Решение № 2-2270/2024 2-2270/2024~М-1781/2024 М-1781/2024 от 11 сентября 2024 г. по делу № 2-2270/2024

31RS0(номер обезличен)-89 Дело (номер обезличен)


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 сентября 2024 г. г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Федоровской И.В.,

при секретаре ФИО6,

с участием ФИО4 истцов ФИО7, ФИО8, ФИО4 ответчика ФИО9, ФИО4 третьего лица ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску заместителя прокурора (адрес обезличен) в интересах ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Заместитель прокурора (адрес обезличен) в интересах ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором просил признать недействительным договор дарения земельного участка площадью 2000 кв.м с кадастровым номером (номер обезличен) и расположенного на нем жилого дома площадью 62,1 кв.м с кадастровым номером (номер обезличен) по адресу: (адрес обезличен), заключенный (дата обезличена) между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый), применив последствия сделки путем аннулирования записи о регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом за ФИО3 и признании за истцом ФИО2 права собственности на спорное недвижимое имущество.

В обоснование требований заместитель прокурора указывал на то, что ФИО2 приходится (информация скрыта) ФИО3 (дата обезличена) даритель подарила принадлежащие ей объекты недвижимого имущества (информация скрыта) ФИО3 Вместе с тем сделка дарения земельного участка и жилого дома совершена ФИО2 под влиянием заблуждения, поскольку она предполагала, что сын будет осуществлять за ней уход, нести бремя содержания недвижимого имущества. После заключения договора она постоянно проживала в указанном жилом доме, обрабатывала земельный участок, несла бремя содержания упомянутого имущества.

ФИО4 истца помощник прокурора (адрес обезличен) ФИО7 исковые требования поддержала.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дне рассмотрения дела извещена в предварительном судебном заседании (дата обезличена), обеспечила участие ФИО4 ФИО8, которая исковые требования поддержала, указав, что ответчик ФИО3 проживает на территории Украины, приехать на территорию РФ не имеет возможности. После начала СВО жителям села предоставлено новое жилье, однако ФИО2 не могут его выделить, в связи с тем, что она не является собственником домовладения.

ФИО4 ответчика адвокат ФИО9, привлеченный судом в порядке ст.50 ГПК РФ, поскольку ответчик не проживает на территории РФ, иск не признал, указал, что оснований для признания сделки недействительной не установлено, кроме того пропущен срок исковой давности.

ФИО4 третьего лица администрации (адрес обезличен) ФИО10 полагался на усмотрение суда.

ФИО4 по (адрес обезличен) представил письменный отзыв.

В силу ст. 167 ГПК РФ судом определено о рассмотрении дела в отсутствии неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно подпункту 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ, собственник вправе, по своему усмотрению, совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Пунктом 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Статьей 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч. 2).

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п. 1 ст. 177 ГК РФ).

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления лица воле лица, совершающего сделку.

Судом установлено и из материалов дела следует, что (дата обезличена) между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения, в соответствии с условиями, которого Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемому, а Одаряемый принимает в качестве дара земельный участок площадью 2000 кв.м с кадастровым номером (номер обезличен) и расположенный на нем жилой дом площадью 62,1 кв.м с кадастровым номером (номер обезличен) по адресу: (адрес обезличен).

Согласно выписке из ЕГРН право собственности на указанные объекты недвижимого имущества зарегистрировано за ФИО3 (одаряемый) (дата обезличена).

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обращаясь в суд с иском, заместитель прокурора ссылался на то, что ФИО2 заблуждалась относительно природы подписываемого договора дарения жилого дома и земельного участка, полагая, что заключает с сыном договор пожизненного содержания, в связи с чем она была лишена возможности осознавать условия и последствия передачи недвижимого имущество в собственность последнему, а также обстоятельства, влекущие нарушение ее прав.

В соответствии с ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 167 настоящего Кодекса.

Под заблуждением понимается неправильное представление субъекта о каких-либо обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Данные пороки воли являются ненамеренными и возникают не в силу внешнего воздействия, а вызываются внутренними причинами заблуждающегося субъекта сделки. Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса о том, понимал ли истец сущность сделки на момент ее совершения или же его воля была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к пункту 1 ст. 178 ГК РФ.

Суд обращает внимание, что заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить. Однако истец не представил доказательств того, что при совершении оспариваемой сделки его воля была направлена на совершение какой-либо другой сделки. Поскольку заблуждение истца в данном случае могло относиться только к правовым последствиям сделки, то не может быть признано существенным заблуждением неправильное представление этой стороны сделки о правах и обязанностях по ней.

Истцовая сторона требования обосновывает тем, что в момент составления договора дарения ФИО2 находилась под влиянием заблуждения, о чем свидетельствует ее преклонный возраст, справка (номер обезличен) (номер обезличен) от (дата обезличена) об установлении второй группы инвалидности, справка ОГБУЗ «Городская поликлиника (адрес обезличен)» о получении лечения в неврологическом отделении в период с (дата обезличена) по (дата обезличена), которые вместе с тем, не свидетельствуют о нахождении истца в заблуждении при составлении оспариваемого договора, поскольку инвалидность истцу установлена через 4 года после подписания договора, нахождение на амбулаторном лечение в течение 14 дней не подтверждает доводы стороны истца применительно к дате сделки, поскольку на лечении ФИО2 находилась спустя полтора месяца после заключения сделки.

Договор дарения недвижимого имущества от (дата обезличена) совершен в установленной законом форме, с согласованием всех существенных условий, подписан сторонами, условия договора изложены прямо, возможности трактовать его двусмысленно не имеется.

При изложенных обстоятельствах, описанные документы не содержат объективного подтверждения наличия у истца заболеваний и их степени, безусловно препятствующих осознанному восприятию событий при заключении оспариваемой сделки.

Кроме того, доказательств, что стороны, заключая оспариваемый договор преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения, суду не представлено.

Исходя из совокупности вышеприведенных исследованных доказательств, суд приходит к выводу о том, что при заключении договора дарения от (дата обезличена) истец ФИО2 знала и понимала его существо, природу и последствия сделки. Таким образом, оснований для признания договора дарения недействительной сделкой как совершенной под влиянием заблуждения не имеется. Сам по себе престарелый возраст истца, установление инвалидности, при отсутствии иных объективных доказательств, не может служить безусловным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

При таких обстоятельствах суд полагает, что ФИО2 осознанно заключила данный договор дарения с ФИО3, обдумав свое решение, понимая природу сделки, что подтверждается фактическими обстоятельствами дела. Мотивы, по которым был заключен договор дарения, правового значения не имеют и на недействительность сделки не влияют, а обстоятельства и условия сделки не свидетельствуют об обратном.

В связи с этим, а также учитывая отсутствие каких-либо объективных доказательств, подтверждающих обоснованность доводов истца о введении дарителя в заблуждение, устанавливающих не абстрактные и возможные, а конкретные обстоятельства, подтверждающие эти доводы, суд не может прийти к выводу о нахождении дарителя в момент подписания договора дарения под влиянием заблуждения или обмана ввиду возраста и состояния здоровья.

Довод истца о том, что ФИО2 после совершения сделки дарения продолжала проживать в спорном жилом доме не имеет правового значения по делу.

Вместе с тем, отсутствие оплаты за жилое помещение и коммунальные услуги со стороны собственника жилого помещения, может быть предметом рассмотрения иного судебного спора.

Кроме того, суд считает, что при рассмотрении данного гражданского дела, стороной истца не представлено доказательств, как того требуют ст. ст. 12, 55 - 57, 59, 60 ГПК РФ, свидетельствующих о том, что в момент подписания договора дарения от (дата обезличена) ФИО2 была обманута ФИО3, либо сделка совершена на крайне невыгодных условиях, которую истец был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств.

При этом суд исходит из установленных по делу фактических обстоятельств и представленных доказательств, свидетельствующих о наличии действительной общей воли сторон на заключение договора дарения и добровольности оформления сделки, а также отсутствии факторов, препятствующих истцу понять суть заключаемого договора.

Также суд исходит из того, что истец понимал, что совершал сделку по отчуждению жилого дома и земельного участка, впоследствии которой собственником спорного дома должен являться ответчик ФИО3, одаряемым принято подаренное имущество безвозмездно.

Как следует из содержания оспариваемого договора дарения, стороны согласовали все существенные условия договора, были определены предмет данного договора и воля сторон. Истец собственноручно подписал указанный договор дарения.

По смыслу п. 2 ст. 170 ГК РФ критерием квалификации сделки как притворной является ее направленность - притворная сделка не направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки.

Истец указал, что в данном случае имела место притворная сделка, связанная с договором дарения жилого дома. Данная сделка фактически прикрывала собой договор пожизненного содержания с иждивением.

В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата обезличена) (номер обезличен) "О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", указано, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Анализируя вышеприведенные нормы права и обстоятельства дела, учитывая, что в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие намерение ФИО2 и ФИО3 заключить договор пожизненного содержания с иждивением на что ссылался ФИО4 прокуратуры, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения, заключенного между сторонами недействительным.

При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия доказательств, подтверждающих, что ФИО2 заблуждалась относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению, в том смысле, как это предусмотрено ст. 178 ГК РФ, а также доказательств отсутствия воли сторон на совершение сделки дарения спорных объектов недвижимого имущества, достижения соглашения по всем существенным условиям договора пожизненного содержания с иждивением, которым, по мнению истца, должна была быть оформленная сделка, основания для признания договора дарения от (дата обезличена) недействительным у суда отсутствуют.

ФИО4 ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения от (дата обезличена) и применении последствий недействительности сделки.

Согласно ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата обезличена) (номер обезличен) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 12 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата обезличена) (номер обезличен) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно разъяснениям пункта 8 данного постановления согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

(информация скрыта)

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Проверив относимость, допустимость, достоверность каждого представленного доказательства, оценив их в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отказе в иске, поскольку не установлены обстоятельств, которые с достоверностью подтверждали бы заблуждение истца ФИО2 относительно природы заключенного сторонами договора дарения.

Поскольку основания для признания договора дарения недействительной сделкой отсутствуют, не подлежат удовлетворению также исковые требования о применении последствий недействительности сделки и признании за истцом права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: (адрес обезличен),

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска заместителя прокурора (адрес обезличен) в интересах ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд (адрес обезличен).

Мотивированное решение суда изготовлено 18.09.2024 г.

Судья И.В. Федоровская