Решение № 2-22/2018 2-22/2018 (2-3043/2017;) ~ М-3314/2017 2-3043/2017 М-3314/2017 от 5 июня 2018 г. по делу № 2-22/2018

Дело №2-22/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Хабаровск 06 июня 2018 года

Железнодорожный районный суд г. Хабаровска в составе:

председательствующего судьи – Блажкевич О.Я.

при секретаре - Соколовой Т.В.,

с участием прокурора – Бахаревой Ю.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО1, ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница № 1» им. проф. С.И. Сергеева Министерства здравоохранения Хабаровского края о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница № 1» им. проф. С.И. Сергеева Министерства здравоохранения Хабаровского края о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, в обоснование требований указав, что обратились в суд с иском в связи со смертью супруга, отца, дедушки ФИО3, в результате некачественного оказания медицинской помощи ответчиком. ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ поступил в хирургическое отделение КГБУЗ «Краевая клиническая больница № 1» им. проф. СИ. Сергеева в плановом порядке с основным заболеванием: сахарный диабет. Синдром диабетической стопы. Сухая гангрена 1 пальца левой стопы. Фоновым заболеванием являлась ИБС, диффузный мелкоочаговый кардиосклероз, дегенеративный порок сердца; ДД.ММ.ГГГГ была проведена операция - ампутация 1 пальца с резекцией головки плюсневой кости левой стопы; послеоперационный период осложнился нагноением раны стопы, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ была проведена вторая операция - ампутация левой нижней конечности на уровне средней трети бедра. По тяжести состояния ДД.ММ.ГГГГ пациент переведен в Реанимационно-анестезиологическое отделение, состояние оставалось тяжёлым; ДД.ММ.ГГГГ в 18.00 наступила смерть. До момента обращения с настоящим исковым заявлением, ООО «СК «ДАЛЬ-РОСМЕД» организовало проведение экспертизы качества медицинской помощи (ЭКМП) по данному страховому случаю. Исходя из экспертного заключения, оказанная медицинская помощь была ненадлежащего качества, как на этапе сбора информации, так и на этапе лечения. Эксперт пришел к выводу, что адекватной терапии как основного заболевания, так и сопутствующей патологии (в том числе и не диагностированной при жизни пневмонии) не проводилось, что создало предпосылки для её декомпенсации и прогрессирования; высокая ампутация нижней конечности выполнена не обосновано, что наряду с иными дефектами лечения стало причиной декомпенсации сопутствующей патологии; отсутствие профилактики стресс-язвЖКТ (Желудочно-кишечного тракта), адекватной анальгезии в раннем послеоперационном периоде наряду с бесконтрольным применением антикоагулянтов привело к развитию желудочно-кишфного кровотечения. Все выявленные деффекты обследования и лечения привели к развитию осложнений в раннем послеоперационном периоде и способствовали наступлению неблагоприятного исхода заболевания. Указанными действиями и бездействиями медицинских работников в нарушение ст. 10 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» не обеспечено качество медицинской помощи. ФИО3 был любящим и любимым мужем, отцом и дедушкой. Не смотря на то, что между ФИО4 и ФИО3 брак был расторгнут в ДД.ММ.ГГГГ г., т.к. были проблемы в семье, они всю жизнь прожили вместе, и она считаю его своей второй половиной. В № года он в корне изменил образ жизни и свое отношение к семье. Было не только совместное проживание, но и совместная работа-врачами участковой <адрес> больницы, совместно вырастили дочь и помогали растить внучку. Совместно получили по программе переселения северян квартиру в <адрес>. Она в ДД.ММ.ГГГГ г. переехала в Хабаровск обустраивать квартиру и еще работала до ДД.ММ.ГГГГ г., а ее муж поставил для себя цель доработать до 70 лет в <адрес>, а затем переехать к семье в <адрес>. Приехал ДД.ММ.ГГГГ и весь год пытался поправить свое здоровье, что получалось с большим трудом. Для них он был и останется навсегда замечательным отцом и дедушкой, помогал материально и морально во всех жизненных ситуациях, очень любил жизнь. Это был добрейший человек. Общение с ним доставляло удовольствие нам всем.

Просят взыскать с ответчика компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека, в результате некачественно оказанной медицинской помощи, в размере 1 <данные изъяты> рублей в пользу ФИО4, в размере <данные изъяты>,00 рублей в пользу ФИО1, в размере <данные изъяты> рублей в пользу ФИО2; в пользу ФИО4 расходы на погребение в размере <данные изъяты>.

Определением суда от 11.10.2017 года в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Страховая компания «Даль-Росмед».

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности ФИО5 исковые требования с учетом дополнительных письменных пояснений поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении.

В судебном заседании представители ответчика ФИО11, ФИО12 возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменном отзыве, заключение судебно-медицинской экспертизы не оспаривали. В удовлетворении исковых требований просили истцам отказать.

В судебное заседание не явились истцы ФИО4, ФИО1, ФИО2, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном законом порядке (ст.113 ГПК РФ), об отложении разбирательства по делу не просили, согласно письменного заявления просят рассмотреть дело в их отсутствие, в связи с чем суд, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие данных лиц.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, о времени и месте судебного заседания третье лицо извещено в установленном законом порядке, согласно письменного ходатайства просит рассмотреть дело в отсутствие представителя данного лица, в связи с чем суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дел в отсутствие представителя третьего лица.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО13 суду пояснил, что работает в должности сосудистого хирурга ККБ №, ФИО3 известен ему как пациент по заболеванию атеросклероз, проходил лечение в ДД.ММ.ГГГГ г., был госпитализирован в их отделение с окклюзией бедренных артерий, атеросклерозом. Первая госпитализация с ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ На момент поступления ДД.ММ.ГГГГ пациент был обследован, диагноз окклюзии бедренных артерий полностью подтвержден и ДД.ММ.ГГГГ выполнено бедренное шунтирование справа, был восстановлен кровоток правой нижней конечности. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пациент находился в отделении сосудистой хирургии с диагнозом: атеросклероз сонных артерий и ДД.ММ.ГГГГ ему была проведена операция, у него был мультифакальный атеросклероз. Одномоментно данные операции выполняться не могут. Был восстановлен магистральный кровоток в левой сонной артерии, больной выписан в удовлетворительном состоянии. Левая бедренная артерия была тоже закрыта, но эти операции не возможно выполнить одновременно. Выполняется одна из них. Пациенту были даны рекомендации по необходимости дальнейшего хирургического вмешательства. Врач обязан разъяснять пациенту о возможных последствиях в случаях не проведения лечении, если пациент отказывается от предложенной врачом операции, то об этом указывается в истории болезни.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 суду пояснил, что работает в должности врача хирурга ККБ №, ФИО3 он лежал в отделении с 10 по ДД.ММ.ГГГГ, он был его лечащим врачом. ФИО3 поступил с диагнозом: сахарный диабет 2 тип на фоне этого ХПН, макроангиапатия, синдром диабетической стопы, некроз первого пальца левой стопы, атеросклероз левой бедренной артерии, ишемическая болезнь 4 степени, ИБС перенесенный инфаркт, аритмия, атеросклероз коронарных артерий. Был госпитализирован ДД.ММ.ГГГГ в связи с сахарным диабетом декомпенсации гангрена первого пальца левой стопы, хронический остеомиелит, ранее находился в сосудистом отделении с атеросклерозом левой безведренной артерии. Ему делался рентгеновский снимок, о том что есть хронический остеомиелит фаланги первого пальца, сахарный профиль, общий анализ крови, УЗДГ и протокол санации бедренной артерии прилагался с историей болезни из сосудистого отделения. Выполнялась ампутация первого пальца левой стопы в связи с гангреной. Возможности консервативного лечения не было. В послеоперационном периоде рана не затягивалось, было инфицирование из-за того, что сосуды не кровоснабжались, все пошло на стопу. Вторая операция по ампутации левой нижней конечности на уровне средней третьей левого бедра. Было выбрано местное лечение: антибактериальная терапия, оценивалась тяжесть поражений; при назначении лечения по предотвращению распространения гангрены руководствовался национальным руководством по сахарному диабету, по атеросклерозу сосудов. Были все признаки того, что ткани не кровоснабжаются, питание тканей нет, местное лечение не эффективно, показания для ампутации. Прежде, чем принимать решение по ампутации, у них по понедельникам обход с заведующим отделения и с главным хирургом, ФИО3 был осмотрен и принято решение по ампутации, так как консервативное лечение не эффективно. После ампутации он получал местное лечение перевязки, антибактериальную терапию. ДД.ММ.ГГГГ наступили признаки желудочно-кишечного кровотечения, делали ФГДС, были определены острые язвы желудка и двенадцатиперстной кишки, выполнен инъекционный гемостаз, вызван реаниматолог для перевода в РАО. Он был осмотрен реаниматологом, даны рекомендации. В 8.10 была планерка, он узнал о кровотечении от дежурного врача на планерке. Он вызывал реаниматолога оценить тяжесть состояния ФИО3 для дальнейшей госпитализации в РАО, реаниматолог его посмотрел, дал рекомендации о том, что больной нуждается в лечении в хирургии, а не в реанимационном отделении и даны рекомендации по противоязвенной терапии. Первая помощь пациенту была оказана сразу после ФГДС, затем состояние больного ухудшалось, было низкое давление, был вызван невролог и кардиолог, были даны рекомендации. Затем состояние ухудшалось, нестабильная гемодинамика, спустя час был повторно вызван реаниматолог. Проводилась заместительная терапия. Реаниматолог оценил тяжесть состояния и перевел больного в РАО, пациент наблюдался в РАО, смерть возникла через 40-50 мин. Руководствовался стандартом оказания помощи при язвенной болезни желудка осложненное кровотечением, на ФГДС создали инъекционный гемостаз, остановили кровотечение. Если операция была бы не проведена, была бы угроза жизни, никакие препараты не повлияют на гангрену.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО15 суду пояснил, что

работает в должности врача - сосудистого хирурга ККБ №, пациент ФИО3 находился на лечении в отделении в ДД.ММ.ГГГГ г. в осенне-зимний период с заболеванием: хронический атеросклероз с нарушением кровообращения в нижних конечностях. Он являлся лечащим врачом, первый раз проводилась консервативная терапия, второй раз проводилась операция по восстановлению кровообращения в левой нижней конечности. Правая была оперирована ранее, но лечащим врачом он не являлся. Данный пациент лежал в отделении дважды. После дообследования решили попытаться провести восстановительную операцию по восстановлению кровообращения в левой нижней конечности, планируемый объем операций выполнен не был, в связи с выраженным атеросклерозом у больного и тотальным поражением всех сосудов левой нижней конечности, что не представляет возможности выполнить протезирование или шунтирование для кровоснабжения конечности. Оперировал заведующий отделением. Больному проведен полный перечень обследования для выполнения операций, отсутствовал язвенный анамнез, и жалобы со стороны желудочно-кишечного тракта перед операцией ФГДС не проводилось, был сахарный диабет, тяжелое течение, трофическое расстройство стопы характерное для этого. После операции продолжена консервативная терапия сосудистыми препаратами с незначительной положительной динамикой, уменьшении болевого синдрома в удовлетворительном состоянии был выписан. При выписке у больного сохранялся некроз пальца левой стопы, больной был выписан под наблюдение хирурга в поликлинике по месту жительства, но так как больной сам являлся врачом, коллеги не отпуская его домой, положили в отделение.

Выслушав представителей сторон, свидетелей, заключение прокурора ФИО9, полагавшей, что требования в части компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, в части расходов на погребение – отказу в удовлетворении; изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

На основании Конституции РФ в Российской Федерации охраняется здоровье людей (ч.2 ст.7); каждый имеет право на охрану здоровья и качественную медицинскую помощь (ч.1 ст. 41).

Согласно п.3 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее – Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ) медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (п.1); приоритет интересов пациента при оказание медицинской помощи (п.2); доступность и качество медицинской помощи (п.6).

В соответствии с пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

На основании пункта 2 статьи 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии со статьей 66 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, в случаях причинения вреда здоровью граждан виновные обязаны возместить потерпевшим ущерб в объеме и порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Положения ч. 3 ст. 98 данного Закона устанавливают, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Из содержания п. 4 Методических рекомендаций «О возмещении вреда (ущерба) застрахованным в случае оказания некачественной медицинской помощи в рамках программы обязательного медицинского страхования», разработанных Федеральным фондом обязательного медицинского страхования, утвержденных 27.04.1998 года, существуют следующие виды нарушений при оказании медицинской и лекарственной помощи застрахованным - оказание застрахованному медицинской помощи ненадлежащего качества, а именно необоснованное (без достаточных показаний или при наличии противопоказаний) проведение диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий, приведшие к диагностической ошибке, выбору ошибочной тактики лечения, ухудшению состояния пациента, осложнению течения заболевания или удлинению сроков лечения, а также к осложнениям после медицинских манипуляций, процедур, операций, инструментальных вмешательств, инфузий и т.д., связанным с дефектами их выполнения или недоучетом противопоказаний.

Согласно пунктам 5 - 9 вышеуказанных Методических рекомендаций, при некачественном оказании медицинской помощи подлежит возмещению вред (ущерб) - это реальный ущерб, причиненный жизни, здоровью застрахованного, а также упущенная им выгода, связанные с действием или бездействием работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) при оказании медицинской и (или) лекарственной помощи и подлежащие возмещению. При этом, вред (ущерб) может быть материальный и моральный. При этом, материальный и моральный ущерб подлежит возмещению в соответствии с нормами Гражданского Кодекса РФ

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы, для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из смысла указанных норм права следует, что для применения предусмотренной ими ответственности необходимо наличие состава правонарушения, который включает в себя наличие вреда и доказанность его размера, противоправность действий и вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями ответчиков и возникшими у истцов неблагоприятными последствиями.

В соответствии со ст. 1098 ГК РФ исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Основания компенсации морального вреда предусмотрены ст. 1099, ст. 1100 ГК РФ.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, с учетом степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно положениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствия своей вины.

Как следует из п. 32 данного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. N 1, причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, следовательно, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 ноября 2014 года N 27-П, когда речь идет о смерти человека, не ставится под сомнение реальность страданий членов его семьи. Это тем более существенно в ситуации, когда супруг или близкий родственник имеет подозрение, что к гибели его близкого человека привела несвоевременная или некачественно оказанная учреждением здравоохранения медицинская помощь.

Между тем, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия прямой причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента.

Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в статье 19 Конституции РФ и статье 6 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Требования о компенсации морального вреда заявлены в связи со смертью ФИО3, который умерДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» имени проф. С.И. Сергеева министерства здравоохранения Хабаровского края в период нахождения на стационарном лечении.

ФИО4 является бывшей супругой ФИО3 (брак расторгнут ДД.ММ.ГГГГ). ФИО1 приходится дочерью умершего, ФИО2 – его внучкой.

Судом установлено и следует их материалов дела, что смерть ФИО3 наступила в период его нахождения на лечении в хирургическом отделении КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» им. проф. ФИО10 министерства здравоохранения Хабаровского края с ДД.ММ.ГГГГ по день его смерти, ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно протокола патологического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на основании данных медицинской документации, патологического исследования, установлено, что больной ФИО3 страдал тяжелой формой сахарного диабета 2 типа с развитой декомпенсацией, гангрены левой стопы, усугубившие впоследствии проведение двух операций с ампутацией средней трети левого бедра. Болезнь протекала на фоне ИБС, мелкоочагового кардиосклероза с развитием хронической сердечно-сосудистой недостаточности, вызвавшей декомпенсацию сердечной деятельности с развитием отека легкого и головного мозга, обусловившего смерть больного. Случай трактуется как совпадение клинического и патологоанатомического диагнозов.

В связи со смертью родственника, ФИО4 обратилась в ООО «Страховая компания «Даль-Росмед» по вопросу проверки качества медицинской помощи, оказанной ФИО3. На основании выводов эксперта данной организации, изложенных в акте экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и выявивших дефекты оказания медицинской помощи, истцы обратились в суд с вышеуказанными требованиями, полагая, что в результате некачественно оказанной медицинской помощи ФИО3 в период его нахождения в хирургическом отделении КГБУЗ ККБ № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть последнего.

В судебном заседании представитель истцов ФИО5 подтвердила, что истцы оспаривают качество оказания медицинской помощи ФИО3 в период его нахождения в хирургическом отделении КГБУЗ ККБ № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в результате чего наступила его смерть.

Проверяя качество оказанной ФИО3 медицинской помощи медицинскими работниками КГБУЗ ККБ № в спорный период времени, судом установлено следующее.

В ДД.ММ.ГГГГ годах ФИО3 находился на стационарном лечении в эндокринологическом, хирургическом отделениях, отделении сосудистой хирургии КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» имени проф. С.И. Сергеева министерства здравоохранения Хабаровского края (далее – КГБУЗ ККБ №1):

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в эндокринологическом отделении с диагнозом : сахарный диабет 2 типа. Диабетическая микроангиопатия: нефропатия. ХБП С-2. Диабетическая нейропатия симметричная, дистальная, моторная, стадия клинических проявлений. ИБС: дегенеративный порок сердца. Аортальный стеноз 2 <адрес> МК3 ст.СПО: имплантация ИВР в режиме ДДД (2013), пароксизмальная форма фибрилляции предсердий. ХНС 2А, ФК 2.Хроническая ишемическая болезнь головного мозга 2 ст., хроническое облитерирующее заболевание артерий нижних конечностей. НК 2б. Атеросклероз: стеноз ВСА слева 70%. Артериальная гипертензия 3 ст. риск 4. Дислипидемия.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отделении сосудистой хирургии с диагнозом: атеросклероз: стеноз сонных артерий. ИБС дегенеративный порок сердца. Аортальный стеноз 2 <адрес> МК 3 ст. СПО имплантация ИВР в режиме ДДД (2013). Пароксимальная форма ибриляции предсердий, ХСН 2А, ФК 2. Артериальная гипертония 3 ст., риск 4. ДД.ММ.ГГГГ выполнена операция: каротидная эндартеректомия слева с вшиванием синтетической заплаты «васкутек». Восстановлен магистральный кровоток в левой сонной артерии.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отделении сосудистой хирургии ФИО3 в плановом порядке выполнена операция: бедренно-беденное шунтирование справа, дренирование. Магистральный кровоток бедренной артерии восстановлен, показанием для оперативного вмешательства явилась критическая ишемия правой нижней конечности (оклюзия поверхностной бедренной артерии справа). Рекомендована повторная госпитализация для решения вопроса о реконструктивной операции на левой нижней конечности через 2-3 месяца.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отделении сосудистой хирургии, куда ФИО3 поступил с жалобами на боли в левой ноге при ходьбе до 150 м, онемение и зябкость стопы слева, почернение первого пальца левой стопы с ДД.ММ.ГГГГ года. В отделении проводиласт комплексная, консервативная терапия, направленная на улучшение микроциркуляции, перифирического кровотока и реологии крови. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в хирургическом отделении проходил лечение с диагнозом: облитерирующий атеросклероз артерий нижних конечностей. Окклюзия ПБА слева. Субокклюзия ГБА слева. Сухая гангрена 1 п. левой стопы. ХАН – 4 ст. ИБС: постоянная форма фибрилляций предсердий ППС: дегенеративный порок сердца:аортальный стеноз 2 ст., митральная недостаточность 3 ст. ИВР (2013). Гипертоничекая болезнь 3 ст., риск 4. Сахарный диабет 2 типа, субкомпенсация. ДД.ММ.ГГГГ ангиохирург рекомендует решение вопроса об оперативном лечении в условиях отделения сосудистой хирургии ККБ №.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отделении сосудистой хирургии поступил с жалобами на боли в ногах, особенно слева при ходьбе до 100 м, онемение и зябкость стоп, головокружение. Болевой синдром в ногах усилился больше слева. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 направлен на ФГДС, котрое без объяснения причин не проводится.ДД.ММ.ГГГГ проведена ангиография, подтверждена окклюзия поверхностной бедренной артерии от устья до средней трети. ДД.ММ.ГГГГ выполнена ревизия левой бедренной артерии и подвздошных артерий слева, выявлен выраженный атерокальциноз подвздошной и бедренной артерии. От реконструктивной операции решено было отказаться. Была показана ампутация левой нижней конечности, наиболее вероятно на уровне средней трети бедра. Данное состояние не являлось показанием для экстренной или срочной ампутации конечности, то есть могла быть отсрочена, но не предотвратима.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился на лечении в хирургическом отделении КГБУЗ ККБ №, куда госпитализирован в плановом порядке с диагнозом : сахарный диабет, 2 тип, сухая гангрена 1 пальца левой стопы, синдром диабитической стопы.

Окончательный диагноз, который имел ФИО3: «<данные изъяты>. Проведена ДД.ММ.ГГГГ операция: ампутация 1-го пальца с резекцией головки и плюсневой кости левой стопы, ДД.ММ.ГГГГ операция – ампутация левой нижней конечности на уровне с/3 бедра.

Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью представленных по делу доказательств: медицинскими картами стационарного больного №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, амбулаторной картой№, медицинской картой пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №.

С целью установления причинно-следственной связи между заболеванием, лечением и смертью пациента ФИО3, действием (бездействием) медицинских работников КГБУЗ ККБ №, определением Железнодорожного районного суда г.Хабаровска от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комиссионная судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ АО «Амурское бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, проводивших комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, по период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ следует, что показаниями для ампутации 1 пальца левой стопы ФИО3 (проведена ДД.ММ.ГГГГ) явился некроз. В послеоперационном периоде отсутствовало ежедневное динамическое наблюдение за состоянием пациента, отсутствует обоснование показаний к высокой ампутации левой нижней конечности, отсутствует гистологическое исследование ампутированной левой нижней конечности. Все эти дефекты затрудняют оценку клинической ситуации. Эксперты пришли к выводу, что показанием для высокой ампутации было прогрессирование ишемических изменений левой нижней конечности и угроза развития влажной гангрены, то есть ампутация была обоснована. Показания к ампутации имелись и ранее, однако отсрочка была связана с желанием медицинских работников использовать все возможности для сохранения пациенту левой нижней конечности как можно более длительное время. Учитывая состояние кровотока в левой ноге, множество тяжелых заболеваний, ампутация была неизбежна.

Кроме того, эксперты отмечают, что не выполнялась фибpогacтpoдyoдeнocкoпия в период лечения в стационаре с 10.01.2017г по 24.01 2017г с целью диагностики и профилактики стресс-язв ЖКТ. Данное исследование обязательно и является стандартом у данной категорий больных. В результате не выполнялась профилактика острого повреждения желудка несмотря на сопутствующую патологию: ишемия тканей в результате атеросклероза, сахарного диабета. Не определена дальнейшая тактика ведения больного, нет обоснований для консервативного или оперативного ведения пациента с неустойчивым гемостазом после кровотечения. Нет записи о тактике ведения больного с высоким риском рецидива кровотечения. Отказ от оперативного лечения пациента не получил обоснования в представленной медицинской карте.

Эксперты отмечают, что у ФИО3 имелось системное необратимое поражение артериального русла, в результате которого было нарушено кровоснабжение всего организма (в разной степени). Подобные изменения затронули головной мозг (из-за стеноза сонных артерий и атеросклероза церебральных сосудов), сердца (атеросклероз аорты, коронарных артерий), органов желудочно-кишечного тракта, почек, а так же обе нижние конечности. Острые (или стрессовые) изъязвления слизистой оболочки органов ЖКТ часто возникают у больных с тяжелыми заболеваниями после хирургических вмешательств, особенно часто у больных на фоне тяжелой сердечно-сосудистой дыхательной, почечной недостаточности. Характерная особенность этих поражений -острое развитие; дальнейшая динамика обусловлена в первую очередь характером и тяжестью основной патологии. Острые эрозии и язвы. ЖКТ нередко осложняются кровотечением или перфорацией, отягощая и без того тяжелое состояние пациентов, вплоть до гибели. Общая летальность при осложненных острых язвах и эрозиях пищеварительного тракта остается очень высокой и колеблется от 35 до 95%.

Все вышеуказанные изменения в органах и системах организма ФИО3 были правильно диагностированы. В ДД.ММ.ГГГГ года в плане лечения сахарного диабета была скорректирована инсулинотерапия, отмечено несоблюдение пациентом диеты, однако, даже при компенсированных показателях уровня глюкозы в крови с ДД.ММ.ГГГГ года, осложнения сахарного диабета, возникшие гораздо раньше и имеющие необратимое течение, отрицательно влияли на его состояние и прогноз, как для здоровья, так и для жизни.

Кроме того, эксперты отмечают следующие дефекты оказания медицинской помощи:

Из дефектов оказания медицинской помощи в период ДД.ММ.ГГГГ года отмечается отсутствие запланированного эндоскопического исследования (ФГДС ДД.ММ.ГГГГ), что позволило бы выявить изменения в двенадцатиперстной кишке при их наличии;

За время пребывания в хирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- в послеоперационном периоде (с ДД.ММ.ГГГГ) отсутствовало ежедневноединамическое наблюдение за состоянием пациента;

- отсутствует обоснование показаний к высокой ампутации левой нижней конечности;-отсутствует гистологическое исследование ампутированной левой нижней конечности.

- не выполнялась фиброгастродуоденоскопия в период лечения в стационаре с цельюдиагностики и профилактики стресс-язв ЖКТ. Данное исследование обязательно иявляется стандартом у данной категории больных. В результате не выполняласьпрофилактика острого повреждения ЖКТ, несмотря на сопутствующую патологию: ишемиятканей в результате атеросклероза, сахарного диабета.

-не определена дальнейшая тактика ведения больного, нет обоснований для консервативного или оперативного ведения пациента с неустойчивым гемостазом после кровотечения.

Эксперты отмечают также отсутствие исследования двенадцатиперстной кишки при патологоанатомическом исследовании трупа гр. ФИО3

Смерть гр. ФИО3 наступила от сахарного диабета, генерализованной формы атеросклероза и закономерных осложнений (диабетическая микро- и макроангиопатия, хроническая болезнь почек С-2, диабетическая нейропатия, ИБС: дегенеративный порок сердца, пароксизмальная форма фибрилляции предсердий, хроническая ишемическая болезнь головного мозга, хроническое облитерирующее заболевание артерий нижних конечностей, артериальная гипертензия, острые стрессовые язвы желудка и двенадцатиперстной кишки, осложнившиеся желудочно-кишечным кровотечением (анемия средней степени), что привело к декомпенсации состояния, развитию полиорганной недостаточности и наступлению смерти ФИО17

Прямой причинной связи между вышеперечисленными дефектами оказания медицинской помощи гр-ну ФИО3 и наступлением его смерти не имеется, так как основным явились тяжесть и характер основного заболевания и его закономерных осложнений, что привело к отсутствию эффекта оказываемой медицинской помощи.

Эксперты отмечают, что неэффективность терапии обусловлена тяжелым повреждением органов и систем, вызвавшим быстро наступившую не корректируемую декомпенсацию и полигранную недостаточность. Профилактика стрессовых и острых язв не всегда гарантирует возможность избежать их возникновение.

Недостаточная профилактика образования стрессовых и острых язв, отсутствие ФГДС перед назначением антикоагулянтов - данные дефекты в некоторой степени могли способствовать возникновению кровотечения, но в прямой причинной связи со смертью не находятся, так как кровотечение было своевременно диагностировано, не привело к тяжелой анемии, быстро возникшая декомпенсация обусловлена основным заболеванием.

Кроме того, эксперты отметили, что ответить на вопрос: «Возможно ли было избежать смертельного исхода при отсутствии упущений и недостатков в лечении указанного больного в период ДД.ММ.ГГГГ года, в ДД.ММ.ГГГГ года» достоверно не представляется возможным, выраженность патологических процессов (осложнений сахарного диабета и мультифокального атеросклероза) значительно ухудшает прогноз любого оперативного вмешательства. Без оперативного вмешательства, в данном случае, ампутации конечности, высока вероятность развития влажной гангрены и смертельных септических осложнений. При таком исходном уровне поражения органов и систем, который имелся у ФИО3, профилактические меры, направленные на избежание возникновения острых и стрессовых язв, не гарантируют эффекта.

По смыслу положений ст. ст. 55, 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Оценивая экспертное заключение в совокупности с иными доказательствами по делу в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что указанное доказательство отвечает признакам допустимости, учитывает при этом, что заключение отвечает предъявляемым требованиям, содержит ссылки на исследованные медицинские документы, которым дана оценка в ходе исследования, имеются ссылки на использованную литературу, состав экспертной комиссии обладает достаточным стажем и опытом работы, ответы экспертов даны последовательные, непротиворечивые на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в квалификации и выводах экспертов у суда не имеется.

Никакими объективными доказательствами выводы заключения судебной медицинской экспертизы со стороны истцов в ходе судебного разбирательства опровергнуты не были.

Таким образом, в качестве допустимого доказательства по делу суд принимает вышеуказанное заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Исходя из анализа вышеприведенных норм права следует, что для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровью пациента (наступление смерти).

Из представленных доказательств следует, что прямой причинной связи между вышеперечисленными дефектами оказания медицинской помощи ФИО3 и наступлением его смерти не имеется, так как основным явились тяжесть и характер основного заболевания и его закономерных осложнений, что привело к отсутствию эффекта оказываемой медицинской помощи.

Доказательств, подтверждающих виновные действия со стороны ответчика и наличие прямой причинно-следственной связи при оказании ответчиком медицинской услуги и наступлением неблагоприятного исхода - гибелью ФИО3, в материалах дела не имеется, в связи с чем оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО3 судом не усматривается.

Вместе с тем, разрешая исковые требования, оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оказанная ответчиком ФИО3 медицинская помощь не в полной мере соответствовала установленным требованиям и правилам, имела вышеперечисленные дефекты, которые не находятся в причинно-следственной связи со смертью ФИО3, но нарушают права пациента на качественно оказанную медицинскую помощь.

Как указали эксперты, выявленные дефекты в части отсутствия в послеоперационном периоде ежедневного динамического наблюдения за состоянием ФИО3, отсутствие гистологических исследований ампутированной левой нижней конечности затруднили оценку клинической ситуации.

В связи с не выполнением фиброгастродуоденоскопии в период лечения в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 не выполнялась профилактика острого повреждения желудка несмотря на сопутствующую патологию, что не исключает возможность наступления кровотечения; нет записи о тактике ведения больного с высоким риском рецидива кровотечения. Кроме того, отсутствует исследование двенадцатиперстной кишки при патологоанатомическом исследовании трупа ФИО3

Данные дефекты свидетельствуют о небрежности в оказании медицинской помощи родственнику истцов, ФИО3, со стороны медицинских сотрудников КГБУЗ ККБ №, о возможном развитии ухудшения самочувствия ФИО3 в результате указанных дефектов.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 06 февраля 2007 года) моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников…. и др..

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, которые лишились отца, деда и близкого человека для ФИО4 (несмотря на расторжение брака, совместно проживали по одному адресу на момент смерти, имеют общего ребенка, ФИО1, то есть имеет место близкая родственная связь) являвшегося для них, исходя из существа спора, близким человеком, подобная утрата, безусловно, является событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Исходя из вышеизложенного, приведенных норм права (151, 1100, 1101, 1099 ГК РФ) установленных по делу обстоятельств, несмотря на то, что выявленные экспертами вышеперечисленные дефекты в действиях ответчика КГБУЗ «Краевая клиническая больница № им профессора ФИО10» не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими для жизни ФИО3 последствиями, тем не менее дефекты имеют место быть, отсутствие динамики наблюдения за состоянием ФИО3 в послеоперационном периоде исключили возможность оценки клинической ситуации, что говорит о несущественном, но нарушении качества оказанных медицинских услуг, в связи с чем суд считает возможным признать правомерными требования истцов о компенсации морального вреда к данному ответчику.

Поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и разрешению подлежит лишь размер его компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает установленные по делу обстоятельства, выводы экспертов, а также принимает во внимание действия врачей данного учреждения, исходя их принципов разумности и справедливости, фактических обстоятельств дела, приходит к выводу взыскать с КГБУЗ «Краевая клиническая больница № им профессора ФИО10» в пользу ФИО1 как дочери умершего компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, в пользу ФИО2 как внучке умершего, в сумме <данные изъяты> рублей (поскольку не доказана наибольшая привязанность между ними), в пользу ФИО4, с которой у умершего на момент жизни были сохранены родственные отношения через дочь, несмотря на расторжение брака, совместное проживание, и которая заботилась о нем в последний год его жизни (учитывая обстоятельства его болезни и совместное проживание) в сумме <данные изъяты>, удовлетворяя требования истцов частично и отказывая в них по размеру, превышающему взысканный.

В порядке ст. 1064 ГК РФ по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда.

Так как прямой причинно-следственной связи между смертью ФИО3 и действиями сотрудников КГБУЗ ККБ № не имеется, что подтверждено экспертным заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, но как следует из фактических обстоятельств дела, имеется ненадлежащее предоставление медицинских услуг ответчиком, за которые судом взыскана с ответчика компенсация морального вреда в пользу истцов, то оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании с КГБУЗ ККБ № расходов на погребение не имеется, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении требований в данной части.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО4 не доказан надлежащими доказательствами факт несения расходов на погребение ФИО3, истцом представлены только копии квитанций договоров на сумму <данные изъяты> рублей за ритуальные услуги, без их расшифровки и без указания в отношении кого.

Кроме того, исходя из положений ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ удовлетворённых не имущественного характера, с учетом того, что истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, суд приходит к выводу взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница № им. Профессора С.И. Сергеева» Министерства здравоохранения Хабаровского края в доход бюджета муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» государственную пошлину в сумме <данные изъяты>.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования – удовлетворить частично.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница №» им. проф. С.И. Сергеева Министерства здравоохранения Хабаровского края денежную компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> в пользу ФИО4, в сумме <данные изъяты> копеек в пользу ФИО2, в сумме <данные изъяты> в пользу ФИО1.

В остальной части исковых требований в удовлетворении отказать.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница № им. Профессора С.И. Сергеева» Министерства здравоохранения Хабаровского края в доход бюджета муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» государственную пошлину в сумме <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: О.Я. Блажкевич

Решение в окончательной форме изготовлено судом 21 июня 2018 года.