Решение № 2-1767/2020 2-1767/2020~М-1314/2020 М-1314/2020 от 22 октября 2020 г. по делу № 2-1767/2020

УИД 61RS0012-01-2020-002154-76 Дело № 2-1767/2020

Мотивированное
решение изготовлено 30.10.2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 октября 2020 года г. Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Тушиной А.В.,

с участием ст. помощника прокурора Турченко М.А.,

представителя истца ФИО1,

представителей ответчиков – ФИО2, ФИО3,

при секретаре Еременко Т.А..

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Акционерному обществу «Тандер», ФИО5 о признании несчастного случая, связанным с производством, обязании оформить акт о несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда.

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 первоначально обратилась в суд с иском к АО «Тандер», ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, указав в обоснование заявленных требований, что в период с 06.09.2018 года по 25.12.2018 года истец работала в АО «Тандер» должности продавца, а с 26.12.2018 года по настоящее время в должности старшего продавца. 06.02.2020 года истец по поручению супервайзера ФИО5, совместно с директором магазина «Магнит» ФИО6 и другими работниками АО «Тандер» на автомобиле, принадлежащем ФИО5 поехала для выполнения работы по реддизайну (выставлению товара на прилавки перед открытием) в магазин «Магнит», расположенный в г. Семикаракорск Ростовской области. При подъезде к г. Семикаракорск ФИО5 не справилась с управлением, в связи с чем, автомобиль опрокинулся в кювет. В результате произошедшего ДТП ФИО4 получила телесные повреждения в виде <данные изъяты>. и была доставлена в МУЗ «ЦРБ» Семикаракорского района Ростовской области, где находилась на стационарном лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на стационарном лечении в МУЗ «ГБСМП» г. Волгодонска. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец проходила амбулаторное лечение в МУЗ «ГБСМП» <адрес>. Согласно Акту СМО в результате ДТП ФИО4 получила телесные повреждения, повлекшие средней тяжести вред здоровью. Требования о компенсации морального вреда основаны на том обстоятельстве, что АО «Тандер» не обеспечило безопасные условия труда, что привело к получению истцом телесных повреждений, в связи с чем, она на протяжении длительного времени испытывала боль, неудобства, ограничения в свободе передвижения, не могла вести активный образ жизни, до настоящего времени продолжает передвигаться с использованием корсета, что доставляет ей не только физические, но эстетические неудобства и неизвестны последствия полученной травмы в будущем. Ответчик АО «Тандер» отказывается признавать указанный несчастный случай, связанным с производством, поскольку в оформлении Акта по форме Н-1 работодателем ей было отказано. Со ссылками на положения Федерального закона РФ от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», на ст. ст. 212, 219, 210, 220 ТК РФ, на Постановление Пленума Верховного Суда РФ №2 от 10.03.2011 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», на ч. 2 ст. 1064, 151, 1079, 1099-1101 ГК РФ истец просил суд взыскать с ответчиков солидарно в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В последствие истец, в лице представителя ФИО1, действующего на основании доверенности, в порядке ст. 39 ГПК РФ уточнил заявленные исковые требования, и окончательно просил суд признать дородно-транспортное происшествие от 06.02.2020 года несчастным случаем на производстве, обязать АО «Тандер» оформить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, и взыскать с ответчиков АО «Тандер» и ФИО5 солидарно компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, надлежащим образом извещена о месте, дате и времени судебного разбирательства, о причинах неявки суду не сообщила, обеспечила явку в суд своего представителя. Ранее в судебных заседаниях давала пояснения относительно перенесенных ей физических и нравственных страданиях в результате произошедшего ДТП 06.02.2020 года.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал исковые требования с учетом их уточнения в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении и уточнении к нему, просил их удовлетворить.

Представитель АО «Тандер» ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях, просил в иске отказать. Дополнительно пояснил, что согласно графику работы за февраль 2020 года, 05.02.2020 и 06.02.2020 года для старшего продавца ФИО8 являлись выходными днями. Никаких указаний либо поручений от должностных лиц АО «Тандер», в непосредственном подчинении которых находилась старший продавец ФИО8, о необходимости прервать выходной день и выйти на работу 06.02.2020 года в адрес ФИО8 не поступало. Ее участие в оказании практической помощи в подготовке к открытию магазина «Магнит Косметик» в г. Семикаракорск Ростовской области не требовалось. При этом согласно трудовому договору ФИО8 не находится в подчинении супервайзера ФИО5, в связи с чем, никаких поручений ФИО5 давать не уполномочена. По факту произошедшего ДТП 06.02.2020 года, АО «Тандер» было проведено служебное расследование и составлен акт от 24.02.2020 года, из которого следует, что истец ФИО8 06.02.2020 года следовала в г. Семикаракорск Ростовской области по своим личным делам в свой выходной день. Обладая информацией о том, что ее вышестоящие коллеги в этом направлении 06.02.2020 года запланирована рабочая поездка, ФИО8 самостоятельно попросила супервайзера ФИО5 довезти ее на принадлежащем ей автомобиле до г. Семикаракорск, и, исходя из личных доверительных отношений в коллективе, просьба ФИО8 была удовлетворена. Указанные обстоятельства также подтверждаются объяснениями сотрудников ФИО6, ФИО9, которые находились в автомобиле в момент произошедшего ДТП в качестве пассажиров. С учетом указанных обстоятельств, АО «Тандер» пришел к выводу, что на основании ст. 227 ТК РФ, ДТП, имевшее место 06.02.2020 года на автодороге «Волгодонск-Семикаракорск», в результате которого ФИО8 получены телесные повреждения, повлекшие средней тяжести вред здоровью, не подпадает под классификацию событий, подлежащих расследованию и учета как несчастный случай на производстве, т.к. ухудшение здоровья ФИО8 наступило не вследствие вредных или опасных производственных факторов на рабочем месте либо выполнения распоряжений (поручений) работодателя, а вследствие получения травмы и иных повреждений в быту, и нарушение трудовых прав истца ФИО8 не установлено. В настоящее время трудовые отношения между АО «Тандер» и ФИО8 прекращены по инициативе работника, в связи с подачей ФИО8 заявления об увольнении по собственному желанию. Просит в иске отказать.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени, дате и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, обеспечила явку в суд своего представителя.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании не оспаривая право истца на компенсацию морального вреда, возражала против заявленного истцом размера компенсации морального вреда, и просила при определении размера компенсации морального вреда учесть принцип разумности и справедливости, а также то обстоятельство, что после произошедшего ДТП ответчик ФИО5 оказывала материальную помощь истцу ФИО8, в виде приобретения медицинских препаратов на общую сумму 2635,00 рублей, медицинских изделий (корсета) на сумму 2940,00 рублей, оплатила услуги по предоставлению транспорта для транспортировки ФИО8 из МУЗ «ЦРБ» Семикаракорского района Ростовской области в МУЗ «ГБСМП» г. Волгодонска в размере 6299,00 рублей.

Суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке, в отсутствие не явившихся лиц, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение ст. помощника прокурора г. Волгодонска Турченко М.А., полагавшей исковые требования истца к АО «Тандер» не подлежащими удовлетворению, а исковые требования истца к ответчику ФИО5 подлежащими удовлетворению частично, с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Аналогичный подход к квалификации несчастного случая как произошедшего на производстве следует также из абз. 10 ст. 3 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", из п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 73.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" к застрахованным относится физическое лицо, получившее повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, подтвержденное в установленном порядке и повлекшее утрату профессиональной трудоспособности.

Как следует из статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

Частью 1 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации, а также пунктом 31 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях (далее - Положение), утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 73, обязанность по оформлению акта о несчастном случае на производстве по установленной форме возложена на работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком (абзац 3 части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии положениями Трудового кодекса РФ, регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьи 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по форме Н-1 по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника.

Согласно ст. 229.1 Трудового кодекса РФ несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование.

По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, смерть, полученные работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений.

Следовательно, для квалификации несчастного случая как связанного с производством необходимо установить, что событие, в результате которого ФИО4 причинен вред здоровью средней тяжести, произошло в рабочее время или в связи с выполнением последней действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершаемых в его интересах.

Судом установлено, что истец состояла с ответчиком АО «Тандер» в трудовых отношениях с 06.09.2018 года (трудовой договор №VD863-18 от 06.09.2018 года) в должности продавца в подразделении магазина «Магнит-Косметик», расположенного по адресу: <...> (л.д. 100-105), а с 13.12.2018 года на основании приказа о переводе работника на другую работу №VD1716-п от 11.12.2018 года в должности старшего продавца (л.д. 97). Как установлено в судебном заседании из пояснений представителя АО «Тандер» ФИО7, и не оспаривалось стороной истца, в настоящее время трудовые отношения между АО «Тандер» и ФИО4 прекращены по инициативе работника.

Согласно п. 1.6 трудового договора трудовые обязанности работника не связаны с выполнением тяжелых работ, работ в местностях с особыми климатическими условиями, с выполнением работ, имеющих подвижной, разъездной, в пути или иной характер работы (связанной со служебными поездками по городу).

Согласно п. 4.1.1 трудового договора работнику устанавливается гибкий режим рабочего времени, при котором начало, окончание и продолжительность рабочего дня определяются согласно графику работы рабочего времени.

В соответствии с п. 4.1.2 трудового договора Работодатель обеспечивает отработку Работником суммарного количества рабочих часов в течение учетного периода в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

Согласно п. 4.1.3. договора Работнику предоставляются выходные дни (еженедельный непрерывный отдых), продолжительностью не менее 42 часов в неделю.

Обращаясь в суд с иском, истец указала, что 06.02.2020 года, она по поручению супервайзера АО «Тандер» ФИО5 совместно с директором магазина «Магнит» ФИО6 и другими сотрудниками АО «Тандер» поехала на автомобиле, принадлежащем ФИО5, для выполнения работы по реддизайну (выставлению товара на прилавки перед открытием) в магазин «Магнит», расположенный в г. Семикаракорск Ростовской области, т.е. находилась при исполнении своих трудовых обязанностей по поручению работодателя, и в результате ДТП получила травму - <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта №656 от 21.05.2020 заведующего Волгодонским отделением ГБУ РО «БСМЭ» ФИО10 в результате ДТП истец ФИО8 получила телесные повреждения в виде: закрытого компрессионного перелома 8-го грудного позвоночника, которые квалифицированы экспертом, как повлекшие средней тяжести вред здоровью (л.д. 77-78).

24.02.2020 года ответчиком АО «Тандер» создана комиссия, проведено расследование и составлен акт по результатам служебного расследования получения истцом травмы 06.02.2020 года (л.д. 86-88).

Из вышеуказанного акта следует, что в адрес ответчика поступило заявление истца от 07.02.2020 о проведении расследования несчастного случая.

В ходе расследования получены письменные объяснения сотрудников ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО5, которые непосредственно являлись участниками ДТП 06.02.2020, и установлено, что 06.02.2020 года директор магазина «Магнит-Косметик» ФИО6 и директор магазина «Магнит-Косметик» ФИО9 на автомобиле марки <данные изъяты> под управлением водителя ФИО5 в качестве пассажиров направлялись в г. Семикаракорск в МК «Гипноз» для оказания помощи по выкладке товара, а истец ФИО8, находившаяся в автомобиле, следовала в г. Семикаракорск Ростовской области по своим личным делам, т.к. согласно табелю учета рабочего времени 06.02.2020 года у ФИО8 был выходной день (л.д. 91-95). Комиссия квалифицировала несчастный случай как не связанный с производством. В связи с тем, что травма получена не на производстве, акт по форме 1-Н не составлялся.

Судом установлено, что несчастный случай произошел в выходной день истца 06.02.2020 года. Согласно представленному ответчиком графику работы на февраль 2020 года, с которым истец ФИО8 была ознакомлена под роспись (л.д. 89), 05.02.2020 года и 06.02.2020 года у истца ФИО8 были выходные дни. Данные обстоятельства также подтверждаются табелем учета рабочего времени за февраль 2020 года (л.д. 90). 06.02.2020 года ответчик АО «Тандер» не поручал истцу выполнение какой-либо работы и не направлял ее в командировку, не предоставлял истцу свой транспорт для следования на работу.

В соответствии с паспортом транспортного средства <данные изъяты>, собственником автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № является ФИО5 (л.д. 141-142).

Из пояснений истца в ходе судебного разбирательства, следует, что 06.02.2020 она по поручению супервайзера АО «Тандер» ФИО5 поехала на автомобиле, принадлежащем лично ФИО5, в г.Семикаракорск по производственной необходимости. При подъезде к г.Семикаракорск ФИО5 не справилась с управлением, в связи с чем, автомобиль опрокинулся в кювет, и она получила травму при выполнении работы по поручению работодателя.

Представитель истца ФИО11 пояснил суду, что несчастный случай произошел с истцом при следовании на работу по поручению работодателя и 06.02.2020 года истец ФИО8 не находилась на выходном дне, поскольку график работы на февраль 2020 года был изменен работодателем, и согласно измененному графику работы 06.02.2020 года являлся для истца ФИО8 рабочим днем, с отметкой о следовании указанного работника в г. Семикаракорск.

Вместе с тем, как следует из пояснений представителя ответчика ФИО5 – ФИО3, ФИО5 06.02.2020 года поручений, связанных с выполнением какой-либо работы в интересах работодателя АО «Тандер», ФИО8 не давала. ФИО8 попросила ФИО5 довезти ее до г. Семикаракорск, она согласилась. Цель поездки ФИО8 в г. Семикаракорск ФИО5 была неизвестна.

Как следует из пояснений представителя ответчика АО «Тандер» ФИО7 никаких указаний либо поручений от должностных лиц АО «Тандер», в непосредственном подчинении которых находилась старший продавец ФИО8, а именно руководителя подразделения АО «Тандер», о необходимости прервать выходной день и выйти на работу 06.02.2020 года, в адрес ФИО8 не поступало, соответствующих приказов не издавалось. Участие ФИО8 в оказании практической помощи в подготовке к открытию магазина «Магнит Косметик» в г. Семикаракорск Ростовской области не требовалось. Согласно трудовому договору ФИО8 не находилась в подчинении супервайзера АО «Тандер» ФИО5, в связи с чем, никаких поручений ФИО5 давать не уполномочена.

Согласно п. 1.1 Должностной инструкции старшего продавца магазина «Магнит-Косметик», приобщенной АО «Тандер» к материалам дела, Работник подчиняется Руководителю подразделения (л.д. 98-99).

Согласно п.1.1 должностной инструкции супервайзера, Работник подчиняется Руководителю подразделения (л.д.145-152).

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что старший продавец магазина «Магнит-Косметик» ФИО8 не находилась в подчинении супервайзера АО «Тандер» ФИО5, следовательно, последняя не уполномочена была давать какие-либо распоряжения (поручения) работнику ФИО8, доказательств обратному стороной истца суду не представлено.

Кроме того, доводы стороны истца о том, что график работы на февраль 2020 года был изменен работодателем, и согласно измененному графику работы 06.02.2020 года являлся для истца ФИО8 рабочим днем, с отметкой о следовании указанного работника в г. Семикаракорск, суд находит несостоятельными, поскольку стороной истца, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено суду допустимых доказательств в обоснование заявленных требований.

При этом, суд полагает необходимым указать, что согласно табелю учета рабочего времени за февраль 2020 года, который составляется на основании утвержденного графика работы и фактически отработанному работником рабочего времени, 05.02.2020 года и 06.02.2020 года у ФИО8 были выходные дни.

При таких обстоятельствах происшествие, случившееся с истцом 06.02.2020 года, не может быть признано несчастным случаем на производстве.

В соответствии с частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Кроме того, суд учитывает, что истец обращалась в Государственную инспекцию труда, органы прокуратуры, указанными учреждениями на основании ее обращений были проведены проверки соблюдения АО «Тандер» трудового законодательства и иных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, и нарушений выявлено не было (л.д. 16-18, 30, 193-196).

Таким образом, с учетом установленных по делу обстоятельств на основании собранных по делу доказательств в виде материалов расследования несчастного случая, руководствуясь положениями Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", суд приходит к выводу о том, что требования истца не подтверждены материалами дела.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для удовлетворения требований истца о признании происшествия, случившегося с истцом 06.02.2020 года, несчастным случаем на производстве и об обязании работодателя составить акт по форме Н-1., а также не имеется оснований и для удовлетворения требований истца о взыскании с АО «Тандер» компенсации морального вреда.

Разрешая исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ФИО5, суд приходит к выводу, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении Семикаракорского суда Ростовской области от 08.07.2020 ФИО5 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10000 рублей.

Потерпевшей по делу об административном правонарушении является ФИО4

Постановлением суда установлено, что 06 февраля 2020г. в 10 часов 00 минут водитель автомобиля марки <данные изъяты> государственный номер № ФИО5, двигаясь на участке автомобильной дороги 1км 450м Семикаракорск-Б.Мартыновка-Красноармейский в нарушение п. 10.1 ПДД РФ, гласящего «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», допустила съезд в правый резерв дороги, с последующим опрокидыванием, нарушив п.1.5 ПДД РФ гласящего «участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда». В результате ДТП пассажиру автомобиля ФИО8 причинены телесные повреждения.

По данному факту дорожно-транспортного происшествия сотрудниками ОГИБДД ОВД по Семикаракорскому району Ростовской области было проведено административное расследование, по результатам которого в отношении ФИО5 18 июня 2020 года составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.24 ч.2 КоАП РФ.

Судом установлено, что в результате ДТП от 06.02.2020 истец ФИО4 получила телесные повреждения закрытого компрессионного перелома 8-го грудного позвоночника, которые квалифицированы экспертом как повлекшие средний тяжести вред здоровью, что подтверждается заключением эксперта Волгодонского отделения Бюро СМЭ РО № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" факт причинения потерпевшему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью предполагается, поскольку потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 1099, ст. 1101 Гражданского кодекса РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, принимая во внимание, что вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении от 08.07.2020 установлена вина ФИО5 в совершении ДТП, наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО5 и причинением вреда средней тяжести здоровью истцу ФИО4, суд приходит к выводу о наличии у ФИО4 права на компенсацию морального вреда за причинение вреда здоровью в результате ДТП.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает то обстоятельство, что в результате правонарушения был причинен здоровью вред средней тяжести, вследствие чего истцом были пережиты значительные нравственные переживания.

Суд также принимает во внимание правовую позицию Европейского суда по правам человека, в соответствии с которой "некоторые формы морального ущерба, включая эмоциональные страдания, по своей природе не всегда могут быть доказаны чем-то конкретным" (дело Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. United Kingdom, судебное решение от 28.05.1985 г., Серии A no. 94).

Учитывая изложенное, в пользу истца ФИО4 с ответчика ФИО5, безусловно, должна быть взыскана компенсация морального вреда.

Вследствие чего, оценив установленные по делу обстоятельства, учитывая обстоятельства произошедшего ДТП, характер нравственных и физических страданий, тяжесть телесных повреждений, полученных истцом ФИО4 в результате ДТП, длительность нахождения истца на лечении, характер установленных телесных повреждений, имущественное положение ответчика ФИО5, обстоятельства оказания материальной помощи потерпевшей ФИО4 со стороны ФИО5 в виде приобретения медикаментов и медицинских изделий, оплата услуг по предоставлению транспорта для транспортировки потерпевшей, а также, учитывая требования разумности при определении размера компенсации морального вреда, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ФИО5 в пользу истца ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказать.

Оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает, поскольку это приведет к нарушению принципа разумности и справедливости.

Такой размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумным и справедливым, соответствующим обстоятельствам дела и тем нравственным страданиям, которые претерпела истец.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ суд взыскивает с ответчика ФИО5 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей (за требования неимущественного характера – компенсация морального вреда).

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление ФИО4 к Акционерному обществу «Тандер», ФИО5 о признании несчастного случая, связанным с производством, обязании оформить акт о несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 к ФИО5 - отказать.

Взыскать с ФИО5 госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Исковые требования ФИО4 к Акционерному обществу «Тандер» о признании несчастного случая, связанным с производством, обязании оформить акт о несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд Ростовской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья