Решение № 2-570/2017 2-570/2017~М-355/2017 М-355/2017 от 8 августа 2017 г. по делу № 2-570/2017

Дело №2-570/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 августа 2017 года г. Липецк

Липецкий районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Мартышовой С.Ю.,

с участием представителя ответчицы адвоката Григорьевой Е.С., действующей по ордеру №501 от 29.03.2017г., предъявившей удостоверение №702, выданное 21.05.2013г. УМЮ РФ по Липецкой области,

при секретаре Корабельниковой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО6 к ФИО7 о признании договора дарения недействительным, признании недействительными свидетельств о государственной регистрации права собственности, признании недействительными записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, восстановлении срока принятия наследства, признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО6 обратились в суд с иском к ФИО7 (с учетом уточнения исковых требований) о признании недействительным договора дарения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного 11.12.1992г между их матерью ФИО3 и ответчицей ФИО7, признании недействительными свидетельства о государственной регистрации права собственности <адрес> от 22.09.2014г. на имя ФИО7 на спорный жилой дом, расположенного по адресу: <адрес>, свидетельства о государственной регистрации права собственности № от 26.04.2007г.на имя ФИО7, на земельный участок, расположенный по указанному адресу; признании недействительными записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 22.09.2014г. о регистрации права собственности за ФИО7 на жилой дом и земельный участок, восстановлении срока принятия наследства после умершей матери ФИО3, признании права собственности на спорный жилой дом в порядке наследования по 1/5 доли за каждым, указывая, что они проживали в доме, расположенным по адресу: <адрес>, построенного их родителями с момента своего рождения, принимали участие в строительстве данного дома. В 1977г. умер их отец ФИО11, никто из наследников, а также их мать, к нотариусу не обращался, наследство не оформлял, поскольку на семейном совете решили, что дом принадлежит их матери, обращаться к нотариусу не будут. Все они были прописаны и проживали в данном доме- ФИО6 с семьей постоянно, а остальные истцы периодически. С 1976г. по настоящее время они пользовались всем домом и земельным участком, вместе обрабатывали земельный участок, ухаживали за домом, пользовались имуществом, находящимся в доме. ФИО6 вернулся в Липецкую область в 1989г., прописался и проживает в спорном доме по настоящее время. С 1989г. они произвели значительные переустройства, перепланировки и улучшения в Лит.А, провели газ, воду по всему дому, смонтировали отопление, построили отдельную ванну, перенесли кухню, заложили ранее существующий выход из Лит.А, выполнили отдельный выход.. В 2007г. ФИО6 стал инвалидом <данные изъяты> группы и имеет право на обязательную долю в наследстве после умершей матери ФИО3, т.к. инвалидность получена до смерти наследодателя. Также ФИО5 получил инвалидность <данные изъяты> группы до смерти матери, которая была установлена 18.05.2005г. ФИО5 после смерти матери и до ее смерти осуществлял вместе со своей семьей посадку картофеля на земельном участке, пользовался имуществом в доме. В 1992г. мама заболела, ее парализовало, уход за ней осуществляли все члены семьи. После смерти матери в 2010г. они продолжали ухаживать за домом и пользоваться как и прежде земельным участком. Весной 2016г. они осуществили посадку сельскохозяйственных культур, осенью собрали урожай, решили перепахать земельный участок, однако, ответчица ФИО7 запретила им это сделать, пояснив, что земельный участок принадлежит ей, и она намерена на нем строить дом для своих дочерей. Ранее каких-либо документов, договора дарения дома она им не показывала. С октября 2016г. им стало известно о существовании договора дарения жилого дома и земельного участка от имени их матери ФИО3 их сестре ФИО7, заключенный 11.12.1992г. В данном договоре дарения имеется несоответствие лицевого счета №, указанного в договоре, хотя фактически по справе № от 19.01.2017г., выданной администрацией сельского поселения Косыревский сельсовет, ее лицевой счет на тот период был №. Ссылка в договоре на неграмотность матери является вымышленным обстоятельством, их мать ФИО3 всю трудовую деятельность проработала в колхозе на разных рабочих профессиях, была грамотной, расписывалась в документах, платежных ведомостях, получении пенсии, субсидий как многодетная мать. В графе договора «Даритель ФИО3 ввиду неграмотности подписаться не может, договор дарения ему ст.специалистом Косыревского сельсовета <адрес> прочитана и по личной просьбе подписано: ФИО4» ФИО1 не подписывал. Право собственности матери на жилой дом и земельный участок не было оформлено должным образом, т.к. ФИО3 не являлась на момент заключения договора дарения в 1992г. собственником спорного дома и земельного участка, т.к. она и все наследники после умершего отца ФИО11 в наследство не вступали и мать не оформляла в законном порядке право собственности на дом и земельный участок и они все являются фактически принявшими наследство после смерти наследодателей отца ФИО11 и матери ФИО3, т.к. все проживали в этом доме после смерти отца, пользовались имуществом, вещами, земельным участком. На момент подписания договора мать в возрасте 74 года страдала тяжелым заболеванием- последствием острого мозгового нарушения кровообращения в левый гемосфере с правосторонним гемопорезом и с таким заболеванием она не могла объективно оценивать ситуацию, находилась в болезненном и беспомощном состоянии, фактически была ограниченна в дееспособности, заблуждалась, находилась в неблагоприятных обстоятельствах при оформлении договора.

Истцы ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО5 представитель истца ФИО1- ФИО8, ответчицы ФИО7, представители третьих лиц администрации сельского поселения Косыревский сельсовет Липецкого муниципального района Липецкой области, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Липецкой области, третьи лица ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом; в письменном заявлении истцы ФИО1, ФИО6, ФИО2 просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц по правилам ст.167 ГПК РФ.

Представитель ответчицы Григорьева Е.С. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что, будучи собственником спорного домовладения, ФИО3 11.12. 1992г. подарила спорный дом своей дочери ФИО7, о чем было достоверно известно истцам. Спорный договор был оформлен в сельском Совете, ввиду неграмотности ФИО3 подпись в договоре от ее имени выполнена ФИО1 Спорное имущество отчуждено ФИО3 при ее жизни и не является наследственным имуществом после смерти ФИО3 Истцы не являются наследниками умершей ФИО3, поскольку в наследство не вступали, о своих наследственных правах не заявляли. ФИО6 зарегистрирован и проживает в спорном доме с разрешения собственника дома ФИО7 Договор дарения прошел государственную регистрацию и оснований для признания его недействительным не имеется. Просит отказать в удовлетворении исковых требований в связи с незаконностью и необоснованностью, а также в связи с пропуском истцами срока исковой давности.

Выслушав представителя ответчицы, исследовав и оценив письменные доказательства в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, суд считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации гарантируется право наследования.

По смыслу ст. ст. 1113, 1114 и 1154 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина и может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку он не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст. ст. 1152, 1153 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу заявления наследника о принятии наследства либо заявления о выдаче свидетельства о праве на наследство...

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства...

В силу ч. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали. По признании наследника принявшим наследство суд определяет доли всех наследников в наследственном имуществе и при Необходимости определяет меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (пункт 3 настоящей статьи). Ранее выданные свидетельства о праве на наследство признаются судом недействительными.

Согласно п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Согласно п.2 ст.218 ГК Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Судом установлено, что ФИО7 на основании договора от 11.12.1992г., удостоверенного ст.специалистом Косыревского сельского Совета народных депутатов Липецкого района Липецкой области ФИО15 (реестр за №), зарегистрированным в БТИ Липецкого района Липецкой области от 12.01.1993г. является собственником индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 22.09.2014г.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 26.04.2007г. на основании выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 18.04.2007г., выданной администрацией Косыревского сельсовета Липецкого района Липецкой области 18.04.2007г., ответчица ФИО7 является собственником земельного участка, площадью 4376кв.м., расположенного по адресу: <адрес>.

11.12.1992г. между ФИО3 и ФИО7 заключен договор, в соответствии с которым ФИО3 подарила ФИО7, принадлежащий ей на праве личной собственности жилой дом, общей полезной площадью 91,2кв.м., находящийся в <адрес>, расположенный на земельном участке 0,25га, предоставленном в пользование одаряемого ФИО7 Даримый дом принадлежит ФИО3 на основании записи в похозяйственной книге №, лицевой счет №, регистрационного удостоверения, выданного Липецким районным бюро технической инвентаризации.

Данный договор дарения удостоверен старшим специалистом Косыревского сельского Совета народных депутатов Липецкого района Липецкой области ФИО16, подписан сторонами в присутствии старшего специалиста, личность сторон установлена, их дееспособность проверена, ввиду неграмотности ФИО3 по ее личной просьбе и в присутствии старшего специалиста Косыревского сельского Совета договор дарения подписан ФИО4.

Договор дарения зарегистрирован в БТИ Липецкого района Липецкой области от 12.01.1993г., о чем имеется отметка в инвентаризационном деле на спорный дом, в технический паспорт на жилой дом, составленным по состоянию на 27.02.1991г., внесена запись 12.01.1993г. с указанием нового собственника дома ФИО7

Согласно справке администрации сельского поселения Косыревского сельсовета Липецкого района Липецкой области № от 18.01.2017г. в похозяйственной книге №, начало ведения 01.01.1991г. по 31.12.1996г., лицевой счет № по адресу: <адрес> занесена запись- ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из выписки по дому № по <адрес> № от 27.10.2016г. следует, что в спорном доме зарегистрированы ФИО7 с 17.05.2000г.; ФИО6- с 10.02.1997г., ФИО13- с 01.11.2000г.; ФИО14- с 19.07.2001г., ФИО17- с 24.04.2001г.

Согласно справке, выданной администрацией сельского поселения Косыревского сельсовета Липецкого района Липецкой области № от 12.04.2017г., жилой дом, ранее расположенный по адресу: <адрес> настоящее время имеет адрес: <адрес>.

Из выписки из похозяйственной книги № за период 1976-1979г.г. следует, что членами колхозного хозяйства являлись: ФИО11- глава семьи, ФИО18- жена, ФИО4-сын, ФИО19-сын, ФИО6- дочь, ФИО5-сын.

ФИО11 умер 23.01.1977г., что подтверждается свидетельством о смерти II-РД № от 01.11.2016г.

ФИО3, являющаяся супругой ФИО11, умерла 04.10.2010г., что подтверждается свидетельством о смерти II-РД № от 01.11.2016г.

Истцы ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО2 и ответчица ФИО7 являются детьми ФИО11 и ФИО3

Как установлено в судебном заседании и следует из пояснений истцов после смерти их отца ФИО11 и матери ФИО3 к нотариусу никто из наследников не обращался, в наследство никто не вступал, наследственные дела не заводились.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" часть первая Кодекса применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения ее в действие.

По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

В связи с чем, суд приходит к выводу о необходимости применения к спорным правоотношениям положения Гражданского кодекса РСФСР.

Согласно ранее действовавшей ст. 48 ГК РСФСР (в ред. 1964г. на момент возникновения спорных правоотношений), по недействительной сделке, совершенной с нарушением закона, каждая сторона должна возвратить другой стороне все полученное по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 256 Гражданского кодекса РСФСР по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность.

Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества.

Согласно ст. 257 ГК РСФСР договоры дарения жилого дома и строительных материалов должны быть заключены в форме, установленной соответственно статьями 239 и 239.1 настоящего Кодекса.

В силу ст. 239 ГК РСФСР договор купли-продажи жилого дома (части дома), находящегося в сельском населенном пункте, должен быть совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов.

Правила настоящей статьи применяются также к договорам купли-продажи дач. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора.

В соответствии со ст. 45 Гражданского кодекса РСФСР несоблюдение требуемой законом формы влечет за собой недействительность сделки лишь в случае, когда такое последствие прямо указано в законе.

В силу ст. 48 ГК РСФСР, по недействительной сделке каждая из сторон возвратить другой стороне все полученное по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены в законе.

Согласно ст.56 ГК РСФСР сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий или руководить ими, признается судом недействительной по иску этого гражданина.

Согласно ст. ст. 527, 532 ГК РСФСР наследование осуществляется по закону и по завещанию. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием. При наследовании по закону наследниками в равных долях являются: в первую очередь - дети (в том числе усыновленные), супруг и родители (усыновители) умершего, а также ребенок умершего, родившийся после его смерти.

Судом установлено, что на момент заключения договора дарения жилого дома 11.12.1992г. ФИО3 являлась единственным собственником спорного недвижимого имущества.

Жилой дом, по поводу которого возник спор, относился ко дню смерти отца истцов ФИО11-23.01.1977г., к имуществу колхозного двора, главой которого он являлся.

В соответствии с ч.1 и ч.2 ст.560 ГК РСФСР, действующими на дату смерти ФИО11, в случае смерти члена колхозного двора наследование в имуществе двора не возникает. Если после смерти члена колхозного двора других членов двора не остается, к имуществу двора применяются правила настоящего раздела.

Из имеющихся в деле похозяйственных книг следует, что после смерти ФИО11, главой колхозного двора осталась ФИО3

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации «По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 560 Гражданского кодекса РСФСР» от 16 января 1996г. части первая и вторая статьи 560 ГК РСФСР признаны не соответствующими Конституции РФ, ее статьям 35 (части 2 и 4) и 55 (чатсть3).

Однако, в силу ст.79 Закона РФ от 21 июля 1994г. «О Конституционном Суде Российской Федерации», противоречащие Конституции Российской Федерации правовые нормы утрачивают силу с момент признания их неконституционными.

Таким образом, ко времени смерти отца истцов ФИО11 действовали и должны были применяться положения ч.1 и с.2 ст.560 ГК РСФСР (в редакции 1964г.).

При таких обстоятельствах, после смерти ФИО11 23.01.1977г. наследования в спорном жилом доме не могло возникнуть ввиду того, что он относился к имуществу колхозного двора и доводы истцов о фактическом принятии наследства состоящего из долей в спорном доме и признании договора дарения недействительным не основаны на законе.

В судебном заседании бесспорно установлено об исполнении договора дарения от 11.12.1992г., о чем свидетельствует регистрация договора дарения в БТИ Липецкого района 12.01.1993г., т.е. через месяц после заключения договора; открытие на ответчицу финансового лицевого счета и оплата ею жилищно-коммунальных услуг по данному жилому дому и налоговых платежей на земельный участок, регистрация права собственности на недвижимое имущество.

Оспариваемый договор совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете Совета народных депутатов, что соответствует требованиям ст. 239 ГК РСФСР (на момент совершения сделки).

В обоснование своих требований о признании сделки недействительной истцы ссылаются на ее несоответствие требованиям закона: в момент совершения сделки их мать ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, а также, что подпись ФИО1, имеющаяся в оспариваемом договоре дарения от имени ФИО3 ввиду ее неграмотности, выполнена не ФИО1, а иным лицом.

Вместе с тем, в нарушении положений ст.56 ГПК РФ суду не представлено достаточных и убедительных доказательств того, что ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора дарения 11.12.1992г. При этом, оснований для проведения по делу посмертной судебной психиатрической экспертизы не имеется, поскольку какие-либо медицинские документы о состоянии здоровья ФИО3 отсутствуют, поэтому специальные познания для разрешения заявленных исковых требований не требуется.

Для проверки доводов истцов о том, что договор дарения от 11.12.1992г. подписан по просьбе и ввиду неграмотности ФИО3 не ФИО1 судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза, однако, эксперту при проведении экспертизы почерковедческой экспертизы не представилось возможным определить ФИО1 или иным лицом исполнена подпись в договоре дарения от 11.12.1992г. ввиду недостаточного количества свободных образцов подписи ФИО1 и большого временного промежутка между исследованной подписью и представленными образцами подписи ФИО1, а в соответствии с существующей методикой судебно-почерковедческой экспертизы, образцы должны соответствовать по времени и условиям выполнения исследуемым документам, в связи с чем, решить идентификационный вопрос не представилось возможным.

В силу ст.56 ГПК РФ обязанность представить доказательства в подтверждение доводов истов о том, что договор дарения от 11.12.1992г. ФИО1 не подписывал, лежит именно на истцах, иных доказательств в обоснование своих доводов истцами не представлено.

Доказательств принадлежности подписи ФИО1 в оспариваемом договоре дарения от имени ФИО3 иному лицу, фальсификации подписи ФИО1 суду не представлено, как и не представлено доказательств тому, что подпись в договоре дарения не могла быть выполнена ФИО1

Каких либо достоверных, допустимых доказательств того, что наследодатель при жизни была грамотной, а договор дарения подписан за нее другим лицом вопреки требованиям закона, стороной истца также не представлено. Иных доказательств, которые могли бы подтвердить позицию истцов о том, что оспариваемый договор дарения составлен вопреки волеизъявления ФИО3 в материалы дела представлено не было.

Учитывая все доказательства по делу, судом не установлено обстоятельств, позволяющих с достоверностью признать, что ФИО3 при заключении договора дарения 11.12.1992 г. не могла отдавать отчета своим действиям и руководить ими, воспроизводить действительность в искаженном виде, что у нее имелось психическое заболевание, влияющее на ее сознание и действия, в связи с чем, суд приходит к выводу, что при составлении договора дарения ФИО3 была вменяема, могла предпринимать самостоятельные действия и принимать решения, давать этим отношениям свою оценку.

Поскольку в соответствии со ст. ст. <данные изъяты>, 257 ГК РСФСР мать истицы передала в собственность ФИО7 принадлежащей ей жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> по договору дарения от 11.12.1992 года, право на земельный участок родителями истцов при жизни оформлено не было, то с 11.12.1992 года прекращено право собственности ФИО18 на спорный жилой дом в силу ст. 135 ГК РСФСР, и прекращено право пользования земельным участком на основании ст. 37 Земельного кодекса РСФСР. В соответствии с ч. 1 ст. 36 ЗК РФ ФИО7 приобрела право собственности на земельный участок по вышеуказанному адресу.

Оснований для признания спорного договора дарения недействительным не имеется, поскольку действующей законодательство позволяло подписывать договор дарения другим гражданином с указанием причине, в силу которых даритель не мог подписать договор самостоятельно, договор соответствует требованиям закона и нормативных актов, действующих на день его составления.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО6 к ФИО7 о признании договора дарения недействительным

Суд также не находит оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительными свидетельств о государственной регистрации права собственности, признании недействительными записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, восстановлении срока принятия наследства, признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке наследования, поскольку вопрос о фактическом принятии наследства истцами после смерти наследодателя не является юридически значимым обстоятельством по настоящему делу, поскольку предмет спора не входил в наследственную массу после смерти наследодателя ФИО3

Кроме того, самостоятельным основанием для отказа истцам в иске является пропуск ими срока исковой давности.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу положений п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ основанием для применения срока исковой давности судом является заявление стороны в споре, сделанное до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 (в ред. от 7 февраля 2017 г.) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Глава 3 Гражданского кодекса РСФСР, действующего в период совершения сделки 11.12.1992г., не содержала специальных сроков по искам о применении последствий недействительности ничтожных сделок, на них распространялся общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 78 Гражданского кодекса РСФСР, который составлял три года. Течение такого срока начиналось со дня, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ст. 83 ГК РСФСР).

С учетом правил, установленных ч. 1 ст. 10 Закона РФ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса РФ", установленные частью первой Кодекса сроки исковой давности и правила их исчисления, применяются к тем требованиям, сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действующим законодательством не истекли до 01 января 1995 г.

В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, в редакции от 02 июля 2005 г. срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составлял десять лет и его течение начиналось со дня, когда началось исполнение сделки.

Впоследствии в редакции действовавшей до 01 сентября 2013 г. срок исковой давности по данному требованию был сокращен и составил 3 года.

В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ (в редакции, действующей с 01 сентября 2013 г.) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Так как на момент совершения сделки истцы являлись совершеннолетними и могли осуществлять свои права самостоятельно, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности следует исчислять с момента ее совершения, то есть с 11 декабря 1992 года, и на момент предъявления иска в суд 16 февраля 2017 г., спустя более чем 25 лет, указанный срок, безусловно, истцами пропущен.

Принимая во внимание, что представителем ответчицы заявлено о пропуске истцами срока исковой давности и применении его последствий, судом с достоверностью установлено, что срок для защиты своего права истцами пропущен, в связи с чем, суд считает в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО6 к ФИО7 о признании договора дарения от 11.12.1992г. недействительным- отказать.

Поскольку требования о признании недействительными свидетельств о государственной регистрации права собственности, признании недействительными записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, восстановлении срока принятия наследства, признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке наследования являются производными от требования о расторжении договора дарения, в удовлетворении данных требований суд также отказывает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО6 к ФИО7 о признании договора дарения недействительным, признании недействительными свидетельств о государственной регистрации права собственности, признании недействительными записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, восстановлении срока принятия наследства, признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке наследования, - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Липецкий областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Липецкий районный суд.

Судья

Мотивированное решение

изготовлено 14.08.2017г.