Решение № 2-237/2018 2-237/2018 (2-4019/2017;) ~ М-3819/2017 2-4019/2017 М-3819/2017 от 5 февраля 2018 г. по делу № 2-237/2018

ДЕЛО № 2-237/2018 года


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 февраля 2018 года Железнодорожный районный суд г. Барнаула в составе председательствующего Филипповой О.В.

при секретаре Оленберг О.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения, соглашения о разделе совместно нажитого имущества недействительными,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, в котором, с учетом уточнений, просил признать недействительным договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительным соглашение о разделе совместно нажитого имущества – жилого дома, расположенного по адресу: г<адрес>, заключенное между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, прекратить право собственности ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, применить последствия недействительности сделок путем возврата земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, в собственность ФИО2; жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в общую долевую собственность ФИО2 и ФИО3.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получил от него денежные средства в размере 964489,06 руб., со сроком возврата до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в Железнодорожный районный суд г. Барнаула было подано исковое заявление о взыскании с ФИО2 суммы займа и процентов за пользование денежными средствами. ДД.ММ.ГГГГ Железнодорожным районным судом г. Барнаула было утверждено мировое соглашение, по которому ФИО2 обязался выплатить ФИО1 денежную сумму в размере 1010000 руб. не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

До настоящего времени условия мирового соглашения добровольно не исполнены. ФИО2 неоднократно обещал погасить имеющуюся задолженность путем продажи жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>.

Действительно, данное имущество было выставлено на продажу. ДД.ММ.ГГГГ из Выписки из ЕГРН истцу стало известно, что собственником дома и земельного участка является ФИО3 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Сделка совершена между близкими родственниками, безвозмездно, что свидетельствует о том, что ответчики действуют недобросовестно. Злоупотребление ФИО2 своим правом выражается в том, что он, не имея намерения погашать задолженность по договору займа, уводит свое имущество от возможного обращения на него взыскания, произвел отчуждение оспариваемого имущества близкому родственнику во время судебного разбирательства о взыскании с него суммы долга.

В судебное заседание ФИО1 не явился, его представитель ФИО4 на удовлетворении заявленных требований настаивала. ФИО2, представитель ФИО3 – ФИО5 против удовлетворения требований возражали, поскольку ФИО2 не скрывается от взыскания задолженности, выплатил периодическими платежами 302164 руб., которые приставы не перечислили взыскателю по неизвестной причине. ФИО2 развелся с женой ФИО3., поэтому хотел оставить дом и земельный участок своей дочери ФИО6. Однако дочь три года не приезжала в Россию, поэтому имущество было оформлено на ее мать. Стороны действовали добросовестно, в рамках Семейного законодательства. Кроме того, обратить взыскание на единственное жилое помещение не возможно.

ФИО3, извещенная о слушании дела надлежащим образом, в суд не явилась, ранее возражала против удовлетворения требований по тем же основаниям.

Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав явившихся, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Как следует из пунктов 1-2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В силу пункта 3 указанной статьи в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Как следует из Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 по смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пунктов 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 2 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации в редакции, действующей до 29.12.2015, общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

При этом в редакции от ДД.ММ.ГГГГ действующей после ДД.ММ.ГГГГ, нотариальное удостоверение соглашения о разделе имущества супругов стало обязательным.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получил от ФИО1 денежные средства в долг в размере 964489,06 руб., со сроком возврата до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в Железнодорожный районный суд г. Барнаула ФИО1 было подано исковое заявление о взыскании с ФИО2 суммы займа и процентов за пользование денежными средствами. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был извещен о слушании данного дела, а ДД.ММ.ГГГГ Железнодорожным районным судом г. Барнаула было утверждено мировое соглашение, по которому ФИО2 обязался выплатить ФИО1 денежную сумму в размере 1010000 руб. не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

В период рассмотрения дела Железнодорожным районным судом г. Барнаула, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключил договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: г. <адрес> с супругой ФИО3, а также соглашение о разделе совместно нажитого имущества – жилого дома, расположенного по адресу: г. <адрес>, в соответствии с которыми право собственности на указанное недвижимое имущество перешло от супруга ФИО2 к супруге ФИО3 безвозмездно, супруги прекратили право совместной собственности на дом путем его передачи в собственность ФИО3.

ДД.ММ.ГГГГ брак между супругами ФИО7 был прекращен.

На основании исполнительного документа, выданного Железнодорожным районным судом г. Барнаула, возбуждено исполнительные производства.

Переход права собственности по указанным договору дарения и соглашению о разделе совместно нажитого имущества зарегистрированы Управлением Росреестра ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно сведениям Отдела судебных приставов Железнодорожного района г. Барнаула решение не исполнено в полном объеме.

Справка АКГУП «Аптеки Алтая» о том, что из заработной платы ФИО2 были удержаны в счет исполнения решения суда денежные средства в сумме 302164,57 руб. судом не принимается во внимание, поскольку указанные суммы в пользу истца не поступили, кроме того, их размер не достаточен для исполнения решения суда в полном объеме.

ФИО3 как супруге должника, не могло быть не известно о задолженности перед ФИО1, доказательством того, что ФИО3 и ФИО2 при совершении оспариваемых сделок действовали не добросовестно, подтверждается тем, что при разделе имущества супругов ответчик ФИО2 не получил ничего, в то время как дорогостоящее имущество – жилой дом площадью <данные изъяты> кв.м и земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м перешли в собственность супруги без какой-либо компенсации. При этом, как следует из отзыва представителя ФИО3, другого жилого помещения для проживания ФИО2 не имеет. Кроме того, оба ответчика продолжают проживать в доме и пользоваться им, что следует из их пояснений, факта регистрации по месту жительства в указанном доме.

Также вызывает сомнение момент заключения оспариваемых договоров в то время, когда это указано – ДД.ММ.ГГГГ, поскольку переход права собственности зарегистрирован спустя длительное время - ДД.ММ.ГГГГ, в то время, когда заключение соглашения без нотариального удостоверения стало невозможным в силу изменения в законодательстве. Суд считает, что указанные сделки были заключены после утверждения судом мирового соглашения и возбуждения исполнительного производства с целью избежать обращения взыскания на имущество.

Кроме того, хотя отсутствие уведомления кредитора о заключенном соглашении о разделе имущества супруга в соответствии со ст. 46 Семейного кодекса Российской Федерации и не является само по себе основанием для признания сделки недействительной, суд считает, что не уведомление ФИО1 о заключении данного соглашения также свидетельствует о недобросовестном поведении ответчиков, учитывая, что ответчик ФИО2 пояснял в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, что между ним и ФИО1 была договоренность о том, что задолженность будет погашена после продажи дома.

При этом доводы ответчика ФИО3 о том, что на спорное недвижимое имущество не может быть обращено взыскание по исполнительному производству, поскольку оно является единственным жилым помещением для ФИО2, суд считает основанными на ошибочном толковании норм права по следующим основаниям.

Согласно статье 24 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

В системной связи с названной нормой находятся часть 4 статьи 69 и часть 1 статьи 79 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", предусматривающие в рамках общего порядка обращения взыскания на имущество должника правило, согласно которому при отсутствии или недостаточности у гражданина-должника денежных средств взыскание обращается на иное принадлежащее ему имущество, за исключением имущества, на которое взыскание не может быть обращено и перечень которого установлен Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, а именно его статьей 446.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина- должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что установленный положением абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей) - в целях реализации конституционного принципа соразмерности при обеспечении защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника как участников исполнительного производства - должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

Распространение безусловного имущественного (исполнительского) иммунитета на жилые помещения, размеры которых могут значительно превышать средние показатели, а стоимость может быть достаточной для удовлетворения имущественных притязаний взыскателя без ущерба для существа конституционного права на жилище гражданина-должника и членов его семьи, означало бы не столько стремление защитить конституционное право гражданина-должника и членов его семьи на жилище, сколько соблюдение исключительно имущественных интересов должника в ущерб интересам взыскателя, а, следовательно, нарушение баланса интересов должника и кредитора (взыскателя) как участников исполнительного производства.

С учетом приведенных выше норм права и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации вопрос о том, подлежит ли обращение взыскания на указанное недвижимое имущество может быть разрешен судебным приставом-исполнителем при определении того, отвечает ли спорный дом признакам единственного пригодного помещения для постоянного проживания должника и членов его семьи, не имеется ли у должника иного имущества и доходов, на которые может быть обращено взыскание, не превышает ли данный дом уровень, достаточный для обеспечения разумной потребности должника и членов его семьи в жилище, с гарантией сохранения жилищных условий, необходимых для нормального существования, является ли соразмерным обращение взыскания на спорный дом с учетом имеющейся задолженности, соответствует ли размер площади земельного участка, расположенного под спорным домом минимальным размерам предоставления земельных участков для земель соответствующего целевого назначения и разрешенного использования.

В ходе рассмотрения настоящего дела суд установил, что площадь жилого дома составляет <данные изъяты> кв.м, земельного участка - <данные изъяты> кв.м, а в доме проживают только ответчики. Таким образом, указанное обстоятельство не исключает возможности обращения взыскания на заложенное имущество судебным приставом-исполнителем. Кроме того, указанное имущество может быть арестовано в качестве гарантии обеспечения прав и законных интересов взыскателя ФИО1 и не может нарушать права и законные интересы должника ФИО2, поскольку такой арест будет препятствовать должнику распорядиться домом в ущерб интересам взыскателя.

Установив, что в момент заключения оспариваемых договора дарения и соглашения о разделе имущества супругов имелись денежные обязательства у одного из супругов, стороны указанный сделок действовали недобросовестно, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истом требований и считает необходимым признать недействительным договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: г. <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительным соглашение о разделе совместно нажитого имущества – жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенное между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: г. <адрес>; применить последствия недействительности сделок путем возврата земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, в собственность ФИО2; жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в общую долевую собственность ФИО2 и ФИО3.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Признать недействительным соглашение о разделе совместно нажитого имущества – жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенное между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Прекратить право собственности ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: г. <адрес>.

Применить последствия недействительности сделок путем возврата земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, в собственность ФИО2; жилого дома, расположенного по адресу: г. <адрес>, в общую долевую собственность ФИО2 и ФИО3.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Барнаула в апелляционном порядке.

Судья: О.В. Филиппова