Решение № 2-1513/2024 2-1513/2024~М-766/2024 М-766/2024 от 25 апреля 2024 г. по делу № 2-1513/2024

11RS0002-01-2024-001113-96

Дело №2-1513/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Воркутинский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Боричевой У.Н.

при помощнике судьи Лемко Е.А.,

с участием прокурора Маляревича И.А.,

представителя АО «Воркутауголь» по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Воркуте

26 апреля 2024 года гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском, в обоснование которого указал, что 11.02.2013 в результате взрыва метана в структурном подрразделении АО «Воркутауголь» «Шахта Воркутинская» погиб его брат по материнской линии – К.А.В.. Новость о гибели брата стала ударом для ФИО2, так как братья были очень дружны. Их родители много работали, поэтому большая часть заботы о младшем брате – А. легла на старшего брата – А.. Даже когда они выросли и стали жить в разных городах, братья поддерживали связь, приезжали друг к другу в гости. Похороны К.А.В. проходили в <адрес>, где проживала их мама. Похороны прошли эмоционально тяжело для истца. После трагедии прошло много времени, но чувство тоски по брату не покидает истца. На основании указанного истец просит взыскать с АО «Воркутауголь» компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб.

Истец ФИО2 надлежащим образом извещен о судебном заседании, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Третьи лица ФИО3, ФИО4, ФИО5 извещались о слушании дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились; судебные извещения ими не получены.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В судебном заседании представитель ответчика АО «Воркутауголь» по доверенности ФИО1 указал, что на момент несчастного случая действовало Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ на 2010-2012 гг. (продленное до 01.04.2013). 18.01.2011 между работниками АО «Воркутауголь» в лице профсоюзных организаций и работодателем – АО «Воркутауголь» было заключено «Территориальное соглашение по организации угольной промышленности города Воркута на 2011-2013 годы». В рамках этих соглашений АО «Воркутауголь» выплатило соответствующие компенсации членам семьи погибшего К.А.В., а именно его матери, супруге и детям. Расходы на погребение погибшего также взял на себя работодатель. Истец не был признан потерпевшим, не входит в перечень близких родственников погибшего К.А.В. На момент гибели К.А.В. братья не проживали совместно. Кроме того, стороной истца не представлено как доказательств характера их взаимоотношений, так доказательств несения истцом нравственных страданий в связи с гибелью брата. При этом факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Значит, у истца отсутствует право на получение компенсации.

Выслушав представителя ответчика, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Из постановления Воркутинского городского суда от 25.03.2019 по уголовному делу №1-5/2019 следует, что «Шахта Воркутинская» является структурным подразделением АО «Воркутауголь». В марте 2012 года участок по добыче угля №8 «Шахта Воркутинская» приступил к выполнению горных работ по добыче угля на лаве 832-ю пласта «Тройной» «Шахта Воркутинская». В результате бездействия начальника участка №8 «Шахта Воркутинская» ФИО3 по состоянию на 11.02.2013 горные выработки КШ 832-ю, РУ35-ю и лавы 832-ю ввиду отложения в них взрывоопасной сухой угольной пыли находились во взрывоопасном состоянии, при этом в районе камер приводов РУ35-ю и КШ 832-ю состав и концентрация угольной пыли были достаточны для ее взрыва. В результате бездействия ФИО4 по состоянию на 11.02.2013 горные выработки КШ 832-ю, РУ35-ю и лавы 832-ю ввиду отложения в них взрывоопасной сухой угольной пыли, находились во взрывоопасном состоянии, при этом в районе камер приводов РУ35-ю и КШ 832-ю состав и концентрация угольной пыли были достаточны для ее взрыва. Кроме того, в результате бездействия начальником участка ВТБ «Шахта Воркутинская» ФИО4 работниками участка №8 «Шахта Воркутинская» не был выявлен факт достижения по состоянию на 11.02.2013 концентрации метана в камере приводов РУ35-ю взрывоопасного значения, чему, в том числе способствовало наличие в камере приводов РУ35-ю угольной пыли, ввиду чего, нижняя величина предела взрываемости по концентрации метана была снижена. В свою очередь, в результате бездействия главного инженера «Шахта Воркутинская» ФИО5 по состоянию на 11.02.2013 горные выработки КШ 832-ю, РУ35-ю и лавы 832-ю на участке №8 ввиду отложения в них взрывоопасной сухой угольной пыли, находились во взрывоопасном состоянии, при этом в районе камер приводов РУ35-ю и КШ 832-ю состав и концентрация угольной пыли были достаточны для ее взрыва. Также в результате бездействия ФИО5 работниками участка №8 не был выявлен факт достижения по состоянию на 11.02.2013 концентрации метана в камере приводов РУ35-ю взрывоопасного значения, чему, в том числе способствовало наличие в камере приводов РУ35-ю угольной пыли, ввиду чего нижняя величина предела взрываемости по концентрации метана была снижена. Допущенные начальником участка №8 ФИО3, начальником участка ВТБ ФИО4, главным инженером ФИО5 при ведении горных работ нарушения правил безопасности повлекли за собой 11.02.2013 года в 9 часов 58 минут взрыв метанопылевоздушной смеси в районе правого борта (по ходу движения вентиляционной струи) РУ35-ю в районе камеры приводов РУ35-ю, с последующим воспламенением угольной пыли на участке РУ35-ю от бункера до сопряжения с КШ 832-ю, взрывом угольной пыли в камере приводов КШ 832-ю, воспламенением угольной пыли на участке КШ 832-ю от сопряжения с РУ35-ю до нижнего сопряжения лавы 832-ю и воспламенением угольной пыли на лаве 832-ю. Что повлекло по неосторожности причинение крупного ущерба ОАО «Воркутауголь», тяжкого вреда здоровью человека и смерть более двух работников «Шахта Воркутинская», выполнявших 11.02.2013, горные работы на КШ 832-ю, РУ35-ю, лаве 832-ю и прилегающих к ним горных выработках, в том числе смерть работника – горнорабочего подземного К.А.В., которому была причинена комбинированная травма тела, причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В ходе рассмотрения уголовного дела подсудимые ФИО3, ФИО4, ФИО5 вину в совершении преступления не признали, но заявили ходатайства о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Постановлением Воркутинского городского суда от 25.03.2019 уголовное дело №1-5/2019 и уголовное преследование ФИО3, ФИО4, ФИО5 по ч.3 ст.216 УК РФ (ред. Федерального закона 07.12.2011 № 420-ФЗ) прекращено на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, предусмотренного п.«б» ч.1 ст.78 УК РФ, то есть по нереабилитирующему основанию.

Постановление суда не обжаловано и вступило в законную силу.

Частью 4 ст. 61 ГПК РФ установлено, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, суд считает доказанным факт смерти К.А.В. при вышеописанных обстоятельствах.

В настоящее время истец ФИО2 в связи с гибелью брата – К.А.В. обратился с гражданским иском о взыскании компенсации морального вреда с работодателя погибшего в сумме 1000000 рублей.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2, <дата> г.р., и К.А.В., <дата> г.р., приходятся друг другу братьями по материнской линии.

К.А.В., как уже указано, погиб 11.02.2013 (запись акта о смерти ... от <дата>).

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1, п.2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Положениями ч.1 ст.1068 ГК РФ установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГПК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и п.3 ст. 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абз.2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

На основании ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 указано, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз.1 п.1 ст. 1068 ГК РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из положений п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 следует, что в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абз.3).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз.5 п.46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33).

В соответствии с исследованными материалами дела смерть горнорабочего подземного К.А.В. наступила непосредственно при исполнении им трудовых обязанностей в структурном подразделении АО «Воркутауголь» - «Шахта Воркутинская».

Таким образом, по делу установлено, что вред горнорабочему подземному, пострадавшему при взрыве, был причинен деятельностью, создающей повышенную опасность, так как шахта «Воркутинская» является опасным производственным объектом, а также действиями/бездействием работников АО «Воркутауголь» в результате ненадлежащего обеспечения условий труда и безопасности погибшего.

Как уже указано, моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз.1 п.1 ст. 1068 ГК РФ). Осуждение работника, как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и (или) уголовного преследования, не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Следовательно, в рассматриваемом случае гражданско-правовая ответственность возлагается на АО «Воркутауголь», как на работодателя, несущего ответственность перед работником, в том числе за причинение вреда неправомерными действиями других работников, и как на владельца опасного производственного объекта.

Несмотря на то, что ФИО2 и К.А.В. были братьями, выплаты в пользу истца ответчиком не производились, так как он не был признан членом семьи погибшего применительно к пунктам 8.1.3.3, 8.1.4 Территориального соглашения по организации угольной промышленности города Воркута на 2011-2013 годы.

Действительно, по состоянию на 11.02.2013 ФИО2 и К.А.В. вместе не проживали, что истец не отрицает, так как у каждого из них были свои семьи. При этом истец настаивает, что они были близки с детства, на протяжении всей жизни поддерживали связь.

Факт родственных отношений действительно сам по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Однако, ответчиком в порядке ст.56 ГПК РФ не представлено допустимых доказательств того, что ФИО2 и К.А.В. не поддерживали семейную связь или находились в неприязненных отношениях.

Семейные отношения определяются личными связями между членами семьи. В основе связи ФИО2 и К.А.В. лежит кровное родство. Таким образом, наличие у истца близких семейных отношений с братом не опровергнуто ответчиком. В таком положении у суда отсутствуют основания для отказа в компенсации морального вреда.

Представляется очевидным, что смерть брата явилась для ФИО2 сильнейшим потрясением, принесла душевную боль и страдания. В любом случае смерть родного человека является тяжелейшим событием и невосполнимой потерей для его близких.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы представителя ответчика о том, что ФИО2 и К.А.В., будучи взрослыми людьми, жили отдельно, со своими семьями, общего хозяйства не вели.

Так, при разрешении спора о компенсации морального вреда подлежат оценке в совокупности конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнесение их с тяжестью причиненных потерпевшему страданий, фактические обстоятельства дела. Также необходимо учесть требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушенного права.

Следует отметить, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания. Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Принимая во внимание характер нарушений, допущенных работниками опасного производственного объекта, невосполнимость утраты, но в то же время, учитывая давность событий, суд полагает необходимым взыскать с АО «Воркутауголь» компенсацию морального вреда в размере 300000,00 руб.

На основании ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина в сумме 300,00 руб., от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден в силу подп. 4 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, ст.ст. 61.1, 61.2 БК РФ подлежит взысканию в бюджет муниципального образования с ответчика АО «Воркутауголь».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО2 к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в бюджет муниципального образования городского округа «Воркута» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Воркутинский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения, то есть с 27.04.2024.

Судья У.Н. Боричева