Апелляционное определение № 33-5389/2025 от 8 декабря 2025 г.

Судья Моисеев К.А. Дело № 2-4334/2023

УИД № 35RS0010-01-2023-002429-55

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от

№ 33-5389/2025
г. Вологда
9 декабря 2025 года
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе:

председательствующего судьи Мещеряковой Н.В.,

судей Ермалюк А.П., Балаевой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пятовской С.В.,

с участием прокурора прокуратуры Вологодской области Мининой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО3, апелляционному представлению помощника прокурора города Вологды Дементьева И.А. на решение Вологодского городского суда Вологодской области от 1 ноября 2023 г. по исковому заявлению ФИО3 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области, Федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению Межобластная больница № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 35», Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Мещеряковой Н.В., объяснения представителя истца ФИО3 ФИО1, представителя ответчиков Федеральной службы исполнения наказаний, Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области, Федерального казенного лечебно-профилактического учреждения Межобластная больница № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области, Федерального казенного учреждения Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области, Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № 35» ФИО2, заключение прокурора Мининой Н.В., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратился в суд с иском к Федеральной службе исполнения наказаний (далее – ФСИН России), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области (далее – УФСИН России по Вологодской области), Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Вологодской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, в размере 3 000 000 руб.

Определением судьи Вологодского городского суда Вологодской области от 13 марта 2023 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральное казенное лечебно-профилактическое учреждение Межобластная больница № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области (далее – ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области), Федеральное казенное учреждение Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области (далее – ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области).

Протокольным определением от 20 июля 2023 г. из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, исключены ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 35» (далее – ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России).

Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 1 ноября 2023 г. в удовлетворении исковых требований к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, ФСИН России, УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области о взыскании компенсации морального вреда ФИО3 отказано.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО3 просит решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении его исковых требований. В обоснование ссылается на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, полагает, что суд первой инстанции необоснованно не назначил судебно-медицинскую экспертизу, не истребовал его медицинскую карту из здравпункта ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области.

В апелляционном представлении участвовавший в деле прокурор Дементьев И.А., ссылаясь на непроведение судом первой инстанции судебно-медицинской экспертизы, проведение которой необходимо с целью установления наличия или отсутствия вреда здоровью истца, просит решение суда отменить.

В возражениях представитель ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Вологодской области, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по доверенностям ФИО2 просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 27 мая 2025 г. решение Вологодского городского суда Вологодской области от 1 ноября 2023 г. отменено. По делу принято новое решение. Исковые требования ФИО3 к Российской Федерации в лице ФСИН России удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 руб. В удовлетворении исковых требований к ФСИН России в большем размере, а также в удовлетворении исковых требований к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области отказано. С ФСИН России в доход федерального бюджета взысканы расходы на оплату судебно-медицинской экспертизы в размере 62 280 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2025 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 27 мая 2025 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца ФИО3 по доверенности ФИО1 апелляционную жалобу и дополнения к ней поддержал.

Прокурор прокуратуры Вологодской области Минина Н.В. в судебном заседании апелляционной инстанции апелляционное представление поддержала.

Представитель ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Вологодской области, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России, по доверенностям ФИО2, представитель ответчика ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России по доверенности ФИО4 в судебном заседании апелляционной инстанции просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Судебная коллегия, обсудив доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней, доводы апелляционного представления и возражений на них, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 отбывал наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области с 17 ноября 2016 г.

С 4 мая 2018 г. по 24 мая 2018 г. истец находился на обследовании в терапевтическом отделении филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России с диагнозом: язвенная болезнь, обострение. Острая язва луковицы 12 п.к. Эрозивный гастрит. Рубцовая деформация пилоро-бульбарной зоны и луковицы 12 п.к. (выписной эпикриз И/Б № 420).

С 6 июня 2019 г. по 27 июня 2019 г. ФИО3 находился на обследовании и лечении в терапевтическом отделении филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России с диагнозом: ... (выписной эпикриз №...).

С 8 июля 2021 г. по 15 июля 2021 г. ФИО3 находился там же на обследовании и лечении с диагнозом: ... (выписной эпикриз №...).

Ссылаясь на несвоевременное оказание и неоказание необходимой медицинской помощи с момента прибытия для отбывания наказания в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, непроведение необходимых обследований, неназначение необходимых лекарственных препаратов, требующихся ему в связи с образованием, а в дальнейшем обострением хронического заболевания «...», причинявшего ему сильные боли, от чего он испытывал физические и нравственные страдания, ФИО3 обратился в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции указал, что истец не доказал факт ухудшения состояния его здоровья, необходимости оказания ему экстренной медицинской помощи, бездействия медицинских работников и причинение в результате такого бездействия вреда его здоровью и, соответственно, причинение морального вреда.

Судебная коллегия с выводом суда первой инстанции соглашается.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц, определены в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце первом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (абзац первый пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Согласно пункту 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом. На основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, одна из основных задач ФСИН России – обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией. В соответствии с частями 1, 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний; при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 декабря 2017 г. № 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы.

В соответствии с пунктом 1 Порядок устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Частью 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

До утверждения вышеназванного Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, действовал утвержденный приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации № 640, Минюста РФ № 190 от 17 октября 2005 г. Порядок организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, который был разработан, в том числе в соответствии с Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-1, в соответствии с пунктами 7, 8, 9 которого организация профилактической, лечебно-диагностической работы обеспечивается в соответствии с утвержденными в установленном порядке нормативными правовыми актами; организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным включает комплекс профилактических, лечебно-диагностических мероприятий, направленных на обеспечение их прав на охрану здоровья; предоставляемая медицинская помощь оказывается в объемах, предусмотренных программой государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи.

Согласно вышеназванным Порядкам, медицинская помощь подозреваемым, обвиняемым и осужденным предоставляется лечебно-профилактическими учреждениями и медицинскими подразделениями учреждений Федеральной службы исполнения наказаний, создаваемыми для этих целей, контроль качества и безопасности медицинской деятельности в которых осуществляется ФСИН России.

Юридически значимыми обстоятельствами по настоящему делу являются установление наличия у истца заболеваний, на которые он ссылается в иске, на дату обращения за медицинской помощью в период отбывания наказания, качества оказанной ему медицинской помощи, своевременность диагностирования заболевания и наличие причинно-следственной связи между качеством оказания медицинской помощи и выявленным заболеванием.

Для установления данных вопросов требуются специальные познания в области медицины.

Судом первой инстанции судебно-медицинская экспертиза по делу не проводилась.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 26 ноября 2024 г. по делу назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 23 апреля 2025 г. №..., из записей в медицинской карте ФИО3 следует, что в период с 17 ноября 2016 г. по 13 декабря 2016 г. он каких-либо жалоб на свое здоровье не предъявлял. С 13 декабря 2016 г. по 2018 год ФИО3 очень часто предъявлял жалобы на .... При объективных осмотрах, кроме болезненности ... при пальпации, каких-либо других изменений отмечено не было. Пациенту в связи с его жалобами назначались ....

1 февраля 2018 г. был подготовлен запрос в филиал «Больница» ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России для обследования ФИО3 4 мая 2018 г. ФИО3 поступил в стационар филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России.

Клиническая картина, имевшаяся у ФИО3 с 13 декабря 2016 г. по 2018 год, была неспецифической, могла свидетельствовать о различных заболеваниях ... или быть реакцией на стресс, питание и т.д. В записях медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №... из МЧ-4, ФИО3 устанавливался диагноз «...» до 17 октября 2016 г. (в 2015 году), однако в карте не имеется каких-либо результатов обследований, на основании которых был выставлен этот диагноз. Следовательно, подтвердить или опровергнуть наличие ... на то время не представляется возможным.

В 2017 году с учетом жалоб ФИО3 ему следовало выставить диагноз «...» и вести его в соответствии с Клиническими рекомендациями: провести обследования, в зависимости от результатов назначить лечение. Поскольку в 2017 году обследование проведено не было, то определить, какое конкретно заболевание (заболевания) ... имелось у ФИО3 на то время и имелось ли вообще, какого лечения оно требовало, не представляется возможным.

Диагноз ... установлен в 2018 г. своевременно. О давности возникновения ... судить невозможно.

У судебной коллегии нет оснований не доверять представленному заключению эксперта, поскольку оно отвечает признакам относимости и допустимости, достоверности и достаточности доказательств. Заключение судебно-медицинской экспертизы в полной мере отвечает требованиям, предъявляемым законом к заключению эксперта. Исследование проведено полно, объективно и подписано лицами, обладающими необходимыми специальными познаниями, незаинтересованными в исходе дела, соответствует требованиям статей 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; эксперты предупреждались об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Исковые требования ФИО3 мотивированы неоказанием и некачественным оказанием ему медицинской помощи в период нахождения в местах лишения свободы.

Между тем, указанные доводы в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.

Из приведенного заключения судебно-медицинской экспертизы не следует, что ФИО3 медицинская помощь не оказывалась или оказывалась некачественно. Диагноз, на наличие которого указывает истец, был установлен ему своевременно.

Доказательств, свидетельствующих о наличии дефектов оказания медицинской помощи, истцом не представлено, из заключения экспертов наличие дефектов оказания медицинской помощи не следует.

С учетом приведенных выше норм закона компенсация морального вреда подлежит взысканию только при наличии вины должностных лиц государственных органов в ее причинении истцу незаконными действиями или бездействием. В настоящем случае, в чем выразились незаконные действия должностных лиц ответчиков, истец не указал. Их имеющихся в деле доказательств также не следует наличие незаконных действий или бездействия в отношении истца.

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания в пользу ФИО3 компенсации морального вреда является правильным.

В апелляционной жалобе истца доводов, которые опровергали бы выводы суда первой инстанции, не приведено.

Доводы апелляционного представления о незаконности решения суда ввиду непроведения по делу судебно-медицинской экспертизы также подлежат отклонению.

Судом апелляционной инстанции такая экспертиза была проведена, однако, согласно вышеприведенному заключению экспертов, оснований для вывода о наличии нарушений при оказании ФИО3 медицинской помощи не имеется.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционная жалоба и апелляционное представление удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку исковые требования ФИО3 удовлетворению не подлежат, судебно-медицинская экспертиза назначалась по его ходатайству, при этом истцу была предоставлена отсрочка оплаты расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы, указанные расходы были авансированы за счет федерального бюджета, постольку с ФИО3 необходимо взыскать в доход федерального бюджета стоимость судебно-медицинской экспертизы в размере 62 280 руб.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Вологодского городского суда Вологодской области от 1 ноября 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3, апелляционное представление помощника прокурора города Вологды Дементьева И.А. – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере 62 280 руб.

Кассационная жалоба может быть подана в Третий кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления апелляционного определения в законную силу.

Председательствующий: Н.В. Мещерякова

Судьи: А.П. Ермалюк

Т.Н. Балаева