Решение № 2-2594/2019 2-2594/2019~М-2301/2019 М-2301/2019 от 25 августа 2019 г. по делу № 2-2594/2019

Дело № 2-2594/2019

64RS0044-01-2019-002975-94


Решение

Именем Российской Федерации

26 августа 2019 года город Саратов

Заводской районный суд города Саратова в составе:

председательствующего судьи Агарковой И.П.,

при секретаре Емельяновой М.С.,

с участием истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании неосновательного обогащения, в обоснование которого указал следующее. 22 ноября 2000 года между ФИО3, ФИО3 (продавцами) и ФИО (покупателем) был заключен договор купли-продажи 51/100 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по <адрес>. 17 августа 2009 года между указанными сторонами был заключен договор замены стороны в обязательстве, по условиям которого ответчики уступили ФИО4, а последняя приняла на себя права и обязанности по договорам аренды земельных участков <№>, <№> от 10 августа 2000 года, заключенных на основании постановления мэра города Саратова № 375-3 от 01 июня 2000 года, на земельный участок из земель населенных пунктов, находящийся по <адрес>. 19 апреля 2013 года ФИО умерла, наследником по закону является истец, которому в настоящее время на праве общей долевой собственности принадлежит жилой дом по адресу<адрес>, а также право аренды на земельный участок с кадастровым номером <№>, общей площадью 686 кв.м., расположенный по <адрес>. По мнению истца, при заключении договора-купли продажи указанного жилого дома в силу статьи 133 ГК РФ ФИО также был приобретен земельный участок по <адрес>, в связи с чем, договор замены стороны в обязательстве от 17 августа 2009 года на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ является притворной сделкой, что влечет его недействительность в силу ничтожности.

На основании изложенного, истец просит суд признать договор замены стороны в обязательстве от 17 августа 2009 года, заключенный между ФИО3, ФИО3 и ФИО, недействительным, применить последствия недействительности сделки, взыскать с ответчиков неосновательное обогащение.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по основаниям, указанным в иске, просил суд их удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснил, что договор замены стороны в обязательстве от 17 августа 2009 года является притворной сделкой, то есть сделкой, которая совершена с целью прикрыть сделку по купле-продаже земельного участка. Неосновательное обогащение ответчиков выражается в понесенных ФИО и истцом расходов по оплате арендных платежей за земельный участок за период с 2009 года.

Ответчики ФИО3, ФИО3, представители третьих лиц комитета по земельным ресурсам и землеустройству Саратовской области, Управления Федеральной службы по государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

На основании статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статья 11 ГК РФ предусматривает, что в судебном порядке осуществляется защита нарушенных либо оспоренных гражданских прав.

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих, случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу статей 167 - 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 384ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Из материалов дела следует, что 22 ноября 2000 года между ФИО3, ФИО3 (продавцами) и ФИО (покупателем) был заключен договор купли-продажи 51/100 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по <адрес>.

Согласно пункту 2 вышеуказанного договора отчуждаемая недвижимость расположена на земельном участке площадью 686 кв.м. по адресу<адрес>, из которых: 101,75 кв.м. предоставлены ФИО3 на праве аренды сроком на 15 лет на основании постановления мэра города Саратова от 01 июня 2000 года № 375-3 и договора аренды земельного участка от 10 августа 2000 года <№>; 101,75 кв.м. предоставлены ФИО3 на праве аренды сроком на 15 лет на основании постановления мэра города Саратова от 01 июня 2000 года <№> и договора аренды земельного участка от 10 августа 2000 года <№>.

17 августа 2009 года между указанными сторонами был заключен договор замены стороны в обязательстве, по условиям которого ответчики уступили ФИО, а последняя приняла на себя права и обязанности по договорам аренды земельных участков <№>, <№> от 10 августа 2000 года, заключенных на основании постановления мэра города Саратова <№> от 01 июня 2000 года, на земельный участок из земель населенных пунктов, находящийся по <адрес>.

Указанный договор замены стороны в обязательстве подписан сторонами и прошел государственную регистрацию, в рамках которой проведена проверка законности сделки и установлено отсутствие противоречий между заявляемыми правами и уже зарегистрированными правами на земельный участок. Сторонами сделки не оспаривался.

19 апреля 2013 года ФИО умерла, наследниками по закону являются ФИО2 и ФИО1

24 декабря 2015 года заключено соглашение к договору аренды земельного участка <№> от 31 мая 2012 года между администрацией муниципального образования «Город Саратов» и ФИО2, ФИО1 о вступлении ФИО1, ФИО2 в договор аренды земельного участка с кадастровым <№>, расположенного по <адрес>, путем принятия обязательств арендатора по указанному договору: ФИО1, - 101,75 кв.м., ФИО2 - 101,75 кв.м.

Кроме того, как следует из выписки из Единого государственного реестра о переходе прав на объект недвижимости от 03 июля 2019 года, ФИО на праве собственности принадлежало: здание с кадастровым номером <№> по <адрес>, собственниками которого в настоящее время в равных долях (по 1/2 доли) являются ФИО1 и ФИО2; 51/100 в праве общей долевой собственности на здание с кадастровым номером <№> по <адрес>; 1/2 доля в праве общей долевой собственности на здание с кадастровым номером <№> по <адрес>, право собственности на которую в равных долях (по 1/4 доли) в настоящее время принадлежит ФИО1 и ФИО2; здание с кадастровым номером <№> по <адрес>.

В обоснование заявленных требований истцом указано на то, что договор замены стороны в обязательстве от <Дата> на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ является притворной сделкой, что влечет его недействительность в силу ничтожности.

Суд считает, что указанный вывод истца основан на неверном толковании норм материального права. В данном случае правовых оснований для признания договора замены стороны в обязательстве на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ недействительным не имеется. Также не свидетельствует о недействительности оспариваемого договора факт оплаты земельного налога ФИО

Так, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Признаком притворности сделки является отсутствие у сторон волеизъявления на исполнение заключенной сделки и намерения фактически исполнить прикрываемую сделку, то есть в случае совершения притворной сделки воля сторон направлена на установление между сторонами сделки иных правоотношений, по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон. Договор не может быть признан притворной сделкой, если установлены наличие у сторон волеизъявления на исполнение заключенной сделки и фактическое ее исполнение.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой либо притворной отнесено в данном случае на истца. ФИО2 доказательств притворности оспариваемой сделки суду не представлено.

Оспариваемый договор сторонами сделки был исполнен, о чем свидетельствуют фактические действия сторон. Стороны при заключении договора не заблуждались относительно природы сделки, совершили действия направленные на исполнение договора, после заключения названного договора наступили соответствующие правовые последствия (переход права ФИО по договорам аренды земельного участка).

Более того, при определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 ГК РФ.

Согласно указанной статье ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В данном случае буквальное содержание оспариваемого договора не позволяют усомниться в действительности общей воли сторон.

Истец, ссылаясь на притворность оспариваемого договора, не представил доказательств, свидетельствующих о преследовании обеими сторонами прикрываемых целей, в том числе заключения договора купли-продажи земельного участка. В данном случае положения статьи 133 ГК РФ применению не подлежат. Оспариваемый договор является безвозмездным, что прямо следует из его содержания.

Указанное свидетельствуют о реальности договора замены стороны в обязательстве от 17 августа 2009 года и намерении сторон данного договора добиться правовых последствий, обусловленных этим договором.

Доказательств того, что на момент заключения договора купли - продажи 22 ноября 2000 года ФИО3 и ФИО3 на праве собственности принадлежал спорный земельный участок, а также доказательств принадлежности на праве собственности ФИО указанного земельного участка, истцом в суд не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В данном случае правовых оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца неосновательного обогащения не имеется.

Кроме того, требования истца о взыскании неосновательного обогащения являются производными от заявленных основных требований о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, в виду чего данные требования истца также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Заводской районный суд г.Саратова.

Мотивированное решение изготовлено 02 сентября 2019 года.

Судья И.П. Агаркова