Решение № 2-312/2025 2-312/2025~М-261/2025 М-261/2025 от 7 сентября 2025 г. по делу № 2-312/2025

с ООО "Кольское ДРСУ" на выполнение работ по содержанию автомобильных дорог регионального или межмуниципального значения в Медвежьегорском, Пудожском, Сегежском и Беломорском районах Республики Карелия. Пунктом 8.19 контракта установлено, что подрядчик при наличии вины несет имущественную, административную и иную ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации, за последствия дорожно-транспортных происшествий, произошедших вследствие неудовлетворительных дорожных условий (за исключением дорожно-транспортных происшествий, произошедших вследствие обстоятельств непреодолимой силы), а также за факт неудовлетворительного состояния дорог и конструктивных элементов. Поскольку инцидент с ФИО1 произошел в период действия контракта, обязанность доказывать отсутствие вины и возмещать вред лежит на ООО "Кольское ДРСУ", а не на КУ РК "Управтодор РК". Следовательно, КУ РК "Управтодор РК" не является субъектом ответственности, поскольку передало эти функции подрядчику ООО "Кольское ДРСУ". В представленном ходатайстве просит рассматривать дело в отсутствие представителя.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, МУП "Водоканал" БМО просило рассмотреть дело в отсутствие представителя, указав при этом, что водосточная труба, проходящая поперек дорожного полотна по <адрес>, где, согласно материалам дела произошло падение ФИО1, в ведении МУП "Водоканал" БМО не находится.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство имущественных и земельных отношений Республики Карелия, в отзыве на исковое заявление просило рассмотреть дело в отсутствие представителя, оставив удовлетворение требований на усмотрение суда.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело при имеющейся явке.

Суд, заслушав прокурора, истца, показания свидетелей К.И.В., Т.В.Е., М.Н.В., Д.Г.И., М.К.П., изучив материалы дела, обозрев медицинскую амбулаторную карту №, медицинскую карту стационарного больного №, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 4 июля 2024 г. примерно в 13 часов 00 минут, находясь на пересечении улиц <адрес>, вследствие обвала грунта обочины, упала в канаву глубиной примерно 180 см, где расположена водопропускная труба.

В период с 8 июля 2024 г. по 12 июля 2024 г. ФИО1 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении ГБУЗ РК "Беломорская ЦРБ", с 19 июля 2024 г. по 25 декабря 2024 г. на амбулаторном лечении в поликлинике ГБУЗ РК "Беломорская ЦРБ" у врача травматолога с диагнозом № – множественные переломы голени закрытые, а именно закрытые переломы обеих лодыжек, краевой перелом заднего отдела дистального эпифиза б/берцовой кости левой голени с удовлетворительным состоянием отломков.

Обращаясь в суд с настоящим иском, прокурор указал, что падение произошло по причине обрушения грунта обочины дороги, расположенной в границах земельного участка с кадастровым номером №, правообладателем которого является <адрес>, переданного в постоянное (бессрочное) пользование КУ РК "Управтодор РК".

Отношения, возникающие в связи с использованием автомобильных дорог и осуществлением дорожной деятельности в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 8 ноября 2007 г. № 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Согласно п. 6 ст. 3 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. № 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" дорожной деятельностью признается деятельность по проектированию, строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог.

Содержание автомобильной дороги - это комплекс работ по поддержанию надлежащего технического состояния автомобильной дороги, оценке ее технического состояния, а также по организации и обеспечению безопасности дорожного движения (п. 12 ст. 3 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. № 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

При этом владельцы автомобильных дорог - это исполнительные органы государственной власти, местная администрация (исполнительно-распорядительный орган муниципального образования), физические или юридические лица, владеющие автомобильными дорогами на вещном праве в соответствии с законодательством Российской Федерации (п. 7 ст. 3 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. № 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Из акта осмотра от 24 июня 2025 г. следует, что падение истца произошло в водосточную канаву, расположенную на 3 км 600 м автомобильной дороги по <адрес>, что соответствует координатам № (т. 2 л.д. 17). Указанное место расположено в границах земельного участка с кадастровым номером №.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости правообладателем указанного земельного участка является КУ РК "Управтодор РК" на праве постоянного (бессрочного) пользования (т. 1 л.д. 33-36).

Автомобильная дорога 86 ОП 86К-399 "Автомобильная дорога по г. Беломорску" передана на основании распоряжения Правительства Республики Карелия от 1 ноября 2010 г. № 471 р-П в оперативное управление КУ РК "Управтодор РК".

В соответствии с Уставом КУ РК "Управтодор РК" собственником имущества учреждения является Республика Карелия, имущество казенного учреждения находится в собственности Республики Карелия, закреплено за учреждением на праве оперативного управления; земельные участки предоставлены казенному учреждению на праве постоянного (бессрочного) пользования; казенное учреждение создано для организации выполнения работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог и искусственных сооружений на них Республики Карелия регионального или межмуниципального значения.

Согласно п. 2 ст. 12 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

15 декабря 2021 г. между КУ РК "Управтодор РК" и ООО "Кольское ДРСУ" заключен государственный контракт № 15-э/21, согласно условиям которого ООО "Кольское ДРСУ" приняло на себя обязательства по выполнению работ по содержанию автомобильных дорог регионального или межмуниципального значения в Медвежьегорском, Пудожском, Сегежском и Беломорском районах Республики Карелия (т. 1 л.д. 146-163).

Автомобильная дорога по г. Беломорску 86 ОП РЗ 86К-398 включена в Перечень автомобильных дорог и дорожных сооружений, передаваемых на содержание ООО "Кольское ДРСУ" (т. 1 л.д. 161).

В силу абз. "е, к" подп. 1 п. 6 Приказа Минтранса России от 16 ноября 2012 г. № 402 "Об утверждении Классификации работ по капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог" в состав работ по содержанию автомобильных дорог, по полосе отвода, земляному полотну и системе водоотвода, помимо прочих, входят: срезка, подсыпка, планировка и уплотнение неукрепленных обочин дренирующим грунтом толщиной до 10 см; подсыпка, планировка и уплотнение щебеночных и гравийных обочин; устранение деформаций и повреждений на укрепленных обочинах; ликвидация последствий обвалов, осыпей, оползней и селевых потоков, другие противооползневые мероприятия.

Из материалов дела, в частности объяснения С.Д.И., мастера ООО "Петрокат плюс", от 25 апреля 2025 г. следует, что обочина на пересечении улиц <адрес> не была должным образом укреплена. Ремонт обочины был произведен 3 сентября 2024 г., поскольку обочина была заужена по причине короткой водопропускной трубы, расположенной под проезжей частью <адрес> (т. 1 л.д. 196-197).

Из представленных в материалы дела фотографий следует, что канава, в которую упала истец, не была огорожена сигнальными столбиками. Как пояснил в судебном заседании прокурор, на фотографиях изображено место падения до ремонта и после (т. 2 л.д. 21-24).

В силу п. 8.19 контракта подрядчик при наличии вины несет имущественную, административную и иную ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации, за последствия дорожно-транспортных происшествий, произошедших вследствие неудовлетворительных дорожных условий (за исключением дорожно-транспортных происшествий, произошедших вследствие обстоятельств непреодолимой силы), а также за факт неудовлетворительного состояния дорог и конструктивных элементов.

В материалы дела не представлено доказательств выполнения работ ООО "Кольское ДРСУ" по укреплению обочины, как и принятия предприятием достаточных мер к этому, что повлекло падение истца в канаву на обрушившейся обочине дороги.

Разрешая заявленные требования, суд, установив указанные выше обстоятельства, приходит к выводу, что место падения ФИО1 расположено на вышеуказанной автомобильной дороге, ответственность по содержанию которой возложена на ООО "Кольское ДРСУ", в связи с чем лицом, ответственным за причинение вреда, является ООО "Кольское ДРСУ".

Оснований для освобождения ООО "Кольское ДРСУ", в ведении которого находится автомобильная дорога и которое обязано осуществлять контроль за содержанием автомобильных дорог, от компенсации вреда вследствие ненадлежащего состояния дороги не имеется.Доводы ООО "Кольское ДРСУ" о том, что надлежащим ответчиком по делу является ООО "Петрокат плюс" в силу заключенного

№ 15-э/21-1
г. контракта
15 декабря 2021
суд находит несостоятельными.

Заключение между ответчиком ООО "Кольское ДРСУ" и ООО "Петрокат плюс" контракта само по себе не свидетельствует о переходе к ООО "Петрокат плюс" ответственности за ненадлежащее состояние автомобильной дороги в полном объеме, не освобождает ООО "Кольское ДРСУ" от осуществления соответствующего контроля, и применительно к настоящему случаю ответственность ООО "Кольское ДРСУ" является первичной по отношению к ответственности субподрядчика. В силу п. 8.20 субподрядчик (ООО "Петрокат плюс") обязан компенсировать по требованию подрядчика (ООО "Кольское ДРСУ") убытки за ущерб, включая судебные издержки, расходы, связанные с травмами или ущербом, нанесенным третьим лицам, возникшим вследствие невыполнения и/или ненадлежащего исполнения субподрядчиком (ООО "Петрокат плюс") обязательств по контракту или вследствие нарушения имущественных или иных прав, охраняемых законом. Следовательно, стороны контракта, в случае наличия претензий по его исполнению и качеству выполнения взятых на себя обязательств не лишены права разрешить указанный спор в отдельном исковом производстве. Более того, из технического задания, являющегося приложением к контракту, не следует, что ООО "Петрокат плюс" должно было осуществлять работы по укреплению, восстановлению обрушившихся обочин.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что обязанность по возмещению вреда должна быть возложена на ответчика ООО "Кольское ДРСУ", КУ РК "Управтодор РК" суд находит ненадлежащим ответчиком, в связи с чем отказывает в удовлетворении требований к указанному ответчику.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющим общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции Российской Федерации, положений ст.ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (ст.ст. 1064-1101) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Факт причинения вреда здоровью истца подтверждается материалами дела.

Так, из представленных в материалы дела выписок из ЕГИСЗ "ПроМед", выписного эпикриза, ответов на судебные запросы следует, что ФИО1 находилась на лечении в ГБУЗ РК "Беломорская ЦРБ": стационарном в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; амбулаторном в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Диагноз: № – <данные изъяты> (т. 1 л.д. 64-89, 96-127).

Согласно справке судебно-медицинского эксперта государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия "Бюро судебно-медицинской экспертизы" (Беломорское межрайонное отделение) от 8 апреля 2025 г. у ФИО1 установлена <данные изъяты>. Такая травма квалифицируется как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного его расстройства (т. 1 л.д. 90).

Ответчиками не оспаривалась тяжесть причиненного вреда здоровью истца, ходатайств о назначении судебно-медицинской экспертизы не поступало.

Учитывая, что факт причинения истцу телесных повреждений и вреда здоровью установлен, подлежат компенсации перенесенные ею моральные и нравственные страдания, выразившиеся в физической боли, переживаниях из-за полученных телесных повреждений, психологической травмой из-за причинения травмы и нарушения установленного уклада жизнедеятельности.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В судебных заседаниях истец поясняла, что 4 июля 2024 г. шла от Отделения почтовой связи (<адрес>) до дома (<адрес>). Двигалась по правой стороне <адрес> в <адрес> вдоль стадиона, шла по обочине, поскольку тротуара нет. На пересечении улиц <адрес> решила отойти в сторону, так как по автомобильной дороге ездят транспортные средства, и упала в канаву глубиной примерно 180 см. Она упала, так как край обочины был обвалившимся, ограждений и предупреждающих знаков об обрушении грунта обочины не было. 8 июля 2024 г. обратилась в больницу, где был установлен перелом левой ноги, наложен гипс. На стационарном лечении находилась 5 суток, затем проходила амбулаторное лечение на протяжении 5 месяцев. Два месяца она была обездвижена, прикована к кровати, не могла себя обслуживать, ее обслуживали родственники, знакомые, друзья, из-за этого переживала, поскольку всегда себя обслуживала сама. После того, как ей разрешили вставать, заново училась ходить, поскольку мышцы ослабли и ходить она не могла; ходила по квартире при помощи ходулей. С момента падения и по настоящее время принимает обезболивающие препараты (таблетированные, инъекции), успокоительное (валерьяну). За время лечения у нее на нервной почве ухудшилось здоровье, практически перестала видеть, обострилось заболевание – <данные изъяты>. После случившегося ее образ жизни изменился, она переживала и переживает произошедшее, болезненные ощущения в ноге имеют место по настоящее время, боится ходить одна, поскольку боится упасть; стала раздражительной. Ее угнетает состояние беспомощности, появившееся после травмы, поскольку после произошедшего и в настоящее время за ней ухаживают посторонние люди, тогда как ранее обслуживала себя сама: готовила пищу, убирала квартиру, ходила в магазин за продуктами. Сейчас без посторонней помощи она передвигаться не может. Ввиду длительного нахождения на больничном, не могла исполнять трудовую функцию, защищать права инвалидов, являясь председателем общества слепых Беломорского округа. До травмы она каждый день ходила на работу, регулярно самостоятельно ездила в командировки на поезде в г. Петрозаводск в управление Всероссийского общества слепых. Кроме того, занималась танцами, ходила на лечебную гимнастику, принимала участие во всех мероприятиях, организованных органами местного самоуправления.

Судом были допрошены свидетели К.И.В., М.К.П., Т.В.Е., М.Н.В., Д.Г.И., показавшие следующее.

К.И.В. показала, что ехала в начале июля 2024 г. на велосипеде мимо стадиона, увидела как ФИО1 упала в канаву, остановилась, чтобы помочь. Спускаясь в канаву, сама упала, поскольку грунт обрушался. Самостоятельно поднять ФИО1 из канавы не смогла. Мимо проходили и проезжали на автомобилях люди, которые откликнулись на призыв о помощи. После того, как ФИО1 достали из канавы, мужчина на машине довез ее до дома. Также указала, что является медицинским работником, ФИО1 после случившегося не находилась в ясном сознании.

М.К.П. показал, что приходится ФИО1 родственником, в день произошедшего ему позвонил знакомый, сказал, что ФИО1 упала в канаву. ФИО1 диагностировали перелом, она находилась на стационарном лечении в больнице. После того, как ее выписали из больницы, он забирал ее из больницы, на руках заносил домой. После больницы ФИО1 находилась дома, лежала, передвигаться не могла, ей привозили еду, <данные изъяты> У него с ФИО1 доверительные отношения, она жаловалась ему на боль в ноге, которая была в гипсе, на плохой сон. Когда ФИО1 нужно было на амбулаторные приемы к врачу, он с сыном на руках выносил и заносил ее домой. До произошедшего ФИО1 ходила без сопровождения, вела активный образ жизни, в настоящее время без сопровождающего ходить не может.

Т.В.Е. показала, что ей позвонила знакомая К.И.В. и сказала, что ФИО1 упала в канаву, мужчина довез ее до дома. Когда она приехала с супругом к ФИО1 последняя находилась в растерянном состоянии после падения, ей предложили поехать в больницу, но получили отказ. Ногу осмотрели, явных ран не было, нога была опухшая, наложили эластичный бинт. Три дня ФИО1 находилась дома, после обратилась в приемный покой, где диагностировали перелом левой ноги и наложили гипс. В больнице ФИО1 находилась на лечении 4-5 дней. После того, как ее выписали, ее муж с другом заносили на руках ФИО1 домой. ФИО1 дома находилась в лежачем состоянии несколько месяцев, для нее приобретали <данные изъяты>, обезболивающие препараты; каждый день, через день приносили еду. На протяжении всего времени ФИО1 чувствовала беспомощность, полагала, что доставляет людям, которые осуществляли уход за ней, хлопоты. После произошедшего у ФИО1 ухудшилось зрение, она испытала стресс из-за падения. Место падения ФИО1 она видела, никаких ограждений около канавы не было.

ФИО2 показала, что после падения ФИО1 в канаву, она с матерью Ч.Н.Г. пришла к ней домой, ФИО1 не могла встать, несколько дней ее уговаривали обратиться в больницу. После того, как ФИО1 обратилась в приемный покой, ей сделали рентген и диагностировали <данные изъяты>. <данные изъяты> На протяжении всего времени ФИО1 приносили еду, обезболивающие препараты, она жаловалась на плохое самочувствие, боль в ноге. До произошедшего ФИО1 вела активную жизнь, в настоящее время щадящий режим, уже не ходит сама в магазин, передвигается с посторонней помощью. Морально ФИО1 было очень тяжело, поскольку за ней ухаживали посторонние люди.

Д.Г.И. показала, что познакомилась с ФИО1 в декабре 2024 г., у нее левая нога была загипсована. ФИО1 не могла передвигаться по квартире, родственники приносили еду, выносили судно. Она выносила мусор, ходила за продуктами в магазин, убирала квартиру. ФИО1 говорила о том, что нога болит, отекает, повышалось давление. После того, как гипс сняли, она училась заново ходить.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью граждан", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что вред здоровью наступил в результате виновного бездействия ответчика ООО "Кольское ДРСУ", выразившегося в необеспечении безопасности при движении пешеходов, в необеспечении надлежащего состояния обочины дороги, при отсутствии тротуара. Также суд принимает во внимание индивидуальные особенности истца ФИО1 (ее возраст на момент получения травмы (75 лет), наличие уже имевшихся заболеваний (<данные изъяты>), характер полученной травмы (<данные изъяты>), которая квалифицируется как вред здоровью средней тяжести, повлекшая за собой длительное, более 5 месяцев, лечение, два из которых истец была обездвижена. Истец испытала и испытывает по настоящее время физическую боль и дискомфорт (боль при смене погоды в месте повреждения, а также отек ноги). Истец не могла вести полноценную жизнь, заниматься повседневной деятельностью, осуществлять трудовую деятельность, являясь председателем общества слепых в г. Беломорске, что также причиняло ей нравственные страдания. Обстоятельства, при которых были получены телесные повреждения (падение в яму глубиной примерно 180 см), являлись стрессовой ситуацией, влияющей на эмоциональное состояние истца. В настоящее время истец боится передвигаться одна, боится падения.

Также суд принимает во внимание, что ответчиком не предоставлено в суд доказательств того, что истец имела возможность заметить обрушение обочины, что обочина имела ограждения или предупреждающие знаки. Истец, двигаясь по улице, не могла предвидеть ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязанностей по содержанию имущества и предположить наступление негативных для себя последствий.

При таких обстоятельствах, основываясь на принципах разумности и справедливости, оценив в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства, суд взыскивает с ответчика ООО "Кольское ДРСУ" в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 250000 руб.

Определенная судом денежная сумма компенсации морального вреда соответствует требованиям ст.ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости и тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынуждена была претерпевать.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО "Кольское ДРСУ" в бюджет Беломорского муниципального округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кольское дорожное ремонтно-строительное управление" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии № №, компенсацию морального вреда в размере 250000 руб.

В удовлетворении искового заявления к казенному учреждению Республики Карелия "Управление автомобильных дорог Республики Карелия" отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кольское дорожное ремонтно-строительное управление" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в бюджет Беломорского муниципального округа государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Беломорский районный суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья К.А. Гуйдо

Мотивированное решение составлено 8 сентября 2025 г.