Решение № 2-499/2018 2-499/2018 ~ М-494/2018 М-494/2018 от 12 июня 2018 г. по делу № 2-499/2018

дело №2-499/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 июня 2018 года г.Бирск

Бирский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Аюповой Р.Н., при секретаре Семеновой Н.В., с участием истца ФИО1 и ее представителя ФИО2, действующего по доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора недействительным, обязании передать средства пенсионных накоплений, признании незаконными действий по обработке персональных данных, возложении обязанности по уничтожению персональных данных, взыскании компенсации морального вреда,

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

УСТАНОВИЛ:

представитель ФИО1 ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании и обработки персональных данных № от ДД.ММ.ГГГГ, ссылаясь на то, что в мае 2017 года при получении выписки о состоянии пенсионного счета накопительной части застрахованного лица ФИО1 стало известно о том, что ее пенсионные накопления в размере <данные изъяты> рубля переданы в АО «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ». При этом заявление о переходе с НПФ «Сбербанк» в НПФ «БУДУЩЕЕ» она не писала, договор не заключала и не подписывала, в связи с чем, договор является недействительным. Просит суд признать договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ней и АО «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ», недействительным, обязать передать денежные средства пенсионных накоплений в ОАО НПФ «Сбербанк» на прежних условиях договора об обязательном пенсионном страховании, признать незаконными действия ответчика по обработке персональных данных ФИО1, возложить на ответчика обязанность по уничтожению персональных данных истца, взыскать компенсацию моральных вреда в размере <данные изъяты> рублей, государственную пошлину – <данные изъяты> рублей, расходы на услуги представителя – <данные изъяты> рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить, пояснив, что ни заявления о переходе не писала, ни сам договор с ответчиком не заключала, в договоре неправильно указана ее девичья фамилия, подпись не ее, место заключения Республика Татарстан, хотя она в указанные даты не пребывала на территории Республики Башкортостан, находилась на своем рабочем месте в г. Бирске, нецелесообразно ехать в Республику Татарстан, поскольку заявление о переходе она могла подать по месту жительства в г. Бирске. Также пояснила, что действиями ответчика ей причинены нравственные страдания, она очень сильно переживала, обращалсь к неврологу, у которого состоит на учете.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, просил удовлетворить.

В судебное заседании представители ответчика АО НПФ «Будущее» третьих лиц ГУ - УПФ РФ в Бирском районе и г.Бирск РБ, ОАО НПФ «Сбербанк», отделения Пенсионного фонда РФ по г. Москве и Московской области, управление Пенсионного фонда РФ № 3 (Тимирязевский) Бескудново не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте его проведения, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

Ответчик АО НПФ «Будещее» направило в суд письменное возражение на исковое заявление, в котором просило отказать в удовлетворении заявленных исковых требований.

Третье лицо ОАО НПФ «Сбербанк» направило в суд письменный отзыв о согласии с исковыми требованиями, просило их удовлетворить.

Суд, выслушав истца и его представителя, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела № и оценив доказательства в их совокупности, считает, что исковое заявление подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу подп. 1 ч. 1 ст. 161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со ст. 36.11 Федерального закона от 07 мая1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее –ФЗ о НПФ) застрахованное лицо не чаще одного раза в год, до обращения за установлением накопительной части трудовой пенсии, может воспользоваться правом перехода из фонда в фонд путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направлением в Пенсионный фонд РФ заявления о переходе из фонда в фонд.

Согласно ст. 3 ФЗ о НПФ под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной части трудовой пенсии или выплаты его правопреемникам.

На основании ст. 36.7 и п. 3 ст. 36.11 ФЗ о НПФ заявление застрахованного лица о переходе из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд РФ не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда РФ лично или направить иным способом.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 3 ст. 36.4 ФЗ о НПФ).

Пунктом 6.1 ст. 36.4 ФЗ о НПФ предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 ФЗ о НПФ.

Судом установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ состояла в договорных отношениях по обязательному пенсионному страхованию с НПФ «Сбербанк», что подтверждается договором об обязательном пенсионном страховании между указанным негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и АО НПФ «БУДУЩЕЕ» был заключен договор №, согласно которому АО НПФ «Будущее» обязуется осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В договоре указано, что он заключен в Республике Татарстан ДД.ММ.ГГГГ, в реквизитах сторон метом нахождения АО НПФ «Будущее» указано «<адрес>».

Из ответа ГУ УПФ РФ в Бирском районе и г. Бирске Республики Башкортостан следует, что местом обработки персональных данных и договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между НПФ «БУДУЩЕЕ» и ФИО1 является ГУ – Управление ПФР №5 по г. Москве и Московской области.

Истица оспаривает факт написания заявления о передаче денежных средств и заключение с АО НПФ «Будущее» договора об обязательном пенсионном страховании.

Согласно копии табеля учета рабочего времени ФИО1 находилась на работе, что свидетельствует о невозможности заключения ею оспариваемого договора в Республике Татарстан.

Согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица (форма СЗИ-6) на ФИО1 до перехода из ПФР в негосударственный пенсионный фонд - АО НПФ «Будущее» ее средства пенсионных накоплений в соответствии с абз.3 п.1 ст.34 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ №111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации» находились в доверительном управлении государственной управляющей компании НПФ «Сбербанк».

Средства пенсионных накоплений в сумме <данные изъяты> рубля, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета переданы из ПФР в АО НПФ «Будущее» 29 февраля 2016 года.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Между тем, ответчиком не представлен оригинал оспариваемого договора. При этом из пояснений представителя истца следует, что приложенная к исковому заявлению копия оспариваемого договора была выдана в отделении ответчика в <адрес> и заверена штампом копия верна, т.е. сверена с оригинала.

Оценив представленные в материалы дела документы, суд приходит к выводу о том, что доказательств выражения истцом воли на заключение договора об обязательном пенсионном страховании между АО НПФ «Будущее» и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ ответчиком не представлено, в связи с чем, данный договор подлежит признанию недействительным, а также подлежат применению последствия признания договора недействительным – возврат сторон в первоначальное положение (ч.2 ст.167 ГК РФ).

На основании вышеизложенного, требования истца об обязании ответчика передать средства пенсионных накоплений истца в Пенсионный фонд РФ подлежат удовлетворению.

Истцом также заявлены требования о признании незаконными действия АО НПФ «Будущее» по обработке персональных данных, возложение обязанности на ответчика об уничтожении персональных данных истца. Взыскании с АО НПФ «Будущее» в его пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей за незаконную обработку персональных данных.

В соответствии со ст.15 ФЗ о НПФ фонд в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц.

К информации, указанной в части первой настоящей статьи, относится также информация, полученная в том числе при: обработке сведений, содержащихся в пенсионных счетах негосударственного пенсионного обеспечения, пенсионных счетах накопительной пенсии.

В соответствии со ст.7 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с п.1 ст.3 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

В соответствии с п.5 ч.1 ст.6 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается в следующих случаях: обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем.

В соответствии со ст.18 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» если персональные данные получены не от субъекта персональных данных, оператор, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 настоящей статьи, до начала обработки таких персональных данных обязан предоставить субъекту персональных данных следующую информацию: 1) наименование либо фамилия, имя, отчество и адрес оператора или его представителя; 2) цель обработки персональных данных и ее правовое основание; 3) предполагаемые пользователи персональных данных; 4) установленные настоящим Федеральным законом права субъекта персональных данных; 5) источник получения персональных данных. (ч.3).

Оператор освобождается от обязанности предоставить субъекту персональных данных сведения, предусмотренные ч.3 настоящей статьи, в случаях, если: 1) субъект персональных данных уведомлен об осуществлении обработки его персональных данных соответствующим оператором; 2) персональные данные получены оператором на основании федерального закона или в связи с исполнением договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных; 3) персональные данные сделаны общедоступными субъектом персональных данных или получены из общедоступного источника; 4) оператор осуществляет обработку персональных данных для статистических или иных исследовательских целей, для осуществления профессиональной деятельности журналиста либо научной, литературной или иной творческой деятельности, если при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных; 5) предоставление субъекту персональных данных сведений, предусмотренных частью 3 настоящей статьи, нарушает права и законные интересы третьих лиц.

В соответствии со ст.17 Федерального закона от 27 июля 2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке.(ч.1).

Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.(ч.2).

Принимая во внимание, что договор об обязательном пенсионном страховании между АО НПФ «Будущее» и ФИО1 является недействительным, персональные данные получены АО НПФ «Будущее» не от субъекта персональных данных – ФИО1, до начала обработки таких персональных данных АО НПФ «Будущее» не предоставил субъекту персональных данных ФИО1 информацию, указанную в ч.3 ст.18 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 152-ФЗ «О персональных данных», суд приходит к выводу, что обработка персональных данных ФИО1 осуществлена ответчиком АО НПФ «Будущее» с нарушением, поэтому требования истца о признании незаконными действий ответчика АО НПФ «Будущее» по обработке его персональных данных являются обоснованными.

В соответствии со ст.24 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» лица, виновные в нарушении требований настоящего Федерального закона, несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность.(ч.1).

Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.(ч.2).

Статья 151 ГК РФ предусматривает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К личным неимущественным и нематериальным благам относятся, в силу требований ч.1 ст.150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Доказательств наличия согласия истца на обработку его персональных данных в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательства наличия иных условий законности их обработки.

Поскольку материалами дела установлено и ответчиком не опровергнуто, что АО НПФ «Будущее» совершил действия, направленные на сбор, обработку, распространение данных истца, не имея согласия последнего на это, то действиями ответчика нарушены права истца на защиту его персональных данных, данное обстоятельство является основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, объем нарушений со стороны АО НПФ «Будущее» и приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 3 000 рублей.

На основании ст.100 ГПК РФ требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме <данные изъяты> рублей подлежат удовлетворению, данные расходы подтверждаются договором об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, актом приема-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ.

В п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В возражениях на исковое заявление ответчик указывает, что судебные расходы на представителя являются завышенными и подлежат снижению.

Учитывая объем заявленных требований, цену иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства, отсутствие доказательств ответчика о несоразмерности расходов на услуги представителя, оснований для снижения заявленной ко взысканию суммы не имеется.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплаченной госпошлине в сумме 900 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора недействительным, обязании передать средства пенсионных накоплений, признании незаконными действия по обработке персональных данных, возложении обязанности по уничтожению персональных данных, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать недействительным договор об обязательном пенсионном страховании между АО негосударственным пенсионным фондом «Будущее» и ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать Акционерное общество негосударственный пенсионный фонд «Будущее» передать средства пенсионных накоплений ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающей по адресу: <адрес>, в ОАО Негосударственный пенсионный фонд «Сбербанк».

Признать незаконными действия АО Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1.

Возложить на АО Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» «Будущее» обязанность об уничтожении персональных данных ФИО1.

Взыскать с АО Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Бирский районный суд Республики Башкортостан.

Мотивированное судебное постановление изготовлено 18 июня 2018 года.

Судья Р.Н. Аюпова