Апелляционное определение № 33-2179/2026 от 27 апреля 2026 г.

УИД № 69RS0010-01-2025-000688-95 судья Кудрявцева А.А.

Дело № 2-92/2026 (33-2179/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Цветкова В.В.,

судей Беляк А.С., Коровиной Е.В.

при ведении протокола помощником судьи Алексеенко Ю.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Коровиной Е.В.

дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Калязинского районного суда Тверской области от 11 февраля 2026года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО1 к Администрации Калязинского муниципального округа Тверской области, ФИО2 о признании объекта индивидуальным жилым домом, внесении изменений в ЕГРН, аннулировании записи в ЕГРН, признании права общей долевой собственности на жилой дом оставить без удовлетворения»,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Администрации Калязинского муниципального округа Тверской области.

В обоснование заявленных требований истец указала, что на основании нотариально удостоверенного договора купли-продажи от 18 ноября 1997 года является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, состоящий из деревянного одноэтажного здания, площадью 90,7кв.м по адресу: <адрес>.

При обращении в Управление Росреестра по Тверской области с целью государственной регистрации права долевой собственности 17.10.2025 г. истцу было отказано в совершении регистрационных действий со ссылкой на то, что спорное здание в Едином государственном реестре недвижимости имеет статус многоквартирного дома с кадастровым номером №

Истец полагает, что характеристики спорного объекта в части его назначения не соответствуют данным, содержащимся в государственном кадастре недвижимости. В соответствии с техническим паспортом от 26 марта 1982 года квартиры № и № с кадастровыми номерами № занимают весь одноэтажный дом, не имеется мест общего пользования, они расположены на отдельных земельных участках и фактически являются отдельно стоящим жилым домом.

Несоответствие статуса здания его фактическому назначению препятствует регистрации права собственности истца на 1/2 долю.

На основании изложенного истец просила признать объект недвижимости с кадастровым номером № площадью 75,1кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, индивидуальным жилым домом, изменить назначение здания в Едином государственном реестре недвижимости (далее также – ЕГРН) с многоквартирного жилого дома на индивидуальный жилой дом, аннулировать и исключить из ЕГРН сведения о расположенных в нем квартирах с кадастровыми номерами № и № и признать за истцом право общей долевой собственности на 1/2 долю в индивидуальном жилом доме.

Определением суда от 12 декабря 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен комитет по управлению имуществом Калязинского муниципального округа Тверской области.

Определением суда от 28 января 2026 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2

Истец Г.Е.ВБ. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила суд их удовлетворить.

Представитель ответчика Администрации Калязинского муниципального округа Тверской области Б.Е. возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержала представленные возражения.

Другие лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Судом на основании положений ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено при имеющейся явке.

По делу постановлено приведенное выше решение, с которым не согласилась истец ФИО1, обратившись с апелляционной жалобой.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение об удовлетворении требований.

В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции неправомерно не приняты во внимание технические характеристики спорного объекта, состоящего из двух квартир, вход в которые осуществляется через обособленные земельные участки, обнесенные и разделенные забором и находящиеся в индивидуальной собственности каждого из владельцев квартир. В каждой квартире автономное печное отопление и электроснабжение, учет которого ведется по установленным электросчетчикам. Полностью отсутствуют места общего пользования и общее имущество, а также общедомовые инженерные коммуникации водоснабжения, водоотведения. Каждый собственник приносит воду из колодца. Туалеты у каждого оборудованы выгребными ямами. Не имеется при доме и общего земельного участка, который бы эксплуатировался как придомовая территория с элементами озеленения и благоустройства (детская игровая площадка, тротуары, зоны отдыха жителей многоквартирного дома, общественная стоянка для транспорта жителей многоквартирного дома, дворницкая, насосная станция со скважиной для водозабора при отсутствии центрального водоснабжения, и т.п.). Общего имущества и коммуникаций, которые бы обеспечивались электроснабжением, в доме нет. Общедомовые инженерные коммуникации в жилом доме отсутствуют.

Обращает внимание на то, что спорное здание – жилой дом был построен Леспромхозом в 60-70-ых годах, являлся единым объектом. В техническом паспорте имеется отметка о предоставлении половины дома для проживания истцу, а другой половины – ФИО3. Согласно договору купли-продажи истцом была приобретена в собственность 1/2 доли в праве на жилой дом площадью 90.7 кв.м с пристройками и дворовыми сооружениями, а не квартира в многоквартирном доме. Договор купли-продажи был удостоверен нотариусом Калязинской ГНК, который в соответствии с правоустанавливающими документами проверил правовой статус дома. На основании постановления администрации Калязинского района №502 от 16.12.1997 г. истцу была предоставлена часть земельном участка под домом площадью 1365 кв.м. Если бы дом являлся многоквартирным, оснований для предоставления земельного участка в собственность истца, с учетом действующего на тот момент законодательства, не имелось бы.

Свидетельством тому, что дом не является многоквартирным, по мнению истца, является и тот факт, что он расположен в территориальной зоне Ж-1, допускающей размещение объектов индивидуального жилищного строительства, а не многоквартирных домов. Помимо прочего, земельный участок при многоквартирном доме не может быть использован под ведение личного подсобного хозяйства, в том числе под огород.

Кроме того, автор жалобы указывает на процессуальное нарушение, выразившееся в непривлечении к участию в деле прежнего собственника квартиры №2 с кадастровым номером № ФИО4

Администрацией Калязинского муниципального округа Тверской области принесены возражения на апелляционную жалобу, в которых её доводы критикуются, предлагается решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

В заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о причинах неявки суд в известность не поставили, о времени и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом и заблаговременно. Администрация Калязинского муниципального округа Тверской области ходатайствовала о рассмотрении жалобы в отсутствие своего представителя. Судебная коллегия, руководствуясь ст.167, ч.1 ст.327ГПК РФ, определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части. Суд апелляционной инстанции в интересах законности вправе проверить решение суда первой инстанции в полном объеме.

Заслушав судью-докладчика, проверив материалы дела, законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы и возражений, ввиду отсутствия оснований для проверки законности решения суда первой инстанции в полном объеме, судебная коллегия приходит к следующему.

Решение суда должно быть законным и обоснованным (статья 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2,3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 №23 «Осудебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Принятое по делу судом первой инстанции решение данным требованиям закона соответствует.

Как установлено судебной коллегией, ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства.

Право собственности истца на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 17 марта 2025 года на основании свидетельства о праве собственности на землю, регистрационная запись №, серия №, выданного 26 декабря 1997 года Комитетом по земельным ресурсам и землеустроительству <адрес>.

Смежный земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>, земельный участок 5, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – для индивидуального жилищного строительства, принадлежит на праве собственности ФИО2

На указанных земельных участках расположен одноэтажный многоквартирный дом с кадастровым номером № площадью 75.1 кв.м, состоящий из двух квартир: квартира № с кадастровым номером № площадью 37,4 кв.м, право собственности на которую не зарегистрировано; квартира № с кадастровым номером № площадью 37,7кв.м, собственником которой является ФИО2

Право собственности ответчика ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № и расположенное на нем жилое помещение с кадастровым номером № – квартиру №№ дома <адрес> зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 3 марта 2020 года на основании договора купли-продажи земельного участка и квартиры от 25 февраля 2020 года.

По данным Единого государственного реестра недвижимости, на государственный кадастровый учет объект недвижимости поставлен 03.07.2011, ранее присвоенный государственный учетный номер – инвентарный №, сведения об объекте недвижимости имеют статус «актуальные, ранее учтенные», дата завершения кадастровых работ – 26.03.1982.

Согласно материалам инвентарного дела №, предоставленного суда Калязинским отделением ГБУ «Центр кадастровой оценки», первоначально квартира № была передана Калязинским Леспромхозом в порядке приватизации ФИО5, заключившими договор на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 28 октября 1992 года.

В отношении квартиры <адрес><адрес>, 18ноября1997года между Калязинским леспромхозом (продавец) и Г.Е.ВВ. (покупатель) был заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым истец ФИО1 прибрела в собственность 1/2 доли в праве собственности на названный выше дом, который стоит из деревянного одноэтажного строения, размером 90,7 кв.м с пристройками и дворовыми сооружениями без земельного участка.

Обратившись с рассматриваемым иском, ФИО1 настаивала на несоответствии юридического статуса здания его фактическим характеристикам. По мнению заявителя, отсутствие общего имущества, автономность помещений и наличие в собственности каждого из их владельцев обособленного земельного участка, обеспечивающего вход в такое жилое помещение, в совокупности с нахождением дома в зоне Ж-1 позволяют квалифицировать спорный объект как индивидуальное жилое строение.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции правильно руководствовался положениями статьями 15, 16, 36 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), статьей 7 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), статьей 37 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ), и, оценив в совокупности представленные доказательства, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленного истцом требования о признания дома <адрес><адрес> индивидуальным жилым домом и производных от этого требования требований о внесении изменений в ЕГРН в отношении спорного объекта в части назначения здания с «многоквартирный дом» на «индивидуальный жилой дом», аннулировании и исключении из ЕГРН сведений о жилых помещениях с кадастровыми номерами №, признании права общей долевой собственности за ФИО1 на 1/2 доли на индивидуальный жилой дом.

При этом суд правомерно исходил из того, что на момент заключения истицей договора купли-продажи от 18 ноября 1997 года спорный объект уже юридически существовал как многоквартирный дом, состоящий из изолированных жилых помещений, одно из которых – квартира № являлось самостоятельным объектом гражданских прав третьих лиц, в настоящее время оформлена в собственность ответчика ФИО2 Указание в договоре купли-продажи на приобретение истцом 1/2 доли указанного дома при наличии фактически выделенного изолированного помещения свидетельствует лишь о неточности формулировок, но не меняет установленный правовой режим здания.

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда не находит оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции. При этом исходит из следующего.

Согласно частям 1 и 2 статьи 15 Жилищного кодекса Российской Федерации объектами жилищных прав являются жилые помещения. Жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан, (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства).

В соответствии с частями 1 - 3 статьи 16 Жилищного кодекса Российской Федерации к жилым помещениям относятся жилой дом, часть жилого дома, квартира, часть квартиры, комната.

Жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

Квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.

Многоквартирным домом признается здание, состоящее из двух и более квартир, включающее в себя имущество, указанное в пунктах 1 - 3 части 1 статьи 36 настоящего Кодекса. Многоквартирный дом может также включать в себя принадлежащие отдельным собственникам нежилые помещения и (или) машино-места, являющиеся неотъемлемой конструктивной частью такого многоквартирного дома (ч. 6 ст. 15 Жилищного кодекса Российской Федерации).

К такому имуществу, входящему в состав многоквартирного дома, в соответствии с пунктами 1 - 3 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации входит:

1) помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы);

2) иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий, а также не принадлежащие отдельным собственникам машино-места;

3) крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и другое оборудование (в том числе конструкции и (или) иное оборудование, предназначенные для обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов к помещениям в многоквартирном доме), находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

В силу пункта 39 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации объект индивидуального жилищного строительства – отдельно стоящее здание с количеством надземных этажей не более чем три, высотой не более двадцати метров, которое состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании, и не предназначено для раздела на самостоятельные объекты недвижимости. Понятия "объект индивидуального жилищного строительства", "жилой дом" и "индивидуальный жилой дом" применяются в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации в одном значении, если иное не предусмотрено такими федеральными законами и нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом параметры, устанавливаемые к объектам индивидуального жилищного строительства настоящим Кодексом, в равной степени применяются к жилым домам, индивидуальным жилым домам, если иное не предусмотрено такими федеральными законами и нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 6 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 27.07.2020 №47, многоквартирным домом признается совокупность двух и более квартир, имеющих самостоятельные выходы либо на земельный участок, прилегающий к жилому дому, либо в помещения общего пользования в таком доме. Многоквартирный дом содержит в себе элементы общего имущества собственников помещений в таком доме в соответствии с жилищным законодательством.

Кроме того, в пункте 2 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации содержится понятие жилого дома блокированной застройки, согласно которому под жилым домом блокированной застройки понимаются жилые дома с количеством этажей не более чем три, состоящие из нескольких блоков, количество которых не превышает десять и каждый из которых предназначен для проживания одной семьи, имеет общую стену (общие стены) без проемов с соседним блоком или соседними блоками, расположен на отдельном земельном участке и имеет выход на территорию общего пользования.

Как следует из указанных норм, жилой дом, дом блокированной застройки и многоквартирный дом обладают различными характеристиками, при этом квартирой признается только помещение, находящееся в многоквартирном доме.

Решение о виде объекта недвижимости, подлежащего учету в связи с его образованием из существующего объекта, состоящего на кадастровом учете, принимается собственником такого объекта самостоятельно, но оно не может быть произвольным и должно согласовываться с назначением здания, с видом разрешенного использования земельного участка, с требованиями градостроительных регламентов и требованиям к предельным размерам земельных участков.

Такая обязанность следует из содержания статьи 209Гражданского кодекса Российской Федерации, предоставляющей собственнику право по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, которые не должны противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Буквальный анализ приведенных положений позволяет говорить о том, что основным квалифицирующим признаком индивидуального жилого дома является невозможность его деления на самостоятельные объекты недвижимости, тогда как спорный объект изначально спроектирован и возведен как многоквартирный дом и именно в таком статусе поставлен сначала на государственный технический учет, а впоследствии и на государственный кадастровый учет с присвоением объекту кадастрового номера 69:11:0070101:344. Официальная регистрация объекта в Едином государственном реестре недвижимости, технический паспорт, инвентарное дело и иные документы подтверждают его статус многоквартирного дома.

Доводы апелляционной жалобы об автономности жилых помещений, отсутствии общих инженерных сетей и мест общего пользования внутри дома подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм материального права.

В силу части 1 статьи 36 ЖК РФ и пункта 6 Положения, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 27.07.2006 №47, квалифицирующим признаком многоквартирного дома является совокупность двух и более квартир, имеющих самостоятельные выходы либо в помещения общего пользования, либо непосредственно на прилегающую территорию.

Таким образом, отсутствие общих коридоров или подъездов и наличие у квартир № и № автономных выходов на обособленные земельные участки не исключает правовой режим многоквартирного дома, а полностью соответствует одной из предусмотренных законом форм его технической организации при наличии общих неделимых конструктивных элементов. В рассматриваемом случае таковыми являются общая шиферная крыша, бутовый фундамент и несущие межквартирные стены. Наличие раздельного печного отопления и индивидуальных приборов учета электроэнергии не свидетельствует о трансформации многоквартирного дома в индивидуальное жилое строение.

Более того, действующее законодательство исключает правовой режим индивидуального жилого дома в отношении объекта, состоящего из изолированных квартир, принадлежащих разным лицам на праве собственности. Удовлетворение требований ФИО1 неизбежно повлекло бы прекращение законно зарегистрированного права собственности ФИО2 на квартиру № и принудительное изменение индивидуальной собственности ответчика на долевую. Подобное изъятие и трансформация имущества в отсутствие волеизъявления собственника грубо нарушают императивные запреты статьи 209 ГК РФ и конституционные гарантии неприкосновенности собственности, закрепленные статьей 35 Конституции РФ.

Нахождение земельного участка истицы в территориальной зоне Ж-1 (зона застройки индивидуальными жилыми домами) также не может служить основанием для удовлетворения иска. Градостроительное зонирование и правила землепользования и застройки регулируют перспективное использование территорий и не влекут автоматического изменения статуса ранее правомерно возведенных и поставленных на учет объектов капитального строительства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, тот факт, что в настоящее время земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом, находится в территориальной зоне Ж-1, допускающей размещение объектов индивидуального жилищного строительства (ИЖС), а сам дом по своим техническим характеристикам соответствует индивидуальному жилому дому, не является основанием для изменения юридического статуса объекта. Как правильно посчитал суд, это обстоятельство не влечет возникновение у истца прав на иной объект недвижимости, отличный от того, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что права истицы действиями ответчика либо органа регистрации не нарушены.

Из исследованного в судебном заседании уведомления Управления Росреестра от 17.10.2025 г. за исх. № 23-2788/2025, следует, что государственным регистратором рекомендовано ФИО1 обратиться с надлежащим заявлением о регистрации права собственности на самостоятельный объект — квартиру № с кадастровым номером №, препятствий для совершения которой не имеется.

В силу статей 2, 3 ГПК РФ и статьи 11 ГК РФ судебной защите подлежат только нарушенные права.

Поскольку законный внесудебный механизм оформления прав на недвижимое имущество для истицы полностью доступен, правовые основания для удовлетворения иска отсутствуют. Оформление прав истца на принадлежащее ей жилое помещение – квартиру № не требует признания объекта, в котором она расположена индивидуальным жилым домом.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не привлек к участию в деле прежнего собственника квартиры № с кадастровым номером № ФИО4, о нарушении судом норм процессуального права не свидетельствуют, поскольку с учетом характера заявленного требования привлечение указанного лица необходимым не являлось, так как вопрос о его правах и законных интересах постановленным судом решением разрешен не был, и его привлечение к участию в деле не могло повлиять на результат рассмотрения данного спора.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Для проверки доводов истицы о технических характеристиках объекта, исключающих его статус как многоквартирного дома, судом первой инстанции на основании статьи 79 ГПК РФ неоднократно ставился на обсуждение вопрос о назначении судебной строительно-технической экспертизы.

Истица ФИО1 от проведения судебной экспертизы категорически отказалась.

В силу части 3 статьи 79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе суд вправе признать факты, для выяснения которых экспертиза назначалась, установленными или опровергнутыми.

Отказавшись от экспертного исследования, истица в силу статьи 35 ГПКРФ добровольно приняла на себя риск наступления процессуальных последствий невыполнения обязанности по доказыванию.

Иных допустимых и достоверных доказательств о возможности признания дома индивидуальным жилым домом истцом также не представлено.

В такой ситуации суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО1

Иные доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не содержат новых обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, не могут быть признаны состоятельными, так как сводятся по существу к несогласию с выводами суда и иной оценке исследованных судом доказательств и установленных по делу обстоятельств.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что при принятии решения судом правильно установлены юридически значимые для дела обстоятельства, произведена полная и всесторонняя оценка исследованных в судебном заседании доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применены нормы материального права, подлежащие применению к возникшим спорным правоотношениям, и постановлено законное и обоснованное решение в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства.

Оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для отмены решения суда в апелляционном порядке не установлено, решение суда является законным и обоснованным. Процессуальных нарушений, влекущих отмену постановленного судом решения, судебной коллегией не выявлено.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Калязинского районного суда Тверской области от 11 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14.05.2026г.

Председательствующий

Судьи