Апелляционное постановление № 22-278/2019 22-7294/2018 от 13 января 2019 г. по делу № 22-278/2019

Судья Ослопова М.А. Дело № 22-278/2019


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 14 января 2019 года

Судья Новосибирского областного суда Бондаренко Е.В.,

при секретаре Гусельниковой О.В.,

с участием:

государственного обвинителя Валовой Е.А.,

осужденного ЛДБ,

защитника – адвоката Темерова С.А.,

представителей потерпевшего ФИО1, ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Кузина А.А. на приговор Искитимского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении

ЛДБ, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина РФ, проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

У С Т А Н О В И Л:

по настоящему приговору ЛДБ осужден по ст. 264 ч. 1 УК РФ к 2 годам ограничения свободы.

В соответствии со ст. 53 УК РФ ЛДБ установлены следующие ограничения и обязанности: не посещать места массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях; не выезжать за пределы территории <адрес>; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; два раза в месяц являться на регистрацию в указанный орган.

Взыскана с ЛДБ в пользу потерпевшего ФИО3 компенсация морального вреда в размере 450.000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Как следует из приговора, ЛДБ признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ не позднее 23 часов, управляя технически исправным автомобилем «<данные изъяты>, в условиях темного времени суток, ограниченной видимости, сухого асфальтного дорожного покрытия, следуя на <адрес> действуя с преступным легкомыслием, нарушив п.п. 1.3, 1.5, 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ, выехал на полосу встречного движения автодороги, где совершил столкновение со следовавшем во встречном направлении автомобилем <данные изъяты>, под управлением ФИО3, в результате чего причинил потерпевшему ФИО3 тяжкий вред здоровью.

Действия ЛДБ судом квалифицированы по ст. 264 ч. 1 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

В судебном заседании ЛДБ виновным себя не признал.

На приговор суда адвокатом Кузиным А.А. подана апелляционная жалоба об его отмене как незаконного, необоснованного и вынесении в отношении ЛДБ оправдательного приговора, с отказом в удовлетворении иска потерпевшего в полном объеме.

По доводам жалобы вина ЛДБ не доказана, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на противоречивых доказательствах. Вопреки разъяснениям п. 5 постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, в приговоре имеются неточности при изложении обстоятельств ДТП, не дана оценка уличающим и оправдывающим ЛДБ доказательствам. Свидетели – очевидцы событий и место столкновения транспортного средства, не установлены.

Согласно материалам дела, столкновение передней левой частью автомобиля <данные изъяты>», с левой боковой частью автомобиля «<данные изъяты> допустил водитель ФИО3, однако судом не дана оценка действиям ФИО3, состоящим в причинной связи с ДТП.

Ссылаясь на ст. 177 ч. 1, ст. 75 ч. 2 УПК РФ, и, излагая доказательства стороны обвинения, в том числе показания потерпевшего ФИО3, представителя потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО4,ФИО11, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, полагает, что материалы дела подтверждают, что ДТП не связано с действиями ЛДБ, который в соответствии с ПДД РФ двигался строго по своей полосе движения, прямолинейно с установленной на данном участке скоростью.

ЛДБ в суде вину не признал, пояснил, что он, управляя автомобилем с полуприцепом с включенным светом ближних фар, двигался со скоростью 70-80 км/час по <адрес><адрес> по своей полосе, соблюдал необходимый боковой интервал. Двигающийся во встречном направлении <данные изъяты> неожиданно совершил столкновение с левой боковой частью его автомобиля. От удара повредилось левое переднее колесо, он потерял управление и выехал в лесополосу слева по ходу движения, за пределами дороги. Считает, что виновен ФИО3, не справившийся с управлением, и, выехавший на полосу его движения.

Вопреки требованиям УПК РФ, в осмотре места происшествия, составлении схемы ДТП и замерах не участвовали понятые, указанным в протоколе лицам по показаниям свидетеля ФИО9 права и обязанности не разъяснялись.

Наличие осколков и осыпи пластиковой обшивки, грязи, указанных в протоколе осмотра места происшествия, подтверждают показания ЛДБ.

Обращает внимание на то, что выводы эксперта основаны на результатах дополнительного осмотра места ДТП, проведенного через восемь месяцев после событий, в ходе которого свидетель ФИО11 указал на наличие механического повреждения проезжей части дороги на полосе движения в <адрес>. Не установлено время и механизм образования указанного ФИО11 повреждения экспертным путем. В суде данный свидетель не смог пояснить, почему ранее не указывал о наличии данного повреждения.

Наличие повреждения дороги опровергается показаниями свидетеля ФИО6, производившей осмотр места происшествия ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе предварительного и судебного следствия не установлено нарушений ПДД РФ в действиях ЛДБ, наличие прямой причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями.

Ссылки на нарушение им п.п.9.1, 9.4, 9.10 и 10.1 ПДД РФ, изложенные государственным обвинителем в суде и в обвинительном заключении, не соответствуют собранным доказательствам и сложившейся ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортной обстановке, поскольку материалы дела не содержат доказательств того, что ЛДБ двигался с превышением скорости, не учитывал интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия. П. 1.3 и 1.5 ПДД РФ содержат общие положения и не указывают на конкретные действия водителя.

На основании изложенного, полагает, что причиной ДТП является нарушение п. 9.1 и 10.1 ПДД водителем ФИО3, а ЛДБ с учетом положений п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ подлежит оправданию за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 1 УК РФ, исковые требования потерпевшего удовлетворению не подлежат в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Кунгурцева Я.А. указывает на законность, обоснованность и справедливость приговора, в связи с чем, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Осужденный ЛДБ и защитник Темеров С.А. в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы об отмене приговора.

Прокурор Валова Е.А., считая приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просила оставить его без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Виновность ЛДБ в совершении преступления, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена и подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Оснований не доверять приведенным в приговоре показаниям свидетелей, нет, поскольку они последовательны, непротиворечивы, соответствуют друг другу и фактическим обстоятельствам дела, оснований для оговора осужденного ЛДБ кем-либо из этих лиц по делу судом не установлено.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей, которые бы ставили под сомнение выводы суда о доказанности вины осужденного и которым бы суд не дал надлежащей оценке в приговоре, не усматривается.

Как следует из материалов дела, все изложенные в апелляционной жалобе доводы о невиновности ЛДБ, были предметом тщательного исследования и проверки в ходе судебного следствия, оценены они в совокупности со всеми материалами дела и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку не соответствуют исследованным доказательствам, собранным по делу с соблюдением процессуальных норм, и опровергаются ими.

Так, выводы суда о том, что ЛДБ выехал на полосу встречного движения, о месте столкновения именно на полосе движения автомобиля под управлением потерпевшего ФИО3, соответственно о виновности ЛДБ, подтверждены следующими доказательствами.

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 на следствии и в суде установлено, что он работает в <данные изъяты>», чистит федеральную трассу Р-256, по заявке диспетчера о чистке трассы прибыл на место ДТП, где увидел, что по правой стороне стоит «<данные изъяты>», у которой правая сторона – водительская - разодрана, а большегруз «<данные изъяты>» далеко в кювете. Осколки пластиковой обшивки, стекла, грязи, деталей автомобилей находились на дорожном покрытии на полосе движения в направлении <адрес>, по которой двигалась «<данные изъяты>». На полосе движения «<данные изъяты> по направлению <адрес> осыпь отсутствовала и ничего не пришлось убирать. Кроме того, на полосе движения в направлении <адрес> помимо осколков он видел повреждение асфальта, а именно, асфальт был поцарапан посередине проезжей части, и в районе царапины было жирное пятно. Как он понял, данное повреждение образовалось потому, что «<данные изъяты>» была без колеса и торчащей острой балкой повредила асфальт, а у «<данные изъяты>» колеса все были на месте.

Из показаний свидетеля ФИО11 установлено, что он работает директором <данные изъяты> потерпевший ФИО3 работал у него водителем автомобиля «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов ФИО3 сообщил ему, что заправит и поставит автомобиль. Позже ему позвонила хозяйка автомобиля ФИО12 и сказала, что ФИО3 попал в ДТП. Через 30-40 минут он приехал на место ДТП, там были сотрудники ГИБДД, на обочине левой стороны дороги по направлению в <адрес>, увидел разорванную «<данные изъяты>» со снесенной частью будки со стороны водителя, оторванным колесом, торчащей балкой и поврежденной водительской стойкой. По направлению в сторону <адрес> лежал бампер от автомобиля «<данные изъяты>», стоявшего слева в лесу по направлению в <адрес>. Будка «<данные изъяты>» лежала в снегу на обочине вместе с хлебом. Посередине проезжей части по направлению в <адрес> на полосе движения «<данные изъяты>» было мощное черное пятно, как от резины с маслом, еще был вырван кусок асфальта, яма в асфальте была свежая, так как валялись крошки асфальта. Сотрудник дорожной службы тоже видел это пятно, когда убирал дорогу на машине. На полосе движения «<данные изъяты>» от середины влево находилась осыпь стекла, он считает, что именно в этом месте произошло ДТП. На полосе движения автомобиля «<данные изъяты>» осыпи не было. Дорога была не заснеженной, все хорошо просматривалось. Со слов следователя знает, что ДТП произошло из-за того, что водитель «<данные изъяты>» уснул и выехал на встречную полосу для движения.

Согласно показаниям свидетеля ФИО8 на предварительном следствии и в суде, он является директором компании «<данные изъяты>», где работал ЛДБ, по договору аренды брал автомобиль, выполнял перевозки, зарекомендовал себя с хорошей стороны. ДД.ММ.ГГГГ вечером сотрудники ГИБДД ему сообщили, что его автомобиль попал в ДТП, затем позвонил ЛДБ, который не мог внятно объяснить, как произошло ДТП. Он (ФИО8) приезжал на место ДТП, видел автомобиль «<данные изъяты>» в кювете слева по ходу движения в <адрес>, были повреждены левая часть кабины, левое переднее колесо уголок под ним, имелись внутренние повреждения, капот и бампер были целыми. Слева на обочине лежали куски второго автомобиля «<данные изъяты>», валялся хлеб, осколки «<данные изъяты>» от середины дороги, влево. Следов торможения он не видел. Ему сказали, что пострадал водитель «<данные изъяты>».

Согласно показаниям свидетеля ФИО9 на предварительном следствии (т.1 л.д.162-163), в конце ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве на автомобиле СПАС, поздно вечером диспетчер сообщила о ДТП на 68-69 км трассы. Когда он приехал на место, пострадавшего в ДТП водителя «<данные изъяты>» увезли в больницу, водителя «<данные изъяты>» не видел. Его (ФИО9) и другого мужчину сотрудники полиции привлекли к участию понятыми при осмотре места происшествия. Он не видел повреждения на автомобиле «<данные изъяты>», потому что тот находился далеко от проезжей части, в кювете около лесополосы. Автомашина «<данные изъяты>» стояла справа в сторону <адрес> и имела сильные повреждения левой части кабины, была разорвана будка, оторвано водительское колесо. Осыпь стекла и пластиковой обшивки, деталей располагалась на полосе движения в направлении <адрес>, частично заступала на обочину в направлении <адрес>. На полосе движения в направлении <адрес> осыпи стекла, пластиковой обшивки и деталей не было. В присутствии его и второго понятого составлялись схема места ДТП, протокол осмотра места происшествия, где была зафиксирована осыпь стекла и расположение автомобилей после столкновения. Все документы были им подписаны.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании подтвердил, что на следствии его допрашивали, он говорил правду. Также подтвердил факт составления протокола осмотра места происшествия и схемы ДТП, которые он подписал.

Согласно показаниям свидетеля ФИО5 на предварительном следствии и в суде, ДД.ММ.ГГГГ он в составе экипажа «<данные изъяты>» совместно с ФИО10 по сообщению о ДТП на <адрес> прибыл на место происшествия, где в левом кювете по направлению <адрес> находился автомобиль «<данные изъяты>», с повреждениями левой части кабины. На обочине в направлении <адрес> находился автомобиль «<данные изъяты>», на котором были повреждения левой части кузова, разорвана будка. На месте ДТП была зафиксирована осыпь стекла и пластиковой обшивки транспортных средств, ее концентрация располагалась на полосе движения «<данные изъяты>» в направлении <адрес>, при участии двух понятых составлялись соответствующие документы. Они производили замеры по указанию следователя, мерили каждую полосу, каждую обочину и съезд в кювет тоже. Согласно обнаруженной осыпи стекла, предположительно, место столкновения располагалось на полосе движения в направлении <адрес>, то есть на полосе движения «<данные изъяты>».

Согласно показаниям свидетеля ФИО6 на предварительном следствии и в суде, она по сообщению дежурного выезжала на ДТП <адрес>», где автомашина «<данные изъяты>» находилась на обочине в направлении <адрес>, грузовой автомобиль был недалеко от трассы Р-256 в лесополосе, также в направлении <адрес>, но передней частью в направлении <адрес>. «<данные изъяты>» имела большие повреждения в виде деформации кузова, а грузовой автомобиль повреждения передней левой части кузова. До очистки территории она составила схему ДТП, протокол осмотра места происшествия. Место ДТП подсвечивали фарами машин, осадков не было. Сотрудники ГИБДД помогали ей проводить замеры и осмотр транспортных средств, приглашались понятые, которым разъяснялись права и обязанности. Они наблюдали за происходящим, знакомились с составленными документами, подписали без замечаний и дополнений.

Из показаний представителя потерпевшего ФИО2 следует, что он выезжал на место ДТП со следователем и свидетелем ФИО11, где в ходе повторного осмотра места происшествия - участка <адрес>, ФИО11 указал место ДТП и пояснил, что на полосе движения ФИО3 были обнаружены битые части автомобиля «<данные изъяты>», следы в виде царапин от «<данные изъяты>».

Согласно протоколу осмотра места ДТП и схемы места ДТП, осыпь стекла, пластиковой обшивки и грязи, располагались на полосе движения в направлении <адрес>, радиус составил 34х5,9м. Основная концентрация осыпи стекла расположена на расстоянии 1.2 м от обочины полосы движения по направлению <адрес> (т. 1 л. д. 11-19).

Из протокола дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного с участием свидетеля ФИО11 и ФИО2, следует, что на дорожном покрытии после столкновения автомобилей концентрация осыпи стекла, пластиковой обшивки, грязи, располагалась на полосе движения в направлении <адрес> на расстоянии 1,3 м от края проезжей части, ее протяженность составляла 34х5,9м, частично осыпь находилась на обочине в направлении <адрес>. На момент осмотра на этой полосе обнаружено повреждение дорожного покрытия в виде выбоины 2х3 см, расположенной на расстоянии 1,9м от правого края проезжей части. Со слов ФИО11 именно на этом место после ДТП было черное пятно (т.1 л.д. 119-120).

Показания вышеназванных свидетелей подтверждаются заключениями эксперта по результатам автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 126-129), согласно выводам которого:

- контакт между транспортными средствами произошел левой передней боковой частью автомобиля <данные изъяты> и левой передней боковой частью автомобиля «<данные изъяты>», угол между продольными осями транспортных средств в момент столкновения был близок к 180 градусам;

- место столкновения транспортных средств <данные изъяты> расположено на полосе движения автомобиля <данные изъяты> в районе наибольшей концентрации осыпи осколков стекла;

- водители автомобилей в данной дорожной ситуации должны были руководствоваться и действовать в соответствии с пунктами 10.1, 9.4 и 9.10 ч. 2 ПДД РФ.

Таким образом, приведенными выше и в приговоре доказательствами, которые судом оценены надлежащим образом, то есть в соответствии со ст. 88 УПК РФ, виновность ЛДБ в совершении данного преступления, установлена.

Доводы жалобы о недопустимости протокола осмотра места происшествия и схемы ДТП в качестве доказательств, проверялись судом и обоснованно признаны несостоятельными.

Так, судом были допрошены лица, участвовавшие в составлении протокола осмотра места происшествия и схемы места дорожно-транспортного происшествия, проверена достоверность данных, отображенных в схеме.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании подтвердил, что эти документы действительно составлялись на месте ДТП и в их составлении участвовал он и еще один понятой, которые они подписали.

При таких данных суд первой инстанции обоснованно признал протокол осмотра места происшествия и схему места дорожно-транспортного происшествия допустимыми доказательствами, поскольку они составлены надлежащим процессуальным лицом, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии понятых, оснований сомневаться в достоверности сведений, зафиксированных на схеме места происшествия не имеется, а потому доводы апелляционной жалобы об обратном, суд апелляционной инстанции считает необоснованными.

Неубедительными являются и доводы стороны защиты о том, что по настоящему делу не установлено место столкновения, поскольку эти доводы опровергаются совокупностью всех доказательств, собранных по делу.

Как следует из показаний свидетеля ФИО5, на практике основная осыпь всегда лежит на месте столкновения. Такой же вывод содержится и в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 186-189), согласно которому в экспертной практике место столкновение транспортных средств определяется по объективным данным, которые явились результатом происшествия. Такими данными могут быть, в том числе, пятна разлившихся технических жидкостей из автомобилей, расположение осыпи осколков стекол и фрагментов пластиковой обшивки транспортных средств.

Такие объективные данные, которые явились результатом столкновения, были установлены судом из показаний всех свидетелей, находившихся на месте ДТП, показания которых приведены выше. Из показаний всех свидетелей, судом объективно установлено, что концентрация осыпи стекла, пластиковой обшивки, грязи транспортных средств располагалась на полосе движения «<данные изъяты>» в направлении <адрес>.

Кроме того, из показаний свидетелей ФИО4 и ФИО11 также установлено, что на полосе движения «<данные изъяты>» они видели повреждение асфальта и в районе царапины жирное пятно, данное повреждение, как считали свидетели, образовалось потому, что «<данные изъяты>» была без колеса и торчащей острой балкой повредила асфальт. Именно эти сведения, о которых в ходе предварительного расследования пояснил свидетель ФИО11, послужили основанием для проведения дополнительного осмотра места происшествия, зафиксировавшего повреждение асфальта в этом месте, и для проведения дополнительной автотехнической экспертизы.

Таким образом, поскольку эти доказательства (показания свидетелей ФИО4, ФИО11, данные дополнительного осмотра и заключение эксперта) соотносятся друг с другом, суд обоснованно принял в качестве доказательства экспертное исследование о том, что место столкновения транспортных средств «<данные изъяты>» с полуприцепом и автомобилем <данные изъяты> расположено на полосе движения автомобиля <данные изъяты> в районе наибольшей концентрации осыпи осколков стекла, поскольку для решения экспертного вопроса о месте столкновения были использованы объективные данные.

Таким образом, по мнению суда апелляционной инстанции, ссылка в жалобе на то, что экспертным путем не установлено время и механизм образования указанного ФИО11 повреждения асфальта, не опровергает выводов эксперта о месте столкновения, соответственно и выводов суда о виновности ЛДБ.

Анализ собранных по делу доказательств в их совокупности, позволил суду первой инстанции прийти к обоснованному выводу о том, что осужденный ЛДБ, следуя по автодороге <адрес>, избрал скорость не менее 80 км/ч, не обеспечивающую безопасность движения, расположил автомобиль близко к полосе, разделяющей поток противоположных направлений, не соблюдая безопасный боковой интервал с автомобилем «<данные изъяты>», движущимся во встречном направлении, в результате чего допустил выезд на встречную полосу движения, совершив столкновение с указанным автомобилем под управлением ФИО3.

Как обоснованно установлено судом, никаких препятствий, затрудняющих обзор дорожного полотна, у ЛДБ не было и именно действия ЛДБ, не убедившегося в безопасности своих действий, а не иных участников дорожного движения, выехавшего на встречную полосу движения вопреки требованиям п. 9.1, 9.4, 9.10 и 10.1 ПДД РФ, создали опасную ситуацию, приведшую к столкновению.

При таких данных суд обоснованно пришел к выводу о том, что нарушение ЛДБ вышеприведенных пунктов Правил дорожного движения состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, выводы суда о доказанности вины осужденного ЛДБ в содеянном им сомнений не вызывают и его действиям по ст. 264 ч. 1 УК РФ судом дана правильная юридическая оценка.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы защитника об отмене приговора и оправдании ЛДБ удовлетворению не подлежат.

Как следует из приговора, при решении вопроса о виде и мере наказания судом были выполнены требования ст. ст. 6 и 60 УК РФ, наказание назначено с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Судом были учтены все предусмотренные законом обстоятельства: характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и все конкретные обстоятельства дела.

Гражданский иск потерпевшего о взыскании компенсации морального вреда разрешен судом в соответствии с законом и размер компенсации морального вреда с учетом наступивших последствий является справедливым и разумным.

Вместе с тем, учитывая, что в настоящее время, то есть ДД.ММ.ГГГГ истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности, предусмотренные ст. 78 ч. 1 п. «а» УК РФ, то ЛДБ в соответствии со ст. 302 ч. 8 УПК РФ подлежит освобождению от назначенного наказания.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при судебном рассмотрении не допущено.

Руководствуясь ст. 389-20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Искитимского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении осужденного ЛДБ изменить.

На основании ст. 78 ч. 1 п. «а» УК РФ, ст. 302 ч. 8, ст. 27 ч. 1 п. 2 и ст. 24 ч. 1 п. 3 УПК РФ ЛДБ от назначенного по приговору Искитимского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ наказания освободить в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В остальном этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционную жалобу адвоката Кузина А.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, в кассационную инстанцию Новосибирского областного суда.

Судья: Бондаренко Е.В.