Решение № 2А-136/2019 2А-136/2019~М-93/2019 М-93/2019 от 5 мая 2019 г. по делу № 2А-136/2019

РЕШЕНИЕ

<данные изъяты>

06 мая 2019 года г. Калининград

Калининградский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – судьи Батенева К.В., при секретаре Самедовой Э.В. с участием административного истца – ФИО3 и представителя административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО4 в открытом судебном заседании, рассмотрев административное дело № 2а-136/2019 по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № старшего сержанта ФИО3 об оспаривании решения командира войсковой части № о привлечении её к дисциплинарной ответственности,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором, после уточнения, просила признать незаконным и отменить приказ командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении её к дисциплинарной ответственности.

В обоснование этих требований ФИО3 в административном исковом заявлении указала, что проходит военную службу по контракту на должности санитарного инструктора роты связи войсковой части №. Приказом командира этой воинской части от ДД.ММ.ГГГГ № за совершение 21 января 2019 года грубого дисциплинарного проступка – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, она была привлечена к дисциплинарной ответственности с применением дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора. С оспариваемым решением она не согласна, поскольку 21 января 2019 года находилась в воинской части и исполняла приказ старшины роты – прапорщика ФИО8

В судебном заседании ФИО3 административный иск поддержала и настаивала на его удовлетворении, при этом в дополнение показала, что не позднее 08 часов 30 минут 21 января 2019 года она прибыла в расположение роты, а затем вышла на плац. После построения личного состава совместно с подразделением она проследовала в расположение роты, где ФИО5 приказал ей отремонтировать аптечку первой медицинской помощи. В целях выполнения поставленной задачи она убыла в медицинский пункт воинской части, где по ее просьбе один из военнослужащих воинской части, фамилию которого она не помнит, привел аптечку в порядок. В медицинском пункте она находилась до 16 часов, а затем проследовала на новый плац на построение личного состава. После этого искала пластилин для того, чтобы опечатать аптечку, затем возле места несения службы очередным дневальным по роте красила аптечку, кроме того выдавала личному составу роты связи медицинские препараты и осуществляла термометрию, а также заполняла соответствующую документацию. Около 18 часов 30 минут убыла домой. 22 января 2019 года командир роты – ФИО16 поинтересовался о том, где она находилась прошлый день, а письменное объяснение у нее потребовал только 23 января 2019 года. При этом объяснение ФИО16 она передала 26 января 2019 года, поскольку думала о том, что написать.

Представитель административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО4 в судебном заседании административный иск не признал, полагал необходимым в удовлетворении заявленных требований отказать, и показал, что основанием для привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности и применения к ней дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора, согласно приказу командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, послужило совершение ею 21 января 2019 года грубого дисциплинарного проступка – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, предусмотренного пунктом 2 статьи 28.5 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Федеральный закон «О статусе военнослужащих»). При применении к ФИО3 указанного дисциплинарного взыскания её права нарушены не были, процедура проведения разбирательства была соблюдена, все имеющие значение обстоятельства установлены, наказание назначено с учётом характера и тяжести совершённого ею дисциплинарного проступка. Применённое дисциплинарное взыскание определено статьёй 55 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Дисциплинарный устав), соответствует воинскому званию ФИО3 и дисциплинарной власти командира воинской части.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, и показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд считает установленным, что старший сержант ФИО3 с 18 ноября 1998 года по настоящее время проходит военную службу по контракту, в том числе с мая 2018 года в должности санитарного инструктора роты связи войсковой части №. Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № за совершение 21 января 2019 года грубого дисциплинарного проступка – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени ФИО3 была привлечена к дисциплинарной ответственности с применением дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора.

Оценивая оспариваемое решение о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, суд приходит к следующему выводу.

Согласно письменному разбирательству по факту совершения грубого дисциплинарного проступка старшим сержантом ФИО3, проведенному временно исполняющим обязанности командира роты связи войсковой части № старшим лейтенантом ФИО6, было установлено, что санитарный инструктор роты связи старший сержант ФИО3 21 января 2019 года отсутствовала в воинской части без уважительных причин, произошедшее стало возможным по личной недисциплинированности военнослужащего.

Как видно из акта об отказе от дачи письменного объяснения от 22 января 2019 года, ФИО3 в присутствии лейтенанта ФИО7 и прапорщика ФИО8 отказалась давать письменное объяснение по факту совершения грубого дисциплинарного проступка.

По итогам проведенного разбирательства старшим лейтенантом ФИО6 был составлен протокол о грубом дисциплинарном проступке, который совместно с материалами разбирательства был представлен командиру воинской части для рассмотрения.

Из исследованной в судебном заседании копии указанного протокола видно, что по итогам рассмотрения протокола и материалов о совершении грубого дисциплинарного проступка – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, командиром войсковой части № принято решение о применении к ФИО3 дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора.

В судебном заседании свидетель ФИО6 – временно исполняющий обязанности командира роты связи войсковой части № показал, что 21 января 2019 года им был установлен факт отсутствия ФИО3 в воинской части без уважительных причин. Так в течение дня на построении личного состава роты связи она отсутствовала, а личный состав суточного наряда по роте в ходе опроса показал, что ФИО3 в расположение роты не прибывала. На следующий день в воинской части был объявлен сигнал «тревога». По прибытию в подразделение ФИО3 пояснила, что 21 января 2019 года она находилась в медицинском пункте воинской части. В целях проверки данной информации он проследовал в медицинский пункт, работники которого утверждение ФИО3 опровергли. После чего на его требование ФИО3 в присутствии лейтенанта ФИО7 и прапорщика ФИО8 отказалась давать письменное объяснение по факту отсутствия в воинской части 21 января 2019 года, о чем им был составлен соответствующий акт. По обстоятельствам случившегося он получил объяснения от ФИО7 и ФИО8 По итогам проверки он оформил письменное разбирательство и составил протокол о грубом дисциплинарном проступке, в котором ФИО3 также отказалась выполнять свои подписи. Весь комплект документов он передал командиру воинской части, который своим приказом от ДД.ММ.ГГГГ № объявил ФИО3 дисциплинарное взыскание. Названный приказ он огласил на построении личного состава и вручил выписку из приказа ФИО3, а также разъяснил ей право на обжалование принятого командиром воинской части решения. Задачу по ремонту аптечки ФИО5 ставил ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, поскольку в тот день она (ФИО3) эту аптечку и сломала. Медикаменты для личного состава роты ФИО3 получила 29 января 2019 года. По факту отсутствия на службе 21 января 2019 года ФИО3 письменного объяснения ему 26 января 2019 года не передавала, в тот день она предоставила объяснение по факту невыдачи личному составу в течение месяца медицинских препаратов.

Свидетель ФИО7 – командир взвода носимых средств связи роты связи войсковой части № в судебном заседании показал, что 21 января 2019 года санитарный инструктор роты старший сержант ФИО3 отсутствовала в воинской части без уважительных причин. На следующий день ФИО16 по данному факту проводил разбирательство, но ФИО3 отказалась давать письменное объяснение. Через несколько дней на построении личного состава роты ФИО16 огласил приказ командира воинской части, которым за совершение дисциплинарного проступка ФИО3 был объявлен выговор.

Как показал в судебном заседании свидетель ФИО8 – старшина роты связи войсковой части №, весь день 21 января 2019 года ФИО3 не было в воинской части. Задачу по ремонту аптечки он ставил ФИО3 22 или 23 января 2019 года. Термометрия личного состава осуществляется три раза в сутки – утром, в обеденные часы и перед сном. По состоянию на 21 января 2019 года ФИО3 около месяца не выдавала личному составу роты медикаменты.

Из исследованной в судебном заседании книги подбора лиц суточного наряда роты связи войсковой части № видно, что с 20 на 21 января 2019 года в суточный наряд по роте заступили: дежурным – рядовой ФИО9, дневальными – рядовые ФИО10 и ФИО11

В судебном заседании свидетель ФИО9 – водитель-электрик роты связи войсковой части № показал, что с 20 на 21 января 2019 года он заступил в суточный наряд – дежурным по роте связи, дневальными заступили рядовые ФИО10 и ФИО11 Утром 21 января 2019 года телесный осмотр и термометрию личного состава роты проводил он, так как санитарный инструктор – ФИО3 отсутствовала в расположении роты в течение всего дня. Аптечка в период его дежурства была исправна. В один из дней после того, как он сменился с наряда, он видел, как ФИО3 ремонтировала аптечку. Подъем по сигналу «тревога» был 22 января 2019 года. Также он помнит, как в один из дней января 2019 года ФИО3 разыскивал командир роты, а в последующем и он сам по приказу последнего.

Свидетель ФИО10 – радиотелефонист роты связи войсковой части № в судебном заседании показал, что 21 января 2019 года находился в суточном наряде – дневальным по роте. В тот день ФИО3 разыскивал ФИО16, которому он сообщил, что в расположение роты она не заходила. Аптечку, расположенную в расположении роты на стене, никто из личного состава роты за время его нахождения в наряде не снимал.

Как показал в судебном заседании свидетель ФИО11 – линейный надсмотрщик роты связи войсковой части №, с 20 на 21 января 2019 года он заступил в суточный наряд – дневальным по роте. За время несения службы он не видел, чтобы кто-либо из военнослужащих роты снимал либо покрывал краской аптечку, находящуюся возле места несения службы очередным дневальным по роте. Телесный осмотр личного состава роты 21 января 2019 года проводил дежурный по роте.

В судебном заседании свидетель ФИО12 – медицинская сестра медицинского пункта войсковой части № показала, что в период с 10 до 11 часов 21 января 2019 года видела ФИО3 в медицинском пункте с баулом, она оформляла аптечку. Моисеева ежедневно прибывает на службу, а тем более в понедельник, когда приходят все.

Свидетель ФИО13 – санитарка медицинского пункта войсковой части № показала, что около 11 часов 21 января 2019 года видела ФИО3 в медицинском пункте с неисправной аптечкой, она спрашивала совет о том, как ее (аптечку) отремонтировать, а спустя какое-то время ушла. Это был командирский день, в медицинский пункт прибыл командир воинской части и построил личный состав пункта.

Как показала в судебном заседании свидетель ФИО14 – санитарка медицинского пункта войсковой части №, 21 января 2019 года в медицинский пункт прибыл командир воинской части, который отправил находящуюся в пункте ФИО2 в подразделение.

В судебном заседании свидетель ФИО15 – санитарный инструктор медицинского пункта войсковой части № показала, что 21 января 2019 года она вернулась из командировки. В тот день в медицинский пункт прибыл командир воинской части. В медицинском пункте кроме нее находились: два военнослужащих, проходящий военную службу по контракту, три медицинские сестры и дежурный фельдшер батальона, которого командир воинской части отправил в подразделение. ФИО3 в медицинском пункте 21 января 2019 года она не видела.

Согласно копии регламента служебного времени для военнослужащих, проходящих военную службу по контракту на должностях солдат (матросов), сержантов (старшин) в войсковой части № на зимний период обучения 2019 учебного года, прибытие на службу военнослужащих указанных категорий осуществляется с понедельника по субботу в 08 часов 30 минут, а убытие со службы в 18 часов 30 минут, перерыв для приема пищи с 14 до 15 часов.

Из исследованного в судебном заседании журнала выдачи профилактических средств роты связи видно, что медицинские препараты личному составу роты в период с 30 декабря 2018 года по 22 января 2019 года не выдавались.

Как видно из книги записи больных роты связи войсковой части №, личный состав роты с жалобами на состояние здоровья в период с 19 по 22 января 2019 года не обращался.

В соответствии со статьёй 26 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и статьёй 16 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Устав внутренней службы) военнослужащие обязаны строго соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы Российской Федерации, требования общевоинских уставов, беспрекословно выполнять приказы командиров, быть дисциплинированными.

Статьями 222 и 224 Устава внутренней службы установлено, что распределение времени в воинской части в течение суток, а по некоторым положениям и в течение недели осуществляется распорядком дня и регламентом служебного времени. Регламентом служебного времени военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, в дополнение к распорядку дня устанавливаются сроки и продолжительность выполнения этими военнослужащими мероприятий повседневной деятельности, вытекающих из обязанностей военной службы. Регламентом служебного времени военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, должно предусматриваться, в том числе, время их прибытия на службу и убытия с нее.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено отсутствие 21 января 2019 года старшего сержанта ФИО3 в войсковой части № без уважительных причин.

К такому выводу суд приходит, основываясь на показаниях свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО15, которые являются последовательными и не содержат в себе противоречий, ставящих под сомнение их достоверность.

В тоже время суд находит несостоятельными показания свидетелей ФИО12, ФИО13 и ФИО14, поскольку эти показания противоречат не только друг другу, но и показаниям свидетелей, на которых суд основывает свой вывод.

Запись в книге учета больных в амбулатории от 21 января 2019 года под № (рядовой контрактной службы 3 мотострелковой роты ФИО1), со слов ФИО3 выполненная ею 21 января 2019 года, не подтверждает ее нахождение в воинской части 21 января 2019 года, поскольку в судебном заседании ФИО3 не смогла пояснить при каких обстоятельствах и на каком основании она произвела данную запись.

На основании пункта 1 статьи 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих», военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Согласно статье 28.2 этого же Федерального закона, военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

Как следует из пункта 2 статьи 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих», отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, по своему характеру является грубым дисциплинарным проступком.

Пунктами 1 и 4 статьи 28.8 Федерального закона «О статусе военнослужащих» определено, что по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство. Порядок проведения разбирательства, полномочия командира или иного лица, проводящего разбирательство, определяются общевоинскими уставами в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Согласно статье 81 Дисциплинарного устава, материалы разбирательства о грубом дисциплинарном проступке оформляются только в письменном виде. Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола о грубом дисциплинарном проступке. Протокол вместе с материалами разбирательства предоставляется для ознакомления военнослужащему, совершившему грубый дисциплинарный проступок, и с предложением о сроке дисциплинарного ареста, который целесообразно назначить военнослужащему, или о применении к нему другого вида дисциплинарного взыскания направляется командиру воинской части для рассмотрения. Командир воинской части обязан в срок до двух суток рассмотреть протокол и материалы о совершении грубого дисциплинарного проступка и принять решение либо о направлении их в гарнизонный военный суд, либо о применении к военнослужащему иного дисциплинарного взыскания, предусмотренного настоящим Уставом.

Виды дисциплинарных взысканий, применяемых к солдатам, матросам, сержантам и старшинам, определены статьёй 55 Дисциплинарного устава, к которым, в том числе относится и строгий выговор.

Статьей 59 Дисциплинарного устава установлено, что командир полка (корабля 1 ранга) имеет право применять к подчиненным ему солдатам, матросам, сержантам и старшинам дисциплинарные взыскания, в том числе, объявлять выговор и строгий выговор.

В соответствии со статьей 83 Дисциплинарного устава, применение дисциплинарного взыскания к военнослужащему, совершившему дисциплинарный проступок, производится в срок до 10 суток со дня, когда командиру (начальнику) стало известно о совершённом дисциплинарном проступке (не считая времени на проведение разбирательства, времени болезни военнослужащего, нахождения его в командировке или отпуске, а также времени выполнения им боевой задачи), но до исчисления срока давности привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Статьей 91 Дисциплинарного устава установлено, что о применённых дисциплинарных взысканиях сержантам и старшинам объявляется лично, на совещании или перед строем сержантов или старшин. При этом объявление дисциплинарных взысканий допускается в приказе.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что командир войсковой части № при принятии решения о применении к административному истцу дисциплинарного взыскания за совершение 21 января 2019 года грубого дисциплинарного проступка действовал в установленный Дисциплинарным уставом срок в пределах предоставленных ему полномочий.

При таких обстоятельствах, оспариваемое решение следует признать законным и обоснованным, а в удовлетворении административного иска ФИО3 отказать.

Поскольку в удовлетворении административного иска отказано, не имеется оснований и для возмещения административному истцу судебных расходов.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ,

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО3 об оспаривании решения командира войсковой части № о привлечении её к дисциплинарной ответственности, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.