Решение № 2-641/2024 2-641/2024(2-7879/2023;)~М-4198/2023 2-7879/2023 М-4198/2023 от 7 февраля 2024 г. по делу № 2-641/2024

Дело № 2-641/2024

УИД 78RS0015-01-2023-005918-82


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 февраля 2024 года г. Санкт-Петербург

Невский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Хабик И.В.,

с участием прокурора Якимовича К.В.,

при ведении протокола секретарем Ресслер Е.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 овича к ФИО1 о компенсации морального вреда и материального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Невский районный суд г. Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, материального ущерба, причиненного в результате ДТП от 31.12.2019 в размере 413 600 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что 31.12.2019 произошло ДТП с участием транспортных средств Land Rover Defender г.р.з. <данные изъяты> под управлением ФИО1, Nissan X-Trail г.р.з. <данные изъяты> под управлением ФИО2, в результате ДТП истцу был причинен материальный ущерб на сумму 413 600 рублей, который состоит из стоимости восстановительного ремонта транспортного средства. Также в результате ДТП был причинен легкий вред здоровью истца, компенсацию которого истец полагает возможным определить в 50 000 рублей, одновременно, поскольку супруга ФИО2, ФИО3 в результате ДТП получила телесные повреждения, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью, он испытал сильный стресс, переживая за жизнь жены, в период её восстановления ФИО2 перенес серьезные нравственные страдания, так как ей сделано многочисленное количество операций, результатом травм стала инвалидность 2 гр., существенно изменился его образ жизни, супруга до настоящего времени не может долго ходить или сидеть, то истец просит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей.

Истец ФИО2 в судебное заседание явился, требования искового заявления поддержал, настаивая на их удовлетворении в полном объеме, представил пояснения о том, что срок исковой давности не является пропущенным, поскольку виновность ответчика в ДТП впервые была установлена в 2022 году, кроме того, после установления вины ответчика истец не мог реализовать свое право на судебную защиту, поскольку по семейным обстоятельствам он был вынужден осуществлять уход за отцом в другом регионе РФ, а также за супругой, состояние здоровья которой ухудшилось, также заявил ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу искового заявления, если суд придет к выводу о том, что срок исковой давности в части требований о возмещении материального вреда пропущен.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, судом извещалась надлежащим образом о времени и месте судебного заседания посредством телефонограммы, письменный текст которой содержится в материалах дела (т. 2 л.д. 63). В ходе судебного разбирательства против удовлетворения заявленных исковых требований возражала по размеру, полагая размер компенсации морального вреда завышенным, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что истец перенес нравственные страдания и это повлекло необратимые последствия для его здоровья. Относительно размера компенсации материального ущерба пояснила, что его расчет подлежит исчислению исходя из аналогичной рыночной стоимости транспортного средства на момент ДТП, а не восстановительной, учитывая, что ремонт транспортного средства не является целесообразным, поскольку превышает рыночную стоимость автомобиля. Одновременно просила о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, поскольку он мог реализовать свое право на судебную защиту по факту ДТП, а также посредством предъявления гражданского иска в рамках уголовного дела.

Суд, заслушав пояснения сторон по делу, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости при назначении размера компенсации морального вреда, при этом срок исковой давности подлежит восстановлению, изучив и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, его причинившим. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ст. 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из материалов дела, 31.12.2019 ФИО1, управляя ТС Land Rover Defender г.р.з. <данные изъяты> двигалась в светлое время суток в условиях достаточной видимости асфальтового дорожного покрытия, имеющего гололед, по проезжей части автодороги Р-254 «Иртыш» на территории Барабинского района Новосибирской области со стороны г. Омска в направлении г. Новосибирска. В пути следования ФИО1, действуя с преступной небрежностью, не предвидела возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хоти при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, не проявила должной внимательности и предусмотрительности, в нарушение требований п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.7, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения РФ, не учитывая дорожные условия, а именно наличие гололеда на дорожном покрытии, двигалась со скоростью около 74, 63 км/ч, при маневрировании выехала за пределы проезжей части на правую обочину по ходу движения автомобиля, своевременно не приняла мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и продолжила движение со скоростью, которая не обеспечивала водителю возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнений требований Правил дорожного движения РФ, допустила занос автомобиля, при этом утеряла контроль за движением транспортного средства, не справилась с рулевым управлением автомобиля, выехала на полосу, предназначенную для встречного движения, где на 1 197 километре (+ 793 метра) указанной автодороги и на расстоянии 1, 75 метров от левого края проезжей части допустила столкновение с автомобилем, двигавшимся во встречном направлении, марки Nissan X-Trail г.р.з. <данные изъяты> под управлением ФИО2, перевозившего в салоне автомобиля пассажира ФИО3

В результате вышеуказанного ДТП ФИО1 причинила:

1. пассажиру автомобиля Nissan X-Trail ФИО3 телесные повреждения: закрытый перелом лонной, седалищной костей, тазовая паравизикальная гематома. Закрытый перелом левого бедра и обеих костей левой голени с кровоподтеками, гематомами в проекции переломов, тупая травма живота с повреждением серозной оболочки сигмовидной кишки, закрытый перелом основной фаланги 2-го пальца левой кисти, закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, множественные мелкие раны, ссадины лица, отек теменной области слева, которые составляют единую сочетанную травму. Данная травма оценивается как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, так как влечет за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30 % независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи;

2. водителю автомобиля Nissan X-Trail ФИО2 телесные повреждения: ушибленная рана правой кисти, ушиб грудной клетки слева и ушиб левого коленного сустава с отеком мягких тканей. Данные телесные повреждения составляю единую травму, которой причинен вред здоровью в виде временного нарушения функции органа (системы) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), поэтому она оценивается как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Совершение данного дорожно-транспортного происшествия, в результате которого ФИО3 причинен тяжкий вред здоровью, ФИО2 причинен легкий вред здоровью состоит в прямой причинно-следственной связи с нарушением водителем ФИО1 требований п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.7, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения РФ, на основании чего приговором Барабинского районного суда Новосибирской области от 20.06.2022 в редакции апелляционного постановления Новосибирского областного суда от 12.09.2022 ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, с назначением ей наказания в виде одного года ограничения свободы (т. 1 л.д. 7-33, 36-45).

Впоследствии пассажир ФИО3 обратилась с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате указанного ДТП от 31.12.2019, по результатам рассмотрения которого было постановлено определение Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 30.05.2023 об утверждении между ФИО3 и ФИО1 мирового соглашения, по условиям которого ФИО1 обязалась выплатить денежную компенсацию в размере 400 000 рублей.

Предъявляя настоящий иск, ФИО2 указал, что в результате ДТП он испытал физические страдания, обусловленные получением телесных повреждений в виде ушибленной раны правой кисти, ушиба грудной клетки слева и ушиба левого коленного сустава с отеком мягких тканей, которые образовались одномоментно от воздействия твердых тупых предметов, а также от ударов о таковые внутри салона автомашины, которые в совокупности составляют единую травму, повлекшую причинение вреда здоровью в виде временного нарушения функции органа (системы), а также находился на излечении в ГБУЗ НСО «Куйбышевская Барабинская ЦРБ» в период с 31.12.2019 по 15.01.2020, где продолжал испытывать болевые ощущения (т. 1 л.д. 47-49).

Также истец указал, что в результате ДТП ему были причинены нравственные страдания, связанные с состоянием здоровья ФИО3, которая является его супругой, что подтверждается соответствующим свидетельством о заключении брака (т. 1 л.д. 46).

Так, в результате ДТП ФИО3 получила множественные травмы, оцениваемые как тяжкий вред здоровью. В период длительной реабилитации она перенесла множество операций, в ходе которых истец переживал за состояние здоровья своей супруги, испытывал чувства страха и беспомощности ввиду возможности утраты близкого человека, был вынужден ухаживать за супругой и сопровождать ее во всех поездках, связанных с медицинской помощью.

Поскольку от полученных травм ФИО3 утратила трудоспособность и получила вторую степень инвалидности, то, помимо ежедневного ухода за супругой, истец также был вынужден самостоятельно продолжать финансовое обеспечение своей семьи, в том числе детей, получавших на тот момент профессиональное образование, при этом ввиду отсутствия временных и психологических ресурсов истец был вынужден закрыть семейный бизнес, который длительный период приносил постоянный доход, что также повлекло ухудшение финансового состояния семьи.

П. 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В <...> Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1).

При этом отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 2 Постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27).

Из приведенных положений ГК РФ и позиции ВС РФ следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Одновременно п. 29 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 предусматривает, что в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств для снижения размера компенсации морального вреда суд может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Принимая во внимание положения ст. 151, 1101 ГК РФ, фактические обстоятельства дела, суд исходит из того, что полученные супругами ФИО2 и ФИО3 травмы находятся в прямой причинно-следственной связи с ДТП, произошедшим при управлении ответчиком источником повышенной опасности, что обусловлено нарушением правил дорожного движения со стороны водителя, повлекшим по неосторожности причинение вреда здоровью, ввиду чего, учитывая, что в результате ДТП истец перенес нравственные и физические страдания, связанные с получением легкого вреда здоровью, последующей реабилитацией в медицинском учреждении, а также нравственные страдания, связанные с переживанием за состояние здоровья супруги, возможностью утраты близкого человека, необходимостью оказания постоянного ухода и сопровождения во все медицинские учреждения своей супруги, изменением обычного уклада жизни, ухудшением финансового положения семьи, приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о возмещении компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает разъяснения Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующие отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», а также принимает во внимание, что действиями ответчика по допущенному легкомыслию, в то же время, и неосторожности истцу и его супруге был причинен вред здоровью, обстоятельства ДТП и причинно-следственная связь установлены в ходе рассмотрения уголовного дела, по которому постановлен вступивший в законную силу приговор суда, в результате чего истец понес, во-первых, нравственные и физические страдания, связанные с получением телесных повреждений от ДТП и реабилитацией в медицинском учреждении, во-вторых, нравственные страдания, связанные с получением его супругой тяжкого вреда здоровью, от которого последняя утратила трудоспособность и получила инвалидность второй группы, вследствие чего привычный уклад жизни истца и его семьи изменился, в частности, истец стал вынужден осуществлять постоянной уход за супругой, проводить много времени в поездках с ней в медицинские учреждения, переживать за успешность проведенных операций и восстановление здоровья супруги, продолжать самостоятельное финансовое обеспечение семьи в отсутствие психологических и временных ресурсов, что повлекло ухудшение финансового положения семьи, обусловленное закрытием бизнеса, кроме того, за весь период реабилитации супруги истец перенес сильные нравственные страдания, связанные с возможностью утраты близкого человека, что обусловлено тяжестью полученных повреждений, при этом до настоящего времени ответчиком не предпринято мер к возмещению морального вреда в пользу предъявившего настоящие требования истца, одновременно, суд учитывает личность лица, причинившего вред, которая в период разбирательства по уголовному делу признала свою вину частично без мотивации своей позиции, в настоящий момент добровольно согласилась выплатить компенсацию причиненного ФИО3 морального вреда в рамках иного гражданского дела, ввиду чего суд приходит к выводу об определении компенсации морального вреда в сумме 300 000 рублей, из которых 50 000 рублей составляют компенсацию морального вреда вследствие причиненных нравственных и физических страданий лично истцу от ДТП, 250 000 рублей – компенсацию морального вреда вследствие причиненных нравственных страданий, связанных с состоянием здоровья супруги истца и изменением его образа жизни, полагая размер компенсации разумным и справедливым с учетом сложившихся по делу обстоятельств, одновременно судом отклоняются доводы стороны ответчика о завышенном объеме компенсации морального вреда, причиненного истцу в результате полученных телесных повреждений и последующей реабилитации, поскольку тяжесть телесных повреждений истца квалифицирована как легкая, то есть свидетельствующая о временном расстройстве состояния здоровья истца, а нахождение на излечении в период с 31.12.2019 по 15.01.2020 обусловлено получением обязательной медицинской помощи в объеме, изложенном в медицинской карте стационарного больного № 6462-1833 (т. 1 л.д. 48-49).

Также истцом заявлено требование о взыскании компенсации материального ущерба, причиненного транспортному средству Nissan X-Trail, принадлежащему ФИО2, при разрешении которого суд исходит из следующего.

Из материалов выплатного дела АО «АльфаСтрахование» усматривается, что в результате ДТП от 31.12.2019 транспортное средство Nissan получило объем повреждений, изложенных в акте осмотра ТС № 2322099 от 01.12.2022 (т. 2 л.д. 5-10), на основании чего установлен объем стоимости восстановительного ремонта транспортного средства с учетом его износа в размере 813 600 рублей (т. 2 л.д. 53), при этом поскольку страховой компанией в рамках урегулирования убытка произведена страховая выплата в предельном размере ответственности водителя по полису ОСАГО в размере 400 000 рублей (т. 2 л.д. 55), то истцом ко взысканию предъявлена сумма 413 600 рублей, исходя из расчета 813 600 рублей (стоимость восстановительного ремонта) – 400 000 рублей (сумма произведенного страхового возмещения).

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика не оспаривала объем повреждений, полученных транспортным средством истца в результате ДТП, однако указала, что итоговый размер компенсации материального ущерба подлежит расчету исходя из рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП, учитывая, что ремонт транспортного средства не является целесообразным.

Проверяя доводы стороны ответчика относительно целесообразности компенсации материального ущерба в виде стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, судом установлено, что из заключения независимой организации, проводившей расчет стоимости восстановительного ремонта по поручению страховой компании АО «АльфаСтрахование», усматривается полная гибель транспортного средства истца, что обусловлено финансовой нецелесообразностью его восстановительного ремонта, поскольку рыночная стоимость аналогичного транспортного средства со схожими характеристиками на момент ДТП составила 875 238, 21 рублей (т. 1 л.д. 197-201).

Также независимым экспертным учреждением рассчитана стоимость годных остатков поврежденного транспортного средства в сумме 70 700 рублей (т. 1 л.д. 202-208), исходя из чего итоговый размер убытка составит 804 538, 21 рублей, который сопоставим со стоимостью восстановительного ремонта авто (813 600 рублей), таким образом, восстановительный ремонт транспортного средства будет являться экономически нецелесообразным.

Полагая завышенным расчет рыночной стоимости транспортного средства Nissan ответчик представила свое заключение № 72/23 от 13.11.2023, подготовленное ИП ФИО4, из содержания которого усматривается, что рыночная стоимость ТС истца на дату ДТП составляла 607 100 рублей (т. 1 л.д. 209-227).

Учитывая наличие разночтений в представленных сторонами расчетах, судом был поставлен вопрос о назначении по делу судебной автотовароведческой экспертизы, при этом поскольку каждая из сторон настояла на своем досудебном заключении (т. 1 л.д. 229), представитель ответчика указал на отсутствие намерения ходатайствовать о проведении экспертизы, то судом принято решение рассмотреть дело по имеющимся доказательствам.

Оценивая представленные в материалы досудебные заключения специалистов, суд исходит из того, что в обоснование заявленных исковых требований стороной истца было представлено заключение независимой оценки, выполненной по поручению страховой компании, а не по инициативе самого истца, кроме того, из материалов выплатного дела АО «АльфаСтрахование» усматривается взаимодополняющий комплекс заключений относительно стоимости восстановительного ремонта ТС, его рыночной стоимости и стоимости годных остатков, более того, заключение составлено с осмотром транспортного средства; со стороны же ответчика поступило исключительно несогласие с расчетом рыночной стоимости восстановительного ремонта, при этом иные заключения из комплексной экспертизы не были оспорены стороной ответчика, кроме того, представленное стороной ответчика заключение выполнено без осмотра транспортного средства, что в совокупности позволяет сделать вывод о том, что при сложившихся обстоятельствах судом принимается расчет рыночной стоимости ТС, произведенный на основании поручения страховой компании АО «АльфаСтрахование», согласно которому стоимость ТС на дату ДТП составляла 875 238, 21 рублей.

Таким образом, на основании вышеизложенного, учитывая, что вина ответчика в произошедшем ДТП установлена в рамках уголовного дела, при этом требование стороны истца о взыскании компенсации материального ущерба в виде стоимости восстановительного ремонта не может быть удовлетворено в связи с тем, что ремонт транспортного средства истца является нецелесообразным, вследствие чего компенсации подлежит убыток, исчисляемый от рыночной стоимости транспортного средства за вычетом его годных остатков, то суд приходит к выводу о необходимости возложения обязанности по возмещению ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 404 538, 21 рублей (875 238, 21 - 70 700 – 400000).

Полагая, что по требованию о взыскании компенсации материального вреда истцом был пропущен срок исковой давности стороной ответчика было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска такого срока, при разрешении которого суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ, согласно которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В то же время, в силу ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В обоснование заявленного ходатайства сторона ответчика указала, что ДТП произошло 31.12.2019, вследствие чего с момента ДТП сторона истца узнала о нарушении своего права и не была лишена возможности обратиться в суд за его защитой, то есть для предъявления требования о взыскании компенсации материального вреда, и, таким образом, срок исковой давности истек не позднее начала января 2023 года, а в суд за защитой своего права истец обратился только в июне 2023 года, кроме того, истец не был лишен права на одновременное предъявление гражданского иска в рамках рассмотрения уголовного дела.

Полагая доводы стороны ответчика подлежащими отклонению, суд исходит из того, что по факту ДТП от 31.12.2019 сторона ответчика свою вину не признала, ссылаясь на обоюдную вину как водителя ТС Nissan, так и служб, уполномоченных за поддержание чистоты дорожного полотна, на котором произошло ДТП, вследствие чего до принятия итогового судебного акта по уголовному делу, имеющему преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, сторона истца не могла располагать полными и объективными данными о лице, нарушившем его право, что свидетельствует о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента вступления в законную силу приговора суда, которым была установлена вина ответчика в произошедшем ДТП, то есть с 12.09.2022, исходя из чего на момент обращения истца в суд с настоящим иском срок исковой давности не являлся пропущенным, при этом ссылка стороны ответчика на возможность предъявления гражданского иска в рамках уголовного дела не свидетельствует о пропуске срока исковой давности по тем же основаниям, что вина ответчика установлена впервые с 12.09.2022, в таком случае предъявление гражданского иска было бы направлено исключительно на экономию процессуального времени, кроме того, в период с июля 2022 года по июнь 2023 года (дату подачи настоящего иска) истец находился в положении, исключавшем возможность обращения в суд за защитой своего права, в связи с тяжелыми семейными обстоятельствами, так, начиная с июля 2022 года состояние здоровья родителей истца ухудшилось, вследствие чего он был вынужден находиться в г. Новосибирске, ухаживая за отцом, и в г. Санкт-Петербурге, ухаживая за супругой и пожилой матерью. Несмотря на указанные сложности, истец пытался реализовать свое право в декабре 2022 года, обратившись в суд с аналогичным иском, при этом поскольку на исковом заявлении отсутствовала подпись истца, то оно было возвращено, обратиться в следующий раз у истца получилось только в июне 2023 года, на основании чего было возбуждено настоящее производство. Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о наличии оснований для восстановлении срока исковой давности в случае, если бы

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с учетом п. 2-3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взыскать в доход бюджета государственную пошлину в размере 7 545, 38 рублей, от уплаты которой истец освобожден.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 овича удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты> ) в пользу ФИО2 овича (паспорт гражданина <данные изъяты>) в счет возмещения материального вреда 404538 руб. 21 коп., в счет компенсации морального вреда 300000 рублей, а всего 704538 руб. 21 коп. (семьсот четыре тысячи пятьсот тридцать восемь рублей 00 копеек).

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета государственную пошлину в размере 7545 руб. 38 коп. (семь тысяч пятьсот сорок пять рублей 38 копеек).

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путём подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья И.В. Хабик

Мотивированное решение суда изготовлено 29.02.2024