основании постановления Администрации Самарской сельской администрации № от ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 является собственником смежного земельного участка по адресу: <адрес> границы которого, также, установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства.

Из искового заявления ФИО3 следует, что до ДД.ММ.ГГГГ года земельные участки были разделены забором. С давностью лет забор пришел в негодность, однако, оставались фрагменты забора в виде металлических столбов. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1 передвинула разделяющий их участки межевой забор путем бетонирования железных труб, в результате чего осуществила прихват земельного участка с кадастровым номером №. В целях восстановления межевой границы по сведениям государственного кадастра недвижимости ФИО3 с помощью кадастрового инженера ФИО4 произвела вынос в натуру трех поворотных точек границ земельного участка с кадастровым номером №, закрепив их на местности металлическими столбами.

В обоснование данных доводов истец сослалась на акт выноса в натуру поворотных точек, составленного ДД.ММ.ГГГГ кадастровым инженером ФИО4, копия которого приобщена к материалам дела. Из указанного акта следует, что точность определения характерных точек земельного участка на местности составляет <данные изъяты> м, линейная невязка <данные изъяты> что удовлетворяет методическим рекомендациям по проведению межевания объектов землеустройства, закрепления характерных точек земельного участка в натуре Федеральной службы земельного кадастра России ДД.ММ.ГГГГ.

В целях проверки доводов истца судом на основании определения от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты>

Из заключения судебного эксперта <данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ и опроса в судебном заседании судебного эксперта ФИО5 судом было установлено, что границы земельного участка ФИО3 с кадастровым номером № были определены на основании землеустроительного дела, изготовлено в ДД.ММ.ГГГГ году ООО «Прасковея». В последующем данные указанного землеустроительного дела были воспроизведены в Государственном кадастре недвижимости и индивидуализировали земельный участок истца до ДД.ММ.ГГГГ. На тот момент границы земельного участка ответчика ФИО1 признавались не уточненными, не имеющими координат.

ДД.ММ.ГГГГ году по заявлению ответчика ФИО1 были проведены межевые работы по уточнению границ и площади ее земельного участка, в результате чего кадастровым инженером ФИО6 был изготовлен межевой план от ДД.ММ.ГГГГ.

При изучении указанного межевого плана экспертом обращено внимание на то обстоятельство, что в состав межевого плана входит таблица «Сведения о местоположении границы изменяемого учтенного земельного участка с кадастровым номером №», принадлежащего ФИО3, куда внесены координаты границ земельного участка <данные изъяты> по переулку Ленина с указанием существующих, то есть определенных на основании землеустроительного дела ДД.ММ.ГГГГ года, и уточненных (новых) координат. При уточнении границ участка образовались следующие погрешности с ранее определенными координатами: абсолютное расхождение в сторону земельного участка ФИО3 фасадной кадастровой <данные изъяты> составила <данные изъяты> расхождение промежуточной <данные изъяты> составила <данные изъяты>, расхождение тыльной <данные изъяты> составила <данные изъяты>

Таким образом, кадастровые сведения о ранее учтенном земельном участке с кадастровым номером № принадлежащего ФИО3 были смещены в сторону участка истца. В настоящее время в государственном кадастре недвижимости имеются сведения о межевой границе между земельными участками <адрес>, которые были изменены на основании межевого плана от ДД.ММ.ГГГГ, изготовленного кадастровым инженером ФИО6.

Несмотря на то, что граница участка <адрес> смещена без согласования с собственником ФИО3, поскольку из межевого дела от ДД.ММ.ГГГГ не следует, что с истцом данный процесс как-то согласовывался, представитель истца по данному поводу каких-либо возражений не заявил.

По сути искового заявления истец ФИО3 не оспаривала действительность данных сведений и настаивала на восстановлении межевой границы между земельными участками именно по актуальным сведениям, содержащимся в Государственном кадастре недвижимости.

Заявляя встречные требования об оспаривании описания местоположения границ земельного участка с кадастровым номером №, ФИО1 не учла того обстоятельства, что координаты границ ее участка и участка ФИО3 являются тождественными, были уточнены в ДД.ММ.ГГГГ году в соответствии с межевым планом, согласованным самой ФИО1.

Доказательств, свидетельствующих о расположении границ земельных участков истца и ответчика в иных координатах, чем это предусмотрено сведениями ГКН, как и координат поворотных точек границы, в которых судебный эксперт предлагает установить границу, суду представлено не было, так и доказательств того, что сведения об установленных в предусмотренном законом порядке границах спорных участках не соответствуют фактическим границам земельных участков.

По ходатайству ФИО1 к материалам дела приобщено заключение кадастрового инженера ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что координаты границы между земельными участками <адрес> по сведениям Единого государственного реестра недвижимости совпадают по трем точкам, а также определено наличие трех межевых столбов, местоположение которых в пределах допустимой погрешности соответствует координатным сведениям спорных земельных участков.

Обоснованность данного вывода подтверждена судебным экспертом <данные изъяты> в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что существующие элементы ограждения с допустимой погрешностью совпадают с кадастровой границей между смежными земельными участками.

Кроме того, границы земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего истцу, в том виде, в котором она просит их восстановить, соответствуют результатам межевания границ земельного участка ФИО1 в ГКН.

Поэтому суд приходит к выводу, что не имеется оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании недействительными описание в ЕГРН местоположения границ земельного участка с кадастровым номером №

Исключение из ЕГРН уникальных характеристик земельных участков, установленных посредством кадастровых работ, влечет возвращение к декларативным описаниям земельного участка, без внесения сведений об ином местоположении границ обоих земельных участков, прав ФИО1 не восстановит, поэтому суд считает, что ФИО1 избран неверный способ защиты права, поэтому и в этой части исковые требования удовлетворению не подлежат

Требования ФИО1 об установлении между земельными участками границы иной, чем как она определена в государственном кадастре недвижимости, суд полагает не подлежащими удовлетворению.

Земельный участок ФИО3 и земельный участок ФИО1 состоят на кадастровом учете как ранее учтенные, их границы определялись и учтены в ГКН.

ФИО1 не представлено бесспорных и убедительных доказательств об имевшем место ранее ином расположении смежных с ответчиком по встречному иску ФИО3 границ ее земельного участка, в том числе доказательств того, что установленные между земельным участком истца и смежным с ним земельными участками ответчика по встречному иску ФИО3 ограждающие заборы переносились.

Существенным, по мнению суда, является и тот факт, что действительность описания границ своего участка, которое тождественно описанию границ земельного участка ФИО3, ФИО1 не оспаривала.

В этой связи, суд учитывает и пояснения сторон о том, что часть установленного между их земельными участками забора была заменена на новые металлические столбы. Указанные обстоятельства, в том числе подтверждаются представленными в материалы дела фотографиями земельных участков.

Более того, в ходе проведенной по делу судебной экспертизой установлено, что определить фактическую границу между земельными участками с достаточной точностью не представляется возможным.

Оценивая заключение эксперта об установлении между участками границы по сведениям ситуационных планов спорных земельных участков, суд полагает, что данные документы нельзя рассматривать в качестве допустимых доказательств для уточнения местоположения границ земельных участков, так как они не относятся к материалам межевания. Пояснения судебного эксперта относительно того, что им были обнаружены остатки прежнего ограждения, не являются бесспорными, так как они опровергаются доводами сторон.

При таком положении, суд приходит к выводу о невозможности установления границ между земельными участками сторон спора по варианту, который предложен судебным экспертом, и исходит из сведений Государственного кадастра недвижимости об описании межевой границы между спорными земельными участками.

В ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривался тот факт, что каждый из собственников смежных земельных участков установил свои межевые столбы. В ходе опроса судебного эксперта подтверждено соответствие кадастровым сведениям только трех металлических столбов, иные столбы, как пояснил судебный эксперт, установленные частично ФИО3, частично ФИО1 установлены без согласования и в нарушение установленных координат участка.

Таким образом, из совокупности вышеизложенных доказательств следует, что ФИО3 и ФИО1 без согласования друг с другом установили на не принадлежащих им земельных участках металлические столбы с бетонированием их основания.

Доводы представителя истца о том, что ФИО3 возводила металлические столбы в результате выноса координат границ ее участка по сведениям ЕГРН, не могут являться бесспорным доказательством правомерности ее действий.

Как указал эксперт, наиболее вероятной причиной этого является ошибка специалиста в определении на местности координат поворотных точек участков, а также неверный выбор пунктов опорной межевой сети.

Учитывая изложенное, суд находит основания для удовлетворения требований ФИО8 и встречных требований ФИО1 в части возложения на каждую обязанности по восстановлению положения, существовавшего до нарушения права, а именно, демонтировать столбы и фундаменты под ними, перенести столбы и ограждение в соответствии со сведениями Государственного кадастра недвижимости и Единого государственного реестра недвижимости, содержащих описание спорной границы между участками.

По смыслу ст. 1, 11, 12 ГК РФ и ст. 3 ГПК РФ защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Таким образом, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов истца посредством предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

При этом избранный способ защиты нарушенного права и законных интересов должен отвечать принципам правовой соразмерности, быть основанным на соблюдении баланса интересов и прав спорящих сторон.

Требования ФИО1 о признании недействительным акта установления и согласования границ земельного участка по адресу: село <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ со ссылкой на то, что учиненная в нем подпись ей не принадлежит, не предусмотрены законом в качестве самостоятельного способа защиты права.

Согласно ст. 60 Земельного кодекса РФ действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены, в том числе путем признания недействительными в судебном порядке в соответствии со ст. 61 Земельного кодекса РФ не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления, а также восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу их нарушения.

Само по себе отсутствие в актах согласования границ земельного участка подписи ФИО1, не может являться основанием для признания фактического нарушения каких-либо ее имущественных прав. Акт согласования границ не носит властно-распорядительный характер, не является нормативным правовым актом, а является техническим документом, составленным по результатам согласительных процедур. Следовательно, данный документ не имеет правоустанавливающего значения, и такой способ защиты нарушенного права, как признание недействительным акта согласования не предусмотрен ст. 12 ГК РФ, другими федеральными законами.

Кроме того, с учетом установленных по делу обстоятельств тому, что сведения о спорной межевой границе в Едином государственном реестре недвижимости не соответствуют результатам землеустроительного дела, отмена данного акта прав истца по встречному исковому заявлению не восстанавливает.

Согласно заявлению директора <данные изъяты>» стоимость производства судебной экспертизы в размере <данные изъяты> рублей, возложенная на ФИО1, не произведена.

Поскольку удовлетворены исковые требования ФИО3 и частично удовлетворены встречные исковые требования ФИО1, при этом заключение судебного эксперта подтвердило обоснованность доводов обеих сторон, суд полагает с учетом ч. 1 ст. 96, ст. 98 ГПК РФ взыскать с ФИО3 и ФИО1 в пользу <данные изъяты> расходы по производству экспертизы в размере <данные изъяты> рублей пополам, то есть по <данные изъяты>.

Руководствуясь ст.194-197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить исковые требования ФИО2 ФИО16 к ФИО1 ФИО17 о восстановлении границ земельного участка и о нечинении препятствий в пользовании земельным участком.

Обязать ФИО1 ФИО18 устранить препятствия в пользовании земельным участком с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> и восстановить межевую границу (перенести металлические ограждения) в соответствии с координатами границ участка, содержащимися в Государственном кадастре недвижимости и Едином государственном кадастре недвижимости.

Удовлетворить частично встречные исковые требования ФИО1 ФИО19 к ФИО2 ФИО20 о признании недействительными и исключении из государственного кадастра недвижимости сведения об описании местоположения границ земельного участка, установлении межевой границы, о сносе металлических столбов, о признании недействительным акта согласования границ участка.

Обязать ФИО2 ФИО21 демонтировать металлические столбы на земельном участке по адресу: село <адрес> Ленина №, перенести металлические столбы в соответствии с координатами границ участка, содержащимися в Государственном кадастре недвижимости и Едином государственном кадастре недвижимости.

В остальной части исковые требования ФИО1 ФИО22 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 ФИО23 в пользу <данные изъяты> стоимость производства судебной экспертизы в размере <данные изъяты>

Взыскать с ФИО2 ФИО24 в пользу <данные изъяты> стоимость производства судебной экспертизы в размере <данные изъяты>

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме

Решение в окончательной форме изготовлено 25 декабря 2017 года

Судья