Апелляционное определение № 33-3566/2026 от 14 апреля 2026 г.

Судья Кирсанова Т.Б. 24RS0041-01-2023-006383-17 Дело № 33-3566

А-2.219

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Деева А.В.

судей Макурина В.М., Гладких Д.А.

при ведении протокола помощником судьи Овченковой Е.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Деева А.В. гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО6 о признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности, по иску ФИО26 к ФИО6, ФИО1 о восстановлении срока для принятия наследства, признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности сделок

по апелляционной жалобе представителя ФИО1, ФИО6 – ФИО24

по апелляционной жалобе представителя ФИО5 – ФИО22

по апелляционной жалобе ФИО4

на решение Октябрьского районного суда города Красноярска от 10 декабря 2025 года, которым постановлено:

«Признать договор дарения квартиры от <дата>, заключенный между ФИО2 и ФИО1, недействительным.

Прекратить право собственности ФИО1 на квартиру по адресу: <адрес>.

Признать договор дарения земельного участка от <дата>, заключенный между ФИО3 и ФИО6, недействительным.

Прекратить право собственности ФИО6 на земельный участок по адресу: <адрес>

Настоящее решение является основанием для исключения из ЕГРН сведений о собственнике квартиры по адресу: <адрес> ФИО1 и собственнике земельного участка по адресу: <адрес> ФИО6.

В удовлетворении иска ФИО5 о восстановлении срока для принятия наследства и признании за ним права собственности на квартиру по адресу: <адрес>, на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес> в порядке наследования отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО6 о признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности сделок. Требования мотивированы тем, что его двоюродный брат ФИО3, умерший <дата>, являлся собственником квартиры по адресу: <адрес>, а также земельного участка по адресу: <адрес><дата> между ФИО3 и ФИО1 заключен договор дарения, по условиям которого ответчица получила в собственность указанную квартиру. <дата> между ФИО3 и ФИО6 заключен договор дарения, по условиям которого ФИО6 получила в собственность названный земельный участок. В обоснование заявленных требований истец ссылается, что указанные договоры дарения являются недействительными, поскольку на момент совершения сделок в связи с онкологическим заболеванием и прохождением соответствующего лечения наследодатель не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, кроме того, не подписывал спорные договоры. В связи с чем, с учетом уточнения требований, просил признать недействительными договор дарения квартиры от <дата>, договор дарения земельного участка от <дата>, а также применить последствия недействительности сделок.

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО1 о восстановлении срока для принятия наследства, признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности сделок. Требования мотивировал тем, что является сыном ФИО3, умершего <дата> Наследодатель являлся собственником квартиры по адресу: <адрес>, и земельного участка по адресу: <адрес> В обоснование требований ссылается, что о смерти отца ему стало известно только <дата>. <дата> он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства к нотариусу. По состоянию здоровья он вовремя не обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Полагает, что ответчики незаконно владеют спорным имуществом, оставшимся после смерти наследодателя, поскольку подписи в договорах дарения выполнены не наследодателем, что подтверждено соответствующим экспертным заключением. В связи с чем, с учетом уточнения требований, просил восстановить пропущенный срок для принятия наследства, оставшегося после смерти ФИО3, умершего <дата>, признать недействительными договор дарения квартиры от <дата>, договор дарения земельного участка от <дата>, применить последствия недействительности сделок, признать право собственности на спорные объекты недвижимости в порядке наследования.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1, ФИО6 – ФИО24 просит решение суда отменить, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы ссылается, что судом не установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора. Выражает несогласие с заключением эксперта № от <дата>, подготовленного по результатам проведения почерковедческого исследования, поскольку экспертиза назначена и проведена в отсутствие позиции ответчиков, с использованием образцов почерка двухгодичной давности до развития у ФИО3 заболевания. Кроме того, судом первой инстанции не учтено, что ФИО3 обращался лично в МФЦ с заявлением о регистрации права собственности в отношении спорных объектов недвижимости, при этом, уполномоченным сотрудником МФЦ проведена полная идентификация личности заявителя. Также просит учесть, что в соответствии с заключением судебной экспертизы от <дата> ФИО3 осознавал правовые последствия заключения спорных договоров дарения, на момент их заключения психическими расстройствами не страдал, несмотря на болевой синдром, сохранял ясность ума. Указывает, что судом первой инстанции не соблюдены принципы состязательности и равноправия, поскольку суд отказал в удовлетворении ходатайств об истребовании дополнительных доказательств. Просит назначить повторную почерковедческую экспертизу, в назначении которой отказано судом первой инстанции.

В апелляционной жалобе представитель ФИО5 – ФИО22 просит решение суда отменить в части отказа в восстановлении срока для принятия наследства и признания права собственности за ФИО5 на спорные объекты. В доводах жалобы ссылается, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отсутствии уважительных причин пропуска процессуального срока для принятия наследства. Просит учесть тяжелое состояние здоровья ФИО5, сложный характер взаимоотношений заявителя с наследодателем, а также факт сокрытия иными родственниками информации о смерти наследодателя, в связи с чем, по объективным причинам у наследника отсутствовала реальная возможность узнать о наличии спорного имущества ранее.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит изменить решение суда, удовлетворив требование о признании за ним права собственности на спорные объекты в порядке наследования. В обоснование доводов жалобы ссылается на нарушение судом норм процессуального права в части отказа в принятии заключительных уточненных исковых требований, а также в части оставления без внимания ходатайство о допросе свидетеля, который является родным братом наследодателя.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился ФИО5, извещался о рассмотрении дела 31.03.2026 г., не явился представитель АНО «Контакт», извещалась о рассмотрении дела электронным заказным письмом, не явился представитель КГБУ «МФЦ», извещалась о рассмотрении дела 06.04.2026 г., не явилась нотариус ФИО8, извещалась о рассмотрении дела 09.04.2026 г., не явился ФИО15, извещался о рассмотрении дела электронным заказным письмом, в связи с чем, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц, извещенных о слушании дела.

Проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов апелляционных жалоб, выслушав объяснения ФИО4, объяснения представителя ФИО5 – ФИО22, объяснения ФИО23, ФИО6 и их представителя ФИО16, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно положениям п. 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу абз.1 ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии со статьей 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Как следует из п. 1 ст. 1114 ГК РФ временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

В силу статьи 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (статья 1117), либо лишены наследства (пункт 1 статьи 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Согласно статьям 1142 - 1144 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя, внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления. Если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери. Если нет наследников первой и второй очереди, наследниками третьей очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры родителей наследодателя (дяди и тети наследодателя). Двоюродные братья и сестры наследодателя наследуют по праву представления.

Статья 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет способы принятия наследства: путем подачи наследником нотариусу заявления о принятии наследства (о выдаче свидетельства о праве на наследство) либо осуществления наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

В силу статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии со статьей 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный на принятие наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

По разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока, Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд первой инстанции, дав надлежащую юридическую оценку представленным сторонами доказательствам и применив нормы материального права, регулирующие спорное правоотношение, пришел к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований о признании договоров дарения недействительными, а также об отказе в удовлетворении требований ФИО5 о восстановлении пропущенного процессуального срока для принятия наследства и признания за ним права собственности на спорные объекты недвижимости.

Выводы суда первой инстанции мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела, из которых следует, что <дата> умер ФИО3

После смерти ФИО3 нотариусом открыто наследственное дело №.

С заявлением о принятии наследства после смерти ФИО3 к нотариусу <дата> обратился двоюродный брат ФИО4, как наследник третьей очереди по праву представления после смерти отца, являвшегося дядей наследодателя.

<дата> ФИО5 - сын наследодателя обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО3

Судом установлено, что ФИО3 являлся собственником квартиры по адресу: <адрес>, и земельного участка по адресу: <адрес>

Из материалов дела также следует, что <дата> между ФИО3 и ФИО1 заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО3 подарил, принадлежащую ему квартиру по адресу: <адрес>. <дата> осуществлена государственная регистрация.

<дата> между ФИО3 и ФИО17 заключен договор дарения, по условиям которого ФИО17 получила в дар земельный участок по адресу: <адрес>

В соответствии с выпиской из ЕГРН, на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции указанные лица, являются собственниками, обременений, залога в отношении спорных объектов недвижимости не зарегистрировано.

По ходатайству истцов, на основании определения Октябрьского районного суда г. Красноярска от 16.12.2024 г. назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам <данные изъяты>

Из заключения комиссии экспертов № о <дата> следует, что ФИО3 на момент подписания договоров дарения от <дата> и от <дата> каким-либо психическим расстройством не страдал. В представленной медицинской документации в период времени, приближенный к юридически значимой ситуации, нет сведений, указывающих на выраженные нарушения в эмоционально-волевой, личностной, интеллектуально-мнестической сферах у ФИО3, которые могли бы повлиять на способность понимать значение своих действий и руководить ими.

<дата> (максимально приближенный к юридически значимым датам период) его состояние согласно медицинской документации определялось наличием болевого синдром выраженного астенического синдрома, при этом сознание его оставалось ясным, каких-либо психических расстройств, осматривавшим его врачом не выявлялось. Имевшийся астенический синдром вследствие <данные изъяты> у подэкспертного не влиял на способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления договоров дарения от <дата> и от <дата>.

Из медицинских документов ФИО3, которые исследовались экспертами следует, что <данные изъяты>

В суде первой инстанции в качестве свидетеля допрошена ФИО19, которая является врачом <данные изъяты>, из показаний которой следует, что <дата> она приезжала по вызову к ФИО3 на дом, состояниепациента оценивалось как тяжелое.

Кроме того, на основании определения Октябрьского районного суда г. Красноярска от 21.04.2025 г. назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам <данные изъяты>

В соответствии с заключением эксперта <данные изъяты> подписи от имени ФИО3 и их расшифровки в виде рукописных записей «ФИО3», расположенные в Договоре дарения квартиры от <дата>, в Договоре дарения земельного участка от <дата> и заявлении о регистрации права собственности от <дата> выполнены не самим ФИО3, а иным лицом; установленные различия имеют высокую идентификационную значимость и, следовательно, не могут быть объяснены вариационностью выполнения, а являются индивидуальными для конкретных почерков, с использованием которых выполнены сравниваемые подписи и рукописные записи, существенными и достаточными для категорического вывода о том, что вышеуказанные спорные подписи от имени ФИО3, а также их расшифровки выполнены не им самим.

Из показаний эксперта ФИО20, допрошенного в суде первой инстанции следует, что необходимых документов для проведения исследования было достаточно, сомнений в том, что исследуемые документы подписаны иным лицом у эксперта не имеется. Подписи и записи от имени ФИО3 выполнены одним лицом с подражанием его подписи и почерка; наличие у ФИО3 болезненного состояния в данном случае не имеет значения для выводов, поскольку выявленные различия почерка и подписей характеризуются существенными идентификационными признаками, которые описаны в заключении.

Оценивая указанные обстоятельства, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о признании недействительными договоров дарения от <дата> и от <дата> и применении последствий их недействительности, поскольку ФИО3 не подписывал указанные договоры.

В соответствии со ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В суде апелляционной инстанции ходатайство ФИО1, ФИО6 и их представителя – ФИО16 о назначении по делу повторной почерковедческой экспертизы оставлено без удовлетворения, поскольку заключение эксперта <данные изъяты> соответствует требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наряду с другими представленными доказательствами. Эксперт имеет специальное образование, соответствующую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Заключение является мотивированным и обоснованным, содержит полные и последовательные ответы на поставленные судом вопросы. Эксперт допрошен судом.

В качестве основания для назначения повторной экспертизы судебная коллегия не принимает поступление образцов почерка и подписи наследодателя по месту работы от представителя истца по запросу суда, поскольку указанное обстоятельство не указывает на недопустимость экспертного заключения. При этом, в заключении эксперт сопоставлял спорные подписи не только с указанными свободными образцами, но и со свободными образцами в заявлении на выдачу паспорта, нотариальной доверенности, принадлежность которых наследодателю не оспаривалась, и которые в совокупности позволили сделать категоричные вывода выводы о выполнении спорных подписей не ФИО3 Кроме того, эксперт в заключении и при допросе не указывал на наличие отличий в свободных образцах, которые представлены на исследование, что указывает на их принадлежность одному лицу.

Кроме того, доводы ФИО1, ФИО6 о том, что они не имели возможности поставить перед экспертами вопросы, не может служить основанием для проведения повторной экспертизы, поскольку не указывает на наличие сомнений в правильности или обоснованности проведенной экспертизы.

В связи с чем, у судебной коллегии не возникли основания для сомнений в правильности или обоснованности проведенной по делу судебной почерковедческой экспертизы.

Судебная коллегия полагает, что довод жалобы представителя ФИО1, ФИО6 о подписании и самостоятельном оформлении спорных сделок ФИО3 опровергается представленными в материалы дела медицинской документацией в отношении ФИО3, заключением комиссии экспертов <данные изъяты> а также свидетельскими показаниями, в соответствии с которыми состояние здоровья ФИО3 в спорный период времени было тяжелым, он не передвигался, что исключает самостоятельную явку в МФЦ для оформления договоров дарения.

Также, судебная коллегия соглашается с выводом суд первой инстанции об отказе в удовлетворении требований ФИО5 о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства, поскольку заявителем не представлены доказательства, свидетельствующие о существовании исключительных обстоятельств в юридически значимый период, препятствовавших своевременному принятию наследства, открывшегося после смерти ФИО3

Довод жалобы представителя ФИО5 – ФИО22 о том, что между наследодателем и заявителем сложились отстраненные взаимоотношения, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку указанное обстоятельство не относится к числу уважительных причин и не может являться основанием для восстановления пропущенного процессуального срока для принятия наследства.

Подлежат отклонению доводы жалобы представителя ФИО5 – ФИО22 о пропуске срока в связи с имеющимся у истца заболеванием, поскольку указанное обстоятельство оценено судом первой инстанции, который пришел к выводу о том, что в юридически значимый период ФИО5 проходил только амбулаторное лечение, которое указывает на отсутствие тяжелого состояния, объективно препятствующего принятию наследства, в спорный период работал.

Вопреки доводам жалобы ФИО4, с учетом длительности рассмотрения дела в суде первой инстанции у заявителя имелось достаточное количество времени для формирования позиции по делу и своевременной подачи уточненных исковых требований. В связи с чем, ФИО4 не лишен возможности обратиться с самостоятельными исковыми требованиями о признании права собственности на спорные объекты недвижимости в порядке наследования.

Доводы апелляционных жалоб ФИО4, представителя ФИО1, ФИО6 – ФИО24, представителя ФИО5 – ФИО22 не основаны на фактических обстоятельствах и материалах дела, являлись предметом исследования суда первой инстанции, которым оценены и мотивированы в решении, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены судебного решения.

Таким образом, судом первой инстанции всесторонне и объективно исследованы все фактические обстоятельства дела, им дана должная правовая оценка, верно применены нормы материального права и вынесено законное решение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда города Красноярска от 10 декабря 2025 года оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО4, представителя ФИО1, ФИО6 – ФИО24, представителя ФИО5 – ФИО22 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 16.04.2026 г.