Определение № 33-5199/2026 от 30 марта 2026 г.

Мотивированное
определение изготовлено 31 марта 2026 года

УИД 66RS0007-01-2025-004849-68

Дело № 2-5459/2025

33-5199/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Екатеринбург

26 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего РедозубовойТ.Л.,

судей Ершовой Т. Е., Мурашовой Ж. А.,

с участием прокурора Чернова В. С.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Евстафьевой М. М.

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по исковому заявлению

ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» об установлении факта трудовых отношений, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности предоставить документы.

Заслушав доклад судьи РедозубовойТ.Л., представителя ответчика ФИО2 (доверенность от 27 ноября 2025 года), заключение прокурора Чернова В. С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к акционерному обществу «ТБанк» (далее по тексту-АО«ТБанк») о защите трудовых прав.

В обоснование указала, что с 1 мая 2019 года работала агентом по коммерческим продажам в АО «Тбанк».

31 августа 2022 года ответчик отстранил истца от работы, указывая о расторжении с ним договора присоединения, отключив его от программы, через которую он осуществлял трудовую деятельность.

Полагает, что правоотношения между сторонами носят трудовой характер. Согласно договору присоединения на выполнение работ, истец выполнял для ответчика работы по выезду на встречи с клиентами, доставке документов и банковских карт, сбору документов необходимых для идентификации, осуществлению зачисления денежных средств в счёт уплаты страховых взносов. Вся деятельность, осуществляемая истцом, носила непрерывный, постоянный характер, не была нацелена на достижение какого-то определенного конечного результата, а предусматривала выполнение одной и той же трудовой функции, любое изменение трудовой функции осуществлялось в зависимости от распоряжений ответчика.

На основании изложенного, истец ФИО1 просила:

- признать факт трудовых отношений по должности агент по коммерческим продажам с 1 мая 2021 года;

- признать факт незаконного увольнения с должности агент по коммерческим продажам с 31 августа 2022 года и восстановить истца на работе;

- взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 1 мая 2019 года по 30 апреля 2025 года в размере 693109 руб. 20 коп.;

- взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.

Стороны в судебное заседание не явились, извещены.

Решением Чкаловского районного суда города Екатеринбурга от 12 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены частично.

Установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и АО «Тбанк» с 1 мая 2021 года в должности агента по коммерческим продажам.

С АО «Тбанк» в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением суда, ответчиком подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать. Ссылается на неправильное применение норм материального и процессуального права, неверное определение обстоятельств имеющих значение для дела. Между сторонами был заключен договор присоединения на оказание услуг, истец оказывал услуги согласно разделу 1 договора, получал вознаграждение с кодом дохода 2010 (выплата по договорам гражданско-правового характера) и не оспаривал условия договора. Указывает на пропуск срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, отсутствие уважительных причин пропуска срока.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции в соответствии со статьями 113, 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, информация о рассмотрении дела размещена на сайте Свердловского областного суда (oblsud.svd.sudrf.ru). Поскольку в материалах дела имеются доказательства извещения истца о времени и месте судебного заседания, от последнего поступило заявление с просьбой о рассмотрении дела в его отсутствие, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167,327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав прокурора, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между сторонами был заключен договор присоединения на оказание услуг (т.1, л.д. 25-32).

По условиям данного договора истец (исполнитель) оказывал ответчику услуги по консультированию клиентов, оформлению и сбору документов. При этом АО «ТБанк» (заказчик) поручил истцу выполнять следующие работы: выезд к клиентам и/или потенциальным клиентам заказчика и к клиентам и/или потенциальным клиентам партнеров заказчика с целью доставки документов, а также банковских карт, sim-карт и оформления соответствующих конкретному продукту заказчика или его партнеров документов, подписания данных документов, консультирование по продуктам/услугам заказчика и его партнеров; сбор документов, необходимых для идентификации клиентов заказчика и/или партнеров заказчика и передача их заказчику; осуществление зачисления наличных денежных средств, полученных исполнителем от клиента партнера заказчика в счет уплаты страховой премии по заключенным договорам страхования, на счет партнера заказчика согласно памяткам заказчика; проведение предстрахового осмотра автомобиля, если это требуется согласно памяткам, полученным исполнителем от партнера заказчика в процессе оказания услуг по настоящему договору; осуществление установки дополнительного оборудования при наличии соответствующего поручения от заказчика; составление оптимального маршрута и распределение выездов к клиентам; осуществление транспортировки, хранения, выдачи и подписания кадровых документов с сотрудниками заказчика; выезд к клиентам заказчика, с целью доставки перевыпущенной или дополнительной карты; иные поручения заказчика.

В соответствии с пунктом 3.1.1. указанного договора, исполнитель обязан оказывать услуги своими силами, без привлечения к исполнению своих обязанностей третьих лиц, в соответствии с календарным планом оказания услуг, соблюдая обязательные требования к исполнению услуг, установленные заказчиком в действующих Памятках исполнителя. Памятки исполнителя по услуге с клиентами и внутреннему взаимодействию могут меняться в зависимости от требований бизнес-потребностей. Памятка исполнителя и календарный план оказания услуг размещаются в мобильном приложении Исполнителя.

В силу пункта 3.1.2 договора, исполнителю могут быть выданы заказчиком оборудование, сим-карта, иное имущество банка.

Исполнитель принимает на себя полную ответственность за сохранность вверенного ему заказчиком имущества банка и иного имущества (пункты 3.1.3 договора).

Исполнитель обязан ежедневно отслеживать обновление Памятки исполнителя, схем и регламентов, расположенных в личном кабинете исполнителя. В случае возникновения проблем с доступом в личный кабинет/мобильное приложение исполнитель обязуется обратиться с проблемой через внутренние каналы обратной связи или к старшему представителю заказчика. Хранить документы, переданные исполнителю в рамках исполнения договора, с соблюдением требований конфиденциальности, в случае утери указанных документов или их распространения среди третьих лиц (разглашения их содержания), исполнитель обязан возместить причиненные в результате таких действий убытки заказчика, а также оплатить заказчику штраф в размере 500000 руб. за каждый факт утери, распространения (разглашения) (пункты 3.1.9., 3.1.10. договора).

Исполнитель обязуется оказывать услуги в зоне обслуживания. Текущая зона обслуживания указывает в мобильном приложении исполнителя (пункт 3.1.15 договора).

В соответствии с пунктами 3.2.1-3.2.6. договора, заказчик обязуется предоставлять исполнителю всю необходимую информацию о требуемом результате оказанных услуг, принять результат оказания услуг в срок, предусмотренный настоящим договором, известить исполнителя об обнаруженных недостатках оказания услуг, которые не могли быть выявлены при обычном способе приемки, в течение 1 месяца с момента их обнаружения, заказчик вправе в любое время проверять ход и качество оказания исполнителем услуг. Заказчик вправе корректировать размер выплаченного вознаграждения исполнителя, отразив соответствующую сумму вознаграждения в последующем акте приема-передачи выполненных услуг, уточнять и корректировать желаемые результаты услуг до их принятия заказчиком, в том числе в случае существенного изменения ситуации.

Согласно п. 3.2.11 договора заказчик вправе в одностороннем порядке без предварительного уведомления исполнителя в любое время прекратить или ограничить доступ Исполнителя информационным ресурса или сервисам заказчика по своему усмотрению.

Заключение указанного договора ответчик не оспаривал.

Согласно разделу 4 расчетный период устанавливается равным одной календарной неделе. В случае производственной необходимости даты начала и окончания расчетного периода могут быть изменены, с предварительным уведомлением исполнителя. В случае, если исполнитель оказывал услуги не полный расчетный период, стоимость его услуги рассчитывается пропорционально фактически оказанной услуги в расчетном периоде. НДФЛ включен в сумму вознаграждения. Выплата вознаграждения производится по условиям согласно приложениям к договору на основании акта сдачи-приемки услуг.

Как указано в справках о доходах и суммах налога физического лица за 2021-2023 годы истец ежемесячно получал от ответчика доход по коду «2010», то есть как выплаты по договорам гражданско-правового характера (т. 1 л.д. 21-24).

Письменный трудовой договор между сторонами по делу не заключался, запись в трудовую книжку о приеме ФИО1 на работу не вносилась.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (часть 2 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу части 4 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 8 и в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 года № 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 № 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 1 пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (абзац 2 пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац 3 пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 4 пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № акционерному обществу «ТБанк» № 15).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, руководствуясь положениями ст. ст. 11, 15, 16, 19.1, 56, 61, 67, Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», суд пришел к правильному выводу о возникновении между сторонами спора трудоправовых отношений. При этом исходил из того, что ФИО1 на протяжении длительного периода времени осуществляла трудовую деятельность в АО «ТБанк» в качестве агента по коммерческим продажам, выполняла именно определенную трудовую функцию в определенной работодателем зоне обслуживания с рабочим временем на условиях ненормированного рабочего дня, в связи с чем, пришел к выводу о выполнении истцом трудовой функции в качестве работника АО«ТБанк».

Вместе с тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд.

Как указано в ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Частью 2 той же статьи установлено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (п. 16).

Согласно материалам дела, сложившиеся между сторонами правоотношения были прекращены 31 августа 2022 года, на что последовательно указывал истец в исковом заявлении и письменных объяснениях. А потому с этого момента он мог и должен был узнать о нарушении своих прав неоформлением фактически сложившихся между сторонами трудоправовых отношений.

В обоснование доводов о том, что срок обращения в суд не пропущен, истец указал на то, что начало течения такого срока связано с исполнением работодателем обязанности по надлежащему оформлению прекращения трудовых отношений, а не с моментом, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Данные выводы не согласуются с положениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям».

Как указано в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 13, по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия приходит к выводу о том, что нарушение прав истца длящегося характера не носило.

Действуя добросовестно и имея намерение защитить свои права в судебном порядке, истец имел возможность своевременно обратиться в суд с момента, когда ему стало известно о нарушенном праве, однако истец этого не сделал.

Оценивая приведенные истцом доводы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих уважительность пропуска срока, установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ.

Из материалов дела следует, что гражданско-правовые отношения между сторонами осуществлялись в период с 1 мая 2019 года по 31 августа 2022 года.

Доводы истца о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства расторжения договора между сторонами в установленном порядке, являются необоснованными, поскольку в соответствии с условиями договора присоединения с АО «ТБанк», который истец просила квалифицировать как трудоправовой, п.п.3.2.11, 8.4 заказчик имеет право в любое время расторгнуть договор в одностороннем порядке по своему усмотрению (л.д.25-32 том 1).

Судебная коллегия отмечает что в соответствии с договором присоединения с АО «Тинькофф Банк» (л.д.109-133),который, по мнению коллегии, подлежал учету, пунктом 6.1 также предусмотрено право заказчика в любое время расторгнуть договор в одностороннем порядке по своему усмотрению, направив уведомление о расторжении любым способом, датой расторжения договора считается день в который было направлено уведомление.

Доводы истца об отсутствии доказательств уведомления ее надлежащим образом о прекращении правоотношений, также на основании договора гражданско-правового характера и об отсутствии у нее сведений, являются ничем не обоснованными, противоречащими пояснениям самого истца, а также самому характеру правоотношений и взаимодействия между сторонами (дистанционно, по электронной почте, в мессенджерах).

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что 31 августа 2022 года сложившиеся между сторонами правоотношения были фактически прекращены.

Соответственно, по крайней мере, с этого момента истец мог и должен был на была узнать о нарушении своих прав неоформлением фактически сложившихся между ней и ответчиком трудовых правоотношений.

С данным исковым заявлением ФИО1 обратилась в суд только 28 мая 2025 года, то есть по истечении более двух лет с того момента, когда узнала и должна была узнать о нарушении своих прав, тем более, если полагала, что ее незаконно отстранили от работы, лишив возможности получения вознаграждения.

При этом истцом в материалы дела не представлено доказательств того, что она предпринимала какие-либо действия для защиты своих прав, если полагала, как указывала в иске и письменных пояснениях, имело место незаконное отстранение ее от работы и лишение возможности продолжать выполнение работы и получать вознаграждение.

В материалах дела отсутствуют доказательства и истцом не приведены обстоятельства, из которых бы следовало, что истец предпринимала попытки обратиться к работодателю с требованием допустить ее до работы или заключить новый договор после, тем более заключить или оформить с ней трудовой договор надлежащим образом.

Следует отметить, что в материалах дела отсутствуют доказательства переписки непосредственно самого истца с ответчиком или уполномоченным лицом по вопросу выполнения функций.

В материалах дела отсутствуют какие-либо в принципе доказательства, подтверждающие несогласие истца с прекращением правоотношений, намерении ее дальше продолжать деятельность в интересах АО «ТБанк», фактического ее продолжения после указанной даты, направление претензий, писем, требований в адрес ответчика о несогласии с односторонним расторжением договора, тем более отказа ответчика в таковом.

Никаких данных о том, что правоотношения сторон были прекращены в результате какого-либо конфликта с работодателем, а также не были совершены без намерения самого истца прекратить договорные отношения или согласиться с расторжением договора по инициативе заказчика не имеется.

По мнению судебной коллегии, действуя добросовестно и имея намерение защитить свои права в судебном порядке, ФИО1 имела возможность своевременно обратиться в суд с момента, когда ей достоверно стало известно о нарушенном праве с момента прекращения договора, однако истец этого не сделала, доводов о фактическом продолжении выполнения работы не приводила, о своем несогласии и намерении продолжить правоотношения АО «ТБанк» не уведомляла, доказательств уважительности причин пропуска установленного законом срока для разрешения индивидуального трудового спора, которые бы препятствовали истцу своевременно обратиться в суд, истцом не представлено.

Ссылка истца на неправомерность действий АО «ТБанк» по сокрытию трудовых отношений, их изначальному неоформлению надлежащим образом, что вводило в заблуждение работника, подлежит отклонению, поскольку по материалам дела прослеживается, что АО «ТБанк» никогда не скрывало тот порядок оформления правоотношений, с которым в настоящем иске не согласна истец (договор присоединения содержит ссылки на Гражданский кодекс Российской Федерации, его регламентацию норами гражданского законодательства, истец подписывала регулярно акты выполненных работ для расчета вознаграждения по договору, код дохода отражался в данных налогового учета 2010 - по договору гражданско-правового характера).

Представленные истцом документы в обоснование своей правовой позиции (справки о подтверждении нахождения сотрудников в списках для освобождения от мобилизации) никакого отношения именно к истцу не имеют, выданы справки в отношении лиц исключительно мужского пола, без указания их должностей, что не позволяет соотнести данные справки с должностью истца и характером выполняемой ею работы, а значит, нельзя утверждать, что данными справками, датированнымт 2022 годом, АО «ТБанк» ввело истца в заблуждение.

Согласно сведениям о трудовой деятельности истец после прекращения правоотношений с АО «ТБанк» с 7 августа 2023 года по 6 декабря 2023 года состоял в правоотношениях с ООО «Озон Банк», с ПАО «Лизинговая компания «Европлан», с 7 апреля 2023 года по 5 июня 2023 года 11 октября 2022 года -с ООО «Симамарт», с 01 января 2024 года по 6 марта 2024 года в АО «», с 1 января 2024 года по 31 декаюря 2024 года в ООО « Озон Банк», м 01 марта 2024 года по 3 июля 2024 года в АО «Альфа-Банк», что подтверждает то обстоятельство, что истец не имел намерений продолжать правоотношения с ответчиком и ему было достоверно известно, что они прекращены.

Пропуск без уважительной причины срока для обращения в суд в соответствии с абз.3 ч.4 ст.198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием отказа в иске.

В связи с пропуском истцом срока обращения в суд по требованиям об установлении факта трудовых отношений, не подлежали удовлетворению и связанные с ними производные требования истца.

Вывод о том, что на требования об установлении факта трудовых отношений трехмесячный срок не распространяется, поскольку данный факт устанавливается судом, а до этого времени трудовые отношения не были оформлены, основан на ошибочном толковании заявителем положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Ссылки на иную судебную практику рассмотрения аналогичных споров судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку при рассмотрении данного спора установлены иные фактические обстоятельства, имеющие правовое значение для дела. В каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств по конкретному делу.

Представленные в материалы дела доказательства позволяют рассмотреть спор по существу, а потому правовых оснований для удовлетворения ходатайства истца от 25 марта 2026 года относительно истребования трудовых договоров, сведений о начислении и перечислении заработной платы не имеется.

При указанных обстоятельствах решение суда в части удовлетворения исковых требований подлежит отмене с вынесением решения об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Из материалов дела следует, что нарушений, предусмотренных ч.4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 12 сентября 2025 года в части удовлетворения исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и акционерным обществом «ТБанк» в должности агента по коммерческим продажам с 1 мая 2021 года, взыскании с акционерного общества «ТБанк» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 50000 руб., взыскании с акционерного общества «ТБанк» в доход бюджета государственной пошлины в размере 6000 руб., отменить.

Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении вышеназванных исковых требований отказать.

В остальной части решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 12 сентября 2025 года оставить без изменения.

Председательствующий Т. Л. Редозубова

Судьи Ж. А. Мурашова

Т. Е. Ершова