Апелляционное определение № 33-675/2026 от 23 марта 2026 г.

Судья Пилипчук А.А. Дело № 33-675/2026

№ 2-2336/2025

67RS0003-01-2025-001839-70


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 марта 2026 г. г. Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего (судьи) - Чеченкиной Е.А.,

судей: - Фоминой Л.А., Цветковой О.С.,

при помощнике судьи - Потапченко С.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни» о признании недействительным договора инвестиционного страхования жизни, взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни» на решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 5 ноября 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Фоминой Л.А., объяснения представителя истца ФИО2,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «РСХБ-Страхование жизни» о признании договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» № 43П280210087477 от 14 сентября 2021 г. недействительным, взыскании денежных средств в размере 1 219 347 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму долга 1 219 347 рублей, начиная с 10 октября 2023 г. до полного погашения долга, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В обоснование исковых требований указала, что договор инвестиционного страхования жизни, в соответствии с которым она внесла страховую премию в размере 2 000 000 рублей, заключен ею с ответчиком под влиянием обмана и заблуждения относительно природы договора, ввиду не предоставления последним полной и надлежащей информации об услуге, изначально она имела намерение заключить с АО «Россельхозбанк» договор банковского вклада. Сотрудником банка настойчиво было рекомендовано заключить данный договор со ссылкой на более выгодные условия, наличие гарантированного дохода и отличие от договора банковского вклада только названием договора. В последующем ей была выплачена страховая сумма в размере 780 653 рубля, в выплате гарантированного дохода отказано. В добровольном порядке возвратить денежные средства, несмотря на полученную претензию, ответчик отказался.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебное заседание не явились.

ООО «РСХБ-Страхование жизни» в письменном заявлении просило рассмотреть дело в отсутствие представителя, против удовлетворения иска возражало, поскольку истцом пропущен срок исковой давности, а также вследствие недоказанности факта заблуждения истца при заключении договора. Производные требования о взыскании процентов, штрафа, морального вреда не подлежат удовлетворению. В случае, если суд примет решение о взыскании штрафа, просило применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации со снижением этих сумм. Факт причинения истцу страховщиком морального вреда не доказан и не обоснован (т. 1 л.д. 158-179).

Третье лицо АО «Россельхозбанк» просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, представило письменный отзыв, в котором указано на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1, поскольку договор страхования соответствует действующему законодательству и при его заключении отсутствует порок воли истца (т. 1 л.д. 34-39).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора - ООО «Альфастрахование-жизнь» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства надлежаще извещался, представил письменный отзыв, в котором просил в иске отказать в связи с отсутствием оснований, рассмотреть дело в свое отсутствие (т. 3 л.д. 36).

Представители третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора - ООО СК «Росгосстрах Жизнь», ООО «СК Согаз-Жизнь», ООО «РСХБ-Финансовые консультации», УФССП России по Смоленской области в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства надлежаще извещались.

Судом определено рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 5 ноября 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, судом постановлено признать недействительным договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» № 43П280210087477 от 14 сентября 2021 г., заключенный между ФИО1 и ООО «РСХБ-Страхование жизни».

Взыскать с ООО «РСХБ-Страхование жизни» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 1 219 347 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 455 918,86 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в сумме 611 173,5 рубля.

Взыскать с ООО «РСХБ-Страхование жизни» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 34 752,65 рубля.

Не согласившись с принятым решением, ООО «РСХБ-Страхование жизни» подало апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права, просит решение суда отменить, в удовлетворении заявленного ФИО1 иска отказать (т. 3 л.д. 115-128).

В письменных возражениях на апелляционную жалобу третье лицо АО «Россельхозбанк» просит апелляционную жалобу ответчика удовлетворить (т. 3 л.д. 154-156).

Истец в письменных возражениях указал на отсутствие правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ООО «РСХБ-Страхование жизни».

Представитель истца ФИО2 доводы письменных возражений на апелляционную жалобу поддержала, дополнительно указав, ФИО1 не являлась и не является квалифицированным инвестором, не обладает специальными познаниями о том, что заключение инвестиционного договора может привести к финансовым рискам. Являясь потребителем страховых услуг, истец вправе в соответствии с Законом о защите прав потребителей отказаться от договора вследствие непредставления надлежащей информации о предмете договора и потребовать возврата денежных средств. Воспользовавшись данным правом, истец направила соответствующую претензию ответчику, однако в добровольном порядке она не была удовлетворена, в связи с чем с указанного времени удержание денежных средств являлось неправомерным.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежаще и своевременно заказными письмами с уведомлением о вручении, а также путем размещения соответствующей информации в сети «Интернет» на сайте суда.

ООО «РСХБ-Страхование жизни», заблаговременно - 19 марта 2026 г. сообщено о невозможности обеспечения участия представителя ответчика посредством системы видео-конференц-связи, что подтверждается телефонограммой.

В соответствии с частями 3, 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной коллегией определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения представителя истца, проверив законность и обоснованность решения суда, исходя из доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из письменных материалов дела, 14 сентября 2021 г. между ФИО1 и ООО «РСХБ-Страхование жизни» заключен договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» № 43П280210087477.

Согласно условиям договора на истца ФИО1 возложена обязанность оплатить страховую премию в размере 2 000 000 рублей, а ООО «РСХБ-Страхование жизни» обеспечивает страхование истца по следующим страховым рискам (пункт 4 договора):

- дожитие застрахованного лица до 28 декабря 2021 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 марта 2022 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 июня 2022 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 сентября 2022 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 декабря 2022 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 марта 2023 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 июня 2023 г.; страховая сумма - 500 рублей; до 28 сентября 2023 г.; страховая сумма - 500 рублей; дожитие до окончания срока страхования; страховая сумма - 20 000 рублей; смерть застрахованного по любой причине; страховая сумма - 20 000 рублей; смерть застрахованного от несчастного случая; страховая сумма - 2 400 000 рублей.

Согласно пунктам 5.1, 5.2 рассматриваемого договора страховая премия по договору страхования уплачивается Страхователем Страховщику в размере 2 000 000 рублей.

Выполняя данное условие договора, истцом было перечислено 2 000 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 988456 от 14 сентября 2021 г.

В силу пункта 6 договора страхования, договор страхования действует с 00 часов 00 минут 28 сентября 2021 г. до 23 часов 59 минут 28 сентября 2023 г.

В соответствии с пунктом 7 договора страхования, «период охлаждения» - 14 календарных дней со дня заключения договора (пункт 9.1.5.1. Правил страхования) устанавливается с даты заключения договора по дату, предшествующую дате вступления договора в силу, но не менее 14 дней с даты заключения договора страхования.

Выгодоприобретателем по договору страхования по соответствующему страховому риску и в соответствующей доле в выплате с согласия застрахованного лица, являются лица, поименованные в настоящем разделе договора страхования в таблице ниже. В случае, если по договору страхования по страховому риску не указаны лица, в пользу которых заключен договор страхования выгодоприобретателем по договору страхования /соответствующему страховому риску является застрахованное лицо, а в случае его смерти, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица (пункт 8 договора страхования).

Согласно пункту 10 договора страхования, дополнительный инвестиционный доход 1 выплачивается ежеквартально, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая по риску «Дожитие» (пункт 10.1). Дополнительный инвестиционный доход 2 может быть выплачен однократно, в случаях его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая по рискам «Дожитие», «Смерть по любой причине» (пункт 10.2). Порядок расчета дополнительного инвестиционного дохода 1 и дополнительного инвестиционного дохода 2 описан в Приложении 1 «Порядок начисления дополнительного инвестиционного дохода к настоящему договору страхования (пункт 10.3).

Неотъемлемой частью договора страхования являются заявление о заключении договора инвестиционного страхования жизни, Порядок начисления дополнительного инвестиционного дохода (Приложение № 1), Информация об условиях договора добровольного страхования (договора инвестиционного страхования жизни) (Приложение № 2), Правила страхования жизни № 2-ИСЖ в редакции № 3, утвержденные приказом Генерального директора страховщика от 26 июля 2021 г. № 73-ОД (пункт 11.5 договора страхования).

На основании заявлений ФИО1 ООО «РСХБ-Страхование жизни» в период действия договора страхования произвела ей страховые выплаты в соответствии со страховыми актами от 23 октября 2023 г. (т.1, л.д. 241-248, т. 2, л.д. 11-12, 14-20) на общую сумму 780 653 рубля.

2 октября 2023 г. истец ФИО1, в связи с неполучением всех страховых выплат по договору страхования, обратилась с претензией в ООО «РСХБ-Страхование жизни» и потребовала возврата уплаченной страховой премии.

В середине октября 2025 г. истец получила ответ от ООО «РСХБ-Страхование жизни» от 9 октября 2023 г. № 01-09/6687, в котором ответчик отказал истцу в претензионных требованиях.

Стороной истца в материалы дела представлено заключение ООО «ГОССТАНДАРТ» № 19/25 от 28 июля 2025 г. об экономическом анализе договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» № 43П280210087477 от 14 сентября 2021 г. (т. 2 л.д. 66-79), из выводов которого следует, что ФИО1, <дата> имеющая на дату заключения исследуемого договора, № полных лет, в силу экономической сложности договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» № 43П280210087477 от 14 сентября 2021 г., а также его специфичности и непрозрачности условий получения доходов, на момент его заключения могла не понимать его сущность, поскольку для этого необходимо обладать специальными познаниями в области финансов и биржевого дела, и понимать, что заключение договора добровольного страхования связано с инвестиционными рисками и может привести к значительным финансовым потерям.

Из заключения специалиста ООО «Госстандарт» об экономическом анализе рассматриваемого договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» следует, что представленный на анализ текст договора в количестве 4-х страниц в комплексе с одним приложением (Приложение 1 «Порядок начисления дополнительного инвестиционного дохода» на 5-ти страницах) составляет в совокупности 9 страниц текста, обладает крайне низкими коммуникативными качествами. Его форма и содержание не нацелены на донесение до читателя (страхователя) смысла устанавливаемых условий взаимодействия: шрифт и плотность расположения строк не соответствует требованиям ГОСТ Р 7.0.97-2016 «Национальный стандарт Российской Федерации. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов» (утвержден приказом Росстандарта от 8 декабря 2016 г. № 2004-ст). В связи с чем, большинством читателей не может быть прочитан без приложения зрительных усилий выше среднего и дополнительных искусственных средств увеличения текста. В частности, в исследуемом договоре имеются нарушения в части отражения подписей стороны и печати и страховщика ООО «РСХБ-Страхование жизни».

Кроме того, структура текста договора не содержит предполагаемых жанром договора традиционных разделов «Предмет договора», «Цена договора», в которых лаконично описывалось бы содержание главных параметров договорных отношений; терминологический аппарат договора очень сложен и требует разъяснений; наименование договора на первый план выводит слово «инвестиционный», ориентирующее на получение выгоды, прибыли, то есть приумножение вложенных средств.

Инвестиционное страхование жизни (ИЖС) является специализированным страховым продуктом, сложным и не совсем прозрачным продуктом. ИЖС инструмент для тех, кто хочет выйти на рынок ценных бумаг, вложив деньги на несколько лет, соответственно, страхователь, прибегнувший к инвестиционному страхованию жизни, должен понимать, что такое финансовый рынок, алгоритмы, механизм и законы поведения, должен знать и различать основные виды финансовых инструментов (ценных бумаг) различных крупных эмитентов, в том числе, эмитентов, из которых сформирована инвестиционная корзина заключаемого договора ИСЖ, а также номинальные и рыночные характеристики ценных бумаг, в виде рыночных котировок, сроков обращения, периодах проведения торгов (открытие и закрытие) и т.д. Таким образом, страхователь должен обладать существенным уровнем экономических и финансовых познаний в области биржевого дела, с целью приумножения своего личного дохода, вложенного в рисковые ценные бумаги. Он должен осознавать все следующие за этим риски потери своего дохода, но при этом частично иметь возможность воздействовать на ход обращения и торгов ценных бумаг, принимать решения о покупке или продаже ценных бумаг в которые им инвестированы свои денежные средства, иметь доступ к рынку финансовых инструментов, следить за ходом торгов, в том числе посредством визуального контроля на специализированных онлайн-ресурсах в режиме реального времени. Инвестиционное страхование жизни не предоставляет такую информацию страхователю, и не дает ему возможности по желанию закрыть такой страховой продукт, вследствие убыточности или нерациональности дальнейших торгов ценных бумаг в которые были вложены (застрахованы) его денежные средства, следовательно, заключение договора инвестиционного страхования совмещено с очень огромными рисками утраты вложенных денежных средств как для компетентного в сфере биржевого дела физического лица так и не компетентного (т. 2 л.д. 66-93).

Разрешая спор по существу, суд, руководствуясь положениями статей 421, 431, пунктом 1 статьи 934, пунктом 2 статьи 942, пунктом 1 статьи 943, Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 8, 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», Информационным письмом Центрального Банка Российской Федерации от 13 января 2021 г. № ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей», оценив представленные в материалы дела доказательства, установил, что при заключении договора инвестиционного страхования истцу ФИО1 не была предоставлена полная и достоверная информация о том, что предлагаемый сотрудником банка финансовый продукт не гарантирует получение дохода, а также не предусматривает возможность возврата средств, внесенных в качестве страховой премии, принимая во внимание условия договора, характер изложения которых обладает крайне низкими коммуникативными качествами, отсутствие у истца финансового образования, суд пришел к выводу о заключении договора вследствие заблуждения истца относительно его природы, которое было настолько существенным, что истец, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел, в связи с чем договор инвестиционного страхования жизни признал недействительным и на основании пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации применил последствия недействительности сделки в виде взыскания оставшейся части страховой премии в размере 1 219 347 рублей, исходя из следующего расчета (2 000 000 рублей - 780 653 рубля (произведенные страховщиком страховые выплаты).

Суд признал несостоятельными доводы ответчика о том, что в договоре страхования, изготовленном компьютерным способом, отражены все существенные условия договора страхования, поскольку понятия, термины и формулировки, используемые в нем, не являются общедоступными для понимания, предполагают наличие хотя бы минимальных познаний в сфере инвестирования и финансовых услуг, заключение договора страхования состоялось в здании банка его сотрудниками, действовавшими в интересах страховщика, что соответственно явствовало из обстановки и расценивалось истцом как заключение банковского вклада под выгодные проценты. Несмотря на внешне безупречное выражение ФИО1 своей воли, при заключении договора инвестиционного страхования истец добросовестно заблуждалась относительно его содержания.

Разрешая ходатайство ООО «РСХБ-Страхование жизни» о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 199, пунктами 1 и 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что ФИО1 заблуждалась относительно природы и существенных характеристик заключенной ею с ответчиком ООО «РСХБ-Страхование жизни» сделки, о сути договора она узнала только 9 октября 2023 г. из полученного ответа от АО «Россельхозбанк» на свое обращение от 2 октября 2023 г.

14 июня 2024 г. истец, в составе коллективной группы (пострадавших от незаконных действий Ответчика по аналогичным Договорам) подали коллективный иск в Хамовнический районный суд города Москвы о признании, в том числе, договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронафтика» № 43П280210087477 от 14 сентября 2021 г. (заключенного между Истцом и Ответчиком) - недействительным.

Определением Хамовнического районного суда города Москвы от 22 ноября 2024 г. по делу № 2-3197/2024 коллективный иск был оставлен без рассмотрения. 12 мая 2025 г. определением Мосгорсуда названное выше решение Хамовнического районного суда г. Москвы оставлено без изменения (дело № 33-18481/2025).

Исходя из положений статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет в период судебной защиты.

Таким образом, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной начал течь с даты - 2 октября 2023 г. и до предъявления коллективного иска в суд составил 9 месяцев 6 дней. И вновь начал течь с 12 мая 2025 г.

Таким образом, с настоящим иском, поступившим в суд 15 мая 2025 г., ФИО1 обратилась в пределах срока исковой давности, который в соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет 1 год.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», суд взыскал проценты за пользование чужими денежными средствами, исходя из того, что истец направила в адрес ответчика претензию, в которой просила признать недействительным договор инвестиционного страхования жизни и вернуть уплаченные по договору денежные средства, которая получена ответчиком 2 октября 2023 г., в этой связи проценты подлежат начислению по истечении десяти дней с 13 октября 2023 г., и по 5 ноября 2025 г. (день вынесения решения) их размер составил 455 918,86 рублей.

Поскольку признание спорной сделки недействительной не исключает возможность применения к спорным отношениям положений статей 15 и пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», судом взыскана компенсация морального вреда в сумме 10 000 рублей и штраф за отказ в добровольном порядке удовлетворить требования потребителя в размере 614 673,50 рубля.

Учитывая установленный факт нарушения ответчиком прав истца и отсутствие доказательств со стороны ответчика о несоразмерности штрафа, оснований для снижения штрафа в соответствии с положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд не усмотрел.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения и правильном применении норм процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Подпункт 3 пункта 1 статьи 32.9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», относящий страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика к одному из видов страхования, не препятствует возможности обращения в суд с требованиями о признании соответствующих сделок недействительными как совершенных под влиянием заблуждения или обмана (статьи 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в соответствии с неоднократно выраженными правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации предприниматель, действующий добросовестно, обязан принять меры, направленные на выравнивание переговорных возможностей, в частности за счет предоставления информации, необходимой для обеспечения свободы выбора потребителя (постановления от 3 апреля 2023 г. № 14-П и от 2 июля 2024 г. № 34-П). При этом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 28 декабря 2022 г. № 59-П, исполнение указанной информационной обязанности не может являться номинальным: формальное соблюдение требований закона о предоставлении потребителям доступа к информации о товарах, работах, услугах не исключает вывода о нарушении исполнителем (продавцом) требования о добросовестном поведении при заключении и исполнении гражданско-правового договора, а также об отклонении от конституционных требований о балансе прав и законных интересов сторон в правоотношениях, в том числе с учетом оценки квалификации и экономической силы сторон соответствующих правоотношений (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 сентября 2024 г. № 2429-О).

В информационном письме от 13 января 2021 г. № ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей» в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц Банк России рекомендовал страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

Вопреки доводам жалобы, принимая решение об удовлетворении иска, суд правомерно исходил из того, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты, по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, что с учетом установленных по делу обстоятельств явилось основанием для признания сделки недействительной.

Действуя в своих интересах, а не в интересах страховой компании и банка, получающего от страховщика агентское вознаграждение, осознавая последствия заключения сделки, ФИО1 не заключила бы договор инвестиционного страхования жизни, который ей фактически был навязан ответчиком, поскольку страховой тариф составляет 10 000% от страховой суммы по риску «смерть по любой причине», а получение инвестиционного дохода не гарантируется.

Данные выводы суда соответствуют правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 14-КГ24-5-К1.

Доводы жалобы о том, что до признания сделки недействительной денежные средства, уплаченные в качестве страховой премии, находились у ответчика правомерно, законных оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами не имелось, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку согласно пункту 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе, в том числе в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченных денежных средств.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец, воспользовавшись своим правом на отказ от договора, направил в адрес ответчика претензию, неисполнение которой свидетельствует о неправомерности удержания денежных средств и как следствие влечет ответственность, предусмотренную частью 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы жалобы о том, что к спорным правоотношениям не подлежат применению положения Закона о защите прав потребителей, судебная коллегия находит несостоятельными.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.

Закон о защите прав потребителей, согласно его преамбуле, регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8-12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (пункт 2 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Таким образом, Закон о защите прав потребителей применяется к любым правоотношениям, возникающим между продавцом, изготовителем, импортером, исполнителем и гражданином, заказывающим, приобретающим, использующим товары, работы, услуги или только имеющим намерение их заказать либо приобрести.

Такие отношения могут возникать до заключения договора, например, при предоставлении информации о товарах, работах, услугах потребителю, намеревающемуся их приобрести или заказать, либо при причинении вреда жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с приобретением или заказом товаров, работ, услуг, до заключения договора, а также могут продолжаться после прекращения договора, например, при применении последствий признания договора недействительным или отказа от него.

Таким образом, гражданин, заключивший для личных, семейных, домашних и иных нужд, договор личного страхования, включающий условия об инвестиционном доходе страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор, с организацией, оказывающей соответствующие услуги потребителям по возмездному договору, является потребителем страховой услуги, подпадающей как под действие норм Гражданского кодекса Российской Федерации, так и под действие Закона о защите прав потребителей, независимо от того признан ли договор недействительным.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В пункте 45 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно применил к спорным правоотношениям положения Закона о защите прав потребителей и взыскал с ответчика компенсацию морального вреда и штраф.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 марта 2024 г. № 88-КГ24-2-К8.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что правовых оснований к отмене вынесенного судом решения не имеется, апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 5 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «РСХБ-Страхование жизни» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 7 апреля 2026 г.