Апелляционное определение № 33-94/2026 от 4 февраля 2026 г.

Судья: Щеглова А.В. № 2-3257/2025

Докладчик: Поротикова Л.В. № 33-94/2026

УИД 54RS0007-01-2025-001243-31


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Илларионова Д.Б.,

судей Поротиковой Л.В., Яроцкой Н.С.,

при секретаре Митрофановой К.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 05 февраля 2026 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 23 сентября 2025 года по иску ФИО1 к Министерству Финансов России в лице Управления Федерального Казначейства РФ по Новосибирской области, Следственному управлению Следственного комитета России по Новосибирской области о компенсации морального вреда вследствие реабилитации,

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Поротиковой Л.В., объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов России в лице Управления Федерального Казначейства РФ по Новосибирской области, Следственному управлению Следственного комитета России по Новосибирской области и просил о взыскании с Министерства финансов РФ за счет казны РФ компенсации морального вреда в порядке реабилитации в размере 8 000 000 руб., компенсацию имущественного вреда в виде невыплаченной заработной платы за период вынужденного отсутствия на рабочем месте в размере 1 025 403, 33 руб., а также о взыскании суммы выплаченной за оказание юридической помощи в размере 1 594 912 руб.

Определениями суда от 04.09.2025 и 23.09.2025 производство по делу в части требований о компенсации имущественного вреда в виде невыплаченной заработной платы за период вынужденного отсутствия на рабочем месте, а также о взыскании суммы выплаченной за оказание юридической помощи было прекращено.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с 15.02.2021 по 24.06.2021 в отношении него было незаконно возбуждено 10 уголовных дел, в том числе 8 по ч. 2 ст. 290 УК РФ.

17.02.2021 в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в которой он находился 9 месяцев 26 суток, а затем мера пресечения была изменена на домашний арест, где он находился 11 месяцев 21 сутки.

Приговором Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 30.11.2022 он был осужден по ряду преступлений, однако апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 11.04.2023 приговор в части осуждения по ч. 2 ст. 290 УК РФ (по 8 эпизодам) отменен, и уголовное преследование по этим эпизодам прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (за отсутствием в деянии состава преступления). За ФИО1 было признано право на реабилитацию.

Истец полагает, что незаконное уголовное преследование, содержание под стражей и под домашним арестом, а также последующее распространение порочащих сведений в СМИ причинили ему значительные нравственные и физические страдания.

Решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 23 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены частично.

Суд постановил: взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 100 000 руб.

С указанным решением не согласился представитель ФИО1 – ФИО2, просит отменить решение суда, вынести новое об удовлетворении исковых требований. Не согласна с размером взысканной судом компенсации морального вреда, полает её заниженной и не соответствующей требованиям разумности и справедливости, характеру перенесённых истцом нравственных и физических страданий, перенесенных в связи с незаконным уголовным преследованием.

Проверив материалы дела в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в период с 15 февраля по 24 июня 2021 года в отношении ФИО1 СУ СК России по Новосибирской области было возбуждено 10 уголовных дел:

15.02.2021 - уголовное дело № <данные изъяты> по ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 290 УК РФ;

17.02.2021 - уголовное дело № <данные изъяты> ч. 4 ст. 159 УК РФ;

10.06.2021 - уголовные дела №№ <данные изъяты> по ч. 2 ст. 290 УК РФ;

17.06.2021 - уголовное дело № <данные изъяты> по ч. 2 ст. 290 УК РФ;

24.06.2021 - уголовные дела №№ <данные изъяты> по ч. 2 ст. 290 УК РФ.

15 февраля 2021 года ФИО1 был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, а 17 февраля 2021 года судом в отношении него судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Новосибирской области, связи с тем, что он обвинялся по ч. 4 ст. 290 УК РФ и ч. 3 ст. 290 УК РФ и может скрыться от органов следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу.

16.02.2021 ФИО1 стал обвиняемым в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ и ч. 3 ст. 290 УК РФ

14 июля 2021 г. уголовные дела соединены в одно производство.

Содержание под стражей неоднократно продлевалось и продолжалось до 9 декабря 2021 года (12.04.2021, 08.06.2021, 12.08.2021, 13.10.2021), когда мера пресечения была изменена на домашний арест с установлением запретов покидать жилище без письменного разрешения следователя и контролирующего органа, за исключением случаев посещения учреждений здравоохранения, запрета вести переговоры с использованием мобильных средств связи, за исключением экстренных случае, а также общения с органами следствия и адвокатом, запрета отправлять корреспонденцию и получать, за исключением корреспонденции, связанной с реализацией процессуальных прав в рамках уголовного судопроизводства (09.12.2021). Всего ФИО1 находился под стражей 9 месяцев 26 суток, под домашним арестом - 11 месяцев 21 сутки.

Приговором Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 30 ноября 2022 года ФИО1 был осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ (2 преступления) и ч. 2 ст. 290 УК РФ (9 преступлений) с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев условно.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 11 апреля 2023 года приговор в части осуждения по ч. 2 ст. 290 УК РФ (по 8 преступлениям) отменен, и уголовное преследование по этим эпизодам прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

При разрешении спора суд первой инстанции сослался на положения статьи 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, содержащиеся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", и пришел к выводу о наличии оснований с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда ввиду его незаконного уголовного преследования и признания за ним права на реабилитацию.

Определяя размер компенсации морального вреда, взыскиваемой с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в сумме 100 000 руб., суд первой инстанции принял во внимание, что незаконное уголовное преследование было связано лишь с частью прекращенных эпизодов, учел продолжительность ограничений свободы, длительность уголовного преследования, сущность предъявленного обвинения, характер и степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий, принципы разумности и справедливости.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют требованиям закона, обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования доказательств.

Доводы жалобы истца, выражающие несогласие с размером взысканной судом компенсации морального вреда, не могут быть приняты во внимание в силу нижеследующего.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27).

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий (бездействия) органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Взыскивая с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 100 000 руб., суд первой инстанции учел продолжительность уголовного преследования, тяжесть квалификации преступлений, сущность предъявленного обвинения, принял во внимание, что незаконное уголовное преследование было связано лишь с частью прекращенных эпизодов, учел характер и степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий с учетом индивидуальных особенностей истца.

Вопреки доводам жалобы, размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. соответствует требованиям разумности и справедливости, будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, он соразмерен характеру и степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, носит реальный характер, соответствует длительности уголовного расследования, длительности меры пресечения, которая к нему применялась в виде содержания под стражей 9 месяцев 26 суток, домашний арест 11 месяцев 21 сутки.

В силу частей 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Исходя из изложенных выше положений закона каждая сторона спора должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. При этом бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, с учетом требований и возражений сторон. Для обеспечения вынесения законного и обоснованного решения суд обязан всесторонне и полно исследовать доказательства, установить фактические обстоятельства и правильно применить законодательство.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ в ходе судебного заседания разбирательства истцом каких-либо доказательств в обоснование заявленного размера компенсации причиненных нравственных и физических страданиях не представлено.

Истцом не доказан факт перенесения им нравственных и физических страданий, ухудшения состояния его здоровья, обострения хронических заболеваний, развития депрессии вследствие уголовного преследования. Представленные медицинские документы не свидетельствуют о причинно-следственной связи между заболеваниями и незаконным уголовным преследованием. Более того, как следует из истории заболевания, отраженной из выписки врача невролога, боль в руке связывает со сном в неудобном положении.

Доказательства того, что публикации в СМИ об уголовном преследовании ФИО1 причинила нравственные и физические страдания истцу и его супруге, в нарушение требований ст.56 ГПК РФ, истцом также не представлены. Кроме того, сам факт освещения в прессе информации о факте возбуждении уголовного дела и избрании меры пресечения, в отношении публичного лица соответствует задач и целям средств массовой информации.

Кроме того, следует обратить внимание на то, что необходимость осуществления уполномоченным должностным лицом мероприятий по расследованию преступления, предусмотренного ч.2 ст. 213 УК РФ, в том числе на предмет причастности истца, к совершению преступления, была обусловлена установлением истины по уголовному делу, в рамках названного уголовного дела проводились следственные мероприятия, которые необоснованными в установленном законом порядке не признавались.

Как верно указал суд первой инстанции, применение мер пресечения в виде заключения под стражу, а впоследствии домашнего ареста, осуществлялось на основании судебных решений в строгом соответствии с требованиями УПК РФ. Меры пресечения избирались и продлевались с учетом тяжести предъявленных обвинений (преступления, отнесенные к категории тяжких).

Ограничения, связанные с мерами пресечения, не выходили за пределы, необходимые для обеспечения целей уголовного судопроизводства. Часть ограничений прав истца связана с законным уголовным преследованием по двум эпизодам, по которым осуждение не отменялось.

Нахождение под домашним арестом в течение 11 месяцев 21 сутки также не может расцениваться как чрезмерное ограничение прав, поскольку указанная мера пресечения являлась альтернативой содержанию под стражей и свидетельствует о смягчении положения обвиняемого.

Кроме того, доводы о том, что, находясь под домашним арестом, истец был лишен возможности посещать поликлинику, несостоятельны, поскольку во время домашнего арест ФИО1 было запрещено покидать жилище, за исключением случаев посещения учреждений здравоохранения. Кроме того, во время следствия посещал хирурга, невролога.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы истца о том, что взысканная судом сумма компенсации морального вреда, занижена и не соответствует принципам разумности и справедливости не могут быть признаны состоятельными.

Обязанность суда по соблюдению предусмотренных законом требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации морального вреда должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы реабилитированному лицу максимально возмещался причиненный моральный вред и чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, не допускала неосновательного обогащения потерпевшего.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств и приведенного выше правового регулирования выводы суда первой инстанции о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 100 000 руб. является правомерными. Оснований для увеличения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 23 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Определение изготовлено в мотивированном виде 16.02.2026

Председательствующий:

Судьи: