Апелляционное постановление № 1-11/2023 22-3022/2023 от 16 мая 2023 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

№ 3022

№1-11/2023 судья Савина Е.Ю.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 17 мая 2023 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО4

при секретаре Шевченко П.О.

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Плотникова Д.Н., подсудимой ФИО5, ее защитника – адвоката Косаревой О.А., представителя потерпевшей ФИО2 - адвоката Зиновьевой О.В., представителя гражданского ответчика СПБ ГБУЗ <...> ФИО3

рассмотрев в судебном заседании 17 мая 2023 года апелляционную жалобу адвоката Косаревой О.А. в защиту интересов подсудимой ФИО5 на постановление Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 15 февраля 2023 года, которым

уголовное дело в отношении ФИО5, <...>, несудимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ

- возвращено прокурору Василеостровского района Санкт-Петербурга для устранения препятствий его рассмотрения судом, по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Доложив материалы дела, заслушав выступления подсудимой ФИО5 её защитника – адвоката Косаревой О.А., поддержавших апелляционную жалобу, полагавших, что постановление суда является незаконным и необоснованным, просивших постановление суда отменить, направить уголовное дело в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство, для рассмотрения по существу; мнения гражданского ответчика СПБ ГБУЗ <...> - ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы; представителя потерпевшей ФИО2 - адвоката Зиновьевой О.В., прокурора Плотникова Д.Н., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, полагавших, что постановление суда является законным, обоснованным и не подлежит отмене;

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 15.02.2023 года уголовное дело в отношении ФИО5, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК, возвращено прокурору Василеостровского района Санкт-Петербурга для устранения препятствий его рассмотрения судом, по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, а именно в связи с установлением фактических обстоятельств, указывающих на наличие оснований для квалификации действий подсудимой ФИО5 как более тяжкого преступления.

В апелляционной жалобе адвокат Косарева О.А., действующая в защиту интересов подсудимой ФИО5, выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным и необоснованным, просит постановление отменить, уголовное дело в отношении ФИО5 направить в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга на новое разбирательство.

Защитник указывает, что изложенный в постановлении вывод суда о том, что исследованные в ходе судебного заседания доказательства свидетельствуют о том, что в действиях ФИО5 содержится состав более тяжкого преступления. предусмотренного п. В ч. 2 ст. 238 УК РФ – оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, повлекшее по неосторожности смерть человека, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, не основан на требовании закона. Указывает, что состав преступления.

Ссылаясь на положение Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителя», и указывает, что субъектом преступления. предусмотренного ст. 238 УК РФ может являться собственник либо руководитель организации. оказывающей услуги, тогда как ФИО5 состоит в трудовых отношениях с СПБ ГБУЗ <...> и не выступает в деловом обороте от своего имени, поскольку не имеет лицензии на осуществление медицинской деятельности, не заключает договоры возмездного оказания услуг с пациентом. а следовательно, не обладает признаками субъекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ.

Обращает внимание, что для медицинской помощи регламентов, устанавливающих критерии безопасности, не существует, сама по себе медицинская помощь таит в себе риск возникновения тех или иных осложнений, заболевания могут течь непредсказуемо.

Далее защитник указывает, что субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ характеризуется прямым умыслом, вместе с тем ФИО5 оказывала медицинскую помощь пациенту ФИО правильно, в соответствии с установленным диагнозом «острый гастроэнтерит».

Далее автор апелляционной жалобы подробно приводит все действия ФИО5 при осуществлении медицинской помощи пациенту в период с <дата> по <дата> год, указывает о назначенном ею лечении и исследованиях, ссылается на показания, допрошенных экспертов, и указывает, что никакого прямого умысла на совершение действий. повлекших общественно опасные последствия в виде смерти ФИО у подсудимой не было.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав мнения участников уголовного судопроизводства, полагает, что постановление подлежит отмене по следующим основаниям.

Согласно положениям ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Такими признаются судебные акты, соответствующие требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по собственной инициативе либо по ходатайству стороны возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном заседании.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом, в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий, обвиняемого как более тяжкого преступления.

В соответствии с п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом в случаях, если после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления.

При этом, в силу ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ, при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, при этом суд не в праве указывать статью особенной части УК РФ, по которой деяние полежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого.

Вместе с тем при вынесении обжалуемого постановления судом указанные требования закона соблюдены не были.

Органами предварительного следствия ФИО5 обвиняется халатности, то есть неисполнении должностным лицом обязанностей по должности, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности смерть человека

а именно в том что она в соответствии с приказом главного врача Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения <...> ФИО1 (далее - СПб ГБУЗ <...> от <дата> №..., являясь заведующей инфекционным отделением №... СПб ГБУЗ <...> и лечащим врачом пациента ФИО, <дата> года рождения, поступившего в СПб ГБУЗ <...> для лечения <дата> в 00 час. 10 мин., то есть медицинским работником, обязанным в соответствии с п.п. 3, 8, 10, 13, 15 ст. 2, ч. 2 ст. 70, ст. 73 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от 21.11.2011 №323-ФЗ), п.5.1 Функциональных обязанностей заведующего отделением (инфекционного, гастроэнтерологического, туберкулезного), утвержденных главным врачом указанного учреждения здравоохранения ФИО1 <дата> (далее - Функциональные обязанности), оказывать медицинскую помощь в соответствии со служебными и должностными обязанностями, организовывать своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, организовывать и обеспечивать уход за больными, обследование и лечение на основе современных достижений медицинской науки и практики, в соответствии с п. 1.1 Порядка организации экстренных консультаций в стационарных учреждениях здравоохранения Санкт-Петербурга, утвержденного Распоряжением Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга от <дата> №... (далее - Порядок организации экстренных консультаций), имея обязанность информировать главного врача (заместителя) о необходимости проведения консультации с профильным специалистом другого стационара и обеспечивать организацию экстренных консультаций (согласование вызова консультанта из другого лечебного учреждения) в соответствии с Графиком дежурств консультантов стационарных учреждений здравоохранения Санкт-Петербурга, утвержденным Комитетом по здравоохранению, обладая в соответствии с п.8.2 Функциональных обязанностей правом решать в установленном порядке вопросы приема, перевода и выписки больных,

то есть, как заведующая инфекционным отделением №... СПб ГБУЗ <...> являясь лицом, обладающим организационно-распорядительными функциями, связанными с руководством находящимися в ее подчинении отдельными работниками указанного государственного учреждения и организацией процесса оказания медицинской помощи пациентам и как лечащий врач, являясь лицом, обладающим организационно-распорядительными функциями, связанными с организацией порядка прохождения лечения пациента ФИО иными специалистами, в том числе по организации консультации с профильным специалистом другого стационара, а потому являясь должностным лицом,

В период времени с 10.20 <дата> по 11.20 <дата>, находясь по адресу места нахождения указанного учреждения здравоохранения: <адрес>, имея высшую квалификационную категорию по специальности «педиатрия» и опыт соответствующей работы более 18 лет, достоверно зная, в том числе по результатам ее осмотра ФИО <дата> в 09.00, что клинические проявления острого гастроэнтерита и острой хирургической патологии органов брюшной полости (острый аппендицит) у детей в возрасте от одного года до двух лет могут иметь схожую клиническую картину, в связи с чем необходимо проведение дифференциальной диагностики между указанными заболеваниями, в том числе путем организации осмотра и консультации пациента ФИО врачом-детским хирургом, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своего бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий,

в нарушение требований п. 1 Стандарта специализированной медицинской помощи детям при острых кишечных инфекциях и пищевых отравлениях средней степени тяжести, утвержденного приказом Минздрава России от 09.11.2012 № 807н, п. 1 Стандарта специализированной медицинской помощи детям при диарее и гастроэнтерите, предположительно инфекционных, средней степени тяжести, утвержденного приказом Минздрава России от 20.12.2012 № 1265н, п. 3.11.3 Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н, согласно которому при остром аппендиците должен быть выполнен осмотр пациента врачом-детским хирургом не позднее 1 часа от момента поступления в стационар, п. 1.1 Порядка организации экстренных консультаций,

не организовала в сроки, установленные указанными нормативными правовыми актами осмотр и консультацию пациента ФИО врачом-детским хирургом Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения <...>, организовав вызов указанного врача-детского хирурга Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения <...><дата> в 11.20,

что не позволило своевременно диагностировать острую хирургическую патологию органов брюшной полости (острый аппендицит) у пациента ФИО, привело к позднему, осуществленному <дата> в 14.42, переводу пациента ФИО в хирургическое отделение Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения <...> и несвоевременному оперативному лечению острого аппендицита, и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов ФИО на жизнь, охрану здоровья и медицинскую помощь, гарантированных ч.1 ст.20, ч. 1 ст. 41 Конституции РФ, а также охраняемых ч. 2 ст. 7 Конституции РФ, ст.7 Федерального закона от 21.11.2011 №323-Ф3 интересов общества и государства на сохранение здоровья детей, а также по неосторожности повлекло смерть ФИО <дата> в 05.15 в Санкт- Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения <...> по адресу: <адрес> от острой сердечной недостаточности, наступившей в результате нарушений ритма сердца, вызванной кардиомиопатией, обусловленной эндогенной интоксикацией в связи с разлитым каловым гнойно-фибринозным перитонитом (воспалением брюшины), осложнившим острый гангренозно-перфоративный аппендицит (аппендицит с некрозом стенки червеобразного отростка и прободением (образованием сквозного отверстия в стенке).

Настоящее уголовное дело находится в производстве суда с <дата>.

Суд первой инстанции, исследовав доказательства и приняв решение об окончании судебного следствия, после возобновления судебного следствия по ходатайству государственного обвинителя принял решение о необходимости возвращения уголовного дела прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ то есть, в связи с установлением фактических обстоятельств, указывающих на наличие оснований для квалификации действий ФИО5 как более тяжкого преступления.

В обоснование принятого решения суд сослался на то, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении и исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства, представленные сторонами, свидетельствуют о возможной квалификации действий подсудимой ФИО5 по п. В ч. 2 ст. 238 УК РФ, ввиду оказания медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности и неблагоприятным исходом в виде смерти пациента ФИО, указав, что ФИО5, являлась заведующей инфекционным отделением №... СПб ГБУЗ <...> и лечащим врачом ФИО оказывала медицинскую услугу

При этом суд сослался на обвинение, предъявленное ФИО5 согласно которому она не организовала в сроки, установленные указанными нормативными правовыми актами осмотр и консультацию пациента ФИО врачом - детским хирургом, организовав вызов врача -детского хирурга <дата> в 11.20, что не позволило своевременно диагностировать острую хирургическую патологию органов брюшной полости (острый аппендицит) у пациента ФИО, привело к позднему, переводу пациента ФИО в хирургическое отделение СПБ ГБУЗ <...> и несвоевременному оперативному лечению острого аппендицита, и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов ФИО, а также по неосторожности повлекло его смерть <дата> в 05.15 от острой сердечной недостаточности, наступившей в результате нарушений ритма сердца, вызванной кардиомиопатией, обусловленной эндогенной интоксикацией в связи с разлитым каловым гнойно-фибринозным перитонитом (воспалением брюшины), осложнившим острый гангренозно-перфоративный аппендицит (аппендицит с некрозом стенки червеобразного отростка и прободением (образованием сквозного отверстия в стенке).

Привел в постановлении выводы заключений экспертов №... от <дата>, №... (дополнительное к №...), №... от <дата>, согласно которым медицинская помощь пациенту ФИО в СПБ ГБУЗ <...> была оказана с дефектами, допущенными лечащим врачом и заведующим отделением, между смертью ребенка и допущенными дефектами имеется причинно-следственная связь непрямого (косвенного) характера, на которые сослался государственный обвинитель в ходатайстве.

А также сослался на положения Федерального Закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», дающие определение понятиям медицинская помощь и медицинская услуга, согласно которым каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования и процитировал положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 УК РФ», согласно которым деяния, предусмотренные ст. 238 УК РФ, посягают на общественные отношения, связанные с охраной здоровья населения, в связи с чем потерпевшим по уголовному делу о таком преступлении может быть признано физическое лицо независимо от того, состояло ли оно в договорных отношениях с лицом (организацией), осуществлявшим производство, хранение или перевозку в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья человека; деяния, перечисленные в ст.238 УК РФ, характеризуются умышленной формой вины. Если в результате выполнения работ или оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности, причиняются по неосторожности тяжкий вред здоровью либо смерть, то такое преступление признается совершенным умышленно.

Вместе с тем, согласно имеющемуся в материалах дела обвинительному заключению, ФИО5 обвиняется в том, что предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своего бездействия, но без достаточных на то оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, допустила несвоевременную организацию осмотра и консультации пациента ФИО врачом - детским хирургом, что не позволило своевременно диагностировать у пациента острую хирургическую патологию органов брюшной полости (острый аппендицит), и привело к позднему его переводу на хирургическое отделение, несвоевременному хирургическому лечению и повлекло нарушение прав и законных интересов пациента, а также по неосторожности его смерть, то есть в деянии, совершенном по легкомыслию - в преступлении, совершенном по неосторожности как по отношению к самому деянию, так и к его последствиям.

Таким образом, обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, не содержат ссылки на фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой (так, как они изложены в обвинительном заключении), как более тяжкого умышленного преступления.

Ссылка суда на дефект в оказании медицинской помощи пациенту, выразившийся в несвоевременной организации осмотра и консультации пациента ФИО врачом-детским хирургом (описание которого приведено в обвинительном заключении), который, согласно предъявленному ФИО5 обвинению был допущен по легкомыслию, таким фактическим обстоятельством не является.

Выводы заключений экспертиз №... от <дата>, №... (дополнительное к №...), №... от <дата>, на которые также сослался суд, касаются оценки качества медицинской помощи, оказанной пациенту ФИО в том числе СПБ ГБУЗ <...> однако не содержат суждений, касающихся формы вины ФИО5 в выявленном нарушении при оказании медицинской помощи пациенту, не содержат указания на обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой (так, как они изложены в обвинительном заключении), как более тяжкого умышленного преступления.

Об иных обстоятельствах, как изложенных в обвинительном заключении, так и установленных в ходе судебного разбирательства, свидетельствующих о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой, как более тяжкого умышленного преступления суд в постановлении не указывает.

Положения Федерального Закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 УК РФ» также не являются такими обстоятельствами.

Вывод же суда со ссылкой на положения Федерального Закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 УК РФ» о том, что ФИО5 оказывала медицинскую услугу и фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении и исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства, представленные сторонами, свидетельствуют о возможной квалификации действий подсудимой по п. В ч. 2 ст. 238 УК РФ, ввиду оказания ею медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности между которыми и неблагоприятным исходом в виде смерти пациента ФИО имеется косвенная причинно-следственная связь, установленная заключениями экспертиз №... от <дата>, №... (дополнительное к №...), №... от <дата>, не основан на положениях ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ, поскольку содержит ссылку на конкретную статью Особенной части УК РФ, касается оценки доказательств.

Таким образом, суд в обжалуемом постановлении убедительных доводов, свидетельствующих о том, что обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении либо установленные в ходе судебного разбирательства, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий ФИО5, как более тяжкого преступления (с умышленной формой вины), не привел.

Между тем, исходя из положений ст. 237 УПК РФ, а также правовой позиции Конституционного Суда РФ, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следуют неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, при этом, непринятие мер по устранению таких нарушений в дальнейшем вынуждает суд принять решение, заведомо противоречащее закону.

Таких нарушений суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку предъявленное ФИО5 обвинение, в том виде как оно сформулировано в обвинительном заключении, не препятствовало суду вынести решение отвечающее требованиям законности и справедливости. При этом фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, имеющемся в материалах настоящего уголовного дела, не содержат ссылки на указанные выше обстоятельства, а также иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления.

Обвинительное заключение содержит указание на фамилию, имя, отчество обвиняемой ФИО5 данные о её личности, существо предъявленного ей обвинения, сведения о времени и месте, обстоятельствах совершения инкриминируемого ей преступления, в том числе на форму вины (по неосторожности), указание на часть, статью Уголовного Кодекса РФ, предусматривающую ответственность за их совершение, перечень доказательств (в том числе и заключения экспертов №... от <дата>, №... (дополнительное к №...), краткое изложение их сущности со ссылками на тома и листы уголовного дела, к обвинительному заключению приложен список, подлежащих вызову в судебное заседание лиц, справка о сроках следствия, избранной в отношении обвиняемого меры пресечения, вещественных доказательствах и иных обстоятельствах указанных в ч. 5 ст. 220 УПК РФ.

Обвинительное заключение составлено, подписано и утверждено надлежащими должностными лицами, действующими в пределах своих полномочий, предоставленных уголовно-процессуальным законом.

Кроме того, следует учесть, что по смыслу закона, как о том указано в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 51 от 19.12.2017 года "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства"), если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п. 1 - 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового судебного решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ в своих решениях, основаниями для возвращения уголовного дела прокурору являются такие нарушения требований закона, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, в частности, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. При этом, во всяком случае, возвращение уголовного дела прокурору в целях устранения допущенных нарушений, представляя собой особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для производства дополнительного расследования, не допускается в целях восполнения неполноты произведенного предварительного расследования.

Как следует из обжалуемого постановления, решение суда о возвращении уголовного дела в отношении ФИО5 прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ фактически обосновано не выявленными нарушениями требований уголовно-процессуального закона, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, не наличием существенных нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных следователем, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения, а ходатайством государственного обвинителя, заявленным <дата>, то есть спустя три года после поступления уголовного дела с обвинительным заключением, утвержденным заместителем прокурора Василеостровского района Санкт-Петербурга в суд, о возвращении уголовного дела прокурору в связи с необходимостью квалифицировать действия ФИО5 по п. В ч. 2 ст. 238 УК РФ, то есть как более тяжкое преступление, характеризующееся умышленной формой вины, без ссылки на фактические обстоятельства указанные в обвинительном заключении, либо установленные в ходе судебного разбирательства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий подсудимой как более тяжкое умышленное преступление.

Изложенные в обжалуемом постановлении обстоятельства, не являются препятствием для постановления итогового решения на основе имеющегося обвинительного заключения, поскольку в нем с достаточной для рассмотрения уголовного дела полнотой изложены обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

Принимая во внимание изложенное выше, суд апелляционной инстанции, полагает, что у суда отсутствовали основания для возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренные ст. 237 УПК РФ.

Таким образом, признать обжалуемое постановление законным и обоснованным нельзя, оно подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2 ст. 389.15, п. 1 ст. 389.16, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также допущенным судом нарушением уголовно-процессуального закона, а именно положений ст. 237 УПК РФ регламентирующих основания для возвращения уголовного дела прокурору, которое повлияло на вынесение законного и обоснованного решения, а материалы дела, подлежат направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, со стадии судебного разбирательства. Апелляционная жалоба защитника подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 15 февраля 2023 года, которым уголовное дело в отношении ФИО5, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ возвращено прокурору Василеостровского района Санкт-Петербурга на основании ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, отменить.

Направить уголовное дело в отношении ФИО5 на новое судебное разбирательство в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга, в ином составе суда.

Апелляционную жалобу адвоката Косаревой О.А. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Подсудимая, потерпевшая, иные участники уголовного судопроизводства потерпевшая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья