Решение № 2-492/2019 2-492/2019~М-444/2019 М-444/2019 от 26 ноября 2019 г. по делу № 2-492/2019

66RS0016-01-2019-000702-05

Дело № 2-492/2019

Мотивированное
решение составлено 26.11.2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 ноября 2019 года Артемовский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Поджарской Т.Г., с участием истца ФИО13, представителя истца ФИО14, представителя ответчика ФИО15, при секретаре Дружининой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО13 к ФИО16 о признании недействительным завещания ФИО1 от 20.11.2010 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО13 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО16 о признании недействительным завещания ФИО1 от 20.11.2010 года.

В обоснование исковых требований истец в исковом заявлении указал, что 19.07.1965 года был заключен брак между родителями истца ФИО1 и ФИО4 который расторгнут 04.04.1978 года. Решением Артемовского городского суда от 19.11.2013 года установлен факт принятия ФИО1 наследства, открывшегося после смерти его матери ФИО5, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, после его смерти открылось наследство, состоящее из дома, расположенного по адресу: <адрес>. Истец является наследником ФИО1 первой очереди по закону. Когда после смерти наследодателя истец обратился к нотариусу за оформлением своих наследственных прав, ему стало известно, что 19.11.2010 года ФИО1 было составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО17, по которому все имущество умершего было завещано ФИО16 На протяжении всей жизни, а особенно в период времени с 2009 года и до своей кончины отец истца страдал некоторыми заболеваниями, связанными со злоупотреблением алкоголя, преклонным возрастом. Также ФИО1 страдал психическими расстройствами. На фоне злоупотребления алкоголем отец истца вел себя неадекватно, совершал поступки, которые не мог объяснить, не мог контролировать себя, кроме того он неоднократно находился на лечении в психиатрических учреждениях и наркодиспансере, состоял на учете у врачей психиатра и нарколога в ГБУЗ СО «Артемовская центральная районная больница». Отец вместе со своей женой ФИО18 злоупотреблял спиртными напитками, по словам соседей отца, он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вел себя неадекватно, не понимал, что делает. Его поведение свидетельствовало о том, что он не понимает значение своих действий и не может руководить ими. Считает, что в момент составления завещания на имя ФИО16 отец истца ФИО1 не был полностью дееспособным, а если и был дееспособным, то находился в момент составления завещания в таком состоянии, когда не был способен понимать значения своих действий или руководить ими. Таким образом, указанное завещание является недействительным, так как совершено с нарушениями требований действующего законодательства. Считает, что завещание не соответствует требованиям ст. ст. 21, 177, 1118 ГК РФ.

Просит признать недействительным завещание ФИО1 от 20.11.2010 года.

Истец ФИО13 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске доводам.

Представитель истца ФИО14 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске доводам, пояснив, что родители истца развелись, когда ему было 4 года, с этого времени они стали проживать отдельно. После того как ФИО13 узнал о завещании отца, он общался с супругой умершего ФИО18, она сказала, что не станет вмешиваться в это дело. Также имеются сведения о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, что характеризует его соответствующим образом. ФИО1 на протяжении всей своей жизни злоупотреблял спиртными напитками, иногда вел себя неадекватно, данные обстоятельства, хоть и косвенно, но подтверждают факт того, что в момент составления завещания он мог не осознавать последствий своих действий.

Ответчик ФИО16 извещена о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась без указания причин. Ранее в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что о завещании ФИО1 узнала от своей матери ФИО6, являющейся дочерью жены умершего ФИО18, которая является ее бабушкой.

Представитель ответчика ФИО15 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что ФИО1 и ФИО18 состояли в зарегистрированном браке с 1985 года, до этого еще пять лет проживали вместе. Ответчик ФИО16, являясь внучкой ФИО18, постоянно гостила у П-вых в детстве, с 2008 года переехала в г. Екатеринбург, общалась с ФИО1 по телефону. О том, что у ФИО1 были дети от предыдущего брака, ответчику не было известно. Ответчик ни разу не видела ФИО1 в состоянии опьянения. О прохождении им лечения в психиатрической больнице ответчику так же ничего неизвестно. ФИО1 составил завещание на ФИО16, так как очень любил ее. Завещание было составлено у нотариуса ФИО17, к которой ФИО1 привезла на автомобиле ФИО6, она вышла из машины и ФИО1 с нотариусом остались один на один. У ФИО1 была травма – перелом шейки бедра, поэтому он тяжело передвигался с костылями, а также на инвалидной коляске.

Третье лицо нотариус ФИО17 извещена о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась без указания причин. Ранее в судебном заседании представитель третьего лица нотариуса ФИО17 - ФИО7 пояснил, что исковые требования удовлетворению не подлежат, считает, что оснований для признания недействительным завещания по указанным в иске основаниям не имеется, поскольку если бы ФИО1 пришел к нотариусу ФИО17 в состоянии опьянения, то она бы отказала ему в заверении завещания. Каких-либо оснований усомниться в дееспособности ФИО1 у нотариуса не было.

Третьи лица ФИО18, ФИО19 извещены о времени и месте судебного заседания, в суд не явились без указания причин.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, считает возможным рассмотреть дело при данной явке в соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что является знакомой истца, знает его более 10 лет. ФИО8 приехала в г. Артемовский 1973 году, проживала по <адрес>. ФИО1 с женой проживали по <адрес>. ФИО8 самого ФИО1 плохо знала, больше общалась с его женой, она рассказывала, что он часто выпивает, даже как-то раз ее подкалывал, ругался, если она ему не покупала сигареты и спиртное. Истец приходил к отцу в гости.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснила, что является дальней родственницей истца. ФИО1 знает с того момента как он женился на ее двоюродной сестре ФИО3 Вначале ФИО1 производил хорошее впечатление, но потом стал выпивать, выносить вещи из дома, обижать сестру. После их развода ФИО9 часто видела ФИО1 когда он стоял возле магазина и проси деньги у знакомых. Примерно в 2007-2008 годах ФИО9 видела как ФИО1 бегал по своему огороду в одном нижнем белье с каким-то железным предметом в руках, находился в каком-то неадекватном состоянии. Где-то в 2005-2006 годах, когда ФИО9 встретила ФИО1 у магазина, он ей рассказывал, что ее сестра должна была ему какие-то деньги, в этот момент он был не то, чтобы пьян, а просто находился в неадекватном состоянии. ФИО9 не видела ФИО1 примерно с 2010-2011 годов, в последние годы жизни он болел, лежал.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании пояснила, что является матерью истца ФИО13 и первой женой умершего ФИО1, с которым они совместно прожили в браке 14 лет с 1965 года по 1978 год. В период их совместной жизни ФИО1 пил, гулял, выносил вещи из дома, бил супругу. ФИО1 дважды лечился от алкогольной зависимости, один раз лежал в психиатрическом стационаре в г. Екатеринбурге. Супруги развелись, так как ФИО1 не работал, злоупотреблял алкоголем, бил свою жену. После развода ФИО1 приходил к ФИО3, она его не пускала, он сильно стучал в дверь, при встрече он всегда был неопрятный, пьяный, угрожал ей убийством. ФИО1 постоянно приходил к дочери ФИО19, просил деньги на спиртное.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснила, что является матерью ответчика ФИО16 В 2010 году П-вы пригласили к себе ее с мужем, сказали, что ФИО1 желает съездить к нотариусу ФИО17 К нотариусу ездили вчетвером - ФИО1, ФИО18, ФИО6 и ее муж, который был за рулем. ФИО1 с нотариусом ФИО17 находились наедине в машине. По какому вопросу ФИО1 общался с нотариусом ФИО6 не было известно, его завещание она увидела после похорон ФИО1 Года 2-3 назад видела истца, когда он менял у П-вых в доме плиту у печки. ФИО1 иногда выпивал. ФИО6 известно, что пару раз ФИО1 применял физическую силу в отношении ее матери. ФИО1 и В.И. познакомились в лечебно-трудовом профилактории. ФИО1 выпивал не часто, например когда получал пенсию, по праздникам, но всегда находился в адекватном состоянии.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснила, что является знакомой ФИО16, знает ее бабушку ФИО18 ФИО10 знакома с ФИО18 около 30 лет, проживала с ней по соседству по ул. Свободы. ФИО10 ходила к ФИО18, когда та работала парикмахером, когда она вышла на пенсию, ФИО10 стала приходить к ней домой. ФИО1, когда перестал выходить из дома, занимался ремонтом телевизоров. Они часто общались, смотрели все вместе телевизор, разговаривали на разные темы, в том числе и про политику, ФИО1 был в здравом уме. Пьяным его ФИО10 никогда не видела.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что является знакомой ФИО16, с ФИО20 у них смежные огороды. ФИО11 знает ФИО16 как внучку П-вых, с которыми ФИО11 по-соседски знакома около 20 лет, они постоянно общались. В 2006 году ФИО1 упал в огороде, сломал шейку бедра, лежал дома и до июля 2017 года в больницу не обращался. ФИО1 выпивал иногда, о чем ФИО11 известно со слов ФИО18, но пьяным она его никогда не видела. С женой ФИО18 он общался нормально, грубых выражений в ее адрес ФИО11 от него не слышала. На сына А. он обижался, поскольку тот мало чем ему помогал, игнорировал его просьбы. ФИО18 говорила, что ФИО1 намерен всё свое имущество завещаьть Натали, так он называл свою внучку ФИО16 ФИО1 возили на машине к нотариусу, так как сам он плохо ходил из-за травмы шейки бедра. ФИО1 был ленив, все хозяйство держалось на ФИО18. ФИО1 иногда повышал голос на супругу, потому что она плохо слышала.

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч. 3 ч. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ч. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии со ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Судом установлено, подтверждается письменными материалами дела, что родителями ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО1 и ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении, выпиской из записи акта о рождении (л.д. 12, 84).

19.07.1965 года между ФИО1 и ФИО4 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО21, который расторгнут 04.04.1978 года (л.д. 20, 22).

28.02.1985 года между ФИО1 и ФИО22 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО21 (л.д. 63, 85).

Согласно свидетельству о рождении, матерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является ФИО5 (л.д. 14).

Из свидетельства о смерти <...> от 06.04.2011 на л.д. 15 следует, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

Согласно сведениям филиала СОГУП «Артемовское бюро технической инвентаризации и регистрации недвижимости» от 02.07.2019 года, собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, является ФИО5 на основании договора купли от 23.10.1945 года, удостоверенного Егоршинской ГНК Свердловской области 23.10.1945 года за № 2585 (л.д. 16-17, 58).

Решением Артемовского городского суда Свердловской области от 19.11.2013 года, вступившим в законную силу 24.12.2013 года, установлен факт принятия ФИО1 наследства, открывшегося после смерти ФИО5, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10).

Из свидетельства о смерти <...> от 09.01.2019 на л.д. 9 следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

Из материалов наследственного дела на л.д. 36-56 следует, что после смерти ФИО1, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, наследником на основании завещания от 20.11.2010 года является ФИО16, право на обязательную долю имеет ФИО18, наследниками первой очереди по закону являются жена ФИО18, дочь ФИО19, сын ФИО13

Согласно завещанию от 20.11.2010 года, удостоверенному нотариусом Артемовского нотариального округа Свердловской области ФИО17, зарегистрированному в реестре за № 5705, ФИО1 завещал все свое имущество, какое только ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где бы оно ни находилось, ФИО16 (л.д. 40).

Согласно информации ГБУЗ СО «Артемовская ЦРБ» от 02.07.2019 года, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся инвалидом II группы с 2007 года с диагнозом: <данные изъяты> наблюдался у терапевта с диагнозами: <данные изъяты> с 2015 года. По данным выписки из амбулаторной карты имел заболевание: <данные изъяты> но с данным диагнозом на «Д» учете у врача-нарколога не состоял (л.д. 59).

Согласно сведениям ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» от 30.07.2019 года (л.д. 107), ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на стационарное лечение в ГБУЗ СО «СОКПБ» и его филиалы не поступал, за амбулаторной консультативной медицинской помощью не обращался.

Согласно сведениям ГБУЗ СО «Областная наркологическая больница» от 14.08.2019 года (л.д. 109), ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на учете у врача психиатра-нарколога не состоит.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Как следует из искового заявления, завещание оспаривается истцом по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу приведенной нормы неспособность наследодателя в момент совершения завещания понимать значение своих действий или руководить ими, является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Поскольку оценка обоснованности обстоятельств, указанных истцом в обоснование иска, требовала специальных знаний по делу согласно положениям ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определением суда от 26.07.2019 года была назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза в отношении ФИО1, на разрешение экспертов были поставлены вопросы: 1. Страдал ли ФИО1 при жизни каким-либо психическим расстройством? 2. Страдал ли ФИО1 в период оформления завещания 20.11.2010 года каким-либо психическим расстройством? 3. Был ли ФИО1 по состоянию на 20.11.2010 года по психическому состоянию лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими? 4. Находился ли ФИО1 в период оформления завещания 20.11.2010 года под воздействием каких-либо медицинских препаратов или психотропных веществ? 5. Находился ли ФИО1 в период оформления завещания 20.11.2010 года под воздействием или давлением третьих лиц? 6. На момент подписания завещания 20.11.2010 года мог ли ФИО1 с учетом интеллектуального уровня, индивидуально-психологических особенностей понимать содержание подписанного им документа? 7. Достаточно ли сведений, имеющихся в медицинской документации (медицинской карте), для решения вопроса о том, мог ли ФИО1 в момент подписания завещания 20.11.2010 года осознавать фактический характер своих действий и руководить ими? Производство экспертизы поручено экспертам ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (л.д. 99-102, 114-115).

Согласно заключению комиссии экспертов ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» от 30.09.2019 года № 3-0877-19 (л.д. 119-124), у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при жизни имелось (в том числе во время совершения юридически значимых действий 20.11.2010 года.) «пагубное (с вредными последствиями) употребление алкоголя (по МКБ-10: F10.1)». Об этом свидетельствуют такие диагностические критерии, как злоупотребление спиртными напитками с дисфункциональным поведением, при отсутствии признаков, достаточных для диагностики синдрома зависимости от алкоголя. Убедительных данных о том, что у ФИО1 во время совершения юридически значимых действий 20.11.2010 года возникло психическое расстройство, связанное с применением каких-либо медицинских препаратов, а также психическое расстройства, с употреблением психоактивных веществ (в том числе алкоголя) включая острую интоксикацию алкоголем (простое алкогольное опьянения) экспертами не получено. Признаков повышенной внушаемости, зависимого, пассивно-подчиняемого стиля поведения применительно к спорным сделкам у ФИО1 не выявлено. У ФИО1 не выявлено и такого сочетания интеллектуальных и индивидуально-психологических особенностей, которые нарушали бы его способность понимать содержание подписываемого документа. Судебно-психиатрические эксперты совместно с экспертом психологом на основании исследования всей совокупности предоставленных материалов, в том числе с учетом данных медицинской документации (медицинской карты), пришли к выводу, что у ФИО1 на момент совершения юридически значимых действии (оформление завещания 20.11.2010 года) не выявлено такого психического состояния, при котором он был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Достоверность заключения комиссии экспертов ГБУЗ СО «СОКПБ» от 30.09.2019 года № 3-0877-19 у суда не вызывает сомнений, поскольку первичная посмертная комплексная судебная психолого-психиатрической экспертиза в отношении ФИО1 проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями, для разрешения поставленных перед экспертами вопросов экспертному исследованию были подвергнуты представленные в распоряжение экспертов медицинская документация на имя ФИО1, материалы настоящего гражданского дела. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение соответствует требованиям ст. ст. 8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Оценивая в совокупности представленные доказательства: письменные, пояснения сторон, показания свидетелей, а также принимая во внимание то обстоятельство, что закон устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признании завещания ФИО1 от 20.11.2010 года недействительным по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ.

Основным доводом истца в подтверждение неспособности ФИО1 понимать значение своих действий в момент составления завещания 20.11.2010 года является факт систематического злоупотребления им алкоголем. При этом данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что в юридически значимый период на момент составления оспариваемого завещания ФИО1 не мог понимать значение и последствия совершаемых им действий.

Таким образом, истцом не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих, что в момент совершения 20.11.2010 года оспариваемого завещания ФИО1 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, фактически в указанной части истец ссылается лишь на свои пояснения и показания свидетелей ФИО8, ФИО12, ФИО3, которые комиссией экспертов при даче заключения также были приняты во внимание.

При указанных обстоятельствах, исковые требования о признании недействительным завещания ФИО1 от 20.11.2010 года удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку, оплата проведенной по делу первичной посмертной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» в размере 24 137 руб. из средств федерального бюджета на момент рассмотрения дела не производилась, в удовлетворении исковых требований ФИО13 отказано в полном объеме, суд считает, что обязанность по ее оплате должна быть возложена на истца, в связи с чем, с ФИО13 в пользу ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» подлежат взысканию денежные средства в размере 24 137 руб. (л.д. 117).

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО13 к ФИО16 о признании недействительным завещания ФИО1 от 20.11.2010 года отказать.

Взыскать с ФИО13 в пользу государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» расходы по проведению первичной посмертной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы в отношении ФИО1 в размере 24 137 руб.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда с подачей апелляционной жалобы через Артемовский городской суд Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Г. Поджарская