Решение № 2-397/2021 от 6 июля 2021 г. по делу № 2-397/2021

Дело № 2-397/2021

72RS0021-01-2020-003901-97

Мотивированное
решение суда

изготовлено 07 июля 2021 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июня 2021 года г. Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Басановой И.А.,

при секретаре Ктасиной Е.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

ответчика ФИО3, его представителя – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда с использованием систем видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании компенсации морального вреда, и по встречному иску Воронова Д..А. к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО5, ФИО3, в котором просит признать договор купли-продажи автотранспортного средства от 19 мая 2020 года автомобиля «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, государственный регистрационный знак Х, заключенный между ФИО1 и ФИО3 недействительным, применить последствия недействительности сделки посредством истребования из чужого незаконного владения ФИО3 обязанность вышеуказанного транспортного средства - автомобиль «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, принадлежащего на праве собственности ФИО1, а также взыскать солидарно с ФИО5, ФИО3 в свою пользу моральный вред в размере 30000 руб. 00 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6990 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб. 00 коп.

В обоснование иска истцом ФИО1 указано, что 27.04.2020 года ФИО5 с целью хищения автомобиля «Х», Хгода выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, государственный регистрационный знак Х, принадлежащего истцу ФИО1, совершил мошенничество и 18.08.2020 года Тюменским районным судом Тюменской области был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. После того как ФИО5 совершил хищение автомобиля принадлежащего истцу в период времени с 02.05.2020 года по 19.05.2020 года автомобиль «Х», Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х был им реализован (продан) неустановленному лицу. В начале июня 2020 года выяснилось, что согласно карточки учета транспортных средств автомобиль «Х» государственный регистрационный знак Х поставлен на учет 30.05.2020 года в ОГИБДД МУ МВД России по Новоуральскому ГО и МО "п.Уральский", владельцем данного транспортного средства стал ФИО3 на основании договора купли-продажи автотранспортного средства от 19.05.2020 года. Договор купли-продажи заключенный якобы между ФИО1 и ФИО3 является подложным договором купли-продажи автомобиля. ФИО1 продавать автомобиль ФИО3 не собирался и не делал этого, более того, ФИО1 никогда с ФИО3 не встречался. В связи с чем, данный договор купли-продажи между истцом и ФИО3 является недействительной сделкой и в силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий. При этом, ответчика ФИО3 нельзя признать добросовестным приобретателем, ввиду приобретения автомобиля не у собственника ФИО1 и передачу денежных средств неизвестному третьему лицу. Таким образом, ФИО3 незаконного приобрел автомобиль 19.05.00 года по договору купли-продажи транспортного средства за 295000 руб. 00 коп. у неизвестного лица. В результате неправомерных действий ответчиков истец испытывает нравственные и моральные страдания, находится в состоянии стресса, потому что не может получить автомобиль, принадлежащий ему на праве собственности, в связи с чем, полагает, что имеет право на возмещение морального вреда, который оценивает в размере 30000 руб. 00 коп.

Определением суда от 07 апреля 2021 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6

Ответчик ФИО3 возражая против заявленных исковых требований ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании компенсации морального вреда, обратился со встречным иском о признании себя добросовестным приобретателем. В обоснование встречного иска ФИО3, указал, что истцом ФИО1 совместно с ФИО5 было принято решение о продаже спорного автомобиля «Х», Х года выпуска. После выполнения ряда процедур, передача документов, СТС, ПТС, ключей, имобилайзеров, ФИО1 и ФИО5 согласовали условия продажи спорного автомобиля. В дальнейшем ФИО5 продал спорный автомобиль ФИО6, который в свою очередь в дальнейшем продал его ответчику ФИО3 Сделка по покупке спорного автомобиля была возмездной, цена автомобиля соответствовала рыночной стоимости, что подтверждается договором купли-продажи, согласно которому цена сделки составила 295000 руб. 00 коп., денежные средства продавцом были получены в полном объеме. С момента регистрации договора купли-продажи спорного автомобиля, он поступил в полное исключительное распоряжение и владение ФИО3 Добросовестность ФИО3 подтверждается тем, что на момент совершения сделки по покупке спорного автомобиля приобретатель ФИО3 не знал, не мог и не должен был знать, что отчуждатель ФИО6 по сделке неуправомочен на отчуждение имущества. На момент покупки автомобиля, продавцом были предоставлены: СТС, ПТС, копия паспорта ФИО1, ключи от автомобиля и имобилайзер. Считает, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что он (ФИО3) является добросовестным приобретателем спорного автомобиля, и просит признать себя добросовестным приобретателем автомобиля «Х», Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х, отказав в удовлетворении исковых требований ФИО1

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности Х от 23 октября 2020 года, исковые требования поддержал в полном объеме по доводам изложенным в исковом заявлении. При этом, встречные исковые требования ФИО3 не признал в полном объеме, просил встречный иск оставить без удовлетворения, полагал, что оснований для признания ФИО3 добросовестным приобретателем спорного автомобиля не имеется. Дополнительно пояснил суду, что приговором Тюменского районного суда Тюменской области от 18 августа 2020 года установлено, что автомобиль «Х», Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х выбыл из владения ФИО1 в результате совершенного в отношении него преступления со стороны ФИО5, который осужден по части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Поскольку автомобиль выбыл из владения истца на основании недействительной сделки, помимо его воли, ФИО3 не является добросовестным приобретателем, так как, приобретая автомобиль, он не предпринял меры для выяснения полномочий продавца на совершение данной сделки, не усомнился в праве продавца на отчуждение транспортного средства, не проявил должную степень разумности и осмотрительности относительно своих имущественных интересов. Также представитель пояснил суду, что истец ФИО1 не подписывал оспариваемый договор купли-продажи автотранспортного средства от 19 мая 2020 года, кроме того, ФИО1 никогда не был знаком с ФИО6 В связи с чем, просил исковые требования истца ФИО1 о признании договора купли-продажи автотранспортного средства от 19 мая 2020 года автомобиля «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, государственный регистрационный знак Х, заключенный между ФИО1 и ФИО3 недействительным, в связи с чем, также полагал, что имеются основания для истребования имущества из чужого незаконного владения.

Ответчик по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО3 и его представитель – ФИО4, действующий на основании доверенности Х от 11 декабря 2020 года, первоначальные исковые требования ФИО1 о признании договора купли-продажи автотранспортного средства от 19 мая 2020 года автомобиля «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, государственный регистрационный знак Х, заключенный между ФИО1 и ФИО3 недействительным, применении последствий недействительности сделки посредством истребования автомобиля из чужого незаконного владения ФИО3, а также взыскании морального вреда, судебных расходов и расходов по оплате услуг представителя, не признали в полном объеме, по доводам изложенным в письменных возражениях на исковое заявление; встречные исковые требования о признании ФИО3 добросовестным приобретателем спорного автомобиля поддержали в полном объеме по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении. Дополнительно представитель ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО4 пояснил, что из приговора Тюменского районного суда Тюменской области от 18 августа 2020 года следует, что ФИО1 состоял в доверительных отношениях с ФИО5 и добровольно передал ему спорный автомобиль с цель продажи, таким образом, считает, что воля ФИО1 была направлена на отчуждение спорного автомобиля. Таким образом, спорный автомобиль выбыл из владения ФИО1 по его воле поскольку совершенные им действия по передаче автомобиля, документов и ключей были осуществлены именно в целях отчуждения данного имущества. Считает, что все последующие действия, связанные с передаче транспортного средства другим лицам, были совершены в интересах собственника, в целях реализации волеизъявления ФИО1, фактически направленных на продажу автомобиля. Также дополнительно ответчик по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО3 пояснил суду, что автомобиль «Х», Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х, фактически он приобрел у ФИО6, у которого имелись следующие документы на автомобиль - это ПТС, ключи, свидетельство о регистрации транспортного средства, а также копия паспорта ФИО1 Также у ФИО6 уже имелся составленный договор купли-продажи транспортного средства от 19 мая 2020 года, где также были уже указаны в печатном виде все данные продавца ФИО1, сведения о продаваемом автомобиле, в графе "Покупатель" данные отсутствовали, однако впоследствии он (ФИО3) вписал от руки туда свои данные (Ф.И.О., паспортные данные), а также поставил свою подпись. ФИО1 при совершении сделки не присутствовал, свою подпись в договоре купли-продажи 19 мая 2020 года ФИО1 при нем не ставил, подпись продавца ФИО1 в указанном договоре уже имелась. Он ФИО3 просто сличил данную подпись в договоре с подписью ФИО1 в предоставленной ему ФИО6 паспорте на имя ФИО1. Поскольку у ФИО6 имелась копия паспорта ФИО1, он (ФИО3) полагал, что у ФИО6 имеются полномочия на совершение указанной сделки, при этом, каких-либо документов подтверждающих его право на продажу автомобиля, принадлежащего ФИО1, у ФИО6 не имелось и предоставлено не было. Денежные средства за автомобиль он передал ФИО6 в размере 295000 руб. 00 коп., однако расписка ими не составлялась. Считает себя добросовестным приобретателем, поскольку им были проверены все сведения в отношении спорного автомобиля, под арестом данный автомобиль не находился, никаких запретов не имелось, кроме того, на основании представленных им в ОГИБДД документов автомобиль был поставлен на учет. Истец ФИО1, ответчик ФИО5, третье лицо ФИО6, надлежащим образом уведомленные о месте и времени рассмотрения дела путем направления судебных извещений, а также публично, посредством размещения информации о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на официальном сайте суда (novouralsky.svd.sudrf.ru), в судебное заседание не явились. Истец ФИО1 доверил участие в деле своему представителю ФИО2, действующему на основании доверенности Х от 23 октября 2020 года. Ответчик ФИО5, третье лицо ФИО6 об уважительности причин неявки не сообщили, ходатайств об отложении судебного разбирательства либо о рассмотрении дела в свое отсутствие не заявляли. От третьего лица ФИО6 в материалах дела имеются письменные пояснения на исковое заявление, аналогичные доводам представителя ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО3 - ФИО4, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца ФИО1, ответчика ФИО5, третьего лица ФИО6

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации только собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с положениями п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав" если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

В п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав" указано, что ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу (п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав").

По смыслу данных законоположений и их разъяснений, суд, разрешая спор об истребовании имущества из чужого незаконного владения, должен установить обстоятельства, при которых это имущество выбыло из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение - по воле или помимо их воли, определить возмездность (безвозмездность) приобретения имущества, а также выяснить, знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.

Также при рассмотрении споров, связанных с истребованием недвижимого имущества из незаконного владения, необходимо учитывать правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которым приобретатель недвижимого имущества в контексте пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является добросовестным приобретателем применительно к имуществу, право на которое в установленном законом порядке зарегистрировано за отчуждателем, либо, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявил должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых мог узнать об отсутствии у последнего такого права.

Как установлено судом, ФИО1 являлся собственником автомобиля «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, государственный регистрационный знак Х.

В соответствии с договором купли-продажи от 19 мая 2020 года, подписанным от имени ФИО1 - продавца и ФИО3 - покупателя, ФИО3 приобрел в собственность указанный выше автомобиль, уплатив за него цену в размере 295000 руб. 00 коп.

Вступившим в законную силу 29 августа 2020 года приговором Тюменского районного суда Тюменской области от 18 августа 2020 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Данным приговором суда установлено, что ФИО5 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, в крупном размере при следующих обстоятельствах. 27.04.2020, в утреннее время. ФИО5 с целью хищения автомашины «Х», Х года выпуска, имеющей государственный регистрационный знак Х, принадлежащей ФИО1 стоимостью 368800 рублей, действуя умышленно, из корыстных побуждений, у д. № Х по ул. Х с. Х встретился с ранее знакомым ФИО1, который намеривался продать принадлежащий ему указанный автомобиль. Осмотрев указанный автомобиль ФИО5, реализуя свой преступный умысел используя доверительные отношения с ФИО1, возникшие в связи с продолжительным знакомством и проживанием в одном населенном пункте - с Х, путем злоупотребления доверием, убедил ФИО1 в необходимости заключения сделки по продаже вышеуказанного автомобиля, сообщив последнему заведомо ложные сведения о намерении выплаты полной стоимости автомобиля, а также о своей платежеспособности, при этом, заведомо не намереваясь произвести полный расчет за приобретаемый автомобиль. В свою очередь, ФИО1, будучи введенным в заблуждение, доверяя ФИО5, согласился на продажу вышеуказанного автомобиля. После чего, 27.04.2020 в утреннее время ФИО1 находясь вблизи д. № Х по ул. Х с. Х, будучи введенным в заблуждение о добросовестности ФИО5 как покупателя, не подозревая о его преступных намерениях, заключил с ФИО5 устный договор купли-продажи и передал ФИО5 принадлежащий ФИО1 указанный автомобиль и документы к нему: паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации транспортного средств и страховой полис. Таким образом ФИО5, 27.04.2020 в утреннее время, находясь вблизи д. № Х по ул. х, умышленно из корыстных побуждений, путем злоупотребления доверием, получил реальную возможность пользоваться указанным автомобилем, а в период времени с 04.05.2020 по 19.05.2020 распорядился им по своему усмотрению, реализовав его вблизи д. Х ул. Х неустановленному следствием лицу, причинив своими действиями ФИО1 материальный ущерб в крупном размере на сумму 368800 рублей. ФИО5 с целью сокрыть свои преступные намерения и сформировать у ФИО1 мнение об ФИО5 как добросовестном покупателе в период с 01.05.2020 по 19.05.2020 передал ФИО1 10000 рублей.

Таким образом, вступившим в законную силу приговором суда установлено, что ФИО5 путем злоупотребления доверием похитил имущество ФИО1 - автомашину «Х», Х года выпуска, имеющей государственный регистрационный знак Х. Договора купли-продажи от 19 мая 2020 года с ФИО3 истец ФИО1 не подписывал.

Кроме того, доводы представителя истца об отсутствии у истца ФИО1 воли на отчуждение данного транспортного средства согласуются и с последующими его действиями.

При этом, из пояснений ответчика ФИО3, данных им в ходе судебного заседания следует, что спорный автомобиль «Х», х года выпуска, государственный регистрационный знак Х, фактически он приобрел у ФИО6, у которого имелись документы на автомобиль: ПТС, ключи, свидетельство о регистрации транспортного средства, а также копия паспорта ФИО1 Также у ФИО6 уже имелся составленный договор купли-продажи транспортного средства от 19 мая 2020 года, где также были уже указаны в печатном виде все данные продавца ФИО1, сведения о продаваемом автомобиле, в графе "Покупатель" данные отсутствовали, однако впоследствии он (ФИО3) вписал от руки туда свои данные (Ф.И.О., паспортные данные), а также поставил свою подпись. ФИО1 при совершении сделки не присутствовал, свою подпись в договоре купли-продажи 19 мая 2020 года ФИО1 при нем не ставил, подпись продавца ФИО1 в указанном договоре уже имелась. Он ФИО3 просто сличил данную подпись в договоре с подписью ФИО1 в предоставленной ему ФИО6 паспорте на имя ФИО1. Поскольку у ФИО6 имелась копия паспорта ФИО1, он (ФИО3) полагал, что у ФИО6 имеются полномочия на совершение указанной сделки, при этом, каких-либо документов подтверждающих его право на продажу автомобиля, принадлежащего ФИО1, у ФИО6 не имелось и предоставлено не было. Денежные средства за автомобиль он передал ФИО6 в размере 295000 руб. 00 коп., однако расписка ими не составлялась. Таким образом, судом установлено, что спорный автомобиль ответчиком ФИО3 был приобретен у лица, не имеющего право его отчуждать.

Доводы ответчика ФИО3 и его представителя приведенные в судебном заседании, о том, что истец сам передал ФИО6 договор от 19 мая 2020 года, заранее им (истцом ФИО1) подписанный, не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательствами в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены.

Кроме того, суд учитывает, что вышеуказанные доводы ответчика ФИО3 по факту и обстоятельствам заключения спорного договора купли-продажи автомобиля не согласуются и противоречат исследованным судом доказательствам, имеющимся в материале дела, а именно, из представленного из ОГИБДД МУ МВД России по Новоуральскому ГО и МО «п.Уральский» по запросу суда договора купли-продажи от 19 мая 2020 года автотранспортного средства «Х», Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х, заключенного между ФИО1 и ФИО3 (л.д. 102) следует, что данный договор полностью составлен в печатном виде, каких-либо рукописных данных внесенных в данный договор не имеется.

Указанные обстоятельства не позволяют прийти к выводу о том, что действия истца ФИО1 были направлены на отчуждение вышеуказанного имущества. Оценив представленные сторонами доказательства с учетом положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что обстоятельства того, что договор заключен вопреки воле истца, неправомочным лицом и на условиях, не согласованных с истцом, подтверждены исследованными доказательствами. Оснований не соглашаться с доводами стороны истца ФИО1 о том, что транспортное средство выбыло из владения истца помимо его воли, а также в отсутствие его (истца) согласия на отчуждение спорного автомобиля, не имеется.

Таким образом, разрешая спор, руководствуясь п. 1 ст. 167, ст.ст. 168, 460 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом п.п. 35, 38, 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав", суд исходит из того, что договор купли-продажи не заключен ФИО1, спорный автомобиль выбыл из владения истца незаконно, договор купли-продажи спорного автомобиля от 19 мая 2020 года истец не подписывал, что сторонами не оспаривалось; свою волю на заключение такого договора не выражал, факт завладения имуществом истца третьим лицом в результате совершения преступления, обстоятельства которого установлены вступившим в законную силу приговором, свидетельствует о выбытии имущества из владения собственника помимо воли последнего, отсутствие подписи истца как собственника транспортного средства, в оспариваемом договоре купли-продажи, также свидетельствуют о том, что спорное имущество отчуждено лицом, не имеющим право на его отчуждение, помимо воли собственника, в связи с чем, переход права собственности на спорный автомобиль к ФИО3 основан на ничтожной сделке. Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании договора от 19 мая 2020 года недействительным, и в соответствии с положениями ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, об истребовании данного движимого имущества у ФИО3

Ответчик ФИО3, возражая против заявленных исковых требований ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании компенсации морального вреда, обратился со встречным иском о признании себя добросовестным приобретателем.

По смыслу п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Исходя из разъяснений Конституционного Суда РФ, содержащихся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 года № 6-П, в тех случаях, когда имущество, об истребовании которого предъявлен иск, находится не в обладании непосредственного нарушителя, а у последующего приобретателя, юридическое значение, исходя из положений ст. 302 ГК РФ, имеют способ выбытия этого имущества из обладания собственника либо законного владельца и характер приобретения имущества его владельцем. Истребование имущества от добросовестного приобретателя, приобретшего имущество возмездно, допускается только тогда, когда оно выбыло из владения собственника или лица, которому оно было передано собственником во владение, помимо их воли.

Выбытие имущества из владения собственника помимо его воли является основанием для истребования такого имущества от добросовестного приобретателя.

Оценивая доводы ФИО3 о том, что он (ФИО3) является добросовестным приобретателем, суд исходит из того, что автомобиль выбыл от истца ФИО1 помимо его воли по договору купли-продажи от 19 мая 2020 года, составленному от имени истца ФИО1 и ФИО3, не подписанному истцом, переход права собственности на спорный автомобиль к ответчику основан на недействительной сделке, ответчиком ФИО3, данный автомобиль был приобретен у лица (ФИО6), не имеющего право его отчуждать. Суд приходит к выводу о том, что ФИО3 не проявил должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых мог узнать об отсутствии у последнего такого права. Поскольку как пояснил в судебном заседании сам ФИО3, спорный автомобиль «Х», Х года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, он фактически приобрел у ФИО6 ФИО1 при совершении сделки не присутствовал, свою подпись в договоре купли-продажи 19 мая 2020 года ФИО1 при нем не ставил, подпись продавца ФИО1 в указанном договоре уже имелась. Он ФИО3 просто сличил данную подпись в договоре с подписью ФИО1 в предоставленной ему ФИО6 паспорте на имя ФИО1. Поскольку у ФИО6 имелась копия паспорта ФИО1, он (ФИО3) полагал, что у ФИО6 имеются полномочия на совершение указанной сделки, при этом, каких-либо документов, подтверждающих его право на продажу автомобиля, принадлежащего ФИО1, у ФИО6 не имелось и предоставлено не было. Денежные средства за автомобиль он передал ФИО6 в размере 295000 руб. 00 коп., однако расписка ими не составлялась.

Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих о добросовестном поведении ФИО3 при заключении договора купли-продажи спорного автомобиля, судом не установлено. В связи с чем, доводы относительно добросовестности приобретения ФИО3 спорного транспортного средства, с учетом анализа вышеприведенных норм права и совокупности, исследованных по делу доказательств, подлежат отклонению. На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречных исковых требований ФИО3 о признании его добросовестным приобретателем.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Разрешая, заявленные истцом ФИО1 требования требований в части взыскания компенсации морального вреда, руководствуясь ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суд исходит из того, что какие-либо неимущественные права либо нематериальные блага истца в данном случае нарушены не были, в связи с чем, оснований для удовлетворения данных требований, не имеется.

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

Судом установлено, что истцом ФИО1 в связи с рассмотрением настоящего дела были понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 6990 руб. 00 коп., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб. 00 коп., что подтверждается представленными в материалы дела квитанцией (чек-ордером) и договором об оказании юридических услуг от 20.10.2020 года.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорциональной той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с тем, что исковые требования истца удовлетворены частично, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца ФИО1 с ответчика ФИО3 расходов по оплате государственной пошлины в размере 6450 руб. 00 коп. (за требования как имущественного, так и неимущественного характера).

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п. 11 - 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

При определении размера подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, учитывая объем оказанной представителем помощи, время, затраченное им на подготовку необходимых документов, участие представителя в четырех судебных заседаниях, характер и сложность спора, объем защищаемого права и выполненной представителем работы, суд полагает отвечающим требованиям разумности расходы на оплату услуг представителя, понесенные истцом ФИО1 в сумме 15000 руб. 00 коп., для установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, что соответствует обстоятельствам дела и требованиям ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, пользу истца ФИО1 с ответчика ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи автотранспортного средства от 19 мая 2020 года автомобиля «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х, номер шасси (рамы) отсутствует, номер двигателя № Х, государственный регистрационный знак Х, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки: возложить на ФИО3 обязанность возвратить ФИО1 вышеуказанное транспортное средство - автомобиль «Х», Х года выпуска, идентификационный номер (VIN) Х.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 6450 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Встречный иск ФИО3 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, через Новоуральский городской суд Свердловской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.А. Басанова

Согласовано И.А. Басанова