Решение № 2-548/2018 2-548/2018~М-412/2018 М-412/2018 от 16 июля 2018 г. по делу № 2-548/2018

Заочное
Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Железногорск-Илимский 17 июля 2018 года

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Перфиловой М.А.,

при секретаре Ермоленко Л.И.,

представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-548/2018 по исковому заявлению Публичного Акционерного Общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов

У С Т А Н О В И Л:

Представитель истца Публичного Акционерного Общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» (далее – ПАО «Коршуновский ГОК») ФИО1, действующая на основании доверенности от *** (со сроком действия до ***) обратилась с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов, в обосновании которого указала, что в рабочую смену с *** в составе *** К. и *** ФИО2 произошло скатывание думпкара *** с пути ***, в связи с чем, были повреждены ворота в ангаре *** на базе оборудования ЦСХ, вследствие чего ПАО «Коршуновский ГОК» был причинен материальный ущерб в размере ***. Произошедшее стало возможным вследствие того, что *** ФИО2 не обеспечил безопасность движения при закреплении состава ручными тормозными башмаками, чем нарушил п.3.9.1. производственно-технической инструкции ПТИ 05-555-15, а также пункты рабочей инструкции ***, а именно: п.3.4. (обязан выполнять торможение и закрепление вагонов тормозными башмаками); п.3.12 (перед отцепкой локомотива, закрепить ручными тормозными башмаками). Поскольку размер причиненного ПАО «Коршуновский ГОК» материального ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, не превышает размера его среднего месячного заработка, а вина ответчика подтверждается материалами служебного расследования и непосредственно его письменной объяснительной, данной в ходе проведения служебного расследования, просит суд взыскать с ФИО2 в пользу ПАО «Коршуновский ГОК» сумму причиненного материального ущерба в размере *** и расходы по оплаченной государственной пошлины в размере *** рубля.

В судебном заседании представитель истца ПАО «Коршуновский ГОК» ФИО1, действующая на основании доверенности от *** (со сроком действия до ***) исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте его проведения, уважительных причин своей неявки суду не предоставил. В предыдущих судебных заседаниях, исковые требования не признавал, суду пояснял, что, действительно, в его рабочую смену *** произошел самопроизвольный въезд одного думпкара при проведении маневровых работ в ворота ангара *** на базе оборудования ЦСХ, в результате чего, обе створки ворот были деформированы и перестали закрываться. Однако, в его действиях отсутствует причинно-следственная связь между произошедшим инцидентом и исполнением его обязанностей, прописанных в рабочей инструкции и производственно-технической инструкции. Так, согласно производственному заданию, им было поручено забрать груженый думпкар *** с базы оборудования. При заезде на базу выяснилось, что думпкар *** заставлен другими подвижными единицами. Было принято решение производить маневровое передвижение на базе оборудования. После пробы автотормозов за *** с пути *** он перевел *** на путь *** и подал ручной сигнал осаживаться ***. После остановки на пути *** закрепил двумя тормозными башмаками крайние колесные пары думпкара и отцепил его от составления. После этого пошел сопровождать три думпкара для составления их на путь ***. Через короткий промежуток времени к нему подошла охранник Ш. и сказала, что думпкар, закрепленный им ручными тормозными башмаками укатился и повредил ворота амбара. В этот же день, он вместе с *** давал письменные объяснения охраннику ГБР, где указывал, что он не нарушал требования должностных регламентов и брал два ручных тормозных башмака, однако впоследствии его первая объяснительная пропала, и появилась вторая, где он признает свою вину в совершенном инциденте. Указанную объяснительную он писал под диктовку *** М. На самом деле, инцидент произошел вследствие технической неисправности тормозного башмака, который неплотно прилегал к рельсам. Более того, поврежденные ворота амбара были приведены в соответствие силами работников ПАО «Коршуновский ГОК», вследствие чего, какого-либо материального ущерба для работодателя причинено не было. Просил суд в удовлетворении иска отказать.

Суд, с учетом мнения представителя истца ФИО1, посчитал возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившегося ответчика по имеющимся в деле доказательствам в порядке заочного производства.

Выслушав стороны, свидетелей, проверив письменные доказательства по делу и оценив их с совокупности в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему:

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину. Работодатель имеет право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (статья 22 Кодекса).

Общие условия наступления материальной ответственности работника отражены в статье 233 ТК РФ, согласно которой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного (действия или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии со ст. 238 ТК РФ, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Как усматривается из материалов гражданского дела, *** между ПАО «Коршуновский ГОК» и ФИО2 был заключен трудовой договор ***, согласно условиям которого, по настоящему трудовому договору ФИО2 был принят переводом на должность *** ПАО «Коршуновский ГОК» и работник при подписании договора принял на себя обязательства выполнять обязанности по указанной профессии, определенные в рабочей инструкции. При этом п.1.5. указанного трудового договора предусматривает, что непрерывный трудовой стаж работы на ПАО «Коршуновский ГОК» считается с ***, согласно записи в трудовой книжки.

Судом также установлено и не оспаривалось ответчиком, что *** вследствие самопроизвольного въезда думпкара при проведении маневровых работ, были повреждены ворота склада *** ЦСХ на базе оборудования на станции ***.

Для расследования указанного обстоятельства и причин произошедшего события, приказом *** от *** Директором *** была создана комиссия, которой было поручено провести служебное расследование.

Приказом Директора *** сроки служебного расследования были продлены из-за продолжительной болезни *** ФИО2

*** комиссией был составлен Акт установления причин и размера причиненного материального ущерба в результате инцидента, произошедшего ***, из содержания которого следует, что в рабочую смену с *** в составе *** К. и *** ФИО2 в *** получила распоряжением от ДСП Дробилка забрать груженый думпкар *** с базы оборудования. При заезде на базу оборудования выяснилось, что думпкар *** заставлен другими подвижными единицами. Локомотивная бригада вывела с базы две платформы и думпкар, после заехали и взяли еще 4 думпкара, из которых *** был последним. Бригада приняла решение делать маневровые передвижения на базе оборудования. После полной пробы автотормозов выехали за СП *** с пути ***, *** ФИО2 перевел СП *** на путь *** и подал ручной сигнал осаживаться *** К. После остановки на пути *** (до ангара 50 метров) закрепил одним тормозным башмаком думпкар *** со стороны СП *** и отцепил его от состава. После помощник машиниста тепловоза ФИО2 пошел сопровождать три думпкара для составления их на путь ***. Во время этой операции думпкар *** укатился с пути *** и повредил ворота в ангаре *** на базе оборудования ЦСХ. Анализируя сложившуюся ситуацию, объяснительные *** К. и *** ФИО2, комиссия пришла к выводу, что причиной произошедшего послужило нарушение *** ФИО2 п.3.9.1 Производственно-технической инструкции, а именно работник не обеспечил безопасность движения при закреплении состава ручными тормозными башмаками.

*** на основании приказа *** ФИО2 был снижен размер всех поощрений (премий) по итогам работы за июль 2017 года на 100% за нарушение п.3.28 Раздела 3 Рабочей инструкции *** выразившееся в нарушении технологической инструкции ТИ 05-584-17 (п.5.6 – при производстве маневров на станционных путях, расположенных на уклонах, где создается опасность ухода вагонов, принимаются дополнительные меры безопасности), техническо-распорядительного акта станции ***; производственно-технической инструкции ПТИ 05-555-15. С указанным приказом ФИО2 был ознакомлен ***, с его содержанием согласился, приказ не оспаривал.

Не соглашаясь с предъявляемыми к нему требованиями, ответчик ФИО2 указывал суду, что инцидент произошел вследствие неисправности ручных тормозных башмаков, а не из-за ненадлежащего исполнения им должностных обязанностей, однако суд относится к указанным доводам ответчика критически.

Согласно условиям трудового договора *** от ***, ФИО2 при его подписании принял на себя ряд обязанностей, в том числе, строго выполнять обязанности в соответствии с рабочей инструкцией (п.3.2), соблюдать нормы и правила по охране труда и промышленной безопасности (п.3.3).

Из содержания рабочей инструкции ***, с которой ФИО2 был ознакомлен, следует, что, *** обязан, в том числе, выполнять торможение и закрепление вагонов тормозными башмаками (п.3.4.); перед отцепкой локомотива состав закрепить ручными тормозными башмаками (п.3.12).

В соответствии с требованиями части 1 раздела 5, п. 5.4. Технологической инструкции «Организация движения поездов и маневровой работы на железнодорожных путях ПАО «Коршуновский ГОК» ***, руководителем маневровой работы является *** ФИО2, который следуя требованиям производственно-технической инструкции *** был обязан произвести закрепление думпкара *** на пути *** двумя тормозными башмаками, один из которого должен был установить под крайнюю колесную пару думпкара со стороны стрелочного перевода ***, что и было им сделано, а второй ручной тормозной башмак должен был установить с противоположной стороны думпкара под крайнюю колесную пару со стороны упора склада ***.

Как усматривается из объяснительной *** ФИО2 от ***, написанной последним в рамках проводимой служебной проверки, ответчик признал свою вину в части того, что он произвел установку тормозного башмака под колесную пару думпкара только со стороны визуально видимого уклона в нарушении производственно-технической инструкции *** где из таблицы видно, что величина уклона пути *** больше в сторону упора склада ***, следовательно, ответчик ФИО2 должен был в первую очередь произвести с обязательным накатом на полоз ручного тормозного башмака установленного со стороны наибольшего уклона, то есть со стороны упора склада ***.

Обстоятельства, изложенные ФИО2 в своей объяснительной записки от ***, подтверждаются и представленными стороной истца фотографиями, сделанными с установленных на месте происшествия видеокамер, из которых усматривается, что на железнодорожных путях в месте ухода думпкара находится один ручной тормозной башмак, закрепленный ответчиком ФИО2 со стороны стрелочного перевода ***.

При этом в своей объяснительной записке ФИО2 не указывает на неисправность ручных тормозных башмаков, указанная версия произошедшего впервые была высказана ответчиком лишь в ходе проведения судебного заседания, что может быть расценена судом как желание работника уйти от материальной ответственности, тем более что при приеме *** неисправности ручных тормозных башмаков не выявлены и в соответствующем журнале стороной ответчика не зафиксированы, как не указаны такие неисправности и при приеме данного оборудования другими локомотивными бригадами в иные даты смен.

Также суд оценивает критически и довод ответчика ФИО2 о том, что объяснительная записка, датированная 18 августом 2017 года, была написана им под давлением со стороны *** М. и под его диктовку, поскольку из его объяснительной, данной им сразу после произошедшего инцидента он указывал, что брал два ручных тормозных башмака и установил их в соответствии с требованиями, изложенными в производственно-технической инструкции.

Однако из содержания объяснительной ФИО2 от *** усматривается, что названный документ содержит в себе лишь описание проводимых им маневровых работ по перестановке думпкаров и не содержит в себе указание на установку тормозных башмаков и на их количество.

Более того, допрошенный в качестве свидетеля *** М. указывал суду, что он как председатель комиссии по расследованию произошедшего инцидента, в рамках служебного расследования затребовал с ФИО2 объяснительную, после выхода последнего с больничного. ФИО2 объяснительную писал самостоятельно, без какого-либо давления и принуждения, свою вину в произошедшем не отрицал. Тем более что виновность ответчика является очевидной, так как надлежащим образом закрепленные ручными тормозными башмаками думпкары самопроизвольно не укатываются. В том месте, где произошел уход думпкара, очень обманчивая местность, кажется, что угол уклона визуально находится со стороны стрелочного перевода ***, не зря этот факт был учтен и прописан п.3.9.1, где из таблицы видно, что величина уклона пути *** больше в сторону упора склада ***, данный факт ФИО2 учтен не был.

Также свидетель С. – ***, суду указывал, что в рамках проводимой служебной проверки устно беседовал с ФИО2, который указывал, что в момент маневровых работ с целью закрепления отцепленного думпкара, он брал два ручных тормозных башмака, однако закрепил только один башмак, второй выбросил в кусты, поскольку ставить второй башмак посчитал нецелесообразным.

Показания свидетеля С. подтверждаются и записью с камер видеонаблюдения, приобщенной к материалам гражданского дела, из которой следует, что ФИО2 перед производством маневровых работ берет в руки два ручных тормозных башмака, однако в дальнейшем устанавливает лишь один из них.

Согласно ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Таким образом, исследовав представленные доказательства, оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что вследствие ненадлежащего исполнения работником ФИО2 своих должностных обязанностей, наличием причинно-следственной связи между неправомерными действиями ФИО2 и наступившими последствиями в виде ущерба, работодателю был причинен материальный ущерб, выраженный в повреждении въездных ворот ангара *** базы оборудования ***.

В соответствии с ч. 2 ст. 248 ТК РФ, если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

Поскольку в данном случае в силу ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, то для определения среднего месячного заработка ответчика от истца была истребована справка о среднемесячном заработке ответчика, размер которого составил ***.

*** комиссией в составе: председателя комиссии – *** Р., *** П., *** Д. был составлен акт по факту осмотра въездных ворот ангара *** базы оборудования ЦСХ и выявлено, что по причине самопроизвольного въезда думпкара при проведении маневровых работ обе створки ворот сдавлены внутрь помещения ангара, в результате чего закрытие ворот произвести не представляется возможным. Навесы левой створки оторваны от крепительной балки. Правая створка полностью деформирована, имеются порывы по сварным швам полотна створки, верхний навес оторван от крепительной балки.

На основании произведенного акта осмотра от ***, *** был утвержден локальный ресурсный сметный расчет *** на ремонт ворот склада ***, исходя из которого, стоимость ремонтных работ составила ***.

При этом размер ущерба стороной ответчика оспорен не был, как не был и представлен свой расчет причиненного работодателю ущерба, ходатайств о проведении судебной экспертизы ответчиком также заявлено не было, в связи с чем, размер причиненного работодателем материального ущерба суд находит доказанным. Обстоятельств, способствующих снижению размера причиненного ущерба, в соответствии со ст. 250 ТК РФ, судом не установлено, а ответчиком таких доказательств не представлено.

Таким образом, установив виновность в действиях ФИО2, наличие ущерба, причиненного истцу, его размер, а также причинно - следственную связь между действиями ФИО2 и наступившими последствиями в виде ущерба, исходя из отсутствия оснований для привлечения ответчика к полной материальной ответственности, учитывая, что размер материального ущерба меньше получаемого ответчиком среднемесячного заработка, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных стороной истца требований и их удовлетворений.

Довод ответчика о том, что поврежденные ворота восстановлены истцом силами работников предприятия и у ПАО «Коршуновский ГОК» отсутствовали реальные расходы на восстановление поврежденного имущества, суд признает несостоятельным, поскольку в данном случае указанное обстоятельство не является юридически значимым для разрешения существующего спора, стороне истца было необходимо представить суду доказательства наличия реального ущерба, что и было им сделано.

В соответствии со 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взыскание оплаченная при подачи иска государственная пошлина в размере *** рубля..

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление Публичного Акционерного Общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу Публичного Акционерного Общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» материальный ущерб в размере ***, расходы по оплате государственной пошлины в размере *** рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме, с которым стороны могут ознакомиться 25 июля 2018 года.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение 7 дней со дня вручения им копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий М.А. Перфилова