Решение № 2-66/2018 2-66/2018 ~ М-51/2018 М-51/2018 от 23 мая 2018 г. по делу № 2-66/2018

Решение в окончательной форме изготовлено 24 мая 2018 года.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Тугулым 22 мая 2018 года.

Тугулымский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Крицкой Н.А.,

при секретаре Южаковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-66/2018 по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5, Обществу с ограниченной ответственностью «Сибирско-Уральская медиакомпания» о защите чести, достоинства и деловой репутации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Свои исковые требования истец мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ в сети Интернет на вебсайте: <данные изъяты> информационным агентством <данные изъяты> опубликована статья ФИО5 «На Урале депутат обвинил егеря в браконьерстве. А полицию в бездействии». Статья содержит фразы, что депутат поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря», «В день обнаружения трупа сезон охоты на лосей уже закончился». Сведения для публикации предоставлены информационному агентству <данные изъяты>» ФИО3. Он является ведущим специалистом отдела государственного надзора, охраны и использования животного мира – государственным инспектором <адрес> Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира <адрес>, и осуществлению функции по охране, федеральному государственному надзору и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания. По его мнению сообщенные ФИО3 для публикации в статье сведения порочат его честь, достоинство и деловую репутацию, носят оскорбительный характер, дискредитируют его, как должностное лицо, осуществляющее функции по охране объектов животного мира, унижают, подрывают деловую репутацию, у неограниченного круга пользователей сети Интернет сформируется негативный образ сотрудников Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира <адрес>. Как следует из содержания статьи, построения фраз и подачи информации, ФИО1 являясь должностным лицом, нарушает действующее законодательство, а именно занимается незаконной добычей диких копытных животных в закрытые для охоты сроки. Распространенные ответчиком сведения выражением субъективного мнения и взглядов не являются и могут быть проверены на соответствие их действительности. Содержание оспариваемой статьи как и в целом, так и ее отдельные фрагменты, с учетом общей смысловой направленности текста, свидетельствует о распространении ответчиком ФИО3 сведений о незаконных действиях ФИО1, а именно браконьерстве. Опубликованная со слов ответчика ФИО3 в статье фраза: «депутат поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря», имеет порочащий характер и не соответствует действительности, содержит утверждения о фактах, поскольку эти сведения изложены в утвердительной форме. Описанные в статье события имеют форму утверждения о фактах, что подтверждается употреблением глагола «поймал» в форме изъявительного наклонения, передающего оценку данных действий как реальных. Данные утверждения с очевидностью негативно характеризуют его личность, умаляют честь, достоинство и деловую репутацию, поскольку фактически содержат в себе обвинения в совершении уголовно-наказуемого деяния, носят фактологический характер и могут быть проверены на соответствие действительности. Распространение сведений о том, что он занимается незаконной охотой (браконьерством) носит четкую смысловую направленность, отрицательно характеризует его как личность и как должностное лицо, и для установления действительного содержания такого рода сообщений не требуется специальных познаний. Считает, что ФИО3 не вправе был сообщать СМИ сведения о фактах, не имевших места в действительности, и порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию. В статье под названием «На Урале депутат обвинил егеря в браконьерстве. А полицию в бездействии» буквально указано, что «депутат дума поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря», «в день обнаружения трупа сезон охоты на лосей уже закончился». Сообщая такую информацию средствам массовой информации, ФИО3 утверждает о факте наличия в его действиях состава уголовно-наказуемого деяния, и его оценка не является допустимой критикой, не может быть отнесена к выражению плюрализма мнений и свободы слова, поскольку в данной фразе содержится обвинение в преступлении. Каких либо доказательств о совершении им уголовно-наказуемого деяния ФИО3 не предоставляет. Информационное агентство <данные изъяты> публикуя спорную статью в комментариях, указывает в ней на проведение правоохранительными органами проверки по факту сообщенных ФИО3 сведений. При проведении проверки, распространенные ФИО4 сведения своего подтверждения не нашли. До публикации спорной статьи в сети Интернет ФИО3 обращался в ФИО2 по <адрес> с сообщением по факту обнаружения убоя животных породы лось. По результатам проверки ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Из постановления следует, что в ходе проверки материалов КУСП за № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 на основании разрешения на добычу копытных животных - лось до 1 года при наличии охотничьего билета осуществляя охоту на территории Заводоуспенского охотничьего хозяйства, допустил ранение добываемого животного, которое после продолжительного преследования ушло на территорию Ертарского охотничьего хозяйства. Согласно приказу РОО «Союз охотников и рыболовов <адрес>» №-п от ДД.ММ.ГГГГ «Об охоте в сезон ДД.ММ.ГГГГ охота на лося до 1 года разрешена с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ № Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации «Об утверждении правил охоты» при осуществлении охоты на копытных животных, если оно ранено, оно подлежит добору (п. 18); добор раненного копытного животного осуществляется в течение суток, не считая дня его ранения (п. 20); при доборе раненого копытного животного разрешается заходить в охотничьи угодья, не указанные в разрешении на добычу охотничьих ресурсов (п. 21). ДД.ММ.ГГГГ в целях добора раненого животного ФИО8 совместно с ФИО1 взяв с собой охотничьих собак поставив в известность егеря <адрес> охотничьего хозяйства ФИО14 стали преследовать раненого лося. Данное животное было остановлено собаками в <адрес> на территории <адрес> охотничьего хозяйства, где и было добыто. В данном случае в действиях ФИО6 отсутствует событие преступления, предусмотренного ст. 258 УК РФ, какого-либо ущерба животному миру (охотничьим ресурсам) Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира <адрес> не причинено. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился к прокурору <адрес> с заявлением о даче оценки законности действий егеря ФИО1, который представляет интересы Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира <адрес>. В ответе от ДД.ММ.ГГГГ прокурором <адрес> младшим советником юстиции ФИО9 ФИО3 сообщено, что принятое по результатам проверки материалов КУСП решение признано законным и обоснованным. В части доводов о нарушении ФИО1 трудовой дисциплины установлено, что согласно служебного контракта и должностной инструкции для указанного лица установлен гибкий график работы, в связи с чем довод об участии указанного лица в охоте в рабочее время не подтвердился.

В связи с изложенным считает, что распространение данных сведений в ходе обращения с заявлением к прокурору <адрес> не может быть расценено как реализация права гражданина на обращение в правоохранительные органы, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Просит признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 сведения распространенные ФИО3 и опубликованные в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на вебсайте <адрес> информационным агентством <данные изъяты>» в статье ФИО5 «На Урале депутат обвинил егеря в браконьерстве. А полицию в бездействии.» о том, что «депутат поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря». Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, понесенные судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей и расходы по нотариальному удостоверению содержания сайта в сети Интернет.

Впоследствии истец уточнил исковые требования, просит признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 сведения распространенные ФИО3 и опубликованные в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на вебсайте <адрес> информационным агентством «<данные изъяты>» в статье ФИО5 «На Урале депутат обвинил егеря в браконьерстве. А полицию в бездействии.» о том, что «депутат поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря», возложении обязанности на информационное агентство <данные изъяты>», ФИО7 опровергнуть указанные сведения, в части взыскания компенсации морального вреда заявленные исковые требования оставил прежними.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены – ФИО5, ООО «Сибирско-уральская медиакомпания».

Уточнения судом приняты, дело рассмотрено с учетом уточненных требований.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования с учетом уточнений поддержал, и просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании в удовлетворении заявленных требований просил отказать в полном объеме, поскольку считает их не обоснованными и не законными. Суду пояснил, что автору статьи опубликованной в сети «Интернет» - ФИО5 им были сообщены факты, действительно имевшие место. ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>» охот-общества им совместно с ФИО10 было обнаружено место забоя дикого животного – «Лось». При этом место забоя было обнаружено по следам, от автомашины <данные изъяты> двигавшейся им на встречу и перегородившей дорогу, в которой находился егерь ФИО1, предъявивший соответствующее удостоверение, и еще один мужчина. Из машины, на которой передвигался ФИО1, сочилась на дорогу кровь, в салоне машины стояли мешки. Также он сообщил ФИО12, что место забоя находилось в зоне воспроизводства, где охота запрещена. Кроме того, по просьбе ФИО12 он передал ему фотографии сделанные им на месте забоя. Указанная информация была предоставлена ФИО12 с целью проведения журналистского расследования и установления истины. Он не просил ФИО12 публиковать данные сведения в средствах массовой информации и не обвинял ФИО1 в незаконной охоте, а лишь сообщил ему фактические данные в надежде на то, что он поможет установить истину, тем более не имел намерений причинить ФИО1 какой-либо вред. При публикации статьи ФИО12 не согласовывал с ним ни ее названия, ни содержания. Фактические обстоятельства дела о том, что забой «лося» был произведен в указанную им дату и указанном месте при участии истца нашли свое подтверждение в материалах проверки №, проведенной по его заявлению ОУУП и ПДН ФИО2 М.С., постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, письме прокурора района и акте составленном ДД.ММ.ГГГГ, в присутствии жителей <адрес>: ФИО10 и ФИО11 Кроме того, данный факт не отрицает и сам истец. Таким образом, содержание статьи, которой, по мнению истца затронуты его права носят оценочный характер выраженный автором статьи и не могут быть предметом судебной защиты по иску к нему, так как он этих суждений не высказывал и не распространял. В том числе считает, поскольку материалами дела не подтвержден факт причинения им истцу морального вреда, то требования о денежной компенсации указанного вреда, как и требования о возмещении судебных расходов не могут быть удовлетворены, поскольку являются производными от основных требований, не подлежащих удовлетворению.

Соответчики ФИО5 и законный представитель ООО «Сибирско-Уральская мериакомпания» в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

Представитель соответчиков ФИО5 и ООО «Сибирско-Уральская медиакомпания» ФИО13, действующая на основании доверенностей с исковыми требованиями истца не согласна, просила отказать истцу в иске, ссылаясь на доводы, изложенные в представленном отзыве. Дополнительно суду пояснила, что вся представленная в тексте информация оформлена как мнение ФИО3, текст не содержит утверждений, исходящих от автора и содержащих обвинения ФИО1 в браконьерстве.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что ответчик ФИО3 ему приходится приятелем, истец также ему знаком, ФИО5 он не знает. ДД.ММ.ГГГГ они с ФИО3 на автомобиле <данные изъяты> поехали в лес прогуляться, где их остановил ФИО1 Он предоставил им удостоверение егеря, стал заглядывать в машину и спросил у них: «куда они едут?» и «нет ли у них оружия?», они ответили ему, что едут прогуляться, оружия у них нет. После чего он сел в машину и поехал. Когда он стал их объезжать, они увидели, что в машине стоят мешки, а на дорогу течет кровь. ФИО3 махая руками, попросил ФИО1 остановиться, но тот не продолжил движение и уехал. Затем они с ФИО3 поехали по следам и приехали на место забоя лося. Поскольку охота на тот период была уже закрыта, ФИО3 позвонил в полицию, считает, что следствие не проводилось, так как их никто не вызывал.

Заслушав пояснения участников судебного разбирательства, изучив материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Статьей 17 Конституции РФ установлено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (часть 1). Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления.

В ч. 1 ст. 23 Конституции РФ закреплено право каждого на защиту своей чести.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Защита нематериальных благ осуществляется в соответствии с действующим законодательством в случаях и в порядке, им предусмотренным, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно разъяснению в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу положений нормы статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о предоставлении сторонами доказательств, на основе которых в силу положений статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Данные конституционные принципы закреплены и в статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Они предполагают наличие одинакового объема процессуальных прав сторон в гражданском деле.

При осуществлении гражданских прав, предполагается разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Никто не вправе злоупотреблять своими правами.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Разногласия во мнениях граждан по оценке своих поступков и поступков иных лиц не подпадает под понятие "распространение порочащих (т.е. не соответствующих действительности) сведений".

В силу п. 9 того же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано средство массовой информации в форме информационного агентства <данные изъяты> учредителем которого является ООО «Сибирско-уральская медиакомпания».

Из нотариального протокола осмотра доказательств от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в средстве массовой информации на вебсайте: <адрес> информационным агентством <адрес>» опубликована статья ФИО5 под названием «На Урале депутат обвинил егеря в браконьерстве. А полицию в бездействии», в которой говорится, что в <адрес> депутат думы поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря. ФИО1. Сведения для публикации предоставлены информационному агентству «<данные изъяты>» ФИО3.

В статье приведены следующие оспариваемые фразы: «депутат поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря», «В день обнаружения трупа сезон охоты на лосей уже закончился».

Оценивая исковые требования по существу, суд не находит оснований для их удовлетворения.

Из представленных материалов следует, что истец занимает должность ведущего специалиста отдела государственного надзора, охраны и использования животного мира – государственного инспектора <адрес> Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира <адрес>, и осуществлению функции по охране, федеральному государственному надзору и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания, и по мнению истца сообщенные ФИО3 для публикации в статье сведения порочат его честь, достоинство и деловую репутацию, носят оскорбительный характер, дискредитируют его, как должностное лицо, осуществляющее функции по охране объектов животного мира, унижают, подрывают деловую репутацию, у неограниченного круга пользователей сети Интернет сформируется негативный образ сотрудников Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира <адрес>.

В свою очередь ответчиком в материалы дела представлено заключение о результатах лингвистического исследования текста статьи ФИО5, опубликованной ДД.ММ.ГГГГ, время производства экспертизы ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в статье содержится информация не о личности и деятельности ФИО1, а о его конкретных действиях, свидетелем которых стал ФИО3. Вся представленная в тексте информация оформлена как мнение ФИО3, согласно которым ФИО1 убил лося на охоте в то время, когда сезон охоты закончился. Текст не содержит утверждений, исходящих от автора и содержащих обвинения ФИО1 в браконьерстве. Автор предоставляет слово ФИО15, показывая неоднозначность той интерпретации событий, которую излагает ФИО3.

Оснований не доверять указанному заключению специалиста у суда не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи, отражающие личное мнение, по вопросу, представляющему общественный интерес.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.

Вместе с тем в ч. 2 ст. 10 названной Конвенции указано, что осуществление свободы мысли и слова, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе для защиты репутации или прав других лиц. Также в силу ст. 17, ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Необоснованность исковых требований является следствием ошибочного толкования истцом понятий «сведения» и «мнения», которые имеют различное смысловое содержание.

Сведения – это факты, которые могут быть проверены на предмет их соответствия действительности, это словесные сообщения, информация о каком-либо событии, процессе, явлении, происшедшем в прошлом или происходящем в настоящее время, в конкретных условиях места и времени. А мнение – это результат психофизической деятельности, носящий личностно-оценочный характер, являющийся выражением субъективного мнения и взглядов человека, который может формироваться на основе фактов или же быть предвзятым, не основанном на фактах. Выражением мнения распознается в тексте по наличию определенных слов и конструкций, указывающих на него (например, по моему мнению, я считаю, я полагаю).

Мнение – это умственный акт, выражающий отношение говорящего к содержанию высказанной мысли и сопряженный обычно с психологическим состоянием сомнения, убежденности или веры.

При этом, согласно указанным разъяснениям Пленума (п.9) следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Таким образом, суд приходит к выводу, что доказательств наличия факта распространения ответчиком именно сведений, порочащих честь и достоинство истца, суду не представлено.

При таком положении, оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о защите деловой репутации, об опровержении сведений – не имеется, а потому, согласно ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, - суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения производных требований истца о возмещении морального вреда, взыскании судебных расходов.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО5, Обществу с ограниченной ответственностью «Сибирско-Уральская медиакомпания» о признании не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 сведения распространенные ФИО3 и опубликованные в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на вебсайте <адрес> информационным агентством <данные изъяты> в статье ФИО5 «На Урале депутат обвинил егеря в браконьерстве. А полицию в бездействии.» о том, что «депутат поселка Тугулым поймал с поличным на убийстве лося местного егеря», возложении обязанности на информационное агентство <данные изъяты> ФИО7 опровергнуть указанные сведения, взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Тугулымский районный суд <адрес>.

Решение принято, и его резолютивная часть изготовлена печатным способом в совещательной комнате с помощью компьютерной техники ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Н.А. Крицкая