Решение № 2-1239/2026 2-1239/2026~М-130/2026 М-130/2026 от 12 апреля 2026 г. по делу № 2-1239/2026

Гражданское дело № 2-1239/2026

УИД-09RS0001-01-2026-000200-60


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 марта 2026 года г. Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе: председательствующего судьи Чимовой З.В.,

при секретаре судебного заседания Губжоковой А.М.,

с участием истцов ФИО5, ФИО1, представителя истцов – ФИО4, действующего на основании доверенности,

ответчиков ФИО5, ФИО6, представителя ответчиков – ФИО7, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в судебном заседании в зале Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики гражданское дело по исковому заявлению ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО5, ФИО5 к ФИО5, ФИО10, ФИО6, ФИО11, ФИО12 о признании договора купли-продажи квартиры мнимой сделкой,

установил:

ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО5 и ФИО5 обратились в Черкесский городской суд с иском к ФИО5, ФИО10, ФИО6, ФИО11, ФИО12 о признании договора купли-продажи мнимой сделкой В обоснование своих требований указали, что ДД.ММ.ГГГГ умер брат истцов- ФИО55 Хасянович, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Ему на праве собственности принадлежала квартира. Перед смертью, а именно 25.12.2024г. ФИО56.Х. позвал сестру ФИО5 и сказал, что квартира, в которой он проживал зарегистрирована на ФИО3. Под его диктовку ФИО5 написала обращение. Их брат ФИО57.Х. им рассказал, что в начале сентября 2012 года, ФИО6, являющаяся женой их брата Абубекира, обратилась к нему с просьбой помочь обналичить материнский капитал, полагавшийся от государства ей и ее семье. Просьба заключалась в том,Ю что необходимо заключить договор купли-продажи его квартиры, с указанными лицами, денежные средства, которые поступят на его счет от государства он отдаст ФИО6 Переоформить квартиру обратно ФИО6 обещала через два года. Однако, обманула его и не переоформила, уклоняясь от переоформления под разными предлогами. Данная квартира была передана ему в собственность. 19.09.2012г. они заключили договор купли-продажи и переоформили титульно квартиру на ФИО6 Денежные средства от продажи квартиры, ФИО17 отдал ФИО6. После заключения договора купли-продажи ФИО6 и члены ее семьи зарегистрировали право собственности по 1/5 доли. Однако, фактически они не пользовались данным жилым помещением, не проживали там, не несли бремя содержания имущества. ФИО58, опасаясь обмана не разрешил производить регистрацию членов семьи ФИО6. Целью указанной сделки было помочь ФИО3 обналичить материнский капитал. После получения денежных средств ФИО59 должен был явиться в Управление Росреестра по КЧР для снятия обременения на квартиру, однако не сделал этого. У ФИО2 супруг и детей не было, и после его смерти данная квартира должна была входить в наследственную массу. При обращении к нотариусу, им стало известно о том, что право собственности на квартиру зарегистрировано за ФИО5, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО6 О сделке между ФИО2 и ФИО3 им известно не было. Со ссылками на действующее законодательство РФ, просят признать договор купли-продажи <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 19.09.2012г. между ФИО2 и ФИО5, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО6. Применить последствия недействительности сделки путем аннулирования регистрации перехода права собственности.

В судебном заседании истец ФИО5 пояснила, что их брату ФИО17 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу : <адрес>. У него своей семьи не было. В ноябре 2024 году их брат заболел и лежал в больнице. Позже в больнице, он упал и сломал ногу. После выписки из больницы, она его отвезла в родительский дом, где проживают ФИО5 со своей семьей и круглосуточно осуществляла уход за ФИО17, так как жила рядом. Готовила ему еду, ее сын брал банковскую карточку ФИО17 и покупал продукты. 25 декабря 2024 года когда она находилась с братом, он попросил ее взять ручку и записать его обращение. ФИО17 ей сказал, что в 2012 году по настоянию ФИО3, для обналичивания материнского капитала ей необходимо заключить формально договор купли-продажи принадлежащей ему квартиры. Также пояснил, что после того как ему поступили деньги на счет, он передал их Салимат, а она обещала переписать квартиру обратно на него. ФИО17 ей сказал, что Салимат просила никому не говорить о сделке. ФИО17 ее попросил разделить квартиру после смерти между братьями и сестрами. Салимат обманным путем завладела квартирой. О сделке им стало известно 25 декабря, после чего она спросила у брата Абубекира, который ничего ей не пояснил.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что после того как их брат ФИО17 сломал ногу, они отвезли его в родительский дом, и все ухаживали за ним. 25 декабря 2024 года ФИО17 им рассказал, что заключил с Салимат договор купли-продажи квартиры, ранее им об этом известно не было. Просила иск удовлетворить.

Представитель истцов ФИО4 в судебном заседании пояснил, что ФИО3 уговорила ФИО17 заключить с ним договор купли-продажи квартиры, с целью обналичить средства материнского капитала. После заключения договора купли-продажи, никого из членов семьи Мансурова Абубекира, ФИО17 не прописал в квартире, они в нее не въезжали, кроме того он не снимал обремение. ФИО17 проживал в своей квартире, оплачивал коммунальные услуги. Также пояснил, что у ФИО17 не было намерения продавать квартиру, его последняя воля была, чтобы сестра и братья разделили ее между собой.

Истцы ФИО5, ФИО8, ФИО9 в судебное заседание не явились, просили рассмотреть в их отсутствие.

Ответчик ФИО5 просил в иске отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснила, что между ними и истцами всегда были хорошие отношения. В октябре 2024 года ФИО17 находился в ауле, у них дома, после его забрали в больницу. Когда он находился в больнице. 10.11.2024 года он ей позвонил и сказал, что упал и сломал бедро. На следующий день его выписали, ФИО17 сам сказала, что хочет поехать к ним домой. Пояснила, что всем сестрам было известно про договор купли-продажи, при его жизни никто ничего не говорил. Он жил у них в ауле, у него была своя комната, его вещи находились и до сих пор находятся в их доме. Когда проходил лечение и химиотерапию, он находился в квартире. У них были ключи от квартиры, они там делали косметический ремонт. Никто не скрывал, что между ними был заключен договор купли-продажи. Отношения с сестрами испортились 4 года назад. Также пояснила, что записывала на диктофон их разговор с ФИО17, когда приходила к нему в квартиру. Они оплачивали коммунальные услуги, налоги на квартиру. В настоящее время в квартире проживает их сын Малик, который называл ФИО17 «папой» и которому ФИО17 обещал оставить квартиру. Просила в иске отказать.

Представитель ответчиков ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что при жизни ФИО60 за признанием сделки недействительной не обращался, сделка была совершена более 10 лет назад. У ответчиков имеется дневник, который при жизни вел ФИО17, где имеется запись о том, что он получил от ФИО13 Салимат 359000 рублей. Кроме того, представленное обращение написанное ФИО13 Альфией не является завещанием. 25 декабря 2024 года к ФИО17 3 раза приезжала бригада скорой медицинской помощи, ему поставили укол «Промедол», у него было тяжелое состояние. Ответчикам не оспаривается, что ФИО17 периодически проживал в квартире, но постоянным его местом жительство было в а. Икон-Халк. Из квитанций видено, что в квартире никто не проживал, так как не было начислений за электроэнергию и воду. Сроков, в которые необходимо было снять обременение нет. Проосила в иске отказать и применить срок исковой давности.

Представитель третьего лица Отделения Фонда социального и пенсионного страхования по КЧР в судебное заседание не явился. Ранее в судебном заседании оставила рассмотрение дела на усмотрение суда, по основаниям, изложенным в возражениях. Пояснила, что сроков для снятия обременения после исполнения сделки не имеется.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились. От нотариуса Черкесского нотариального округа ФИО14 поступило ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав всесторонне и полно материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Допрошенные в качестве свидетеля (со стороны ответчика) ФИО15 показал, что является сыном истца ФИО8 и пояснил, что умерший ФИО61 Хасянович являлся его родным дядей. Ему известно о том, что его дядя ФИО17 в конце 2012 года продал принадлежащую ему квартиру своему брату Абубекиру за 400 тысяч рублей. О сделке купли-продажи было известно всем, всегда жили дружно. С 2022 года ФИО17 постоянно жил у Абубекира дома, в ауле. Когда он заболел сестра приходили по очереди и ухаживали за ним. Он сам тоже часто приходил и все видел. Дочь Абубекира врач и она лечила его дядю. За два месяца до смерти, он упал и лежал в кровати. Он всегда был в сознании, вел дневник, куда записывал всё происходящее. Последний раз перед смертью он видел своего дядю 24.12.2024года. Также пояснил, что у ФИО17 была онкология, он периодически проходил лечение и находился в квартире в городе. Все его вещи находились в ауле. Ему было известно, что ключи от квартиры ФИО17 находились у Аубекира. О сделке все знали еще в 2013 году, ФИО17 сам всем рассказал. ФИО13 Салимат за ним ухаживала, когда он болел, обрабатывала раны.

Свидетель (со стороны ответчиков) ФИО16 суду показал, что является сыном истца ФИО1 и племянником умершего ФИО2, и пояснил, что он проживает в Ставропольском крае, часто приезжает в аул Икон-Халк к Аубекиру. Пояснил, что ему было известно о том, что ФИО17 в 2012 году продал свою квартиру Аубекиру. ФИО17 всегда говорил что квартиру отдаст Малику сину Аубекира. Всем об этом было известно и все были согласны. Когда у него был перелом за ним ухаживали Салимат и Абубекир со своими детьми. Последний раз при жизни он видел своего дядю 11.12.2024г. Также пояснил, что ФИО17 жил и в ауле и в городе в квартире. Он слышал, что квратиру продал за средства материнского капитала.

Свидетель (со стороны ответчиков) ФИО18 суду показал, что является соседом с Аубекиром и ФИО17. Пояснил, что ФИО17 работал в Черкесске, на выходные всегда приезжал в аул, общались с ним. Когда он сломал бедро ФИО17 жил у Аубекира, Салимат ухаживала за ним. Лично ему ФИО17 говорил, что свою квартиру отдаст Малику- сыну Аубекира. В ходе разговоров ФИО17 ему говорил, что продал квартиру Аубекиру. Также показал, что приезжал в квартиру с ФИО17 чинить газовую колонку. Ему известно, что продать квартиру было решением ФИО17. Он всегда оказывал уважение к Салимат. Пояснил, что часто приходил к нему, сидели, разговаривали. Сестёр ФИО17 он не видел.

Свидетель ( со стороны ответчика ) ФИО19 суду показал, что является соседкой Мансурова Аубекира и Салимат. Суду пояснила, что знала брата Аубекира- ФИО17. Когда он болел находился у Аубекира дома, Салимат за ним ухаживала, период КОВИДа тоже он был в ауле. Когда приходила к ФИО13 видела, что сёстра там были. Он ей сам говорил, что квартиру оставит Малику сунн Аубекира. Лично ей он говорил, что лет 10 назад продал свою квартиру Аубекиру за материнский капитал. Отношения в семье всегда были хорошие.

Свидетель (со стороны ответчиков) ФИО20 суду показал, что является родственником истцов и ответчиков. Суду пояснил, что у него было агентство недвижимости. ФИО17 сам обратился к нему с просьбой об оформлении купли-продажи квартиры. Все участники сделки пришли для оформления договора. Сумма договора была 400 тысяч рублей, из которых 360 тысяч были средства материнского капитала. После сделки ФИО17 ничего не говорил. Они часто общались по работе, так как ФИО17 работал в сфере недвижимости и по праздникам. Пояснил, что встречал ФИО17 в ауле, ему было известно о том, что ФИО17 работает в городе и находится в квартире. В ауле он жил в дома своего брата Аубекира. Последний раз видел ФИО17 за три дня до смерти, он тяжело разговаривал. Пояснил, что при заключении сделки никакого давления на ФИО17 не было, он пояснил, что это его желание и решение. В последующем, когда он встречал ФИО17, последний ему не жаловался и не просил признать сделку недействительной.

Свидетель (со стороны ответчиков) ФИО21 в судебном заседании показал, что знал ФИО2 с 1969 года, учились вместе в г. Москва, затем встречались по работе, у них были дружеские отношения. Он часто приходил к нему домой в ауле, в шахматы играли, разговаривали. Тахир сам ему рассказал, что продал Аубекиру квартиру. Последний раз он видел ФИО78 25.12.2024года, когда пришел его навестить. В тот день его брат Аубекир был дома, сестёр не было. ФИО17 говорил, что продал квартиру в 2012-213гг. Аубекир сделал ему специальную кровать, чтобы ФИО17 было удобно лежать и садиться.

Свидетели (со стороны истцов) ФИО22 в судебном заседании показал, что с умершим ФИО2 были друзьями, вместе учились в <адрес>, затем работали вместе в Земельном контроле. Часто ходили в баню, гуляли. Ему было известно, что у ФИО17 имелась в собственности квартира возле Мэрии г. Черкесска на 5 этаже, которую он получил от организации. ФИО17 часто ездил в а<адрес> он ушел на пенсию, находился в ауле, часто приезжал в город и заходил к нему работу. Последний раз видел в сентябре- октябре 2024 года. Пояснил, что ФИО17 проживал в городе Черкесске, у него своей семьи не было. Говорил ему что есть какие-то «проблемы» с квартирой, но не уточнял, что именно.

Свидетель ( со стороны истцов) ФИО23 в судебном заседании показал, что у него с ФИО2 были очень близкие дружеские отношения, знал его 38 лет, вместе работали. Пояснил, что в 2024 году ему позвонил ФИО17 и сказал, что находясь в больнице, он упал и повредил ногу, и сказал, что поедет в аул. В мае 2024 года ФИО17 ему сказал, что его брат Аубекир и невестка переоформили его квартиру, чтобы обналичить материнский капитал. Также говорил, что деньги передал невестке. Ему известно, что у ФИО17 была квартира, так как они вместе ходили оплачивать коммунальные услуги. В ауле он жил у своей сестры Аллы. Про отношения в семье ему не известно.

Свидетель (со стороны истцов) ФИО24 в судебном заседании показал, что является соседкой М-вых. Суду пояснила, что ее сын живет в городе Черкесске, возле Мэрии и она часто к ним приезжает, помогает с внуками. Пояснила, что 2-3 раза в неделю встречалась в городе с ФИО2. В ходе разговора, он ей говорил, что обналичил материнский капитал, и что ему обещали вернуть квартиру, но не вернули. Подтвердила, что ФИО62 постоянно жил в городе. Она сама живет в Черкесске с 2011 года. Пояснила, что ФИО17 часто приезжал в аул, помогла сёстрам, но не жил там. В конце октября 2024 года она встретила ФИО17 и он еще раз ей сказал про сделку. После он попал в больницу. Ей не известно, говорил ФИО17 кому-либо про сделку.

Свидетель ( со стороны истцов) ФИО25 в судебном заседании показал, что работал вместе с ФИО2 в Роснедвижимости. Пояснил, что ФИО17 проживал в квартире на <адрес>, часто ходил на обед домой. Они часто гуляли в парке, ходили вместе в баню. Про переезд ФИО17 в аул ему ничего не известно. Последний раз видел его 4-5 лет назад. ФИО17 ему говорил, что ездит в аул к сестре.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В судебном заседании установлено, что ФИО63 Хасянович, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ.

Из наследственного дела № следует, после смерти ФИО26, с заявлениями о вступлении в наследство обратились ФИО5, ФИО8, ФИО1, ФИО5 и ФИО9

Нотариусом Черкесского нотариального округа наследникам было разъяснено, что выдача свидетельства о праве на наследство невозможна в виду разночтения данных и отсутствием документов, подтверждающих родственные отношения с умершим.

Решением Черкесского городского суда от 27 августа 2025 года установлен факт родственных отношений между ФИО5 и ФИО2

Решением Черкесского городского суда от 23 сентября 2025 года установлен факт родственных отношений между ФИО9 и ФИО2.

Решением Адыге-Хабльского районного суда от 23 октября 2025 года установлен факт родственных отношений между ФИО8 и ФИО2.

Из материалов дела следует, что ФИО2 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

На основании ч. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе, отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно договора купли-продажи от 19 сентября 2012 года, ФИО64 Хасянович продал, а ФИО5, ФИО3, действующая за себя и как законный представитель несовершеннолетних ФИО10, ФИО11 и ФИО27 купили в общую долевую собственность в равных долях по 1/5 доле каждый квартиру, расположенную по адресу: КЧР, <адрес>.

В п.4 договора указано, что отчуждаемая квартира оценивается сторонами и продается за 400000 рублей, из них 40808,01 рублей были уплачены до подписания настоящего договора, а оставшаяся сумма в размере 359191,99 рублей будут перечислены за счет средств материнского капитала по государственному сертификату серии МК-2 №, выданного Государственным Учреждением-Управления Пенсионного фонда РФ по КЧР в <адрес> от 20.03.2008гоода, на основании решения №39 от 20.03.2008года, путем перечисления денежных средств на лицевой счет продавца ФИО2. Данный договор купли-продажи прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра по КЧР 25.09.2012 года.

Право собственности на квартиру за ответчиками подтверждается Выпиской из ЕГРН.

Также, в Выписке указано: лицо, в пользу которого установлены ограничение прав и обременение объекта недвижимости указан ФИО65 Хасянович.

Пунктом 2 статьи 218 ГК РФ установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Принцип свободы договора предусматривает предоставление участникам гражданских правоотношений в качестве общего правила возможности по своему усмотрению решать вопрос о вступлении в договорные отношения с другими участниками и определять условия этих отношений.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно части 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В силу статьи 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434 ГК РФ). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Статьей 131 ГК РФ установлено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Доводы истцов о том, что сделка купли-продажи была совершена формально, а также то, что денежные средства ФИО2 были возвращены ФИО3 опровергаются записями сделанными в дневнике ФИО2 Из которого следует, что ФИО28 получил денежные средства материнского капитала в размере 359000 рублей.

Данный факт также подтверждается доводами ответчиков и свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО20

Показания свидетелей ФИО29, ФИО16, ФИО20, ФИО18 суд находит состоятельными. Так свидетели ФИО15 и ФИО16 являясь сыновьями истцов ФИО8 и ФИО1 и членами семьи умершего ФИО2. В судебном заседании пояснили, что всем было известно о сделке купли-продажи. При жизни ФИО2 данный вопрос не обсуждался, все жили хорошо и дружно.

Свидетель ФИО19 также подтвердила в судебном заседании, что ФИО66.Х. проживал в ауле Икон-Халк, в доме своего брата Абубекира.

К пояснениям свидетелей ФИО22, ФИО24, ФИО23, ФИО25 суд относиться критически, так как данные свидетели являлись друзьями умершего ФИО2, виделись не часто, кроме того имеются противоречия с доводами истцов

Тот факт, что ФИО67.Х. находился в квартире в г. Черкесске стороной ответчика не оспаривался. Так ответчики ФИО6 и ФИО5 в судебном заседании пояснили, что ФИО68.Х. проживал в квартире пока работал в г. Черкесске. В 2017 году вышел на пенсию и переехал в а<адрес> находился в городе, когда проходил курс химиотерапии, а также приезжал в город по делам.

Кроме того, факт того, что ФИО69.Х. не проживал в г. Черкесске подтверждается квитанциями об оплате коммунальных платежей. Из которых следует, что начисления за воду и электроэнергию были минимальные.

В судебном заседании истцом ФИО5 представлено письменное обращение ФИО2 (написанное ФИО5) из которого следует, что ФИО70.Х. сообщил, что оказался жертвой обмана жены его брата ФИО30. Так, она попросила его через фиктивное оформление его квартиры получить материнский капитал. Затем, Салимат сообщила ему, что все вернула на свои места и квартира осталась его. Он сам платил за коммунальные услуги. Он просит свою родную сестру ФИО5 разобраться в суде по вопросу справедливого распределения его квартиры его родными. Также сообщил, что свою квартиру никогда Салимат не завещал, не дарил, законно не продавал. Салимат приходила к нему в больницу просила ключи от квартиры, при этом просила, что он никому об этом не говорил. Последний раз, когда он вернулся в свою квартиру пропали домовая книга, запасные ключи и документы на квартиру. Считает, что их «похитила» Салимат.

В тоже время, в судебное заседание истцами был представлен оригинал домовой книги на спорную квартиру.

К данному обращению ФИО2 суд относится критически, так как оно не подписано свидетелями, не составлено завещания.

Кроме того, в судебном заседании установлено, и подтверждается, сведениями об обращениях в период с 01.10.2024 по 01.01.2025г. РГББУЗ «Ногайская центральная районная поликлиника» ФИО2, 25 декабря 2024 года ФИО2 в 11 ч.00 м. и в 20ч.30м была оказана медицинская помощь «Промедол» 1%01,0 мл. в/м. Также свидетель ФИО20 в судебном заседании пояснил, что состояние здоровья ФИО2 25.12.2024года было тяжелое, он не мог разговаривать.

Доводы истцовой стороны о том, что ФИО71.Х. единолично оплачивал коммунальные услуги опровергаются квитанциями об оплате коммунальных услуг представленными стороной ответчика, а также оплатой налога на имущество.

Доводы истцов о том, что им стало известно о сделке купли-продажи от умершего ФИО2 опровергаются доводами, указанными в исковом заявлении и данными в судебном заседании. Так в судбеном заседании истцы утверждали, что узнали от брата ФИО2 25.12.2024года, в то время как в исковом заявлении и в прениях указали, что им стало известно о регистрации права собственности на квартиру за ответчиками, из ответа Управления Росреестра по КЧР, после направления нотариусом запроса.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, показаниями свидетелей БАисова ШМ.С., ФИО16 и ФИО20 о том, что всем членам семьи было известно о сделки купли-продажи.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи мнимым по мотиву заключения его под влиянием обмана со стороны ответчиков.

Так, в судебном заседании не установлено, что ФИО5 и ФИО3 воспользовавшись доверием ФИО31, путем обмана совершили какие-либо мошеннические действия при заключении договора купли-продажи квартиры, достаточных для признания договора купли-продажи недействительным, судом не установлено.

Из текста договора купли-продажи явно и недвусмысленно следует, что истец ФИО72.Х. продает квартиру по адресу: <адрес>, то есть передает в общую долевую собственность ответчиков, указана цена за которую истец продает квартиру, кроме того, своей подписью в договоре истец подтвердил, что получил в полном объеме оплату за проданную квартиру от покупателя.

Как следует из материалов дела, после подписания оспариваемого договора по заявлению сторон была произведена государственная регистрация прав на квартиру за ответчиками в равных долях, сделка совершена в надлежащей форме.

Кроме того, сделка купли-продажи была совершена 19.09.2012 года, ФИО73.Х. умер ДД.ММ.ГГГГ, то есть более 10 лет. ФИО2 никаких претензий и требований о признании сделки недействительной и возврате недвижимого имущества к ответчикам не предъявлялось.

В судебном заседании истцами не представлено достоверных и убедительных доказательств мнимости заключенных договора купли-продажи спорной квартиры от 19.09..2012, пользование ФИО2 квартирой после заключения договоров купли-продажи ввиду отсутствия иных доказательств мнимости сделки определяющим для ее оценки в качестве таковой не является.

Доводы стороны истца о том, что сделка купли-продажи недвижимости сторонами заключена лишь с целью обналичивания средств материнского капитала, судом отклоняются как неподтвержденные и опровергающиеся материалами дела.

Кроме того, правовые последствия действий ФИО5 и ФИО6 по заключению договора купли-продажи недвижимости, с учетом всех установленных по делу обстоятельств, включая регистрацию прав на имущество и последующее распоряжение данным правом путем оплаты коммунальных услуг, свидетельствуют о наличии воли стороны договора (покупателя) на исполнение совершенной сделки и достижения соответствующих им правовых последствий.

Довод стороны истца о том, что для ФИО2, совершение сделки не породило никаких правовых последствий, он продолжал пользоваться квартирой, проживать в ней, само по себе, не может означать, что ФИО74.Х. продолжал оставаться собственником данного имущества.

В силу п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожная (п.1 ст. 170 ГК РФ)

В силу приведенных выше положений закона, разъяснения по их применению, для признания сделки мнимой необходимо установить на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделке правовые последствия, зхарактерные для сделок данного вида. При этом, обязательным условиям признания сделки мнимой является порочность воли каждого из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено,, то правовых оснований для признания договора мнимым, не имеется.

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130 этого кодекса).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 ГК РФ).

Обосновывая свой довод о мнимости спорных сделок, истец в качестве одного из оснований своего иска указал на то, что спорное имущество фактически покупателю не передавалось, и что он продолжал после регистрации сделок пользовать имуществом, нести бремя его содержания.

Анализируя представленные доказательства в их совоокупности, суд приходит к выводу о том, что при совершении сделки ФИО2 и ФИО5 и ФИО6 действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних, стороны не только предусмотрели реальные правовые последствия сделок, но и осуществили их. После заключения договора купли-продажи в установленном законом порядке сторонами договора поданы в регистрирующий орган заявления о государственной регистрации перехода права собственности, договор купли-продажи, на основании которого была произведена регистрация перехода к покупателю права собственности на спорное недвижимое имущество, что свидетельствует о наличии воли обеих сторон договора на исполнение совершенной сделки и достижения соответствующих правовых последствий.

По общему правилу, установленному в п.1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований возражений.

В судебном заседании установлено, что договор купли-продажи квартиры от 19.09.2012 подписан ФИО2 без принуждения, по своей воле, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО20

В договоре стороны предусмотрели все существенные условия для данного вида договора. Умысел на совершение обмана судом не установлен.

Исходя из условий договора, заключенного между ФИО2 и ФИО5 и ФИО6, суд пришел к выводу о том, что ФИО75.Х. не мог не осознавать существо сделки, ее правовые последствия подписывая договор. В судебном заседании стороны и свидетели подтвердили, что ФИО76.Х. был грамотным и образованным.

С учетом совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку представленными в материалы дела доказательствами подтверждается тот факт, что стороны по договору купли-продажи недвижимого имущества намеревались исполнить и исполнили свои обязательства по сделке, что повлекло за собой соответствующие правовые последствия: договор купли-продажи был подписан, денежные средства получены, переход права собственности от продавца к покупателю зарегистрирован в установленном порядке.

Достоверных и убедительных доказательств мнимости заключенного договора купли-продажи спорной квартиры истцами не представлено.

При этом, пользование ФИО2 квартирой после заключения договора купли-продажи ввиду отсутствия иных доказательств мнимости сделки определяющим для ее оценки в качестве таковой не является.

Представитель ответчиков в судебном заседании указал, что после заключения договора купли-продажи спорной квартиры, у семьи М-вых состоящей из пяти человек не было необходимости вселения в данную квартиру.

Вместе с тем, приведенные истцами в обоснование иска обстоятельства не свидетельствуют о мнимости оспариваемой сделки, поскольку обе стороны сделки при их заключении осознавали на достижение каких правовых последствий направлен договор купли-продажи. После заключения сделки ответчики оформили право собственности на квартиру. Доводы о том, что в спорной квартире проживал ФИО77.Х., не свидетельствуют о формальном исполнении договора. Злоупотребление своими правами со стороны ответчиков не установлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что воля сторон по оспариваемой сделке была направлена на создание именно тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделок и поскольку, обязательные условия для признания сделок мнимыми не установлены, доказательств этому истцами не представлено, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований.

Также, представителем ответчиков в судебном заседании заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу ст. 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Руководствуясь приведенными нормами права и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", суд исходит из того, что правовое значение для определения начала течения срока исковой давности имеет временной промежуток, когда наследодатель, а не его наследники, узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Учитывая, что договор купли-продажи заключен и исполнен ее сторонами 19 сентября 2012 года, то для ФИО5, ФИО6 и ФИО2, как сторон сделки, срок исковой давности начал течь с начала исполнения сделки и истек ДД.ММ.ГГГГ.

Для умершего ФИО2 как стороны сделки и первоначального собственника спорного имущества, чьи права, по мнению истцов, нарушены спорной сделкой ввиду ее мнимости, и в защиту интересов которого истцы, как наследники, обратились с иском в суд, срок исковой давности начал течь со дня исполнения сделки, то есть с 19.09.2012г. При этом, стороны по сделке при жизни ФИО2 сделку не оспаривали, суждений о мнимости сделки не высказывали, а истцы, как наследники своего брата, обратились в суд с иском 20.01.2026г., то есть с пропуском срока исковой давности.

Таким образом, истцами пропущен трехлетний срок исковой давности для обращения с вышеуказанными требованиями о признании договора купли-продажи недействительным.

Доводы представителя истцов о необходимости исчисления срока исковой давности с момента, когда наследникам стало известно о выбытии спорного имущества из собственности ФИО2, а также, тот факт,, что истцам, как наследникам необходимо было установить факт родственных отношений, суд находится их несостоятельными. Предъявление истцами иска, как наследниками умершего ФИО2, по совершенной им сделке, не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Оснований для восстановления указанного срока по указываемым истцом основаниям, когда наследникам стало известно о выбытии спорного имущества из собственности ФИО2, а также, тот факт, что истцам, как наследникам необходимо было установить факт родственных отношений не усматривает.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО5, ФИО5 к ФИО5, ФИО10, ФИО6, ФИО11, ФИО12 о признании договора купли-продажи квартиры мнимой сделкой, применении последствий недействительности сделки.

Руководствуясь статьями 2, 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО5, ФИО5 к ФИО5, ФИО10, ФИО6, ФИО11, ФИО12 о признании договора купли-продажи квартиры мнимой сделкой, применении последствий недействительности сделки- отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме. В окончательной форме решение изготовлено 13 апреля 2026 года.

Судья Черкесского городского суда подпись З.В. Чимова

Копия верна:

Судья Черкесского городского суда З.В. Чимова

Решение по состоянию на 14.04.2026 в законную силу не вступило.

Судья Черкесского городского суда З.В. Чимова