Решение № 3А-6/2018 от 10 мая 2018 г. по делу № 3А-6/2018

адм. д. № 3а-6/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 мая 2018 г. г. Ростов-на-Дону

Северо-Кавказский окружной военный суд в составе:

председательствующего – судьи Тогубицкого В.А.,

при секретаре судебного заседания – Удовиченко Н.Б.,

с участием административного истца, его представителя – Фаста К.В., представителя административных ответчиков – Управления ФСБ России по <адрес> (далее – Управление) и аттестационной комиссии Управления – ФИО1, военного прокурора отдела военной прокуратуры <адрес> майора юстиции Арефьева М.С., рассмотрев в закрытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению подполковника ФИО2 об оспаривании действий аттестационной комиссии Управления и руководителя Службы организационно-кадровой работы ФСБ России (далее – Служба), связанных с порядком рассмотрения вопроса о соблюдении административным истцом требований к служебному поведению федеральных государственных служащих и увольнением его с военной службы,

у с т а н о в и л:

по заключению аттестационной комиссии Управления от 26 октября 2017 г. № 4-к сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера (далее – сведения о доходах), представленные ФИО2 за период с 2014 по 2016 гг., признаны недостоверными и неполными. Ввиду этого аттестационной комиссией рекомендовано представить ФИО2 к увольнению с военной службы в связи с утратой доверия по основанию, предусмотренному подп. «д. 1» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе».

Приказом руководителя Службы от 4 декабря 2017 г. № 942-лс ФИО2 уволен с военной службы по указанному основанию.

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором оспорил названные заключение и приказ, просил суд обязать аттестационную комиссию и руководителя Службы их отменить.

В обоснование административный истец указал, что повода для инициирования кадровым подразделением проверки полноты и достоверности представленных им сведений не имелось. Выявленные нарушения, по его мнению, являются незначительными, ввиду отсутствия последствий носят формальный характер. Вследствие необоснованности заключения аттестационной комиссии приказ об увольнении с военной службы ФИО2 считает также незаконным.

В судебном заседании административный истец и его представитель Фаст К.В. поддержали заявленные требования, просили суд их удовлетворить. При этом представитель административного истца пояснил, что в протоколе заседания комиссии отсутствуют объяснения руководителя истца – В.П.., положительно охарактеризовавшего ФИО2, а также мнение одного из членов комиссии о возможности ограничиться менее строгим дисциплинарным взысканием ввиду незначительности допущенных истцом нарушений. Оспариваемое решение принято аттестационной комиссией под давлением со стороны руководства Управления.

Неуказание истцом счета, открытого в <данные изъяты>, нарушением не является, поскольку этот счет – неотъемлемая часть <данные изъяты>, полученного в этом банке, сведения о котором указаны в разделе об обязательствах имущественного характера.

Покупка и продажа <данные изъяты> носила формальный, безденежный характер с целью оформления на имя истца государственного регистрационного знака, установленного на этом автомобиле, и последующей установки его на принадлежащий истцу автомобиль <данные изъяты>.

Вывод аттестационной комиссии о наличии в пользовании истца и членов его семьи жилого дома №, расположенного по ул. <адрес>, является необоснованным. Соседка истца - Е.В.. опрошена в конце ноября 2017 года, то есть уже после заседания аттестационной комиссии, при этом ее объяснения в протоколе относительно непроживания ФИО2 в жилом помещении, расположенном по ул. <адрес>, искажены.

Открытие 5 октября 2009 г. счета на имя супруги истца инициировано <данные изъяты> Полученная пластиковая карта ею была уничтожена и не использовалась, что подтверждается отсутствием денежного оборота по счету.

Участие супруги истца в качестве соучредителя <данные изъяты> обусловлено возможностью выезда ее в 2007-2008 гг. в Чехию. Коммерческой деятельности данное общество не осуществляло. После возвращения из заграничной поездки супруга подавала заявление об отказе от доли в уставном капитале общества.

В 2012 году супруга истца по семейным обстоятельствам отказалась от участия в коммерческой деятельности <данные изъяты> обратившись к руководителю организации с соответствующим заявлением.

После заседания аттестационной комиссии он признан военно-врачебной комиссией не годным к военной службе и мог быть уволен по состоянию здоровья.

Представитель Управления и аттестационной комиссии ФИО1, а также представитель Службы ФИО3 требования не признали. В представленных возражениях ФИО3 указал, а ФИО1 в ходе судебного заседания пояснил, что ФИО2 был ознакомлен с ограничениями, запретами и обязанностями, связанными с прохождением военной службы, предупрежден об ответственности за несоблюдение требований к служебному поведению. ФИО2 своевременно уведомили о проведении проверки относительно полноты и достоверности представленных им сведений. В результате проведенной проверки установлено, что ФИО2 не указал сведения: в отношении своего и супруги банковских счетов; о доходе, полученном от продажи автомобиля; о нахождении в пользовании его, супруги и детей земельного участка и жилого помещения, расположенного в <адрес> о наличии у супруги доли в уставном капитале <данные изъяты>

Надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания руководитель Службы своего представителя в суд не направил, что не препятствует рассмотрению дела.

Выслушав стороны, исследовав имеющиеся в деле и дополнительно представленные доказательства в их совокупности, а также заключение военного прокурора Арефьева М.С., полагавшего необходимым отказать в удовлетворении административного иска, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с требованиями ст. 20 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» установлена обязанность представления гражданскими служащими сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей. Аналогичные требования содержатся в ст. 8 Федерального закона «О противодействии коррупции» и распространяются на военнослужащих.

С этими требованиями законодательства ФИО2 был ознакомлен 24 января 2011 г.

Согласно подп. «д.1» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» (далее – Закон) военнослужащий подлежит увольнению с военной службы в связи с утратой доверия к военнослужащему со стороны должностного лица, имеющего право принимать решение о его увольнении, в случае непредставления военнослужащим сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представления заведомо недостоверных или неполных сведений.

Данное взыскание, как следует из положений ст. 51.1 Закона, применяется на основании доклада о результатах проверки, проведенной подразделением кадровой службы по профилактике коррупционных и иных правонарушений, а в случае, если доклад о результатах проверки направлялся в комиссию по соблюдению требований к служебному поведению федеральных государственных служащих и урегулированию конфликта интересов (аттестационную комиссию), - и на основании рекомендации указанной комиссии.

Эти требования закона командованием при применении к ФИО2 взыскания в виде его досрочного увольнения с военной службы соблюдены.

Судом установлено, что с декабря 2013 года ФИО2 занимал должность <данные изъяты> и на основании Указа Президента РФ от 18 мая 2009 г. № 557, приказа ФСБ России от 1 декабря 2015 г. № 699 обязан был представлять достоверные и полные сведения о доходах.

7 августа 2017 г. начальником отдела собственной безопасности Управления на имя начальника Управления представлен рапорт, согласно которому в ходе осуществления оперативно-розыскных мероприятий, проведенных по линии обеспечения собственной безопасности подразделений Управления, получена информация, свидетельствующая о возможном нарушении ФИО2 требований Федерального закона «О противодействии коррупции», представлении им недостоверной и неполной информации относительно имеющихся у него и членов его семьи в собственности или аренде объектах недвижимости, счетах в банках. В связи с этим командованию предложено провести проверку достоверности и полноты сведений о доходах, представленных ФИО2 за период с 2014 по 2016 гг.

Кадровым подразделением Управления данная информация была проанализирована и составлен доклад, на основании которого 24 августа 2017 г. начальником Управления принято решение о проведении проверки достоверности и полноты представленных ФИО2 сведений о доходах за указанный период. 25 августа 2017 г. административный истец надлежаще уведомлен о начале проверки.

Согласно докладу по результатам проверки установлено, что при заполнении сведений о доходах за период с 2014 по 2016 гг. ФИО2 не указаны сведения о банковском счете, открытом в <данные изъяты> остатки денежных средств по которому на отчетные даты составили: в <данные изъяты>

Административным истцом не указаны сведения о доходе в размере <данные изъяты> полученном в результате продажи принадлежавшего ему автомобиля <данные изъяты>.

В отношении супруги ФИО2 не представлены сведения о банковском счете, 5 октября 2009 г. открытом в <данные изъяты> общая сумма поступлений по которому в период с 2014 по 2016 гг. составила <данные изъяты>., а также данные об участии ее в деятельности коммерческих организаций <данные изъяты>.

Эти данные о наличии у ФИО2 и его супруги указанных счетов в банках, об участии супруги в деятельности коммерческих организаций, а также о доходе от продажи автомобиля в представленных истцом сведениях за период с 2014 по 2016 гг. отсутствуют.

При этом согласно выписке из банковского счета, открытого в <данные изъяты> в проверяемый период ФИО2 активно пользовался счетом, регулярно вносил на него различные денежные суммы, поэтому обязан был указать данные о нем в разделе 4. сведений о доходах. Внесение в раздел 6.2. (срочные обязательства финансового характера) данных об <данные изъяты>, равно как использование счета для получения <данные изъяты> и его погашения, от выполнения указанной обязанности ФИО2 не освобождало.

Как следует из договора купли-продажи от 19 июля 2014 г., продажа автомобиля осуществлена ФИО2 лично, при этом стоимость автомобиля составила <данные изъяты> На основании этого договора выполнены соответствующие регистрационные действия в органах ГИБДД. Данных о признании договора недействительным, применительно к положениям Гражданского кодекса РФ, истцом не представлено. С учетом изложенного указанная сумма являлась доходом и подлежала внесению истцом в раздел 1. сведений о доходах за 2014 год.

При получении пластиковой карты супруге истца было известно о наличии открытого ей 5 октября 2009 г. в <данные изъяты> банковского счета, к которому привязана карта. В соответствии с п. 1 ст. 859 ГК РФ договор банковского счета расторгается по заявлению клиента в любое время. Вместе с тем данных об обращении супруги истца в банк с заявлением о закрытии счета (или о розыске счета с указанной целью) в деле не имеется и в ходе судебного разбирательства не установлено. Уничтожение карты не свидетельствует о выполнении супругой истца действий, необходимых для закрытия счета, и, в свою очередь, не снимало с истца обязанности указать этот счет в сведениях о доходах супруги.

Участие супруги истца в качестве соучредителя в деятельности <данные изъяты> подтверждается выписками из Единого государственного реестра юридических лиц. Исходя из объяснений ФИО2 в суде, об обстоятельствах участия супруги в деятельности коммерческих организаций ему было известно. Отсутствие достоверных сведений о выходе ее из состава указанных организаций не исключало обязанности такие сведения уточнить и отразить их в разделе 5. сведений о доходах супруги.

Эти обстоятельства свидетельствуют о недостоверности и неполноте сведений о доходах, представленных ФИО2 период с 2014 по 2016 гг. В связи с этим у аттестационной комиссии имелись основания для вынесения заключения о необходимости увольнения истца с военной службы в связи с утратой доверия, а у руководителя Службы – для реализации этого заключения и увольнения его с военной службы по указанному основанию.

Данное решение принято аттестационной комиссией в соответствии с Положением о комиссиях по соблюдению требований к служебному поведению федеральных государственных служащих и урегулированию конфликта интересов, утвержденным Указом Президента РФ от 1 июля 2010 г. № 821 (далее – Положение).

Оспариваемое заключение принято аттестационной комиссией при наличии необходимого кворума. При этом аттестационной комиссией учтены характер совершенного ФИО2 правонарушения, его тяжесть, обстоятельства, при которых оно совершено, а также мнение непосредственного руководителя истца – ФИО4, положительно охарактеризовавшего истца в ходе заседания аттестационной комиссии.

Доводы об оказании давления на аттестационную комиссию со стороны руководства Управления являются несостоятельными, поскольку за принятие оспариваемого решения члены аттестационной комиссии, в составе которой участвовали также лица, не подчиненные непосредственно начальнику Управления (Н.А. – врач-педиатр, председатель профсоюзной организации; Н.И. – член президиума Краснодарской краевой общественной организации ветеранов спецслужб), проголосовали единогласно. При проведении заседания аттестационной комиссии кто-либо из членов комиссии о возникновении прямой или косвенной личной заинтересованности, способной привести к конфликту интересов, в порядке, предусмотренном п. 15 Положения, не заявлял.

Из доклада, составленного по результатам проверки представленных ФИО2 сведений о доходах, также следует, что истцом не указаны сведения о находящихся в пользовании его, супруги и детей объектах недвижимости: <данные изъяты> расположенных по адресу: <адрес> принадлежащих на праве собственности матери супруги – Л.И..

В обоснование этого вывода положены ответы из отдела полиции (<адрес>) Управления МВД России по г<адрес>; объяснения сотрудников Управления, осведомленных о фактическом месте жительства истца; результаты опроса соседей по месту его регистрации; сведения из управляющей компании, обслуживающей многоквартирный дом (по месту регистрации истца) о незначительном объеме потребленных коммунальных услуг; объяснения продавца земельного участка о непосредственном участии ФИО2 в его приобретении; указание истцом адреса данного домовладения для вызова на службу по сигналу «Сбор», а также несоответствие рыночной стоимости домовладения (<данные изъяты>) среднемесячному доходу матери супруги истца (<данные изъяты>.).

Вместе с тем частью 2 ст. 30 ЖК РФ предусмотрено, что собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании.

В соответствии с чч. 1, 2 ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

Однако данных о вселении ФИО2 с семьей в жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> и проживании в нем, применительно к положениям ст. 30, 31 ЖК РФ, в деле не имеется.

В ходе проверки и в суде сам ФИО2 утверждал, что данное домовладение принадлежит матери супруги истца, в 2014-2015 гг. находилось в стадии строительства. Постоянно семья проживает в принадлежащем ему жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес>, а у тещи бывает периодически, она помогает в воспитании его детей. В связи с этим адрес принадлежащего теще домовладения указан на службе наряду с адресом принадлежащего ему жилого помещения, расположенного по улице <адрес>.

Напротив, в материалах проверки отсутствуют и в суд не представлены объяснения сотрудников Управления о фактическом проживании ФИО2 в доме <адрес> равно как сведения из управляющей компании, свидетельствующие об этом.

Объяснения продавца земельного участка об участии ФИО2 в его приобретении (при условии, что собственником участка является мать супруги истца), а также оценка стоимости домовладения, применительно к доходам матери супруги истца, о пользовании ФИО2 данными объектами недвижимости не свидетельствуют.

Согласно ответу начальника отдела полиции на запрос Управления (от 13 октября 2017 г. № 8919) гр. С.Ю. (проживающий по адресу: <адрес>) пояснил, что в квартире <адрес> проживает пожилая женщина, которую навещают дети, собственника квартиры более трех лет в этой квартире он не видел.

Другая соседка – Е.В. как следует из отобранных у нее сотрудником Управления объяснений, сообщила, что в квартире <адрес> проживает Л.И. (теща истца), самого истца с 2014 года она видела лишь несколько раз.

Между тем приведенные объяснения С.Ю. и Е.В. касаются проживания ФИО2 в жилом помещении, расположенном по улице <адрес>, и не могут свидетельствовать о пользовании им принадлежащими матери супруги объектами недвижимости.

Ответ начальника отдела полиции от 13 октября 2017 г. № 8987 о проживании ФИО2 в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес> ничем не подтвержден, поэтому в основу вывода о пользовании ФИО2 этим жилым помещением не мог быть положен.

С учетом изложенного ссылка в заключении аттестационной комиссии на неуказание ФИО2 сведений о нахождении у него в пользовании земельного участка и жилого помещения, расположенных по адресу: <адрес>, является излишней.

Вместе с тем это обстоятельство на правильность указанного выше вывода суда не влияет, поскольку иные нарушения ФИО2 законодательства в своей совокупности свидетельствовали об утрате доверия к нему со стороны командования и позволяли аттестационной комиссии и руководителю Службы в пределах своей компетенции принять решение о применении к истцу взыскания в виде увольнения с военной службы.

Вопреки доводам ФИО2, совершенное им коррупционное правонарушение не является малозначительным. Несоблюдение законодательства о противодействии коррупции несет существенную угрозу охраняемым государством общественным отношениям. При этом наступление вредных последствий не является квалифицирующим признаком объективной стороны коррупционного правонарушения, в связи с чем отсутствие каких-либо последствий о его малозначительности не свидетельствует.

В соответствии с п. 11 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы при наличии у военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, нескольких оснований для увольнения с военной службы он увольняется по избранному им основанию, за исключением случая, когда увольнение производится по основанию, предусмотренному подп. «д. 1» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе». В связи с этим мнение ФИО2 о возможности увольнения его с военной службе по состоянию здоровья является ошибочным.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения административного искового заявления ФИО2 не имеется.

Руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации через Северо-Кавказский окружной военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу В.А. Тогубицкий