Апелляционное определение № 22-1761/2025 22-3/2026 от 26 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

судья Юмшанов А.А. 22-1761/2025

дело № 1-886/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Якутск 27 января 2026 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего судьи Окорокова В.К.,

судей Алексеевой Н.М., Терешкиной Е.Г.,

с участием прокурора Миронова И.Д.,

представителя потерпевшего – адвоката Хотамова И.О.,

осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 путем использования системы видеоконференц-связи,

защитников – адвокатов Логинова Д.А., Кононова В.Г., Габышева В.С., Хона В.С., Сейфутдинова Р.С., Антонова А.П.,

переводчика ФИО4,

при секретаре судебного заседания Макарове Е.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя - старшего помощника прокурора г. Якутска Воротова И.П., по апелляционным и дополнительным жалобам потерпевшего Р., осужденного ФИО1 и его защитников – адвокатов Хона В.С., Логинова Д.А., осужденного ФИО2 и его защитников – адвокатов Кононова В.Г., Габышева В.С., осужденного ФИО3 и его защитников – адвокатов Сейфутдинова Р.С., Антонова А.П. на приговор Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 6 октября 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, осужденных по ч. 2 ст. 213 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Алексеевой Н.М., изложившей содержание приговора, существо апелляционных и дополнительных жалоб, представления, выслушав осужденных и их защитников, представителя потерпевшего, поддержавших апелляционные и дополнительные жалобы, а также прокурора, полагавшего приговор суда подлежащим изменению по доводам, изложенным в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1, родившийся _______ в .........., гражданин .........., зарегистрированный и проживающий по адресу: .........., судимый:

01.02.2024 Якутским городским судом Республики Саха (Якутия) по ч. 3 ст. 321 УК РФ к лишению свободы сроком на 5 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

- осужден по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 01.02.2024, по совокупности преступлений окончательно к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Избрана в отношении осужденного ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу, которая оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания ФИО1 в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания его под стражей с 29.12.2023 по 31.01.2024 и с 06.10.2025 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В окончательное наказание зачтено отбытое ФИО1 наказание по приговору Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 01.02.2024.

ФИО2, родившийся _______ в .........., гражданин .........., зарегистрированный и проживающий по адресу: .........., несудимый,

- осужден по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в отношении ФИО2 в виде домашнего ареста изменена на содержание под стражей до вступления приговора в законную силу. ФИО2 взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с 29.12.2023 по 22.02.2024 и с 06.10.2025 до дня вступления приговора в законную силу включительно зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения под домашним арестом ФИО2 с 23.02.2024 по 13.12.2024 и с 25.02.2025 по 05.10.2025 включительно зачтено в срок отбывания наказания из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

ФИО3, родившийся _______ в .........., гражданин .........., зарегистрированный по адресу: .........., фактически проживающий по адресу: .........., несудимый,

- осужден по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в отношении ФИО3 в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбытия назначенного ФИО3 наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО3 с 29.12.2023 по 13.12.2024 и с 25.02.2025 до дня вступления приговора в законную силу – включительно зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Из приговора суда следует, что предварительно договорившись, ФИО3, ФИО2 и ФИО1 28.12.2023 в период с 15 часов 01 минуты до 18 часов 00 минут, реализуя совместный преступный умысел, направленный на совершение хулиганства, грубо нарушая общественный порядок, выражая явное неуважение к обществу, поднялись на второй этаж строящегося здания, расположенного по адресу: .........., где, действуя в группе, ФИО2, произвел в воздух не менее двух выстрелов из нарезного самозарядного охотничьего карабина модели – TG2, калибра. 366 ТКМ, с заводским номером – № ..., а ФИО3 - не менее двух неприцельных выстрела из нарезного самозарядного охотничьего карабина модели – Вепрь-1В (ВПО-222), калибра 9,6/53Lancaster в сторону противоположной от себя стены, в результате чего по неосторожности причинено убегающему Р. сквозное огнестрельное ранение мягких тканей средней трети левого предплечья, которое по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до 3 недель (до 21 дня включительно) расценивается как легкий вред здоровью.

Обстоятельства совершенного ФИО1, ФИО2 и ФИО3 преступления подробно описаны в приговоре суда.

Суд квалифицировал их действия по ч. 2 ст. 213 УК РФ как хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с угрозой применения насилия к гражданам, с применением оружия, группой лиц по предварительному сговору.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора г. Якутска Воротов И.П. просит приговор суда изменить, указав правильную фамилию осужденного ФИО1. Отмечает, что его личность установлена в судебном заседании, суд в резолютивной части допустил опечатку и неверно указал его фамилию как «Дазуров».

В апелляционной жалобе потерпевший Р. просит отменить приговор суда, прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон либо смягчить назначенное наказание. Обращает внимание на то, что он просил прекратить уголовное дело, но его ходатайство суд не разрешил. Указывает, что он не имеет претензий, конфликт урегулирован, причиненный вред заглажен. Также считает, что осужденным назначено чрезмерно строгое и несправедливое наказание, поскольку они ранее не судимы, характеризуются положительно, имеют семьи и детей.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе просит приговор суда отменить и вынести оправдательный, мотивируя тем, что он только присутствовал при конфликте, оружия не имел, никому не угрожал и насилия не применял, в сговор не вступал, хулиганских побуждений не имел. Конфликт возник на почве личных неприязненных отношений, и инициировал его свидетель С.. Стройобъект не является общественным местом, это охраняемый объект. Считает, что суд нарушил принцип презумпции невиновности, не дал оценку показаниям свидетелей защиты, неправильно произвел зачет времени содержания под стражей.

В апелляционной и дополнительной жалобах защитник – адвокат Логинов Д.А. в интересах осужденного ФИО1 просит приговор суда отменить и оправдать ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Отмечет, что он лишь присутствовал при событиях, действия ФИО5 не одобрял. Предварительный сговор между осужденными не доказан. Считает, что не описана объективная сторона (действия и наступившие последствия) преступления, вмененного ФИО1 По мнению защитника, судом не дана оценка действиям свидетеля С. - инициатора конфликта, который собрал большое количество вооруженных металлическими предметами людей и позвал Петросяна, что подтверждено, в частности, показаниями свидетеля М. У осужденных не было умысла на хулиганство, они вошли на стройобъект для разрешения личного конфликта. Установив наличие малозначительного повода, суд не указал, что под ним понимает, не указал, какие нормы и правила были нарушены, в чем выражено грубое нарушение общественного порядка. Считает, что суд допустил противоречия в части отнесения места происшествия к общественному месту, вышел за пределы обвинения, установив, что действиями осужденных была создана тревожная обстановка, ими причинен существенный вред.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Хон В.С. в интересах ФИО1 просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор в связи отсутствием состава преступления. Отмечает, что в приговоре не указаны конкретные действия, совершенные ФИО1 Факт сговора не доказан, поскольку не установлено, на совершение каких действий ФИО1 договорился с Петросянами. Утверждает, что он ехал с ними по пути домой, вышел из автомобиля и пошел в здание по причине низких температурных условий на улице. На безоружного ФИО1 первым напал потерпевший Р., который нанес ему удары арматурой. Петросяны взяли оружие для самообороны и в силу должностных обязанностей. Хулиганский мотив опровергается показаниями свидетелей С. и Э. о возникновении конфликта на почве личных неприязненных отношений. Данные свидетели организовали сбор на объекте вооруженных арматурой людей. Объект незавершенного строительства относится к объекту ограниченного доступа, находился под охраной, что подтверждено показаниями свидетелей М., С., Э. и др., а потому не является общественным местом. Суд не указал, какие обязательные нормы, регламентирующие соблюдение общественного порядка, нарушены. Свидетели не слышали выстрелов, им не причины ни физические, ни нравственные страдания; остальные свидетели являются участниками конфликта. Пострадавший Р. претензий не имеет, его ходатайство о прекращении уголовного дела судом не разрешено.

Осужденный ФИО2 в апелляционной жалобе просит отменить приговор суда, прекратить уголовное дело в связи с отсутствием состава преступления, мотивируя тем, что он как начальник службы безопасности, а ФИО3 как снабженец исполняли обязанности по поддержанию порядка и безопасности на стройобъекте. Оружие принадлежит ему на законных основаниях, и было применено Петросянами в целях необходимой обороны от агрессивной группы ........... А ФИО1 был лишь очевидцем случившегося, у него отсутствовало оружие, он не помогал его нести, не оказывал содействие при производстве выстрелов. Предварительного сговора не было, Петросяны разговаривали по-********, и ФИО1 ничего не понимал. Применению оружия предшествовал личный конфликт между ФИО3 и свидетелем С., который, как инициатор конфликта, вовлек в него работников бригады и земляков из ........... Не согласен с выводами суда о том, что бригада работала, считает, что после окончания работы она вернулась на объект для участия в конфликте. По мнению апеллянта, суд должен был критически отнестись к показаниям работников о том, что они не принимали участия в конфликте и работали. Стройобъект не может выступать общественным местом, поскольку огорожен и обеспечен охраной, что подтверждено показаниями свидетелей М., К., Т. и др. Суд не полностью изложил и исказил показания свидетеля М., сделав неправильный вывод, что он не сообщал ФИО3 о прибытии на объект вооруженных специально принесенной арматурой людей с противоправными намерениями. Суд не дал оценку показаниям свидетелей Х. и Ю., а также не разрешил ходатайство потерпевшего Р. о прекращении уголовного дела. Считает недопустимыми показания свидетелей-.........., допрошенных без переводчика.

В апелляционной и дополнительной жалобах защитник – адвокат Кононов В.Г. в интересах осужденного ФИО2 просит отменить приговор суда и вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием состава преступления. Обращает внимание, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что инициатором конфликта явился свидетель С., который вызвал агрессивно настроенных и вооруженных арматурой земляков на объект ООО СК «********», где Петросяны состояли в должности начальника службы безопасности и снабженца. После личной ссоры бытового характера с ФИО3 С. инициировал встречу, позвав земляков, вооруженных арматурой и грозивших устроить погром, что подтверждено свидетелями Э., С., М. и др. Показания свидетелей-работников о том, что в момент конфликта они работали, противоречат показаниям свидетелей М., Д., Т. и др. Считает, что они вернулись на объект, чтобы принять участие в конфликте. Поскольку обстановка была опасна для жизни и здоровья, то неправильны выводы суда о малозначительности повода. Из показаний свидетелей К., Т., Д. и др. видно, что они были напуганы действиями людей С., а не действиями осужденных, которые не создавали опасность для лиц, не вовлеченных в конфликт. Действия осужденных направлены на защиту в рамках необходимой обороны. Первым применил насилие потерпевший Р., ударив арматурой ФИО1 Суд не дал оценку тому, что в суде свидетели опознали металлическую арматуру, используемую лицами из .........., а также исказил показания М., который сообщил ФИО3 о прибытии на объект вооруженных людей, намеренных совершить противоправные действия. Конфликт имел частный характер и не демонстрировал неуважение к обществу на объекте, который не является общественным местом, так как он охранялся, имел ограниченный доступ, не предназначен для общего пользования. Суд допустил противоречия, фактически сделав вывод на стр. 24 приговора о том, что стройобъект не является общественным местом. Несмотря на установленные обстоятельства, суд не признал смягчающими наказание обстоятельствами предложение помощи пострадавшему Р., противоправность действий потерпевшего и свидетелей, а также не разрешил ходатайство потерпевшего о прекращении уголовного дела. По мнению апеллянта, ФИО2 назначено реальное лишение свободы без приведения мотивов о невозможности его исправления без изоляции от общества, а также о невозможности назначения более мягких видов наказаний. Просит учесть, что он не судим, имеет постоянное место жительства, характеризуется положительно, женат, имеет ******** малолетних детей, не состоит на учете у нарколога и психиатра, меру пресечения не нарушал, проявлял уважение к участникам процесса; отягчающие наказание обстоятельства отсутствуют. Считает, что имеются основания для применения ст. 64 УК РФ, поскольку доказано противоправное поведение потерпевшего, предложение ему помощи, полное возмещение вреда, отсутствие у него претензий, оказание благотворительной помощи ********, наличие ********, ранее к уголовной ответственности не привлекался, не судим, имеет ******** малолетних детей, положительные характеристики. Защитник не согласен с постановлением суда от 21.10.2025 о частичном удовлетворении замечаний к протоколу судебного заседания. Имеющиеся расхождения между содержанием письменного протокола и аудиопротокола являются, по его мнению, существенными и влекущими отмену приговора, поскольку суд опирался не на фактические показания, а воспроизводил их в переработанном виде. Суд привел показания выборочно, с обвинительным уклоном, не приведя мотивы, по которым отверг доказательства защиты.

В апелляционной и дополнительной жалобах защитник – адвокат Габышев В.С. в интересах осужденного ФИО2 просит отменить приговор суда и прекратить уголовное дело в связи с отсутствием состава преступления. Отмечает, что судом не опровергнуты показания осужденных о применении оружия в состоянии необходимой обороны. Считает, что возникший между свидетелем С. и ФИО3 конфликт малозначительным не был, поскольку имела место драка, в результате которой С. причинены травмы. Зачинщиком продолжения конфликта выступил сам С., осужденные вернулись на объект из-за неприязненных отношений, переросших в производственные, так как охранник М. сообщил снабженцу ФИО3 о возникшей ситуации. По показаниям свидетелей С., Э., Ж., З. видно, что люди собрались не для работы, а для участия в конфликте. Осужденные вооружились в целях самообороны и произвели выстрелы по стенам, так как вооруженные арматурой, агрессивно настроенные люди в количестве 20-25 человек не реагировали. Считает, что суд допустил противоречия, одновременно установив, что осужденные решили совершить хулиганство в отношении неопределенного круга лиц и противопоставить себя лицам, находящимся на стройобъекте. По мнению апеллянта, протоколы допросов свидетелей-.........., которым не было обеспечено право на переводчика, являются недопустимыми доказательствами. Отмечает, что защита возражала против оглашения показаний свидетелей Н., Б., Ф. и др. и они не могут использоваться в качестве доказательств, потому что прокурор не принял достаточных мер для поиска этих свидетелей и их допроса в судебном заседании.

Осужденный ФИО3 в апелляционной жалобе просит отменить приговор суда и вынести оправдательный. Указывает, что в сговор ни с кем не вступал, направлялся на работу, знал, что его ожидает толпа .........., вооруженных арматурой. Выстрелил из ружья не из хулиганства, а в целях предотвращения их нападения, поскольку они представляли угрозу для жизни людей и имущества предприятия, избили безоружного ФИО1 арматурой. Целился так, чтобы не попасть в людей. Считает, что стройка не является общественным местом, .......... прибыли туда незаконно, являются посторонними, чему судом не дана оценка.

Защитником – адвокатом Антоновым А.П. в интересах осужденного ФИО3 подана дополнительная жалоба к апелляционной жалобе ФИО3, где он просит отменить приговор суда и вынести оправдательный приговор. При этом отмечает, что возник личный конфликт и драка между ФИО3 и свидетелем С., тот отказался мириться и повторно пригласил Петросяна на встречу для разрешения конфликта. Свидетель М. сообщил ФИО3 о прибытии на стройку группы неизвестных лиц. Петросяны взяли оружие для самообороны, а ФИО1 в сговор с ними не вступал, просто следовал за ними. Петросяны предупредили данную агрессивную группу лиц, вооруженных металлическими предметами, о намерении стрелять, если они не уйдут. Поскольку те приближались к осужденным, представляя опасность для жизни и здоровья людей, они произвели выстрелы в стены, мимо людей. Затем ФИО3 толкнули, и из оружия произошел выстрел, он ранил Р.. На строящийся объект прибыла большая группа людей (15-20), что подтверждается показаниями осужденных, свидетелей М., Д., К., Петросяны вооружились только после и связи с получением информации о реальной угрозе. Предварительного сговора на хулиганство не было. Демонстрация оружия произведена с целью отпугнуть агрессивную толпу, а выстрел в Р. был случаен. Считает, что суд противоречия не устранил, показания использовал выборочно и необъективно, не объяснив, почему предпочел одни и отверг другие. Показания потерпевшего Р. противоречивы, в суде он не допрошен, поэтому можно использовать его показания в той части, от которой он не отказался. Он подтвердил, что напал на ФИО1 с арматурой и нанес ему удары. Свидетель Э. не подтвердил свои первоначальные показания о групповом избиении С., угрозе оружием. Показания Э., полученные без переводчика, являются недопустимыми. Суд не дал оценку показаниям свидетеля С., который сначала сказал, что на него напали без причины и угрожали убийством, а потом отказался от них, утверждая, что это он пригласил ФИО3 на стройку для разрешения конфликта, возникшего из-за некачественной работы. Суд не дал оценку обнаруженным на месте происшествия металлическим трубам и обрезкам арматуры. Показания свидетелей Р., Н., А. и др. противоречат показаниям нейтральных свидетелей М., Д., К., Т., Л. и Е., чему суд оценку не дал, необоснованно отказав в ходатайстве защиты об исключении из числа доказательств. Суд ошибочно посчитал строящееся здание общественным местом, не учтя, что оно огорожено, находилось под охраной, имело пропускной режим, посторонние лица не имели к нему доступа. Кроме того, суд допустил противоречие в приговоре, фактически согласившись с защитой относительно отсутствия признаков общественного места. По мнению апеллянта, малозначительность повода не доказана, а выстрелы в безопасном направлении не могут рассматриваться как неуважение к обществу. Назначая реальное лишение свободы, суд не обосновал невозможность исправления осужденного без изоляции от общества. Обращает внимание, что ФИО3 не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, имеет ******** малолетних детей, характеризуется положительно, потерпевший Р. претензий не имеет, вред ему полностью возмещен, что свидетельствует о наличии оснований для применения ст. 64 УК РФ.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Сейфутдинов Р.С. в интересах осужденного ФИО3 просит отменить приговор и вынести оправдательный в связи с отсутствием состава преступления. Указывает, что суд выборочно принял показания осужденных, но не привел мотивов, по которым отверг их показания в остальной части, несмотря на то, что они подтверждаются другими доказательствами: потерпевший Р. подтвердил, что нанес удары арматурой по спине ФИО1; свидетель К. сообщил о прибытии на стройку более десяти ..........; свидетель Д. видел, как выбежали около двадцати ..........; свидетель М. видел 4-5 автомобилей и двадцать .........., которые прошли на второй этаж, о чем он сообщил ФИО3; свидетели С. и Э. подтвердили, что собрали земляков, готовых поддержать их при драке; свидетель Ж. слышал предупредительный крик, а затем выстрел. Считает, что в действиях осужденных хулиганство отсутствует, суд не дал оценку действиям граждан .........., которые нарушили порядок, что подтвердили свидетели К., Е., Т.. Осужденные не превысили пределов необходимой обороны, и их действия были вызваны противоправным посягательством группы вооруженных лиц, незаконно проникнувших на территорию частной собственности, которая не является общественным местом. От них исходила реальная угроза, имелось численное превосходство, наличие арматуры, агрессивные действия (удар по ФИО1).

В возражениях государственный обвинитель – старший помощник прокурора г. Якутска Воротов И.П. не согласился с апелляционными жалобами осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, защитников Логинова Д.А., Кононова В.Г., Габышева В.С., Сейфутдинова Р.С., Хон В.С., Антонова А.П., потерпевшего Р., просит их оставить без удовлетворения.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора.

В силу ч. 1 ст. 389.19 УК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалоб, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы, изложенные в апелляционных и дополнительных жалобах, в апелляционном представлении и возражениях, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении приговора в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, а именно нарушением требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации п. 2, 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ).

Так, согласно ч. 1 ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым.

В силу п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 (ред. от 09.12.2025) "О судебном приговоре" приговор признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ч. 4 ст. 304 УК РФ во вводной части приговора указываются фамилия, имя и отчество подсудимого, дата и место его рождения, место жительства, место работы, род занятий, образование, семейное положение и иные данные о личности подсудимого, имеющие значение для уголовного дела.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает, доказано ли, что деяние совершил подсудимый.

Пункты 1 и 2 ч. 1 ст. 308 УПК РФ обязывают суд указать в резолютивной части обвинительного приговора фамилию, имя и отчество подсудимого, а также решение о признании его виновным в совершении преступления.

Из приговора суда, протокола судебного заседания, а также иных материалов уголовного дела следует, что уголовное дело рассматривалось в отношении подсудимого ФИО1 При этом во вводной и описательно-мотивировочной частях приговора суд правильно указал его фамилию, приведя индивидуальные анкетные данные, позволяющие установить личность подсудимого ФИО1

Вместе с тем при изложении резолютивной части приговора суд допустил ошибку, указав фамилию подсудимого ФИО1 – «Дазуров».

Также при производстве зачета времени содержания под стражей в отношении ФИО3 суд допустил ошибку в инициалах осужденного, указав «А.Г.».

Учитывая, что согласно пп. 29 и 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре" приговор должен излагаться в ясных и понятных выражениях, а также то, что во всех случаях резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении, приговор в этой части подлежит изменению.

Вопреки доводам защиты об отсутствии в действиях осужденных состава преступления и недоказанности их вины, суд первой инстанции обоснованно признал ФИО1, ФИО2, ФИО3 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ.

Вина осужденных в совершении данного преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, на основании которых суд правильно установил фактические обстоятельства дела и постановил обвинительный приговор.

Исследованные доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения дела по существу.

Доводы апеллянтов о непричастности ФИО1 к совершенному преступлению и об отсутствии в его действиях объективной стороны преступления, несостоятельны.

Суд, проанализировав представленные доказательства, пришел к правильному выводу об отнесении ФИО1 к соучастнику хулиганства, действовавшему в группе с Петросянами по предварительному сговору с ними.

В соответствии со ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным по предварительному сговору группой лиц, если в его совершении участвовали два или более исполнителя. Согласно ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями).

По смыслу закона, предварительный сговор предполагает договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, образующих, в данном случае, квалифицированное хулиганство. При этом указанная договоренность может быть выражена в любой форме.

Петросяны вынимали огнестрельное оружие из багажника автомобиля в присутствии ФИО1, он направился в здание вместе с ними, их не останавливал, не протестовал, в том числе при открытии стрельбы. Указанное поведение ФИО1 дает основание считать, что его умыслом охватывались действия ФИО5.

Хулиганство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение этого преступления, непосредственно участвовали в процессе грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, что в данном случае доказано и обосновано в приговоре. Причем необязательно, чтобы повреждения потерпевшему были причинены каждым из осужденных.

Таким образом, несмотря на то, что непосредственное применение оружие осуществлено только Петросянами, ФИО1 также правомерно несет уголовную ответственность.

Вопреки позиции апеллянтов, приговор не содержит существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденных, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Из приговора видно, что суд привел мотивы, по которым отверг представленные ему доказательства. Выводы суда являются правомерными, поскольку доказательства не приняты в той части, в которой они не подтверждены иными добытыми доказательствами и противоречили им, чему судом дана подробная оценка.

Как установлено судом апелляционной инстанции, в приговоре не отражены показания свидетелей Г., Х. и Ю., допрошенных в суде при первом рассмотрении уголовного дела (т. 17 л.д. 25, 79).

Однако анализ данных показаний позволяет заключить, что они не свидетельствуют об отсутствии в действиях осужденных состава преступления.

Так, свидетель Ю. показал, что зимой 2024 он с земляками работал на стройке, они услышали выстрелы и убежали на улицу, где находились минут 40, затем приехали сотрудники полиции и всех увезли в отдел (т. 10 л.д. 42-44).

Свидетель Х. показал, что работал с земляками на стройке; услышав выстрелы, они убежали на улицу, потом приехали сотрудники полиции и всех забрали. Здание огорожено не было, в нем был охранник (т. 10 л.д. 50-53).

Свидетель Г. показал, что автомобиль ******** принадлежит ему, он по просьбе ФИО3 одолжил свою машину (т. 17 л.д. 25-26).

В связи с этим отсутствие в приговоре ссылки на показания указанных лиц не влияют на правильность вынесенного приговора.

Судом соблюдены нормы ст. 252 УПК РФ, поскольку судебное разбирательство проведено только в отношении обвиняемых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 и лишь по предъявленному им обвинению. Описание преступного деяния, указанного в приговоре, полностью соответствует обстоятельствам совершенного преступления в обвинительном заключении. Какого-либо изменения обвинения, тем более ухудшающего положение подсудимых и нарушающих их право на защиту, в частности, при квалификации преступного деяния, не установлено.

Как следует из протокола судебного заседания и аудиозаписи, процедура судопроизводства соблюдена, судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с выполнением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию, при этом сторонам были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставляемых прав.

По смыслу ст. 259 УПК РФ протокол в письменной форме не является стенограммой судебного процесса, закон не предусматривает дословное изложение показаний лиц и речей в судебных прениях. Данную задачу выполняет аудиопротокол, который имеется в материалах дела и является таким же доказательством, как и протокол письменный (ст. 83 УПК РФ).

Замечания адвоката на протокол рассмотрены судом, нарушений права на защиту не выявлено.

Суд не ограничился перечислением доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий, а раскрыл их содержание. Показания участников процесса, приведены не выборочно, как указывают апеллянты-защитники, а в той части, в которой они относятся к выводам суда и требуют судебной оценки, как на то ориентирует п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 (ред. от 09.12.2025) "О судебном приговоре".

Все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены судом в соответствии с законом, с вынесением мотивированных решений. Необоснованных решений об отказе в удовлетворении ходатайств, ограничивающих права участников судебного разбирательства и способных повлиять на выводы суда, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд правильно не нашел оснований для удовлетворения ходатайства потерпевшего Р. о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления только небольшой или средней тяжести.

Преступление, в котором обвиняются осужденные, является тяжким преступлением, что само по себе исключает возможность прекращения уголовного дела в связи с примирением и заглаживанием причиненного вреда.

Предложенные потерпевшим и защитой способ (изменить категорию преступления и прекратить уголовного дело) противоречит п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 г. № 10 «О практике применения судами положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса РФ», согласно которому изменение категории преступления возможно только после того, как осужденному назначено наказание с учетом предусмотренных УК РФ правил назначения наказания.

Суд правомерно отказал в удовлетворении ходатайства защиты об исключении из числа доказательств протоколов допросов свидетелей по мотиву невладения русским языком.

Как видно из протоколов допросов, производимых на предварительном следствии с видеофиксацией, свидетели Н., А., И., Ю., Ш. работали и проживали в Российской Федерации, от услуг переводчика отказались, мотивируя тем, что русским языком владеют. Тот факт, что письменные пояснения даны ими с орфографическими ошибками не может служить основанием для признания доказательств недопустимыми.

Что касается Б. и Х., то они также владеют русским языком, о чем свидетельствуют их пояснения при допросах, а также собственноручные подписи и записи на русском языке. Тем не менее, как только они заявили, что недостаточно понимают русский язык, переводчик был им немедленно предоставлен.

Протоколы допросов свидетелей Ф., Н., А., И., Ю., Ш., Б. и Х. правомерно оглашены в судебном заседании и использованы в качестве доказательств.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ при неявке в судебное заседание свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных им показаний в случае, если в результате принятых мер установить место нахождения свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным.

При оценке доказательств, в том числе оглашенных показаний не явившихся в суд потерпевшего и свидетелей, суд учел все обстоятельства, связанные с причинами их неявки и с их участием в предшествующей судебному разбирательству стадии уголовного судопроизводства.

Так, судом установлено, что указанные лица являются иностранными гражданами, с работы они уволились и выехали за пределы Российской Федерации, их принудительный привод невозможен, сотовые телефоны заблокированы, судебное разбирательство неоднократно откладывалось, но их место нахождения установить не удалось (т. 17 л.д. 49, 62-63).

Протоколы допросов на месте на стадии предварительного следствия составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, замечаний к содержанию изложенных в нем показаний свидетели не высказали, материалы дела не содержат сведений о применении к указанным свидетелям незаконных мер воздействия, при этом свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а также о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу.

Таким образом, качество доказательств и обстоятельства, при которых они были получены, не позволяют усомниться в их достоверности или в точности.

В связи с этим правомерность оглашения протоколов и использования их в качестве доказательств сомнений не вызывает.

Правила, предусмотренные ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым решение об оглашении показаний свидетеля может быть принято судом при условии предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами, также судом не нарушены.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, ч. 1 ст. 14 УПК РФ каждый обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

В соответствии с положениями ст. ст. 7, 8 и 10 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. и являющейся в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ составной частью правовой системы Российской Федерации, каждый имеет право на рассмотрение его дела справедливым и беспристрастным судом.

Для установления того, являлось ли судебное разбирательство в целом справедливым, необходимо убедиться в том, что были соблюдены права на защиту. Следует, в частности, рассмотреть вопрос о том, имел ли заявитель возможность оспорить достоверность доказательств и возражать против их использования, что следует также из п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 № 51 "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)".

Как видно из материалов дела, осужденные и их защитники были ознакомлены с материалами уголовного дела в полном объеме, в том числе с протоколами допросов указанных свидетелей.

При этом замечаний в части данных протоколов они не имели, показания свидетелей под сомнение не ставили, очную ставку с ними провести не ходатайствовали.

Когда как реализация стороной защиты своих прав, касающихся проверки и опровержения показаний, значимых, по ее мнению, для разрешения уголовного дела, предполагает активную форму поведения. Бездействие самого обвиняемого (подсудимого) или его защитника относительно осуществления этих прав не может расцениваться как непредоставление ему возможности оспорить соответствующие показания предусмотренными законом способами (Определение Конституционного Суда РФ от 26.06.2025 № 1808-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина В. на нарушение его конституционных прав частью шестой статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации").

Следовательно, в данном случае условия для исследования показаний свидетелей, предусмотренные ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, соблюдены, так как в стадии досудебного производства осужденные не были ограничены в возможности, ознакомившись с участием защитника с протоколами их допросов, сформулировать вопросы к свидетелям, ходатайствовать о проведении очных ставок с ними, изложить в письменной форме свою позицию относительно достоверности показаний этих лиц либо иным предусмотренным законом способом оспорить данные доказательства.

Что касается потерпевшего Р., то его показания правомерно оглашены на основании п. 3 ч. 2 ст. 281 УПК РФ (отказ потерпевшего, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда) (т. 17 л.д. 63-64)).

Данных о том, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, а также что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденных на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением их процессуальных прав, из материалов дела не усматривается.

Следует отметить, что приведенные в апелляционных и дополнительных жалобах доводы повторяют правовую позицию, ранее изложенную в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, являлись предметом проверки и оценки суда, которые правомерно отвергнуты, как неправильные.

Вновь приводя данные доводы, осужденные и их защитники не указывают на существенные нарушения норм материального или процессуального права, допущенные судом первой инстанций, повлиявшие на исход дела, а приводят оценку доказательств, в частности показаний М., К., Т. и др., а также вещественных доказательств, указанных в апелляционных жалобах, являющуюся субъективной и основанной на неверном толковании норм действующего законодательства.

Правильно посчитав осужденных вменяемыми, суд верно применил уголовный закон и квалифицировал их действия по ч. 2 ст. 213 УК РФ как хулиганство, т.е. грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с угрозой применения насилия к гражданам, с применением оружия, группой лиц по предварительному сговору.

Выводы относительно квалификации преступления мотивированы судом, как ориентирует п. 19 постановления Пленума Верховного Суда от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», а также постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2007 № 45 (ред. от 26.11.2024) "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений".

Осужденные совершили умышленные действия, направленные на грубое нарушение общественного порядка, выражая явное неуважение к обществу.

Явное неуважение к обществу выразилось в умышленном нарушении осужденными общепризнанных норм и правил поведения в общественном месте.

Так, местом преступления является недостроенное общественное здание, находящееся в черте города, не предназначенное для индивидуального или семейного пользования, в котором находилось множество людей.

Противоречий в выводах суда об отнесении объекта к общественному месту не имеется. Указанная в приговоре фраза: «Нельзя также не согласиться с доводами защиты о том, вышеуказанное строящееся здание не является общественным местом» является явной опечаткой, поскольку при этом суд приводит мотивы, по которым относит место происшествие к общественному.

Вооружившись охотничьими карабинами, осужденные использовали вызов свидетеля С. как повод явиться в назначенное место и показать свое превосходство, противопоставив себя окружающим и продемонстрировав пренебрежительное к ним отношение, путем применения данного оружия. Произведенные выстрелы представляли непосредственную угрозу причинения телесных повреждений людям и причинили таковое потерпевшему Р., что в совокупности свидетельствует о хулиганском характере действий осужденных.

Что касается зачинщика конфликта, то им, как следует из приведенных судом доказательств, явился ФИО3, который сначала предъявил С. претензии по поводу некачественных строительных работ, а затем применил в отношении него физическое насилие, когда как ни Трудовой, ни Гражданский кодекс Российской Федерации не предполагает разрешение конфликтов подобным образом.

Доводы осужденных о том, что они исполняли свои служебные обязанности по охране объекта, являются надуманными.

Осужденные получили информацию о прибытии большого количества посторонних людей, когда они находились вдали от объекта, и имели возможность вызвать сотрудников полиции, как-то предусмотрено в Российской Федерации, являющейся правовым государством согласно ст. 1 Конституции РФ.

Вместо этого они вооружились и отправились на назначенную им встречу.

В связи с этим суд пришел к правильному выводу об отсутствии в действиях осужденных признаков необходимой обороны.

Вместе с тем доводы потерпевшего, осужденных и их защитников относительно неправильного назначения наказания заслуживают внимания.

Наказание должно назначаться в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности виновных, в том числе обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни его семьи.

Согласно п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" установление обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, имеет важное значение при назначении лицу, совершившему преступление, как основного, так и дополнительного наказания. В связи с этим в приговоре следует указывать, какие обстоятельства суд признает смягчающими и отягчающими наказание.

При назначении осужденным наказания суд учел в качестве смягчающих обстоятельств положительные характеристики, отсутствие претензий со стороны потерпевшего и возмещение ему вреда. В отношении ФИО2 и ФИО3 также учтено наличие у них малолетних детей, а в отношении ФИО2 дополнительно - помощь ********, наличие благодарственных писем, наград за оказание ******** помощи.

Суд правомерно не усмотрел наличие такого смягчающего обстоятельства как противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ), поскольку Р. таковых действий не совершал, о чем подробно обосновано в приговоре. Оснований не соглашаться с выводами суда нет оснований.

При этом суд отказался признавать в действиях осужденных смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, мотивируя тем, что преступление совершено в отношении неопределенного круга лиц.

Данный вывод суда неправильный.

В силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, относятся к обстоятельствам, смягчающим наказание.

По смыслу п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ, применение льготных правил назначения наказания может иметь место в случае, если имущественный ущерб и моральный вред возмещены потерпевшему в полном объеме (п. 2 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020) (ред. от 25.04.2025).

В силу п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" под действиями, направленными на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (пункт "к" части 1 статьи 61 УК РФ), следует понимать оказание в ходе предварительного расследования или судебного производства по уголовному делу какой-либо помощи потерпевшему (например, оплату лечения), а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего.

В материалах дела имеется два ходатайства потерпевшего Р., согласно которым ФИО1, ФИО3 и ФИО2 ему полностью возместили материальный ущерб и моральный вред в размере .......... руб., принесли извинения, приобрели необходимые медикаменты. Потерпевший отметил, что причиненный ему вред заглажен в полном объеме, все полученное он принял и считает достаточным, никаких претензий к ним не имеет (т. 9. л.д. 24, т. 16 л.д. 51-52).

С учетом позиции потерпевшего, а также причинения ему вреда, расценивающегося как легкий вред здоровью, указанное возмещение является полным, соразмерным, направленным на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего, что, в свою очередь, свидетельствует о наличии смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а именно добровольное возмещение морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (причинение имущественного (материального) ущерба осужденным не вменялось).

Следует отметить, что законодательство не содержит ограничений в признании указанного смягчающего обстоятельства по преступлениям, предусмотренным ст. 213 УК РФ.

Таким образом, и поскольку отягчающих наказание обстоятельств не имеется, то назначение наказания должно производиться с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о необходимости назначения осужденным наказания в виде реального лишения свободы в целях восстановления социальной справедливости, их исправления и предупреждения совершения им новых преступлений.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред. Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла (прямой или косвенный) либо неосторожности (легкомыслие или небрежность).

Описанные в приговоре признаки состава преступления и конкретные обстоятельства хулиганства, его направленность против общества и общественного порядка, использование огнестрельного оружия, роль каждого осужденного в содеянном, наличие у них прямого умысла, а также причинение вреда здоровью человека - не позволяют суду назначить наказание не связанное с реальным лишением свободы, поскольку в противном случае будет нарушен принцип справедливости, закрепленный в ч. 1 ст. 6 УК РФ, согласно которому наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Поэтому, несмотря на наличие совокупности выявленных судом смягчающих обстоятельств, а также дополнительных обстоятельств, указанных апеллянтами в суде апелляционной инстанции (заболевание дочери ФИО2), осужденные должны отбывать лишение свободы реально.

Согласно взаимосвязанным положениям статей 389.22, 389.23 и части 1 статьи 389.24 УПК РФ и правовой позиции, изложенной в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 г. № 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве", при новом рассмотрении уголовного дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора по основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строгого наказания либо любое иное усиление его уголовной ответственности.

Как следует из материалов дела, первоначально за указанные выше преступления ФИО1, ФИО3 и ФИО2 осуждены приговором Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 13.12.2024 (т. 10 л.д. 140-172) к штрафу.

На данный приговор было внесено апелляционное преставление прокурором, который просил усилить наказание осужденным, назначив им реальное лишение свободы, поскольку наказание в виде штрафа является несправедливым ввиду чрезмерной мягкости (т. 11 л.д. 25-27).

Верховным Судом Республики Саха (Якутия) 25.02.2025 приговор отменен, уголовное дело возвращено прокурору г. Якутска для устранения препятствий его рассмотрения судом (т. 12 л.д. 154-162).

Поскольку с силу п. 4 ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ при отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору суд апелляционной инстанции не вправе предрешать вопросы о виде и размере наказания, в апелляционном определении отмечено, что проверка доводов прокурора чрезмерной мягкости наказания должна проводиться при новом рассмотрении судом первой инстанции.

В силу ч. 3 ст. 389.19 УПК РФ указания суда апелляционной инстанции обязательны для суда первой инстанции и для прокурора, если уголовное дело возвращено для устранения обстоятельств, препятствующих вынесению законного и обоснованного решения.

Таким образом, при повторном рассмотрении дела правомерно назначено более строгое наказание, чем по предыдущему приговору, отмененному по процессуальным основаниям, так как имелись доводы государственного обвинителя о несправедливости назначенного наказания вследствие чрезмерной мягкости.

Тот факт, что в силу прямого указания закона суд апелляционной инстанции был лишен возможности права высказать по ним суждение, не лишает право суд первой инстанции принять их во внимание и назначить справедливое наказание, что в данном случае соблюдено.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности судом верно не установлены основания для изменения категории преступления на менее тяжкую (ч. 6 ст. 15 УК РФ), равно как и для назначения осужденным наказания ниже низшего предела, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, поведением осужденных во время или после совершения преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления (ст. 64 УК РФ).

Нарушений прав осужденных, в частности ФИО1, при зачете времени содержания его под стражей, не допущено. Данный зачет произведен с учетом приговора Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 01.02.2024, согласно которому ФИО1 отбывает наказание в виде лишения свободы со 02.04.2024 (т. 6 л.д. 127-133).

Проверяя на основании ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ производство по уголовному делу в полном объеме, суд апелляционной инстанции не установил нарушений, являющихся безусловным основанием отмены или изменения судебного решения (ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ).

Иных нарушений, могущих повлиять на законность, обоснованность и справедливость приговора, судом апелляционной инстанции также не выявлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

апелляционное представление государственного обвинителя - старшего помощника прокурора г. Якутска Воротова И.П. удовлетворить, апелляционные и дополнительные жалобы осужденного ФИО1 и его защитников – адвокатов Хона В.С., Логинова Д.А., осужденного ФИО2 и его защитников – адвокатов Кононова В.Г., Габышева В.С., осужденного ФИО3 и его защитников – адвокатов Сейфутдинова Р.С., Антонова А.П., потерпевшего Р. удовлетворить частично.

Приговор Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 6 октября 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 изменить.

Указать в резолютивной части приговора фамилию «ФИО1» вместо «Дазуров», и фамилию, инициалы «ФИО3» вместо «ФИО2» в части зачета времени содержания под стражей ФИО3

В соответствии с п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, ФИО2 и ФИО3 - возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Применить ч. 1 ст. 62 УК РФ и смягчить назначенное по ч. 2 ст. 213 УК РФ наказание:

ФИО1 – до 3-х лет лишения свободы;

ФИО2 – до 3-х лет 3-х месяцев лишения свободы;

ФИО3 – до 3-х лет 6-ти месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения наказаний назначенных по данному апелляционному определению и приговору Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 01.02.2024 окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 6 лет 3 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть пересмотрено в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление могут быть поданы в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационной инстанции.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.К. Окороков

Судьи Е.Г. Терешкина

Н.М. Алексеева