Решение № 2-63/2017 2-63/2017(2-8061/2016;)~М-7504/2016 2-8061/2016 М-7504/2016 от 17 января 2017 г. по делу № 2-63/2017

Дело № 2-63/17


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ставрополь 18 января 2017 года

Промышленный районный суд г. Ставрополя в составе:

председательствующего судьи Пшеничной Ж.А.,

при секретаре Карасевой А.Д.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующего на основании доверенности <адрес>0 от дата,

ответчика ИП ФИО3,

представителя ответчика ИП ФИО3 – адвоката Сазановой Л.Г., предоставившей ордер №с00588 от дата, действующей по доверенности от дата,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о защите прав потребителей,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском ИП ФИО3 о защите прав потребителей.

В обосновании требований представитель истца указал, что дата в ветеринарной клинике «Мокрый нос» (ИП ФИО3), расположенной по адресу: <адрес>, литер «з», была проведена операция грыжи в области послеоперационного шва собаке породы немецкий цвергшпиц/померанский шпиц по кличке Гранде ФеС. Ю. С., принадлежащей ФИО1 (договор купли-продажи щенка от дата), в связи с рекомендациями ветеринарного врача Б. Операцию проводил хирург ветеринарной клиники «Мокрый нос» Х., который успокоил истца, что при таких операциях риски минимальны. В ходе проведения операции у животного остановилось дыхание, спасти собаку не удалось.

Как усматривается из протокола вскрытия от дата, проведенного доцентом кафедры паразитологии и ветсанэкспертизы, анатомии и патанатомии, имени профессора Н. ФГБОУ ВО СтГАУ, кандидатом ветеринарных наук М., смерть животного наступила в результате остановки дыхания.

дата ФИО1 направила ИП ФИО3 письменную претензию, в которой просила возместить понесенные ей убытки в размере стоимости собаки породы немецкий цвергшпиц/померанский шпиц по кличке Гранде ФеС. Ю. С., которые составили 60 000 рублей. Указанная досудебная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Истец полагает, что гибель собаки породы немецкий цвергшпиц/померанский шпиц по кличке Гранде ФеС. Ю. С. наступила в результате оказания платной ветеринарной услуги, по качеству не соответствующей предъявляемым требованиям, по следующим основаниям.

Договор на оказание платных ветеринарных услуг между истцом и ответчиком не заключался. Как следствие этому, непосредственно перед проведением операции истцу не были разъяснены суть и цели медицинской процедуры, возможные осложнения, трудности и риски, которые могут возникнуть, альтернативы предлагаемому лечению и возможность вообще отказаться от лечения, так как существует риск и возможность ранних и поздних осложнений, вплоть до летального исхода. Перед операцией хирург Х. объективно состояние собаки не оценил, не выявил сопутствующих заболеваний, что является главным фактором при выборе средств для наркоза и правильного выбора и проведения пред- и послеоперационной терапии. Общее обследование животного (термометрия, подсчет частоты дыхательных движений и пульса, общий осмотр (особо уделяется внимание цвету слизистых, тургору кожи, упитанности), пальпация, перкуссия и аускультация) не проводилось. Обязательный перед любым оперативным вмешательством анализ крови собаки не делался.

В соответствии с п. 7 раздела 3 Правил оказания платных ветеринарных услуг исполнитель: обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия; гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.

ФИО1 до начала проведения операции не были разъяснены существующие риски проведения операции, связанные с проведением общего наркоза. Следовательно, в действиях сотрудников ветеринарной клиники «Мокрый нос» усматривается нарушение правил оказания платной ветеринарной помощи, условий договора, либо обычно применяемых требований при оказании ветеринарной помощи собаке Гранде ФеС. Ю. С. при обращении дата.

Считает, что ответчиком нарушены положения ст. 4, ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей».

Согласно ст. 137 Гражданского кодекса РФ и абз. 12 ст. 4 Федерального закона «О животном мире», к животным применяются общие правила об имуществе.

В силу ч. 1. ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В результате некачественного оказания ИП ФИО3 платной ветеринарной услуги, истец испытывала физические и нравственные страдания. Ей пришлось переживать потерю семейной любимицы, нести нравственные страдания в виде переживания детей по поводу смерти их питомца. Моральный вред истец оценивает в 50 000 рублей.

Просит взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 причиненный в результате оказания платной ветеринарной услуги, по качеству не соответствующей предъявляемым требованиям, ущерб в размере 60 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, и судебные расходы.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в тексте иска, в ходе судебного разбирательства поясняла, что у нее питомник из 5 собак, раньше было 6. Собаки живут в квартире, она выводит их гулять на улицу. На совладении также имеются собаки, которые живут у других людей. дата ее собаке - Гранде Феста Юджи Стайл сделали кесарево сечение. Никаких последствий от наркоза не было. В настоящее время все щенки проданы. дата ФИО4 дала направление в клинику касательно грыжи. дата в 20 часов они пришли на прием в клинику «Мокрый нос». Собаку осматривал врач Х., который сказал, что можно оставить все как есть, но тогда они не смогут заниматься племенным делом, либо сделать операцию по удалению грыжи. Ей сказали, что это косметическая операция. Она приняла решение делать операцию. Письменного согласия на проведение операции не давала. Премедикацию делали при ней. Врач поставил собаке катетер, через который ввели наркоз, после чего отнесли собаку в операционную. До этого врач посмотрел собаке глаза и рот, никаких анализов не брал. Сказал, что нужно подождать 15-20 минут. Потом врач вышел и сказал, что собака умерла, а также то, что она была больная. Она попросила позвать заведующую клиники, заведующая отказалась приезжать. Она попросила дать договор и указать в нем, что собака умерла. Врач предложил сделать вскрытие. На вскрытие она сама отвозила собаку. На вскрытии сказали, что это генетически больная собака.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что в клинику было доставлено и передано врачу Х. здоровое животное, который через определенное время сообщил о смерти животного. Полагает, что питомцу его доверителя были оказаны некачественные услуги, которые заключались в неправильном проведении предоперационных действий – не производился забор крови, не проведен должный осмотр, были оказаны неправильные реанимационные действия, применены лекарственные средства, приводящие к апное. Его доверитель не была ознакомлена с побочными эффектами, о последствиях применения лекарственных препаратов для наркоза с последующим выходом из нее. Х. разъяснил, что риски при операции минимальные. При проведении реанимации хирург применял лекарства, которые не внесены в государственный реестр лекарственных средств для ветеринарного применения. Реанимационные действия проводились в течение шести минут, не указано, какие именно действия проводились. Ветеринарная помощь оказывалась не специалистом ветеринаром, а лицом, не имеющим ветеринарного образования, студентом 4 курса. Ею оказывалось непосредственное искусственное дыхание умершему животному, производилась подготовка лекарственных средств и передача их врачу для проведения операции.

Ответчик ИП ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, представила письменный отзыв на иск, из которого следует, что дата между ИП ФИО3 и ФИО1 был заключен договор на оказание платных ветеринарных услуг. ФИО1 ветеринарным врачом Х. были предложены варианты лечения как с указанием рисков для репродуктивной функции животного, так и ранних и поздних осложнений, вплоть до летального исхода. Решение об оперативном вмешательстве хозяйкой было принято осознанно. Перед операцией ветеринарным врачом Х. был собран анамнез болезни: со слов владельца «собака была здорова, беспокоят только припухлости в области послеоперационного шва». Результаты клинического осмотра, включающего термометрию, пальпацию, перкуссию, подсчёт ЧСС, ЧДД врачом интерпретировались с учётом анамнестических данных. Нормативных документов, требующих обязательного проведения анализа крови перед операцией, в ветеринарии не существует. Смерть пациента констатирована дата в 21.10, о чем сразу сообщили владельцу ФИО1 Решение вопроса о возмещении убытков отложили до получения протокола вскрытия и выяснения объективной доли вины врача. дата от ФИО1 поступила досудебная претензия. Протокол вскрытия руководителю клиники владельцем был представлен дата. Ответ на досудебную претензию был дан дата. Согласно п. 5.1 заключенного дата договора № на оказание платных ветеринарных услуг клиника несет ответственность перед заказчиком за умышленные действия или бездействие в соответствии с действующим законодательством РФ, но не более чем в размере реального ущерба причиненного пациенту. Согласно п. 5.2. вышеуказанного договора клиника не несет ответственности за жизнь и здоровье животного в случае не исполнения заказчиком обязанностей, предусмотренных в п. 3 настоящего договора, а также при возникновении ситуаций, которые могли быть индуцированы действием или бездействием владельца. В п. 3.1. заключенного договора на оказание платных ветеринарных услуг содержится требование предоставить полную и достоверную информацию о животном, об имеющихся и перенесенных заболеваниях, травмах, операциях. На основании протокола вскрытия кобеля породы «Померанский шпиц», гибель животного наступила от остановки дыхания, развившейся на фоне катарально-язвенного гастрита и подострого катарального энтероколита, осложненных очаговой геморрагической пневмонией, серозно-геморрагическим тонзиллитом и послеоперационной раной. Данный протокол содержал неверные данные о роде собаки. Согласно заключению указанного протокола вскрытия, смерть животного наступила от остановки дыхания. Основное заболевание: подострый катарального-язвенный гастрит и подострый катарального энтероколита. Осложнения: очаговая геморрагическая пневмония, серозно-геморрагический тонзиллит и послеоперационной рана. Сопутствующие заболевания: компенсированный порок 2-х створчатого клапана сердца хронический очаговой интерстициальный нефрит. Таким образом, смерть животного наступила не в результате проведенной операции, сопряженной с общей анестезией. Соответствие факта обеспечения применения лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия и предоставление услуги, отвечающей требованиям безопасности ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды подтверждают результаты внеплановой проверки Управления ветеринарии <адрес>, целью которой являлась проверка сведений, указанных в обращении гражданки ФИО1 от дата. Просила в иске отказать. Полный тест письменных возражений приобщен к материалам дела. Ответчик поддержала письменные возражения, также добавила, что согласие владельца собаки на анестезию было устным. Ветеринарная деятельность не лицензируется. Все действия, которые проводятся в ветеринарных клиниках, не имеют инструкций. Все результаты клинического осмотра интерпретируется с учетом анамнеза, представляющего животного. Все лекарственные препараты вводились по инструкции. По внешнему виду собаки - увеличение зрачков, слюноотделение определили, что собака готова к операции. Ветеринарные услуги истцу оказывал врач ФИО5, ФИО6 выполняла техническую работу. Законодательно устная или письменная форма согласия на наркоз, не предусмотрена. Согласно внутренней инструкции клиники, врачи обязаны брать информированное согласие у всех пациентов. За то, что хирург ФИО5 не отобрал письменного согласия у ФИО1, он понес дисциплинарную ответственность. После гибели собаки супруг владельца сразу потребовал деньги. В день гибели собаки она не смогла приехать в клинику, попросила отправить животное на вскрытие. Владельцы сами отвезли труп животного на вскрытие. С истцом до судебного заседания она не встречалась.

Представитель ответчика ИП ФИО3 – адвокат Сазанова Л.Г. в судебном заседании возражала против удовлетворения иска. Поддержала письменные возражения на иск. Пояснила, что суду не представлено доказательств причинно-следственной связи между введением собаке истца препаратов и смертью животного. Из протокола вскрытия животного усматривается, что гибель животного наступила вследствие сопутствующих заболеваний. Просила в иске отказать в полном объеме.

Свидетель ФИО7, допрошенный в судебном заседании дата, пояснил, что у его супруги ФИО1 питомник, она разводит собак. Собак они выгуливают и индивидуально, и всех вместе, у них определенный рацион питания. Супруга следит за здоровьем собак, она ветеринар. В апреле 2016 года одной из собак делали кесарево сечение. После операции прошло время, на швах вылезли грыжи, которые могли повлиять на разведение. Супруга созванивалась с клиникой, сказали, что они могут подъехать в клинику в любое время. Сказали, не кормить собаку, а также то, что операция легкая, собаку можно будет забрать через 20 минут. дата к восьми часам они с супругой и собакой приехали в клинику «Мокрый нос». Собака выглядела абсолютно здоровой. Он в клинику не заходил до тех пор, пока не вышла супруга и не сообщила ему, что собака умерла. После смерти собаки им ничего не объяснили, сказав, что у собаки был порок сердца. По его просьбе врач позвонил руководителю клинике, которая в этот вечер так и не приехала. Им отдали тело животного, они его заморозили, охладили. На вскрытие ездили вместе. Никаких изменений на теле животного не было. Он присутствовал на вскрытии животного. Патологоанатом спрашивал кличку, пол собаки. На вскрытии кроме патологоанатома ассистентов не было. В процессе вскрытия им не говорили про заболевания собаки. В желудке обнаружил кусочек синего материала коврика. Он спрашивал признаки смерти от наркоза, на что патологоанатом ответил, что не знает. Считает, что патологоанатом все перепутал и описал вскрытие другой собаки, их собака не была больной. Считает, что собака умерла от большой дозы наркоза. Собака была мертвая до операции, операцию не проводили.

Свидетель Х., допрошенный в судебном заседании дата, пояснил, что он работает в клинике «Мокрый нос», у него высшее ветеринарное образование, стаж работы 4 года. Клиент (собака, принадлежащая ФИО1) поступил к ним дата, у животного была безболезненная припухлость в области живота. У собаки имелось клеймо, не помнит, хорошо оно было видно или нет. На основании клинического осмотра, пояснений владельца, был поставлен диагноз «постоперационная грыжа». Примерно два месяца назад у животного была операция – кесарево сечение. Рассудив о том, как поступить с животным, а также обсудив с врачом, который делал кесарево сечение, он предложил владельцу два варианта: оставить животное без оперативного вмешательства, но тогда могут возникнуть проблемы с беременностью или родами; второй вариант – ушить грыжу в этот же день. Владелец приняла решения о том, что операцию нужно делать. Он понял, что животное собираются использовать для племенного разведения. Осмотр животного делали до того, как он предложил варианты. В процессе сбора анамнеза записываются пояснения владельца. Температура у животного была в норме. Слушали животное с помощью фонендоскопа, шумов не было, были чистые легкие. Владелица в ходе разговора пояснила, что училась с их руководителем, у нее есть высшее ветеринарное образование. Он думал, что владелица серьезно относится к состоянию животного. На основании клинического осмотра и анамнеза, а также согласия владельца животного, он не видел причин, чтобы отложить операцию. Для здорового животного при проведении этой операции рисков не было. При его разъяснениях присутствовал он, ассистент ФИО6 и истец. При владелице животному был поставлен катетер, сделана премедикация – подготовка к наркозу. После премедикации выждали время, и животное отнесли в операционною. Животное несли в состоянии седации - состоянии, когда животное чувствует, но не двигается, то есть сильный миорелаксант. Этого состояния достаточно, чтобы нести животное в операционную и готовиться к операции. Нужно уложить животное на определенное место, укрыть его салфеткой. Врач должен подготовиться. Также для того, чтобы следить за сердцебиением, одевается кардиограф, который подает звуковой сигнал. Эти все манипуляции выполняются под седацией. Только потом животное вводится в состояние наркоза. Для премедикации применяли атропин и димедрол. Эти препараты утверждены в инструкции. В данных концентрациях передозировки быть не могло, так как он использовал препарат в дозировке даже меньшей, чем заявлено в инструкции. Для последующего углубления и поддержания наркоза он вводил пропафол 1%. Пропафол 1% - это вещество. Провайв – это другое название. Пропафол и провайв – это одно название лекарственного препарата. Операция шла успешно, он завершал весь процесс, зашил брюшную стенку, начал приступать к коже, и у животного остановилось дыхание - апноэ. Этот процесс для аппаратов, в состав которых входит пропафол, является нормальным, не является экстренным. Апноэ не является тяжелым состоянием. Им была поставлена трахеальная трубка. Животное дышало с помощью мешка амбу. Причины остановки дыхания он не знал. В таком состоянии он продолжил операцию. Начал зашивать кожу. Через 5 минут остановилось сердце, он услышал звуковой сигнал. После этого он начал проводить реанимацию сердца. Есть разные рекомендации по их проведению, но правил нет. Врач руководствуется своим опытом. Им был проведен непрямой массаж сердца под действием препаратов, который эффекта не возымел. Он выполнил достаточный комплекс мер. Было принято решение прекратить манипуляцию. Четкого регламента, что нужно проводить реанимацию 10 минут, нет. Реанимация была проведена в должном виде. После этого он вышел к владелице, описал то, что произошло на операционном столе. У них был разговор о том, как поступить с телом животного. Он не говорил о том, чтобы брать деньги за проведение операции. Владелица решила посоветоваться с мужем. Вернулась с ним в приемную. После этого, с ним разговаривал муж истца, который предложил два варианта решения вопроса. Первый вариант, это вернуть им 60000 рублей, которые были потрачены на животное. Второй вариант, это сумма в 120000 рублей. Со стороны истца поступило заявление о том, чтобы связаться с руководителем клиники, что он и сделал. Уже с указания руководителя клиники они решили, что будут исходить из результатов вскрытия. Владельцы не поясняли, будут ли они делать вскрытие животного или нет. Они забрали тело животного. В настоящее время он знает из протокола вскрытия, что у собаки было заболевания легких. В период беременности, кормления, иммунная перестройка может способствовать заболеваниям. Беременность могла быть провоцирующим фактором болезни, на поздних сроках. Не согласен с заявлением истца о том, что причиной смерти явилась передозировка наркозом. Признаки передозировки заключаются в том, что сначала бы остановилось сердце, а потом легкие. Договор на оказание платных услуг заключался после операции, поскольку он ставит приоритет на животных. Признает вину за то, что перед операцией не составил необходимые бумаги, за что понес ответственность перед руководителем организации.

Свидетель К., допрошенная в судебном заседании дата, пояснила, что она студент, учащаяся 4 курса ветеринарного факультета СтГАУ. В клинике «Мокрый нос» она не работает, помогает, в трудовых отношениях с ИП ФИО3 не состоит. Пояснила, что в начале июля 2016 года прибыла женщина, которая жаловалась на припухлость у собаки. Врач Х. проводил осмотр собаки, у собаки обнаружили грыжу на послеоперационном шве. Врачом было предложено два варианта решения проблемы: оставить грыжу, и в таком случае будут осложнения у собаки при родах; удаление грыжи. Хозяйка поясняла, что разводит собак, поэтому хочет удалить грыжу. Врач разъяснял, что операция не сложная, но риски могут быть. Они созвонились с доктором, который оперировал эту собаку ранее, узнали, как собака реагировала на наркоз, решили вводить те же препараты. Хирург осмотрел животное - слизистую, кожный и волосяной покров, пользовался фонендоскопом. Она измерила температуру, которая была в норме. Внешне собака была здорова. Доктор спрашивал владелицу о состоянии животного, про кашель, чихание, рвоту, понос. Хозяйка собаки все отрицала. Забор крови не осуществлялся. Договор на оказание услуг обычно заполняется до операции. Врач рассказывает, что будет во время операции, озвучивается стоимость. Если все устраивает, то производится хирургическая манипуляция. Подготовку к наркозу начали в присутствии хозяйки. Она ассистировала Х. при проведении операции по удалению грыжи собаки истца. Никаких манипуляций без команды доктора не делала. При введении наркоза они использовали такую же схему, как и предыдущий врач. К собаке во время операции подключался электрокардиограф. Использовали премедикацию, у собаки начались проблемы с дыханием, они ввели мешок амбу. Она поддерживала дыхание, врач оперировал. Собаку интубировали, и, через какое-то время, начались проблемы с сердцем, ритм стал замедляться. Препараты вводил сам хирург. Инсулиновыми шприцами вели фуросемид, кордиамин, потом адреналин. Дозировку набирала она по указанию хирурга. При введении препарата доктор видит, сколько он вводит препарата. Вели сначала небольшое количество, но ответной реакции не последовало и дозу повысили. 5-6 минут продолжали реанимировать. Реанимационные действия не помогли, и врачом была констатирована смерть животного. Они вышли к хозяйке, объяснили, что животное умерло. Хозяйка сначала спокойно отреагировала, а потом пришел муж и предложил вернуть деньги за животное. Они предложили решить все вопросы после вскрытия. Предлагали вскрытие в клинике, но владелица и ее супруг сказали, что сами все решат. После того, как животное забрали, она удалилась.

Свидетель С., допрошенная в настоящем судебном заседании пояснила, что имеет ветеринарное образование, работает ветеринарным врачом в клинике «Мокрый нос». дата произошла смерть животного в клинике «Мокрый нос». Перед операцией ей звонил Х., сказал, что у собаки послеоперационная грыжа, спрашивал, были ли какие-то осложнения на момент операции. Первый раз она оперировала собаку в апреле, делали кесарево сечение. При проведении операции кесарево сечение вводились стандартно атрапин, демидрол, золетил, пропафол. Возможно акситоцин в полость матки. В инструкции Золетила написано «с осторожностью при беременности». В клинике используются стандартные препараты. В журнале осложнений по указанной собаке не отмечено. Они всегда делают общий наркоз. У нее спрашивали, какой был протокол операции, были ли приняты особые меры. Если собака-сердечница, они используют другие препараты и это отмечают в журнале. Звонок Х. делал перед операцией. При удалении грыж делается общий наркоз. При кесареве тоже делали общий наркоз. Осложнений не было. После операции мог разойтись шов, и образоваться грыжа. Риски при удалении грыжи есть только при применении наркоза. Но дыхание заводится просто, делается легочная операция и животное начинает дышать само. Если не помогает, то собаку интубируют. Согласие на применение общей анестезии отбирается до проведения операции. Отбор согласия нигде в законах не написан. Они согласие отбирают по поручению начальства. На момент проведения ею операции, состояние собаки не помнит. Первый признак передозировки наркозом – остановка дыхания. Остановка сердца наступает вследствие остановки дыхания, причем длительно, примерно от 3 до 10 минут. У заведомо больного животного сердцебиение становится быстрее. У здорового животного сложно заметить, что животное не дышит. Ассистент все время следит за дыханием. Операцию проводит хирург. Волонтер ассистирует врачу. Он помогает хирургу в операционной, следит за дыханием, сердцебиением, сообщает, что собака просыпается. Волонтеры убирают в операционной. Реанимационные действия проводит врач. Врач может сказать ассистенту, что необходимо что-то принести. После остановки сердца проводится сердечно-легочная реанимация, вводится адреналин. Животному делается массаж непрямой сердца и легких. Животному вводят препараты, в том числе, адреналин. Доза вводится на килограмм сразу. Реанимацию делают от 5 до 15 минут, зависит от животного. В России нет правил, по которым проводится реанимация и лечение. Хирург принимает решение на свое усмотрение. Может прекратить реанимационные действия после 5 минут, если видит, что это не целесообразно. Все индивидуально.

Выслушав лиц, участвующих при рассмотрении спора, допросив свидетелей, специалистов, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 779 Гражданского кодекса РФ оказание платных ветеринарных услуг регулируется положениями гл. 39 Кодекса о договоре возмездного оказания услуг и §§ 1, 2 гл. 37 Кодекса о договоре подряда, если это не противоречит существу отношений по оказанию медицинской помощи. К отношениям ветеринарного учреждения с гражданином, заказывающим (получающим) платную ветеринарную услугу, также подлежат применению Правила оказания платных ветеринарных услуг, утвержденные Постановлением Правительства РФ от дата № и нормы Закона РФ от дата № «О защите прав потребителей» (деле Закон о защите прав потребителей).

В соответствии с п.1 ст. 779Гражданского кодекса РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу ст. ст. 307, 309 Гражданского кодекса РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Согласно ст. 4 Закона о защите прав потребителей, продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В соответствии с п. 7 Правил оказания платных ветеринарных услуг исполнитель обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия; гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.

В судебном заседании установлено, что дата, на основании договора купли-продажи, истцом ФИО1 в собственность была приобретена собака породы немецкий померанский шпиц кличка Гранде ФеС. Ю. С., дата года рождения, по цене 60 000 рублей, клеймо GFR 36.

Согласно выписке из истории болезни собаки породы немецкий миниатюрный шпиц по кличке Гранде ФеС. Ю. С., дата, ФИО1 обратилась к ветеринарному врачу Б. для профилактического осмотра и консультации по поводу безболезненных выпячиваний в местах хирургических швов (в анамнезе кесарево сечение в апреле 2016 года в ветеринарной клинике «Мокрый нос»). При осмотре установлено, что животное активное, хорошо упитанное, кожа и слизистые без патологий, живот мягкий и безболезненный, в области послеоперационных хирургических швов на белой линии живота обнаружена грыжа с двумя грыжевыми воротами. Грыжевое содержимое сальник. Собаке поставлен диагноз: послеоперационная грыжа брюшной полости. Рекомендовано: консультация врача хирурга, проводившего кесарево сечение; хирургическое лечение.

дата между ФИО1 и ИП ФИО3 (ветеринарная клиника «Мокрый нос») заключен договор №, в рамках которого ответчик принял на себя обязательство оказать, а истец оплатить ветеринарные услуги в соответствии с прейскурантом клиники.

Согласно протоколу операции от дата, в марте 2016 года собаке (сука) Померанский шпиц по кличке Гранде ФеС. Ю. С., принадлежащей ФИО1, было проведено кесарево сечение. В области послеоперационного шва была диагностирована грыжа с двумя грыжевыми воротами 03, и 0,4 см. Содержимое грыжевого мешка сальник. Учитывая, что владельцы планировали в будущем вязку собаки, было выбрано хирургическое лечение грыжи. 20.25 установка внутривенного катетера. Премедикация (атропин 0,08 мг/кг, димедрол 1 мг/кг). 20.35 индукция в наркоз золетил 100 2 мг/кг. Подготовка операционного поля общепринятым способом. 20.40 - 20.58 углубление и поддержание наркоза до хирургического сна путем дробного болюсного введения пропофола 1% (суммарная доза 7 мг/кг, в период с 20.40 до 20.45 введено 4 мг/кг, с 20.50 до 20.58 введено 3 мг/кг). Инфильтрационная анестезия по месту разреза новокаин 0,5 % 1.5 мл. Рассечение кожи, препаровка грыжевого мешка, иссечение краев грыжевого кольца. 20.58 апноэ. Операция приостановлена. Проверена проходимость дыхательных путей. Собака интубирована. Искусственная вентиляция лёгких. Развивается цианоз слизистых, сердечный ритм замедляется. Внутривенно кордиаминн 15 мг/кг, фуросемид 10 мг/кг, сублингвально нитроминт. 21.04 остановка сердца. Введение адреналина гидрохлорида 1 мг/кг. Проведение непрямого массажа сердца. 21.10 констатирована смерть пациента.

Из истории болезни пациента усматривается, что дата животное собака осмотрена ветеринарным врачом Х., дополнительные исследования не проводились. Со слов владельца, «собака здорова, нас беспокоят только шишки». В клинике выполнено грыжесечение, дата констатирована смерть животного.

Истец считает, что причиной гибели принадлежащего ей животного стали некачественные ветеринарные услуги, оказанные ей в ветеринарной клинике «Мокрый нос», в связи с чем, она обратилась в суд с настоящим иском.

Как следует из заключения протокола вскрытия кобеля породы «Померанский шпиц», возраст 1,5 года, принадлежащего ФИО1, от дата, смерть животного наступила от остановки дыхания. Основное заболевание: подострый катарального-язвенный гастрит и подострый катарального энтероколита. Осложнения: очаговая геморрагическая пневмония, серозно-геморрагический тонзиллит и послеоперационной рана. Сопутствующие заболевания: компенсированный порок 2-х створчатого клапана сердца хронический очаговой интерстициальный нефрит.

Из ответа проректора по учебной и воспитательной работе ФГБОУ ВО СтГАУ А. указано, что при оформлении протокола вскрытия была допущена техническая ошибка о половой принадлежности животного, которая была исправлена дата.

Допрошенный в судебном заседании дата специалист М. пояснил, что он является доцентом кафедры паразитологии и Ветсанэкспертизы, анатомии и патанатомии ФГБОУ ВО СтГАУ, кандидатом ветеринарных наук. Он делал диагностическое вскрытие собаки, принадлежащей истцу. Из пояснений Гуденко он понял, что собака была прооперирована и умерла в клинике. В первичном протоколе вскрытия была техническая ошибка, он указал кобеля, а не суку. Он не написал в протоколе клеймо собаки. Пояснил, что никакой взаимосвязи с заболеваниями и тем, что он не написал клеймо, или кличку животного, нет. Это влияет на идентификацию животного, но не на патологические процессы, которые были обнаружены. В протоколе он указал, что смерть животного наступила от остановки дыхания, об этом свидетельствует расширение наполнение правого предсердия при отсутствии крови в левом. Он подтверждает, что смерть животного наступила от остановки дыхания. Вскрытие было диагностическое, а не судебное, поэтому механизм всего вскрытия, причинно-следственную связь между остановкой дыхания и заболеваниями им указаны не были. Им неоднократно проводились аналогичные вскрытия. Дистрофические изменения печени означают, что токсины проходили через печень. Дистрофические изменения сердца говорят о том, что еще не наступил общий токсикоз, а также то, что токсины поступали через желудочно-кишечный тракт. У животного было острое воспаление легких и миндалин, что дополнительно является токсикозом. Осложнял все язвенный гастроэнтерит, атарально-язвенный гастрит. На момент смерти собаки гастрит уже был. До смерти гастрит был в течение 3-7 дней. У собаки может быть рвота, но, как правило, такие заболевания проходят без симптомов. Клиническая картина начинается при перитоните. Рвота наблюдается при остром отравлении. Боли также будут не всегда. Диареи не было, так как были полусформированы каловые массы в толстом отделе кишечника. Ему не предоставляли паспорт собаки, где документально видно, кто это. Татуировка на собаке была расплывчатая, он не смог ее прочесть. Муж истца спрашивал, имеет ли место отравление веществами, которые вводили. Он сказал, что не знает, нужно затребовать выписку. Он неоднократно проводил гистологические исследования. У них остался материал для гистологического исследования, он берется для обучения студентов. Труп собаки остался у них. Официально материал на гистологию не брался, потому что гистология не оплачивалась. Гистологическое исследование проводится только по просьбе клиента. В данном случае такой просьбы не было. Подтвердил заключение, изложенное в протоколе вскрытия.

Допрошенный в судебном заседании дата специалист С. пояснил, что работает государственным судебно-медицинским экспертом ГБУЗ СК «Краевое Бюро СМЭ», имеет квалификацию патологоанатома, высшее медицинское образование, стаж работы 27 лет. По адвокатскому поручению он выполнял патологоанатомическое экспертное исследование трупа собаки. Заключение делал по правилам судебной медицины. Для производства экспертного заключения ему была предоставлена светокопия протокола вскрытия животного собаки породы «Померанский шпиц», принадлежащей ФИО1 Он использовал описательную часть протокола, то есть исследование трупа животного. Исследовательская часть протокола изложена в заключении. Согласно его заключению, смерть животного наступила в результате группы подострых заболеваний желудочно-кишечного тракта - подострого катарально-язвенного воспаления слизистой желудка (гастрита) и подострого катарального воспаления слизистой тонкого и толстого кишечника (энтероколита), клиническое течение которых сопровождалось обострением процесса, осложнившегося развитием серозно-геморрагического воспаления (лимфаденита) мезентеральных, бронхиальных и заглоточных лимфатических узлов, присоединением вторичной инфекции с развитием острого двустороннего воспаления легких (пневмонии) и миндалин глотки (тонзиллита). Указанные осложнения в свою очередь сопровождались общей интоксикацией организма, с развитием острой полиорганной – почечно-печеночной, дыхательной и мозговой - недостаточности, что привело к остановке дыхания и явилось непосредственной причиной смерти. У животного имелась группа подострых заболеваний желудочно-кишечного тракта - воспаление желудка и воспаление тонкого и толстого кишечника. Эти заболевания были подострыми, то есть их длительность была более 2-3 недель, но менее 2-3 месяцев. Клиническое течение этих заболеваний сопровождается хронической интоксикацией организма. Сами по себе заболевания не являются смертельными, но они сопровождаются интоксикацией. Интоксикация приводит к тому, что напряженность иммунитета животного падает, то есть у животного возникает иммунодефицит. За счет того, что напряженность иммунитета падает, у животного возникают вторичные инфекции. Чаще всего это инфекции дыхательных путей, вторичные инфекции, которые попадают в дыхательные пути. Поскольку иммунного ответа нет, у животного возникают заболевания дыхательных путей. Когда у животного развивается острое воспаление, как в данном случае, они становятся ведущими в наступлении смерти. То есть, воспаление легких и миндалин вызывает такой уровень острой интоксикации, что у животного возникает острая полиорганная недостаточность, то есть недостаточность практически всех органов. Продукты интоксикации действуют, в том числе и на головной мозг. В один момент организм не выдерживает, происходит срыв всех компенсаторных возможностей, и наступает смерть. Острейшая полиорганная недостаточность в сочетании с интоксикацией является непосредственной причиной смерти. Подострые катарально-язвенный гастрит и катаральный энтероколит у животного протекали на фоне имеющегося у животного заболевания почек - хронического неинфекционного (абактериального) воспаления рыхлой волокнистой соединительной ткани, образующей структуру почки, а так же воспаления канальцев почек, т.н. хронического очагового интерстициального нефрита. Длительность этого заболевания высока – не менее 3-4 месяцев. Указанный хронический нефрит не стоит в прямой причинной связи со смертью животного, но указанное заболевание могло явиться одним из этиологических факторов в возникновении подострых гастрита и энтероколита, было способно утяжелить их клиническое течение и способствовать наступлению смерти животного. По отношению к основным заболеваниям хронический интерстициальный нефрит является заболеванием фоновым. Кроме того, у животного имелись заболевания в виде увеличения (гиперплазии) левого желудочка сердца и хронического очагового бородавчатого клапанного воспаления внутренней оболочки сердца (эндокардита), а так же телесное повреждение в виде послеоперационной раны передней брюшной стенки живота. В данном случае эти заболевания и рана являются хроническими, но в причинной связи со смертью животного не стоят и по отношению к основным заболеваниям являются сопутствующими. Само кесарево сечение не способствовало заболеванию. Выкармливание щенков могло повлиять на заболевание. При анализе предоставленного заключения он не нашел никаких признаков, которые бы свидетельствовали о том, что смерть животного наступила от введения ему наркозных препаратов. При анализе предоставленного заключения не было выявлено признаков интоксикации, характерной для эндогенного введения вещества. Также не было выявлено признаков того, что у животного развился анафилактический шок. Прямой связи между введением препарата и смертью животного не установлено. Указанные препараты могли утяжелить клиническое течение пневмонии, которая могла быть у животного. Даже в этом случае связь между введением наркоза и смертью животного является косвенной, прямой причинно-следственной связи нет. Анализируя протокол вскрытия, затруднился ответить, была ли проведена реанимация в достаточной степени, так как никаких изменений, характерных для реанимационного вмешательства, не увидел. Если бы Золетил ввели в большей дозе, то у животного были бы признаки острого отравления и признаки быстро наступившей смерти, то есть быстрая остановка сердца, чего им обнаружено не было. Затруднился ответить, жила бы собака, если бы не было операции в клинике «Мокрый нос». Не исключено, что собака умерла бы на следующий день от пневмонии, а также то, что если бы животному не дали наркоз, оно бы осталось в живых. Качественно ли проведена была операция собаке, ответить затруднился.

Допрошенный в настоящем судебном заседании специалист О. пояснил, что работает в ГБУЗ «Городская клиническая больница № 2», Ставропольском краевом клиническом диагностическом центре. Основной его задачей является осмотр пациентов, поступающих в терапевтическое, хирургическое отделение. Представителем истца ему были предоставлены протокол вскрытия, протокол операции собаки, протокол судебного заседания, заключение специалиста. Он не специалист в области ветеринарии, не может утверждать, что у собак заболевания протекают также как у людей. Собаку привели на плановую операцию, ничто не мешало ее дообследовать. Ему не известны клинические проявления данных заболеваний у собаки. Клинические проявления, выявленные на вскрытии, не могли быть выявлены при осмотре собаки. При осмотре было написано, что бронхиальных шумов не выявлено. Клинические признаки точно такие же, как у людей. Если они были в той выраженности, в которой утверждают ответчики, то у собаки должна была быть выражена дыхательная недостаточность, которая определяется по числу дыхательных движений. Полагает, что собака не была на столько больная либо первичный осмотр был произведен не достаточно компетентно, что собаку с такими заболевания взяли. Считает, что недосмотрели дыхательную историю болезни. По дыхательной системе не была проведена перкуссия, то есть постукивание по грудной клетке. Это даст возможность заподозрить плеврит, пальпация не покажет плеврита. Также пневмония выявляется притуплением звука. Если имели место быть изменения печени, то можно было перкуссией определить увеличение размеров печени. О запущенности можно узнать по тому, что поза собаки естественная. У собаки с такими заболеваниями должны быть следы истощения, нарушен стул. Нет четкого ответа на то, от чего наступает смерть при передозировке наркоза, от остановки сердца, или от остановки дыхания. Все зависит от конкретного случая. Не уверен, что предоперационная подготовка была сделана правильно. Считает, что неправильно выбран наркоз, было возможно применить местную анестезию. Есть сомнения, что препараты были правильно рассчитаны. С точки зрения медицины, реанимационные действия проведены не должным образом. Два человека не могут осуществить весь комплекс мероприятий. Есть сомнения по поводу специалиста, который делал вскрытие.

Согласно ст.137 Гражданского кодекса РФ и абз. 12 ст. 4 Федерального закона «О животном мире», к животным применяются общие правила об имуществе.

В соответствии со ст. 29 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).

Пунктом 1 ст. 35 Закона о защите прав потребителей установлено, что в случае полной или частичной утраты (повреждения) материала (вещи), принятого от потребителя, исполнитель обязан в трехдневный срок заменить его однородным материалом (вещью) аналогичного качества и по желанию потребителя изготовить изделие из однородного материала (вещи) в разумный срок, а при отсутствии однородного материала (вещи) аналогичного качества - возместить потребителю двукратную цену утраченного (поврежденного) материала (вещи), а также расходы, понесенные потребителем.

В силу ч. 1. ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст.15 Гражданского кодекса РФлицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 2 ст.15 Гражданского кодекса РФпод убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12Гражданского процессуального кодекса РФ закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из приведенных правовых норм, на истца ФИО1, в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, возлагалась обязанность представить доказательства, подтверждающие факт некачественного оказания ей ветеринарных услуг ответчиком, приведших к гибели животного, размер причиненного вреда, противоправность действий ответчика, а также наличия прямой, непосредственной причинно-следственной связи между неправомерными действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями.

Под противоправностью действий (бездействия) ответчика понимается их несоответствие закону, иным установленным нормам и правилам. Применительно к субъектам, оказывающим ветеринарную помощь, признаки противоправных действий заключаются в совершение деяний, не отвечающих полностью или частично официальным требованиям (закону, инструкциям и пр.), несоответствие оказанной услуги правилам, условиям договора или обычно предъявляемым требованиям.

Причинная связь между действием (бездействием) ответчика и наступившим вредом имеет место, если у субъекта была обязанность совершить определенное действие, существовала возможность как отрицательного, так и положительного исхода, и совершение действия могло привести к положительному исходу. Причем, в причинной связи с ненадлежащим оказанием ветеринарной помощи может состоять лишь часть неблагоприятных изменений в здоровье пациента, в то время как остальные являются следствием тяжести самого заболевания (патологии).

В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Согласно ст. 57 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

На основании ст. 59 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения дела.

Бремя доказывания было разъяснено сторонам по делу, как в ходе его подготовки, так и в судебном заседании.

На основании ст. ст.60,67 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд также дает оценку относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Сторона истца утверждает, что при оперативном вмешательстве собаке были введены препараты, которые не внесены в государственный реестр лекарственных средств для ветеринарного применения.

Согласно результатам внеплановой проверки Управления ветеринарии Ставропольского края, целью которой являлась проверка сведений, указанных в обращении гражданки ФИО1 от дата, соответствие факта обеспечения применения лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия и предоставление услуги, отвечающей требованиям безопасности ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды, соответствует законодательству РФ. Нарушений в области ветеринарии не выявлено.

Оценив представленные сторонами доказательства, показания специалистов, объяснения сторон и показания свидетелей, исследовав приложенные инструкции по применению препаратов по наркозу, суд полагает, что в судебном заседании не нашел подтверждение факт наличия прямой причинно-следственной связи между проведенными врачами ветеринарной клиники действиями и гибелью животного дата, принадлежащего ответчику.

Напротив, выводы специалистов о том, что сопутствующие заболевания, имеющиеся у животного, привели к ее гибели, подтверждаются исследованными материалами дела и пояснениями специалистов.

Аналогичным образом суд не может безусловно принять доводы стороны истца относительно недостатков качества оказанных сотрудниками ответчика ветеринарных услуг, а также недостаточных реаниматорных мероприятий в отношении собаки истца.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Х. и К. пояснили, что ими были проведены все необходимые мероприятия для восстановления дыхания животного. У суда нет оснований сомневаться в указанных показаниях свидетелей. Кроме того, в материалах дела имеется документальное подтверждение о вводимых препаратах животному, которые являются разрешенными лекарственными препаратами, их дозировках, которые, как следует из инструкций, были введены в нужном количестве.

Высказываемые в судебном заседании доводы истца о том, что сотрудником ответчика были проведены неправильные предоперационные мероприятия, а также сама операция, что подтверждает ненадлежащее качество оказанных ветеринарных услуг, не могут быть приняты судом. Как имеющееся в материалах дела заключение патологоанатома, так и пояснения специалистов в судебном заседании подтверждают, что причинно-следственная связь между наступившей гибелью собаки и введенными сотрудниками ответчика препаратами отсутствует.

Доводы стороны истца о том, что реаниматорные мероприятия по восстановлению дыхания проводило лицо, не имеющее медицинского образования, судом также не могут быть приняты во внимание, поскольку из материалов дела и из показаний свидетелей следует, что К., являющаяся учащейся 4 курса ветеринарного факультета СтГАУ, выполняла лишь указания врача Х., каких-либо самостоятельных действий не осуществляла.

Отраженное в протоколе вскрытия трупа собаки заключение о том, что смерть животного наступила вследствие остановки дыхания, подтверждено материалами дела.

Доказательств того, что собака на момент операции по грыжесечению была абсолютно здоровой, истцом не представлено.

ФИО1 имеет высшее ветеринарное образование, и как ветеринар и заводчик собак, должна была с должной осмотрительностью отнестись к проведению операции и здоровью своей собаки, чего ей сделано не было. Решение о проведении операции потребителем было принято самостоятельно, и осознано.

В силу п. 3 ст. 35Закона о защите прав потребителей исполнитель освобождается от ответственности за полную или частичную утрату (повреждение) материала (вещи), принятого им от потребителя, если потребитель предупрежден исполнителем об особых свойствах материала (вещи), которые могут повлечь за собой его полную или частичную утрату (повреждение) либо если указанные свойства материала (вещи) не могли быть обнаружены при надлежащей приемке исполнителем этого материала (вещи).

Учитывая, что доказательств, однозначно свидетельствующих о наличии в действиях сотрудников ответчика нарушений правил оказания платной ветеринарной помощи, условий договора, либо обычно применяемых требований при оказании ветеринарной помощи собаке истца при обращении дата, в судебном заседании не получено, гибель животного явилась результатом имеющихся у собаки заболеваний, вывить которые до начала операции было невозможно, истец до начала операции была предупреждена о существующих рисках, суд приходит к выводу о том, что обязательные условия к возложению на ИП ФИО3 обязанности возместить вред, причиненный истцу гибелью собаки, отсутствуют. Факт оказания ненадлежащего качества ветеринарных услуг своего подтверждения не нашел.

Суд также учитывает, что ФИО1 до начала проведения операции было разъяснено, что имеется возможность не проводить операцию, однако, именно истец дала согласие на оперативное вмешательство.

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1 у суда не имеется.

Поскольку в иске ФИО1 отказано, суд отказывает в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В исковых требованиях ФИО1 о взыскании к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате оказания платной ветеринарной услуги, по качеству не соответствующей предъявляемым требованиям, в размере 60 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя и судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Промышленный районный суд г. Ставрополя в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 23.01.2017 года.

Судья <данные изъяты> Ж.А. Пшеничная

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>