Апелляционное определение № 33-837/2026 от 9 марта 2026 г.

Судья Поваляева А.О. УИД 65RS0012-01-2025-000164-12

Докладчик Калинский В.А. Дело № 33-837/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Южно-Сахалинск 10 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:

председательствующего судьи Калинского В.А.,

судей Портнягиной А.А., Чемис Е.В.,

при помощнике судьи Хоревой К.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 О.11 к ФИО2 О.2 о признании договоров дарения квартиры недействительными, применении последствий недействительности сделок, по апелляционной жалобе истца ФИО3 на решение Северо-Курильского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Заслушав доклад судьи Калинского В.А., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительными договоров дарения квартиры, применении последствий недействительности сделок.

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком, которая является ее дочерью, заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Полагает, что данный договор является недействительным, поскольку заключен без намерения создать правовые последствия, которые влечет заключение договора дарения. После заключения договора дарения сделку фактически не исполнили. Она продолжила проживать в подаренной квартире, несла расходы по ее содержанию, не снялась с регистрационного учета по указанному адресу, тогда как ответчик расходов по содержанию жилья не несла, не использовала иным образом свое имущество. Впоследствии, ДД.ММ.ГГГГ стороны заключили договор дарения квартиры, на основании которого ответчик подарила ей указанную квартиру. ДД.ММ.ГГГГ из Комитета по управлению муниципальной собственностью Северо-Курильского муниципального округа она получила письмо, из которого следовало, что дом по адресу: <адрес>, признан непригодным для проживания и подлежащим сносу, также ей сообщили, что жилое помещение ей не положено, так как право собственности на квартиру зарегистрировано после признания дома непригодным для проживания. Иного жилья у нее не имеется, в случае сноса дома, она самостоятельно не сможет приобрести себе жилое помещение, так как единственным источником дохода является пенсия по старости. В связи с изложенным, ФИО3 просила суд признать недействительными договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, применить последствия недействительности сделок.

Решением Северо-Курильского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование требований по жалобе указала, что после совершения оспариваемых сделок правовое положение истца не изменилось. Отметила, что дарственная истца от ДД.ММ.ГГГГ не содержит обязательного условия о пожизненном проживании дарителя в квартире, в связи с чем, договор дарения является незаконным.

Письменных возражений на доводы апелляционной жалобы не поступило.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО3, ее представитель ФИО5, апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней доводам.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении слушания дела не ходатайствовали.

Судебная коллегия полагает возможным, в соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), рассмотреть дело в отсутствие указанных участников процесса.

Выслушав объяснения явившихся лиц, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного судом решения.

Как установлено судом и видно из дела, на основании договора передачи жилого помещения в собственность от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Ответчик ФИО4 (ранее Горшкевич) является дочерью истца.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО6 заключен договор дарения указанной квартиры, о чем в едином государственном реестре прав на жилое помещение ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации перехода права №.

Согласно пункту 5 Договора дарения квартиры право собственности на приобретаемый объект недвижимости возникло у ФИО6 с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ квартира, расположенная по адресу: <адрес>, на основании договора была подарена ФИО6 ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ переход права собственности на указанный объект недвижимости был зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости.

Также по делу установлено, что постановлением администрации Северо-Курильского городского округа от ДД.ММ.ГГГГ многоквартирный дом, в котором расположено спорное жилое помещение, по адресу: <адрес>, признан аварийным и подлежащим сносу, установлен срок отселения до ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением администрации Северо-Курильского городского округа от ДД.ММ.ГГГГ дом по адресу: <адрес>, включен в муниципальную Программу «Обеспечение населения Северо-Курильского муниципального округа качественным жильем», пунктом 4 Приложения № к Программе установлен срок окончания расселения <адрес> год.

Разрешая по существу спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 12, 153, 164, 166, 167, 170, 209, 218, 421, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

С указанными выводами судебная коллегия соглашается, поскольку считает их основанными на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, с учетом установленных при рассмотрении дела юридически значимых обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу положений пунктов 3-4 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения о том, что при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной.

Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой является отсутствие у ее сторон намерения создать соответствующие правовые последствия этой сделки.

Согласно разъяснениям, данным Верховным Судом Российской Федерации в пункте 87 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Как правильно указал суд первой инстанции сторонами в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих, что при заключении оспариваемых договоров дарения воля сторон не была направлена на совершение оспариваемой сделки.

Изложенные сторонами спора доводы о недействительности заключенных (мнимости и притворности) договоров дарения обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку сторонами договора были совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих договору дарения правовых последствий, договоры были составлены с соблюдением действующего законодательства, с указанием как необходимых реквизитов передаваемого в дар имущества, так и данных сторон, которые в совокупности позволяют бесспорно установить, в отношении какого имущества и кем был заключен оспариваемый договор.

Суд правильно установил, что воля сторон договора от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе истца ФИО3, была направлена исключительно на передачу в собственность дочери ФИО6 спорной квартиры на безвозмездной основе в дар.

Факт проживания ФИО3 в указанной квартире после заключения договора дарения, также не является основанием для его признания недействительным.

Не являются оспариваемые сделки также и совершенными под влиянием заблуждения, поскольку согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Истцом ФИО3 не представлено доказательств того, что она не желала и не имела намерения передать квартиру в собственность дочери ФИО6 в дар или существенно заблуждалась относительно природы сделки, поскольку доказательств преднамеренного создания у нее не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на ее решение, представлено не было.

Напротив, из письменного заявления ФИО7 и ее пояснений суду следует, что на момент заключения договора дарения она преследовала цель именно передачи в дар дочери указанной квартиры.

В силу требований статей 39, 173 ГПК РФ обоснованно суд первой инстанции не принял признание иска ФИО4 и представителем администрации Северо-Курильского муниципального округа как противоречащее требованиям закона.

В судебном заседании сторонами не отрицалось, что признание недействительными сделок по дарению спорного жилого помещения необходимо для того, чтобы ФИО3 могла получить новое жилое помещение, взамен признанного аварийным и подлежащим сносу, а регистрация перехода права собственности на жилое помещение ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ являются препятствием к получению нового жилья.

В этой связи суд первой инстанции обоснованно также признал действия истца ФИО3 по оспариванию сделок дарения спорной квартиры недобросовестными (ст. 10 ГК РФ), что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Принимая во внимание, что судом не допущено нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, обжалуемое решение следует признать законным и обоснованным, и оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Северо-Курильского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ – оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 марта 2026 года.

Председательствующий В.А. Калинский

Судьи А.А. Портнягина

Е.В. Чемис