Апелляционное постановление № 22-249/2026 от 17 марта 2026 г.

Судья Савченко М.П. Дело №22-249/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 марта 2026 года город Ханты-Мансийск

Суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе: председательствующего - судьи Семагина К.Ю.,

при секретаре Зенченко А.В.,

с участием прокурора Медведева Р.Е.,

защитника – адвоката Бычкова А.А.,

представителя гражданского ответчика Александрова В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Бычкова А.А., Боровской О.Г., в интересах осуждённого ФИО1, представителя гражданского ответчика ФИО2, потерпевших ФИО6 №1, ФИО6 №2, апелляционному представлению государственного обвинителя Утеева С.А. на приговор Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от 21.07.2025 в отношении ФИО1, (дата) года рождения, уроженца (адрес), гражданина Российской Федерации, несудимого.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб и дополнений, возражений, заслушав мнение сторон, суд

УСТАНОВИЛ:

21.07.2025 приговором Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры, ФИО1 осуждён по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 01 году 06 месяцам ограничения свободы, с установлением ограничений, с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами на 01 год 06 месяцев.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, осуждённый ФИО1 освобожден от отбывания наказания в виде ограничения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами, назначенного по настоящему приговору, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Мера процессуального принуждения ФИО1 в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшей ФИО6 №1 к гражданскому ответчику АО «<данные изъяты>» о возмещении причиненного морального вреда удовлетворен частично: с АО «<данные изъяты>» ИНН (номер) КПП (номер) местонахождение: ХМАО-Югра, (адрес), в пользу ФИО6 №1 в счет возмещения причиненного преступлением по настоящему уголовному делу морального вреда взыскано 2 300 000 рублей.

Гражданский иск потерпевшей (ФИО)15 к гражданскому ответчику АО «<данные изъяты>» о возмещении причиненного морального вреда удовлетворен частично: с АО «<данные изъяты>» ИНН (номер) КПП (номер) местонахождение: ХМАО-Югра, (адрес), в пользу ФИО6 №2 в счет возмещения причиненного преступлением по настоящему уголовному делу морального вреда взыскано 2 000 000 рублей.

Арест наложенный постановлениями Ханты-Мансийского районного суда ХМАО – Югры от (дата) на имущество АО «<данные изъяты>» и ФИО1 - транспортные средства, с определением вида ограничения на запрет распоряжения имуществом и совершения с ним регистрационных действий, сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1, как лицо, управляющее автомобилем, (дата) совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека на территории (адрес) ХМАО-Югры, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Бычков А.А., в интересах осуждённого ФИО1, просит приговор отменить, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, признать за ним право на реабилитацию.

В обоснование жалобы указывает, что судом при вынесении приговора допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Так, в описательно-мотивировочной части приговора судом были формально перечислены показания потерпевших и свидетелей, а также письменные доказательства по уголовному делу. При этом показания изложены не в полном объеме, по ключевым моментам, им не дана надлежащая оценка.

Считает, что судом необоснованно в качестве доказательства вины ФИО1 положено заключение эксперта (номер) от (дата). Во вводной части заключения указано на проведение транспортно-трассологической экспертизы, при этом следователем вынесено постановление о назначении автотехнической экспертизы. Кроме того указано, что экспертом был направлен запрос о предоставлении дополнительных исходных данных, которые ему не поступили.

Полагает, что несоответствие в размерах транспортных средств на схеме (номер) повлияло на законность и достоверность выводов эксперта, поскольку расположение транспортных средств относительно дорожного полотна в месте ДТП не соответствует обстоятельствам, отраженным в протоколе осмотра места происшествия от (дата), в приложенных к нему фототаблице и схеме происшествия.

Считает, что при расположении транспортных средств, согласно схеме (номер), с учетом различной массы автомобилей № 1 и № 2, они не могли располагаться так, как указано на иллюстрации (номер), которая была положена в основу приговора.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от (дата), автомобиль № 2 расположен на проезжей части, при этом, расстояние от левой передней оси до левого края проезжей части 8.9 м, от левой задней оси – 8.5 м, автомобиль № 1 обнаружен на правой стороне обочины, расстояние от левой передней оси автомобиля до правой обочины – 7.2 м, от задней левой оси - 8.0 м, что не может соответствовать действительности, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что ширина дорожного полотна проезжей части составляет 7.0 м., что также опровергается фототаблицей, приложенной к протоколу.

Также указывает, что в схеме происшествия от (дата) отсутствуют сведения относительно места столкновения автомобилей, места осыпи на дорожном полотне, имеются несоответствия в расположении указанных в схеме относительно дорожного полотна. Обращает внимание на то, что согласно фототаблице на обочине зафиксировано колесо, предположительно автомобиля № 1, которое в период предварительного расследования не было изъято и в ходе судебного разбирательства не было установлено, что не позволило установить был ли технически исправен автомобиль № 1 под управлением ФИО1

Обращает внимание на то, что в материалах уголовного дела имеется постановление о назначении дополнительной автотехнической экспертизы от (дата), в резолютивной части которого следователь вынес решение о назначении автотехнической экспертизы. На экспертизу представлен протокол осмотра места происшествия от (дата) с приложением фототаблицы и схемы происшествия, которые имеют недостоверные и противоречивые данные. Указанному судом также не было дано оценки.

Автор жалобы выражает несогласие с выводами эксперта в заключении (номер) от (дата) о том, что наличие у транспортных средств № 3, № 2 технической возможности путем торможения предотвратить происшествие не исключает возможности происшествия, поскольку, по его мнению, возможность предотвратить происшествие зависит от многих обстоятельств. При этом на поставленные вопросы эксперт не ответил.

Считает, что заключение эксперта (номер) от (дата) не может служить доказательством вины ФИО1, поскольку из вводной части заключения не ясно, какая экспертиза была проведена: автотехническая или транспортно-трассологическая, а по итогам исследования эксперт пришел к выводу о том, что невозможно установить, в каком техническом состоянии находился автомобиль № 1 в связи с отсутствием шарового пальца рулевой тяги и тормозного механизма переднего левого колеса. Кроме того, указанная экспертиза также проведена по протоколу осмотра места происшествия от (дата) с приложением фототаблицы и схемы происшествия, которые имеют недостоверные и противоречивые данные.

Указывает, что в ходе судебного заседания стороной защиты представлено заключение специалиста (номер) от (дата), которым оценены экспертизы №(номер), (номер), (номер) от (дата), согласно которому выводы указанных экспертиз основаны на спорных утверждениях. Так, во вводной части экспертизы (номер) указано, что автомобиль Toyota выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение, что свидетельствует о несоблюдении принципов объективности и достоверности.

Установленные повреждения автомобиля № 3 и полуприцепа <данные изъяты> свидетельствуют о том, что в ходе ДТП имело место два столкновения автомобиля № 1 с автопоездом: сначала с задним левым колесом автомобиля № 3, а затем с левой частью полуприцепа <данные изъяты>. Однако судебные эксперты указывают о наличии только одного столкновения – между автомобилем № 1 и левой задней частью автомобиля № 3.

Схема происшествия приведена в заключении в исследовательской части до момента начала исследования по второму вопросу о месте столкновения. То есть, судебные эксперты, еще не располагая сведениями о расположении места столкновения автомобиля № 1 с автопоездом, уже заранее, без какого-либо подтверждения фактами, указали, что место столкновения данных транспортных средств расположено на встречной для автомобиля № 1 полосе движения. Кроме того, в составленной схеме имеется факт явного несоблюдения хотя бы ориентировочных масштабных пропорций между габаритными размерами транспортных средств. Следовательно, взаимное расположение автомобиля № 1 и автопоезда в момент первичного контакта, указанное судебными экспертами, не соответствует действительности.

Согласно выводам специалиста в момент первичного контакта водитель автомобиля № 3 осуществлял маневр поворота налево, в связи с чем продольная ось тягача повернулась относительно продольной части полуприцепа, и наиболее выступающей габаритной частью слева от автопоезда явилась задняя часть левого колеса задней оси автомобиля № 3. В связи с чем автомобиль № 1 сразу после контакта с задним левым колесом тягача физически не имел возможности контактировать с передней и средней частью левого отбойника полуприцепа. Повреждения автопоезда свидетельствует о том, что водитель автопоезда непосредственно перед столкновением пытался отвернуть вправо относительно траектории движения автомобиля № 1. С технической точки зрения, данное обстоятельство возможно не только при выезде автомобиля № 1 на полосу встречного движения, но и при выезде автопоезда на полосу движения автомобиля № 1 с последующей попыткой возвращения обратно. В протоколе осмотра места происшествия указано на наличие двух параллельных следов торможения, однако, установить их принадлежность не представляется возможным. Координаты осыпи осколков автомобиля № 1 не зафиксированы, а их графическое отображение противоречит характеру столкновения.

В заключении эксперты приводят три фотоснимка с места ДТП, техническое описание и анализ которых в исследовательской части фактически отсутствуют. Вывод экспертов о расположении места столкновения автомобиля № 1 и автопоезда, а также о расположении места столкновения автомобиля № 1 с автомобилем № 2 содержит субъективное голословное утверждение судебных экспертов, поскольку технический анализ материалов осмотра места происшествия в заключении судебной экспертизы полностью отсутствует, имеющиеся противоречия между материалами осмотра места ДТП не устранены, при этом практически все имеющиеся следовые признаки не исследованы и не описаны. Из чего следует, что что заключение эксперта (номер) от (дата) составлялось не на основании проведения исследования по определению механизма ДТП, а исключительно на основании предварительно заданных следователем исходных данных о том, что именно водитель автомобиля Toyota выехал на полосу движения автомобиля № 3.

В заключении судебной экспертизы полностью отсутствуют сведения о том, что на момент проведения исследования у судебных экспертов имелась актуальная квалификация, подтвержденная соответствующими документами.

При отсутствии переднего левого колеса автомобиля № 1 судебные эксперты располагали объективной возможностью провести существенно более полное исследование в рамках поставленных вопросов, в том числе с применением инструментальной диагностики, однако ограничились поверхностным осмотром представленного им автомобиля.

В ходе судебного разбирательства стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении автотехнической экспертизы ввиду указанных нарушений, однако, в удовлетворении ходатайства судом отказано, а по ходатайству о признании заключений экспертов недопустимыми доказательствами решения судом не принято.

Считает, что судом необоснованно в качестве доказательств вины ФИО1 положен протокол осмотра места происшествия от (дата), поскольку сведения, отраженные в нем, не соответствуют действительности и опровергаются показаниями потерпевших и свидетелей, а также протоколом осмотра предметов от (дата), при этом оценка этому не дана.

Обращает внимание на то, что в исследовательской части заключения эксперта (номер) по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы ФИО6 №1, указано «Изо рта запах алкоголя». С учетом того, что ФИО6 №1 и ФИО6 №2 проживали вместе, последняя не была освидетельствована на состояние опьянения, нельзя исключать возможность нахождения ее в состоянии опьянения при управлении автомобилем № 2. Кроме того, учитывая расстояние от (адрес) до (адрес), пояснения потерпевших, которые во время поездки останавливались несколько раз, и времени их пути, можно сделать вывод о нарушении последними скоростного режима, что в совокупности с тормозным путем автомобиля свидетельствует о том, что в ДТП был виновен водитель автомашины № 2.

В судебном заседании допрошен эксперт Свидетель №24, которому были разъяснены права свидетеля, предусмотренные УПК РФ, то есть, он фактически допрошен как свидетель, а не как эксперт. В ходе допроса свидетель не просто подтвердил указанные им в заключениях данные, но и указал на ошибки и недочеты, допущенные при проведении экспертизы, а также в данных, представленных ему следователем.

Также в апелляционной жалобе адвокат обращает внимание на несоответствие показаний потерпевших ФИО6 №1, ФИО6 №2, а также свидетелей Свидетель №3, Свидетель №7, изложенных в обжалованном приговоре, ввиду неверного их отражения в протоколе судебного заседания. На указанные несоответствия в протоколах судебного заседания были поданы замечания, которые председательствующим были отклонены.

Указывает, что им были поданы замечания на протокол судебного заседания от (дата) в связи с тем, что в протокол внесены сведения, несоответствующие действительности, что имеет существенное значение на вынесение законного и обоснованного судебного решения. Кроме того, в протоколе отсутствует информация о том, когда он был изготовлен и подписан. Изложенные в протоколе судебного заседания от (дата) показания свидетелей Свидетель №14 и Свидетель №15 не соответствуют тем, что они дали в судебном заседании, на что также были поданы замечания. Замечания на протоколы судебного заседания судьей были отклонены, при этом, согласно тексту постановления, они были рассмотрены формально, о чем свидетельствует ряд допущенных в постановлении ошибок. Также считает необоснованным отклонение замечаний на протоколы судебного заседания ввиду того, что решение суда в части отказа в удостоверении замечаний надлежаще не мотивировано.

Помимо изложенного автор жалобы считает, что в ходе рассмотрения уголовного дела суд фактически занял сторону обвинения, о чем свидетельствует вызов ФИО1 защитника по назначению суда при наличии ходатайства защитника по соглашению об отложении судебного заседания. При этом после назначения защитника, суд отказал в удовлетворении ее ходатайства об освобождении ее от участия в деле ввиду имеющегося защитника по соглашению. Потерпевшие и их представитель неоднократно не являлись в судебное заседание, однако, какой-либо реакции на данное поведение от суда не последовало. Ходатайство стороны защиты о допросе потерпевших раздельно, в целях исключения дублирования показаний, рассмотрено и разрешено не было.

Кроме того, судом были допущены и процессуальные нарушения в ходе судебного разбирательства, свидетельствующие об его заинтересованности в исходе дела. Потерпевшие и их представители неоднократно указывали о невозможности явиться в судебное заседание и просили обеспечить их участие посредством видео-конференц-связи, при этом каких-либо действий со стороны председательствующего предпринято не было. Также, согласно материалам дела, судом неоднократно допускались нарушения, связанные с неизвещением потерпевших и их представителей о судебном заседании. Письменное ходатайство стороны защиты от (дата) о вызове потерпевших и свидетелей судом не было разрешено.

Из протоколов судебного заседания усматривается волокита по уголовному делу в действиях государственного обвинителя, мер судебного реагирования на которые не последовало.

Судом указано о рассмотрении вопроса о вынесении частных постановлений в адрес адвокатов Андреевой, Бычкова А.А., а также прокурора ХМАО-Югры ФИО3 при вынесении решения по делу, однако, указанный вопрос рассмотрен не был.

Считает подлежащими отмене постановления об отказе удовлетворении заявленных стороной защиты в ходе судебного разбирательства отводах председательствующему и государственным обвинителям, поскольку они являются необоснованными, должным образом не мотивированными.

В материалах уголовного дела имеются постановления о принудительном приводе свидетеля Свидетель №6 ввиду его неоднократных неявок в судебное заседание, однако, согласно материалам дела, свидетель не вызывался, данных об его надлежащем извещении не имеется. В судебном заседании государственным обвинителем приобщена копия справки о невозможности установления местонахождения свидетеля, подлинник которой суду не представлен, достоверность указанных сведений вызывает сомнение. Считает, что оглашение показаний свидетеля противоречит требованиям УПК РФ и не может быть положено в основу приговора.

Полагает, что судом незаконно вынесены постановления о применении в отношении ФИО1 принудительного привода от (дата), о приостановлении производства по уголовному делу и объявлении подсудимого в розыск от (дата), поскольку суду было достоверно известно о причинах неявки ФИО1 (дата) судом было вынесено постановление о возобновлении производства по уголовному делу. Постановлениями суда ХМАО-Югры от (дата) названные постановления суда от (дата) и (дата) отменены. Указанное, по мнению адвоката, является доказательством того, что председательствующий, не объективно рассматривал уголовное дело с обвинительным уклоном и как следствие принимал незаконные решения.

Помимо изложенного выражает несогласие с установленными судом обстоятельствами по делу, поскольку достоверно установлено, что фактически произошло два ДТП, однако, ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании не были установлены: временной промежуток между ДТП, где именно на дорожном полотне произошли оба ДТП, двигался ли автомобиль № 1 во время второго ДТП, соблюдал ли водитель автомобиля № 2 скоростной режим, когда и при каких обстоятельствах были получены телесные повреждения в виде тяжкого вреда, потерпевшими ФИО6 №3 и (ФИО)22 – во время первого или второго ДТП, находились ли в состоянии алкогольного опьянения водитель автомобиля № 2 ФИО6 №2, и пассажир ФИО6 №1

Обращает внимание на то, что сторона защиты была ограничена в предоставлении доказательств по делу ввиду вынесенного постановления об ускорении производства по уголовному делу, что повлекло невозможность установления истины и принятия справедливого, законного судебного решения. При этом сторона обвинения представляла доказательства порядка 10 месяцев.

Указывает, что фактически обвиняемый ФИО1 знакомился с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования и подписал соответствующий протокол, выполняя требования ст.217 УПК РФ, (дата), то есть за установленными сроками предварительного расследования, в присутствии адвоката Александрова В.В., соответственно, информация в обвинительном заключении и в справке, приложенной к нему, о направлении уголовного дела с обвинительным заключением прокурору для утверждения (дата) не соответствует действительности. При подписании данного протокола (дата), дата в нем не стояла.

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика ООО «<данные изъяты>» Александров В.В. просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В обоснование жалобы указывает, что выводы суда о нарушении ФИО1 п.п. 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения являются предположением.

Считает, что заключения экспертов №(номер), (номер), (номер) от (дата) не являются объективными, поскольку при наличии указанных в них повреждений/неисправностей автомобиля, безопасность дорожного движения при управлении им обеспечить невозможно.

Ни следственным органом, ни судом не исследовалась возможность установления причины ДТП в результате повреждения целостности либо механического повреждения шины переднего левого колеса. Остались невыясненными ряд вопросов относительно того, могли ли повлиять установленные у автомобиля повреждения и неисправности на обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия и имелась ли у ФИО4 реальная возможность его предотвратить. Также не установлено, с какой скоростью двигался автомобиль, в салоне которого находились потерпевшие ФИО6 №2 и ФИО6 №1, его техническое состояние.

Полагает, что вина ФИО1 не установлена, причинно-следственная связь между его действиями и причинением вреда здоровью ФИО6 №2 и ФИО6 №1 не доказана, в связи с чем заявленные исковые требования к ООО «<данные изъяты>» удовлетворению не подлежат.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Боровская О.Г., в интересах осуждённого ФИО1, просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В обоснование жалобы указывает, что при рассмотрении дела суд не создал сторонам равные возможности, принял сторону государственного обвинения, не проверил в должной мере и не дал оценки доводам стороны защиты, ссылаясь на вынесенное председателем Ханты-Мансийского районного суда постановление об ускорении производства по уголовному делу. При этом государственный обвинитель не был ограничен во времени представления доказательств.

Полагает, что ввиду того, что наказание в виде штрафа ФИО1 не назначалось, гражданские иски удовлетворены путем взыскания денежных сумм с ООО «<данные изъяты>», необходимость наложенного ареста на имущество ФИО1 отпала.

Указывает, что судом установлено, что ФИО1 допустил нарушения п.п. 1.5, 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, однако, не указано, в чем конкретно выразилось нарушение, какова причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и причинением тяжкого вреда здоровью четырем потерпевшим.

Обращает внимание на то, что в основу приговора положены показания свидетеля (ФИО)19, против оглашения которых в судебном заседании сторона защиты возражала, а опровергнуть данные показания у стороны защиты в ходе предварительного следствия не имелось возможности.

Также считает недопустимыми доказательствами заключения экспертов №(номер), (номер), (номер) от (дата), поскольку заключением специалиста (номер) установлены спорные утверждения. Так, из фотографий с места ДТП следует, что имело место два столкновения автомобиля Тойота с автопоездом, однако, в заключениях указывается на наличие одного столкновения. Повреждения автопоезда свидетельствуют о том, что непосредственно перед столкновением он пытался отвернуть вправо относительно траектории движения автомобиля Тойота, что возможно не только при выезде автомобиля Тойота на встречную полосу, но и при выезде автопоезда на полосу движения автомобиля Тойота, что эксперты проигнорировали. При анализе протокола осмотра места происшествия и схемы к данному протоколу судебные эксперты не обратили внимание на ряд критических противоречий, что привело к отсутствию какого-либо анализа следовых признаков на предмет механизма их образования и относимости к данному ДТП. Кроме того, вывод о месте столкновения автомобилей не подтвержден.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Утеев С.А. просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на продление ареста, наложенного на имущество ФИО1, а именно: мотоцикла <данные изъяты>, мотоцикла <данные изъяты>, ввиду того, что гражданские иски потерпевших ФИО6 №2 и ФИО6 №1 адресованы к гражданскому ответчику ООО «<данные изъяты>» и не имеют отношения к ФИО1

В апелляционных жалобах, аналогичных по своему содержанию, потерпевшие ФИО6 №1 и ФИО6 №2 просят приговор изменить, взыскать процессуальные издержки, связанные с выплатами представителю, за счет средств федерального бюджета.

В обоснование жалобы указывают, что в ходе судебных заседаний ими неоднократно подтверждался факт заключения соглашения с адвокатом Андреевой Л.В., что подтверждается ордером адвоката. Факт оказания юридической помощи в ходе предварительного следствия подтвержден квитанциями об оплате юридических услуг, имеющимися в материалах уголовного дела, а также тем, что представитель участвовала во всех следственных действиях, производимых с их участием.

Считает, что противоречивые указания на то, с кого необходимо взыскать процессуальные издержки, не могут служить основанием для отказа во взыскании процессуальных издержек.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевших адвокат Бычков А.А., в интересах осуждённого ФИО1, просит доводы апелляционных жалоб потерпевших оставить без удовлетворения, приговор – без изменения.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Бычкова А.А. и Боровской О.Г., в интересах ФИО1, и дополнения к ним потерпевшие ФИО6 №2 и ФИО6 №1 просят приговор в части признания ФИО1 виновным и удовлетворения гражданских исков оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Бычкова А.А. и Боровской О.Г., в интересах ФИО1, и дополнения к ним государственный обвинитель Утеев С.А. просит жалобы оставить без удовлетворения, приговор – без изменения, за исключением доводов, изложенных в апелляционном представлении.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст. ст. 389.9, 389.19 УПК РФ, проверив производство по уголовному делу в полном объёме, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав мнение сторон, приходит к следующему.

Согласно требованиям ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Названные требования закона при постановлении приговора в отношении ФИО1 судом первой инстанции не соблюдены в полном объёме.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу в суде подлежат доказыванию, в частности, событие преступления, виновность подсудимого в совершении преступления, форма его вины и мотивы преступления.

С учётом указанных выше требований и в силу ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора надлежаще содержит описание преступного деяния, совершённого ФИО1, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательств, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Несмотря на непризнание осуждённым своей вины, выводы суда о доказанности виновности ФИО1 в совершённом им преступлении, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, в частности:

- показаниях потерпевшей ФИО6 №2, согласно которым (дата) они с (ФИО)21 на автомобиле «№ 2» выехали из (адрес) с (адрес). Проехав около 20 минут от АЗС «Газпром» в (адрес) произошло ДТП. Они ехали за грузовой машиной МАН, водитель которой в какой-то момент движения стал уходить вправо и снижать скорость, в связи с чем она тоже снизила скорость. После столкновения она потеряла сознание. В результате ДТП она получила тяжкие телесные повреждения. Спустя время ФИО1 выплатил ей около 252 000 рублей;

- показаниях потерпевшей ФИО6 №1, согласно которым (дата) они с ФИО6 №2 на автомобиле «№ 2» выехали из (адрес) с (адрес). Проехав около 30-40 минут от АЗС «Газпром» в (адрес) произошло ДТП. Они ехали за грузовой машиной МАН, водитель которой в какой-то момент движения стал уходить вправо и снижать скорость, появился столб пыли, дальше она потеряла сознание и ничего не помнит. В результате ДТП она получила тяжкие телесные повреждения. Спустя время ФИО1 выплатил ей около 270 000 рублей;

- показаниях потерпевшей ФИО6 №3, согласно которым (дата) она и (ФИО)22 ехали в качестве пассажиров в машине под управлением ФИО1 из (адрес) в (адрес). Скорость движения их автомобиля была примерно 110-120 км/ч. Момент ДТП не помнит, т.к. уснула. В результате ДТП ей причинены тяжкие телесные повреждения;

- показаниях потерпевшей ФИО5, согласно которым (дата) она и ФИО6 №3 ехали в качестве пассажиров в машине под управлением ФИО1 Момент ДТП не помнит, т.к. уснула;

- показаниях свидетеля Свидетель №6, согласно которым он работает водителем в ООО «<данные изъяты>». (дата) он на автомобиле «№ 3» с полуприцепом «<данные изъяты>» выехал из (адрес) в (адрес) по автомобильной дороге Р-404 «Тюмень-Тобольск-Ханты-Мансийск», в направлении (адрес). Он двигался со скоростью около 80 км/ч. После АЗС «Лукойл» он увидел, что движущейся по встречной полосе автодороги автомобиль «№ 1» стал выезжать на полосу его движения, без включения сигнала поворота. Скорость автомобиля «№ 1» была примерно, как ему показалось, 90-100 км/ч. Чтобы избежать столкновения, он сбавил газ и стал уходить на обочину вправо. Автомобиль «№ 1» выехал на его полосу, продолжал двигаться в том же направлении и своей левой частью задел металлическую конструкцию прицепа и переднее левое колесо оси полуприцепа, в этот момент он почувствовал удар, в результате чего автомобиль «№ 1» развернуло, и тот врезался в лобовую часть автомобиля идущего позади него, от чего его отнесло на обочину, и перевернуло. От удара в переднюю ось полуприцепа поднялся столб пыли. Он видел, что позади него едет легковой автомобиль, соблюдая дистанцию, скорость этого автомобиля была примерна, равна его. После удара он остановился, подбежал к месту ДТП, увидел, что автомобиль «№ 1» находится на правом боку, перевернут на правой по ходу его движения обочине, передней частью направлен в сторону (адрес). ФИО1 из автомобиля вышел сам, он же помог выбраться двум женщинам. За автомобилем «№ 1», большей частью на правой обочине, находился автомобиль «№ 2». Водитель и пассажирка, обе женщины находились на передних сиденьях, у них были зажаты ноги, сработали подушки безопасности. Считает, что в произошедшем ДТП виноват водитель автомобиля «№ 1», так как выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с его полуприцепом и автомобилем «№ 2»;

- показаниях свидетеля Свидетель №3, согласно которым (дата) ему позвонил Свидетель №6, сообщил, что в него въехал «№ 1». По прибытии на место ДТП он увидел, что его длинномер был на правой обочине, направляясь в сторону Тюмени, и за ним «№ 1», и следом «№ 2». Свидетель №6 ему рассказал о произошедшем. Осмотрев транспортное средство, он увидел, что по касательной был задет тягач, основной удар пришелся в переднюю ось «<данные изъяты>»;

- показаниях свидетеля Свидетель №1 согласно которым (дата) ее мать ФИО6 №1 вместе с коллегой ФИО6 №2 выехали из (адрес) в (адрес). Около 15:30 мама перестала выходить на связь, она стала обзванивать больницы и узнала об аварии. Об обстоятельствах ДТП ей стало известно от водителя автомашины «№ 3», виновником ДТП является водитель автомашины «№ 1», который выехал на полосу встречного движения и столкнулся сначала с автомобилем «№ 3», а затем с автомобилем, где были её мать и ФИО6 №2 По словам водителя «№ 3» он ехал по своей полосе, а за ним ехал автомобиль с её матерью, но водитель «№ 1» выехал встречную полосу, он ему сигналил и стал уходить, но прицепом не смог до конца уйти, удар произошел в колесо. (дата) ФИО1 пришел в больницу и сказал, что это он виноват. Первоначально помогал деньгами, приходил со своим адвокатом и передавал маме и ФИО6 №2 по 200 000 рублей;

- показаниях свидетеля Свидетель №7, согласно которым он работает старшим инспектором ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по ХМАО-Югре. (дата) он первый приехал на место ДТП. По приезду увидел автомобиль «№ 1», который лежал на боку на обочине, автомобиль «№ 2» и справа по направлению в (адрес) – автомобиль «№ 3» с прицепом, у которого было повреждено колесо. При выяснении обстоятельств выяснилось, что ФИО1 управляя автомобилем «Тойота № 1» приступил к обгону неустановленного транспортного средства, не убедившись в безопасности маневра, произвел выезд на полосу встречного движения, где столкнулся с автомобилем «№ 3» с прицепом «Тоннар», после чего, оставаясь на встречной для него полосе движения столкнулся с автомобилем «№ 2». На момент осмотра автомобиль «№ 1» находился на обочине, опрокинутый на бок, имел повреждения: передний бампер, передняя правая бок фара, отсутствовало колесо, замяты двери, автомобиль «№ 2» находился на той же обочине, имел повреждения в передней части, автомобиль «№ 3» находился также на обочине, имелись повреждения трех колес слева на прицепе «<данные изъяты>». В результате ДТП пострадали водитель и пассажир автомобиля «№ 2», водитель и пассажиры автомобиля «№ 1». При беседе ФИО1 сообщил ему о том, что вышел на обгон, но не до конца убедился в безопасности маневра, так как его ослепило солнце;

- показаниях свидетеля Свидетель №5, согласно которым он работает командир 1-го взвода роты (номер) ОБ ДПС ГИБДД УВД РФ по ХМАО-Югре. (дата) ему позвонили из дежурной части, сообщили о ДТП, он выехал на место. Свидетель №7 осуществлял помощь следователю в составлении схемы ДТП. На месте был только водитель автомобиля «№ 3» - Свидетель №6, который сообщил, что он двигался со скоростью 80 км/ч, неожиданно для него на встречную полосу движения вышел автомобиль марки «№ 1», после чего он стал уходить в правую сторону, чтобы избежать столкновения и снижать скорость. Избежать столкновения у Свидетель №6 не получилось, т.к. автомобиль «№ 1» двигался по его полосе, и Свидетель №6, учитывая габариты своей машины и груз, не мог быстро маневрировать, а также с учетом встречной скорости автомобиля «№ 1», не успел уйти с траектории его движения. Автомобиль «№ 1» столкнулся с полуприцепом автомобиля марки «№ 3», задев левые передние и задние колеса полуприцепа, порвал задние колеса, после чего его откинуло, развернуло и тот столкнулся с автомобилем марки «№ 2», который ехал за автомобилем «№ 3». Водителями автомобилей «№ 3» и «№ 2» нормы ПДД нарушены не были, так как те двигались по своей полосе движения, на безопасном расстоянии между собой соблюдая дистанцию. Автомобиль «№ 1» был расположен на правой стороне обочины, опрокинут на правый бок, автомобиль «№ 2» стоял с правой стороны обочины в направлении передней части автомобиля в сторону лесопосадок, на расстоянии 6 м. от автомобиля «№ 1». Автомобиль «№ 3», находился справа на обочине прямо по направлению движения в сторону (адрес);

- показаниях свидетеля Свидетель №4, согласно которым он работает инспектором ДПС ГИБДД УМВД России по ХМАО-Югре. (дата) он совместно с Свидетель №7 и (ФИО)23 по сообщению из дежурной части прибыли на место ДТП. Он увидел, что, автомобиль «№ 1» лежал на правом боку с правой стороны автодороги, по направлению из (адрес), за ним находился поврежденный автомобиль марки «№ 2», а также по направлению от (адрес) с правой стороны у обочины на расстоянии находился автомобиль марки «№ 3» с полуприцепом. ФИО1 находился около автомобиля «№ 1», пассажиры находились на заднем пассажирском сиденье, и из-за того, что машина была перевернута, они не могли выбраться, дверь автомашины взломали и их вытащили. В автомобиле «№ 2» водитель с пассажиром – женщины, были на своих местах, из машины их не доставали до прибытия скорой помощи, т. к. боялись, что могут быть переломаны конечности. ФИО1 говорил, что его ослепило солнце, в результате чего он зацепил встречный «№ 3» с полуприцепом, то есть выехал на полосу встречного движения, и затем столкнулся с автомашиной «№ 2» которая ехала за № 3;

- показаниях старшего эксперта-криминалиста МО МВД России «Ханты - Мансийский» Свидетель №2, согласно которым (дата) он выехал в составе следственной группы со следователем на место происшествия в связи с сообщением о произошедшем ДТП с пострадавшими. По результатам осмотра места происшествия были составлены протокол осмотра места происшествия и схема места ДТП. Он осуществлял фотографирование места происшествия. По приезду в отдел полиции им была составлена фототаблица как приложение к протоколу осмотра места происшествия;

- показаниях свидетеля Свидетель №9, согласно которым ранее он работал в АО «<данные изъяты>». Автомашина «№ 1» являлась служебным транспортом предприятия АО «<данные изъяты>». Автомобиль «№ 1», незадолго до событий проходил полное техническое обслуживание на сервисном центре в (адрес). Насколько ему известно подсудимый ФИО1 имел право управлять указанной автомашиной на основании генеральной доверенности;

- показаниях свидетеля Свидетель №10, согласно которым ФИО1 с (дата) года работал в АО «<данные изъяты>». Он же работал в качестве водителя руководителя, за ним был закреплен автомобиль марки «№ 1». У ФИО1 была доверенность на управление данным транспортным средством. На (адрес) года эта автомашина была технически исправна, все вовремя менялось, техническое обслуживание автомашина проходила на СТО «Автореал Югра».

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям у суда не имелось, поскольку они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются между собой и другими доказательствами по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает, каких-либо существенных противоречий и несоответствий в показаниях потерпевших и свидетелей. Сведения, сообщенные потерпевшими и свидетелями в ходе судебного заседания, на которые защитник указал в замечаниях на протокол судебного заседания, а также дублировал в апелляционной жалобе, не являются существенными, влияющими на законность и обоснованность выводов суда относительно рассматриваемых событий.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований для отмены оспариваемых постановлений судьи суда первой инстанции об отклонении замечаний защитника на протокол судебного заседания по вышеизложенным основаниям. Каких-либо нарушений, допущенных при вынесении постановлений, обстоятельств, свидетельствующих о формальном подходе к рассмотрению замечаний, суд апелляционной инстанции не усматривает. Наличие в постановлениях технических ошибок не влияют на законность вынесенных судом решений.

Помимо указанного, виновность осуждённого ФИО1 в содеянном подтверждается исследованными судом письменными доказательствами по делу, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей, схемой и приложениями от (дата), согласно которому с участием эксперта Свидетель №2 и водителя (ФИО)24 проведен осмотр участка автомобильной дороги Р404 «Тюмень – Тобольск – Ханты-Мансийск» на (номер) километре на территории (адрес) ХМАО-Югры, где произошло ДТП. В ходе осмотра установлено расположение участвовавших в происшествии транспортных средств относительно дорожного полотна, зафиксированы видимые повреждения транспортных средств, обнаружены следы происшествия;

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от (дата), согласно которому осмотрено содержимое оптического диска, изъятого в ходе выемки (дата) в ЭКО МО МВД России «Ханты - Мансийский», на котором содержатся 108 файлов – фотографий с места совершения дорожно-транспортного происшествия (дата);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от (дата), согласно которому осмотрен DVD-R диск, изъятый в ходе выемки (дата) у начальника единой дежурной диспетчерской службы МКУ «Управление гражданской защиты населения», содержащий аудиозапись телефонного разговора, в ходе которого было передано сообщение о совершении рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия;

- протоколом осмотра документов с фототаблицей от (дата), согласно которому осмотрены изъятые в ходе выемки (дата) у начальника автотранспортного цеха АО «<данные изъяты>» Свидетель №8 документы: диагностическая карта от (дата) с регистрационный номером (номер), страховой полис № (номер) обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от (дата), договор подряда (номер) между АО «<данные изъяты>» (Заказчик) в лице генерального директора ФИО1 и ИП (ФИО)25 (Подрядчик), в лице (ФИО)25, паспорт транспортного средства от (дата), (номер), свидетельство о регистрации транспортного средства от (дата) (номер), журнал учета выхода на линию автотранспорта АО «<данные изъяты>», журнал учета движения путевых листов АО «<данные изъяты>», согласно которым в расмматриваемый период времени владельцем транспортного средства марки № 1 модели № 1 (дата) года выпуска с регистрационным знаком (номер), VIN (номер) являлось АО «<данные изъяты>», и ФИО1 управлял им на законных основаниях при исполнении своих служебных обязанностей;

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от (дата) с участием специалиста ЭКЦ УМВД России по ХМАО-Югре Свидетель №23, согласно которому осмотрены изъятые в ходе выемки (дата) автомобиль марки «№ 1», гос. рег. знак (номер), а также в ходе выемки (дата) автомобиль марки «№ 2» гос. рег. знак (номер), зафиксированы имеющиеся у них повреждения;

- протоколом осмотра предметов от (дата), согласно которому с участием Свидетель №3 осмотрен изъятый (дата) автомобиль марки № 3» гос. рег. знак (номер), со сцепленным полуприцепом с бортовой платформой марки «<данные изъяты>» гос. рег. знак (номер), повреждений не установлено;

- заключением судебно-медицинской экспертизы (номер) от (дата), согласно которому (дата), на момент госпитализации в стационар ОКБ (адрес), у потерпевшей ФИО6 №3 обнаружены телесные повреждения – сочетанная травма головы и нижних конечностей, причинившие тяжкий вред здоровью;

- заключением судебно-медицинской экспертизы (номер) от (дата), согласно которому у потерпевшей ФИО6 №2 (дата), на момент госпитализации в стационар ОКБ (адрес), обнаружены телесные повреждения – сочетанная травма головы и нижних конечностей, причинившие тяжкий вред здоровью;

- заключениями судебно-медицинской экспертизы (номер) от (дата), дополнительной судебно-медицинской экспертизы (номер) от (дата), согласно которым по данным медицинских документов у потерпевшей (ФИО)22 обнаружена сочетанная травма: закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, подапоневротическая гематома затылочной области, кровоподтек лобной области; закрытая травма грудной клетки: перелом 11-голевого ребра, ушиб нижней доли левого легкого; закрытая травма таза: переломы правой боковой массы крестца и обеих ветвей правой лобковой кости с нарушением целостности тазового кольца, причинившая тяжкий вред здоровью;

- заключением автотехнической экспертизы (номер) от (дата), согласно которому угол между продольными осями транспортных средств «№ 1» гос. рег. знак (номер) и «№ 3» гос. рег. знак (номер), со сцепленным полуприцепом с бортовой платформой марки «<данные изъяты>» гос. рег. знак (номер) в момент первичного контакта составлял около 175°±5. Угол между продольными осями транспортных средств «№ 1» и «№ 2» гос. рег. знак (номер) в момент первичного контакта составлял около 80°±5 (в процессе движения угол менялся т.к. автомобиль «№ 1» находился вне управляемом состоянии). Место столкновения транспортных средств «№ 3» со сцепленным полуприцепом с бортовой платформой марки «<данные изъяты>» и «№ 1», «№ 1» и «№ 2» располагалось на правой полосе проезжей части в направлении (адрес);

- заключением автотехнической экспертизы (номер) от (дата), согласно которому вопрос о наличии (или отсутствии) у водителя автомобиля «№ 3» технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет технического смысла, поскольку встречное транспортное средство - автомобиль «№ 1» до момента столкновения не было заторможено, в связи с чем снижение скорости и даже остановка этого транспортного средства не исключают возможности происшествия; вопрос о наличии (или отсутствии) у водителя автомобиля № 2» технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет технического смысла, поскольку встречное транспортное средство - автомобиль «№ 1» после столкновения с транспортным средством «№ 3» находилось вне управляемом состоянии, в связи с чем снижение скорости и даже остановка данного транспортного средства не исключают возможности происшествия;

- заключением автотехнической судебной экспертизы (номер) от (дата), согласно которому рулевое управление предоставленного на исследование автомобиля «№ 1» на момент проведения исследования находилось в технически неисправном состоянии ввиду нарушения целостности соединения рулевого наконечника рулевой тяги левого переднего колеса и шарового пальца. Характер обнаруженных неисправностей рулевого управления автомобиля и сопоставление мест их расположения с общей локализацией повреждений, полученных автомобилем, свидетельствует об их образовании в результате воздействия сил ударного, импульсного характера и являются результатом дорожно-транспортного происшествия. Рабочая тормозная система автомобиля на момент осмотра находилась в технически неисправном состоянии ввиду повреждения тормозного шланга тормозного механизма левого переднего колеса, в виде нарушения целостности шланга (разрыв), отсутствия тормозного механизма левого переднего колеса. Локализация повреждений автомобиля в целом, характер образования данных повреждений свидетельствует, что указанные неисправности образовалась в результате дорожно-транспортного происшествия;

- копиями карт вызова скорой медицинской помощи №(номер)), (номер) от (дата), согласно которым на подстанцию Ханты-Мансийск, поступил вызов от очевидца (ФИО)73, об оказании медицинской помощи ФИО6 №2, ФИО6 №1, причина – ДТП;

- доверенностью АО «<данные изъяты>» (номер) от (дата), согласно которой АО «<данные изъяты>», в лице генерального директора ФИО1, владея на праве собственности автотранспортным средством «№ 1» гос. рег. знак (номер), идентификационный номер (VIN) (номер), уполномочивает ФИО1 осуществлять действия по управлению (пользованию) указанным автотранспортным средством сроком на 01 год;

- копией трудового договора с генеральным директором акционерного общества «<данные изъяты>» от (дата), согласно которому Акционерное общество «<данные изъяты>» и гражданин РФ ФИО1 заключили настоящий трудовой договор, регулирующий отношения между Сторонами, связанные с исполнением ФИО1 своих трудовых обязанностей в должности Генерального директора.

Указанные доказательства по уголовному делу признаны согласующимися и взаимодополняющими друг друга, тщательно и подробно были проверены и исследованы в ходе судебного следствия с соблюдением требований ст.ст. 74, 75, 88 УПК РФ, выводы суда относительно оценки доказательств надлежаще мотивированы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы оснований ставить под сомнение выводы проведенных по делу экспертиз не имеется, поскольку исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений. Выводы экспертов научно обоснованы, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами по уголовному делу. Заключения экспертов получены в соответствии со ст. 204 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб адвокатов и представителя гражданского ответчика каких-либо нарушений при проведении экспертиз №(номер), (номер), (номер) от (дата) суд апелляционной инстанции не усматривает. Выводы эксперта были подтверждены им самим в ходе допроса в судебном заседании, каких-либо противоречий судом не установлено.

Доводы апелляционной жалобы защитника относительно вида проведенной экспертизы опровергнуты экспертом в судебном заседании, согласно показаниям которого, им была проведена автотехническая экспертиза, которая включает в себя ряд других исследований, в том числе транспортно-трассологическую экспертизу. Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений, допущенных при проведении исследований, эксперт не вышел за пределы полномочий, установленных следователем в постановлении, в части вида проведенной экспертизы.

Суд апелляционной инстанции также не принимает во внимание доводы стороны защиты о том, что заключение специалиста (номер) от (дата), представленное стороной защиты, свидетельствует от недопустимости вышеуказанных заключений эксперта.

Так, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 51 УПК РФ, специалист не обладает полномочиями оценки результатов экспертиз. Оценка результатов проведенных исследований входит исключительно в компетенции суда при рассмотрении уголовного дела по существу. Кроме того, как справедливо отметил суд первой инстанции, специалисту на исследование не были представлены все необходимые материалы уголовного дела в полном объеме, в том числе те, которые были представлены следователем эксперту Свидетель №24

Исходя из совокупности требований ст.ст. 80, 205, 282 УПК РФ, эксперт может быть допрошен для получения от него показаний в целях разъяснения или уточнения данного им заключения.

Как следует из заключений автотехнических экспертиз №(номер), (номер), (номер) от (дата), перед началом исследования эксперту Свидетель №24 разъяснены процессуальные права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ.

В связи с чем доводы апелляционной жалобы защитника о том, что эксперту Свидетель №24 в судебном заседании разъяснены права свидетеля, суд апелляционной инстанции не принимает во внимание, поскольку ранее, непосредственно перед проведением исследования эксперту были разъяснены процессуальные права и обязанности, он предупрежден об уголовной ответственности, а в судебном заседании эксперт дал показания исключительно в рамках данного им заключения, разъяснение ему прав свидетеля, не ставит под сомнение выводы экспертизы.

Кроме того, показания эксперта не имеют заранее установленной силы и оцениваются наряду с другими доказательствами. Каких-либо противопоставлений между заключениями автотехнических экспертиз №(номер), (номер), (номер) и показаниями эксперта Свидетель №24 суд апелляционной инстанции не усматривает. Доводы адвоката Бычкова А.А. о том, что эксперт указал на недочеты, допущенные при проведении экспертиз, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку какие-либо существенные нарушения, свидетельствующие о незаконности проведенного исследования, отсутствуют.

Указание в постановлении следователя на назначение дополнительной автотехнической экспертизы суд апелляционной инстанции не расценивает как существенное нарушение, поскольку резолютивная часть постановления указывает на назначение именно автотехнической экспертизы, которая и была проведена.

Иные доводы апелляционной жалобы адвоката Бычкова А.А. относительно оспариваемых экспертиз, сводятся к переоценке выводов экспертов, их собственной интерпретации, какими-либо фактическими обстоятельствами не подтверждены, направлены на избежание ФИО1 уголовной ответственности.

Судом обоснованно не установлено обстоятельств, свидетельствующих о необходимости признания в качестве недопустимых доказательств заключений эксперта №(номер), (номер), (номер) от (дата), а также верно суд не усмотрел оснований для назначения дополнительной автотехнической экспертизы.

Суд апелляционной инстанции считает несостоятельным доводы апелляционной жалобы защитника Бычкова А.А. относительно несоответствия обстоятельств дела, установленных судом, фактическим обстоятельствам произошедшего.

Доводы адвоката о том, что водитель автомобиля «№ 3» выполнял поворот налево, что могло быть причиной происшествия, а также о том, что между автомобилем «№ 1» и «№ 3» произошло два столкновения, являются несостоятельными, поскольку не подтверждаются доказательствами, собранными по уголовному делу, стороной защиты также доказательств в подтверждение своих доводов суду представлено не было.

Отсутствие колеса у автомобиля «№ 1» при поведении исследования не повлияло на выводы эксперта относительно рассматриваемых событий и не повлекло за собой установление судом противоречивых обстоятельств, поскольку тот факт, что автомобиль был технически исправен на момент происшествия, а также, что происшествие произошло в результате именно действий ФИО1, подтверждается иными собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями свидетелей Свидетель №9 и Свидетель №10

Оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от (дата) суд апелляционной инстанции не усматривает. Каких-либо нарушений при составлении протокола допущено не было. Схема дорожно-транспортного происшествия составлена надлежащим должностным лицом, с участием эксперта, непосредственно на месте происшествия, с учетом сведений, сообщенных непосредственным участником ДТП - Свидетель №6 К протоколу осмотра места происшествия приложена фототаблица, подтверждающая сведения, отраженные в протоколе и на схеме ДТП.

Доводы о несоответствии габаритов транспортных средств на схеме ДТП являются несостоятельными, поскольку схема дорожно-транспортного происшествия не предусматривает обязательного пропорционального соотношения объектов, а схематично отражает обстановку произошедших событий.

Исходя из фактических обстоятельств, установленных при рассмотрении уголовного дела, совершённого ФИО1 преступления, суд первой инстанции правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Тяжесть причиненного вреда здоровью потерпевших ФИО6 №1, ФИО6 №2, ФИО6 №3 и (ФИО)22 подтверждается проведенными по делу судебно-медицинскими экспертизами, признанными судом допустимыми доказательствами.

Из обстоятельств совершенного преступления судом справедливо установлено, что ФИО1 нарушил требования п.п. 1.5, 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения» (вместе с «Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения»).

Оснований для иной квалификации действий ФИО1 не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Бычкова А.А. выводы суда противоречий не содержат, носят достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Суд апелляционной инстанции не принимает во внимание доводы защитника о возможном нахождении водителя автомобиля «№ 2» ФИО6 №2 в состоянии опьянения, а также о нарушении ею скоростного режима, поскольку они являются лишь предположением адвоката и не подтверждаются какими-либо доказательствами.

Обстоятельств, свидетельствующих об одностороннем подходе к рассмотрению уголовного дела, в действиях суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает. Привлечение к участию в уголовном деле защитника по назначению не влечет нарушения права ФИО1 на защиту, а напротив является дополнительной гарантией соблюдения прав осуждённого.

Каких-либо процессуальных нарушений в ходе рассмотрения уголовного дела по существу судом первой инстанции допущено не было. Вопреки доводам апелляционной жалобы права потерпевших на участие в судебном заседании, доведение своей позиции по рассматриваемому уголовному делу, как лично, так и через своего представителя, судом первой инстанции были надлежаще соблюдены.

Предварительное расследование и судебное разбирательство по уголовного делу в отношении ФИО1 проведены в соответствии с требованиями действующего УПК РФ, все ходатайства сторон были надлежаще разрешены, каких-либо нарушений, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Бычкова А.А., в том числе касаемо обеспечения явки сторон в судебное заседание, в ходе уголовного судопроизводства, влияющих на законность и обоснованность постановленного по делу приговора допущено не было.

Довод апелляционной жалобы адвоката Бычкова А.А. о том, что ознакомление обвиняемого ФИО1 с материалами уголовного дела было проведено за рамками срока предварительного расследования, суд апелляционной инстанции считает надуманным, поскольку стороной защиты не представлено каких-либо доказательств в обоснование своей позиции.

Обстоятельств, указывающих на допущенную по уголовному делу волокиту, суд апелляционной инстанции не усматривает. Права осуждённого и стороны защиты на представление доказательств нарушены не были, судом было предоставлено достаточное количество времени для представления доказательств, оказано содействие стороне защиты в обеспечении явки свидетелей. С учетом постановления председателя Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата) суд апелляционной инстанции не признает состоятельными доводы жалобы в указанной части.

Отсутствие отдельного процессуального решения по заявленным ходатайствам сторон о вынесении частных постановлений не свидетельствует о допущенном существенном нарушении уголовно-процессуального закона, не влияет на законность и обоснованность вынесенного итогового решения суда, поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ данные меры реагирования являются правом суда, а не обязанностью.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены постановлений об отказе в удовлетворении ходатайства защитника об отводе председательствующему и государственным обвинителям, вынесенных в ходе производства по уголовному делу в суде первой инстанции. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Бычкова А.А., выводы суда, изложенные в постановлении, являются обоснованными, надлежаще мотивированными, суд справедливо не установил оснований, в соответствии с положениями ст.ст. 61, 62, 66 УПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы защитника об отсутствии надлежащего извещения свидетеля Свидетель №6, в связи с чем о незаконности оглашения его показаний, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, поскольку материалы уголовного дела содержат сведения о том, что судом были предприняты исчерпывающие меры для извещения свидетеля, в отношении него неоднократно выносились постановления о принудительном приводе, стороной обвинения приобщена справка о невозможности установления местонахождения свидетеля, в связи с чем, в порядке п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, принято решение об оглашении его показаний в судебном заседании. Процессуальных нарушений судом первой инстанции допущено не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, постановление о применении в отношении ФИО1 принудительного привода вынесено председательствующим на законных основаниях, поскольку суд не усмотрел уважительных причин неявки подсудимого в судебное заседание, с целью недопущения нарушения прав других участников уголовного судопроизводства на рассмотрение дела в разумные сроки, судом принято решение о применении принудительных мер для обеспечения явки подсудимого в судебное заседание, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Исходя из требований ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений.

В соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, с учётом положений Общей части УК РФ.

Согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ - при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Следуя указанным требованиям уголовного закона РФ, суд первой инстанции надлежаще учёл как характер и степень общественной опасности совершённого преступления, относящегося в силу ст. 15 УК РФ к категории небольшой тяжести, направленного против безопасности движения, так и данные о личности ФИО1, который совершил преступление небольшой тяжести впервые, по месту жительства и работы характеризуется исключительно положительно, неоднократно награжден ведомственными, муниципальными и государственными поощрениями, на учете у врачей психиатра и психиатра-нарколога не состоит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание (ФИО)26, суд обоснованно признал в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК добровольное частичного возмещение потерпевшим материального вреда причиненного преступлением, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ наличие несовершеннолетнего ребенка и тяжелых хронических заболеваний.

Обстоятельств, отягчающих наказание осуждённого, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд правильно не установил.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы, с назначением обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами, поскольку такое наказание, с учетом характера совершенного преступления и личности осуждённого, отвечает целям наказания, в частности исправлению осуждённого и предупреждению совершения им новых преступлений.

Размеры основного и дополнительного наказания определены справедливо, в рамках санкции соответствующей статьи УК РФ, соответствуют содеянному.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется, ввиду того, что совершенное преступление относится к категории небольшой тяжести.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ и назначить наказание в размере ниже низшего предела, установленного санкцией соответствующей статьи УК РФ, суд первой инстанции верно не установил.

Правовых оснований для обсуждения вопроса о применении к осуждённому положений ст.ст. 53.1, 73 УК РФ не имеется.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если прошло два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Преступление, за которое осуждён ФИО1, совершено (дата), в силу положений ст. 15 УК РФ, относится к категории небольшой тяжести.

Суд первой инстанции правильно установил, что на момент постановления приговора сроки давности уголовного преследования по настоящему делу истекли, и в связи с несогласием ФИО1 на прекращение уголовного дела по нереабилитирующему основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, освободил его от назначенного наказания, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

Руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1099, 1101, 1068, 1079 ГК РФ, принципом разумности и справедливости, с учётом конкретных обстоятельств дела и характера причинённого потерпевшим морального вреда, суд справедливо гражданские иски потерпевших ФИО6 №1 и ФИО6 №2 удовлетворил частично, взыскав с АО «<данные изъяты>», как владельца транспортного средства, которым ФИО1 управлял в связи с осуществлением служебной деятельности, в пользу потерпевших сумму морального вреда, причиненного совершенным ФИО1 преступлением, в размере 2 300 000 рублей в пользу потерпевшей ФИО6 №1 и 2 000 000 в пользу потерпевшей ФИО6 №2

Судьба вещественных доказательств разрешена судом в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

Арест, наложенный постановлением Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата) на имущество АО «<данные изъяты>», а именно: автомобиля марки <данные изъяты> гос. рег. знак (номер) регион, среднерыночной стоимостью 3 300 000 рублей, находящимся на хранении у АО «<данные изъяты>», судом обоснованно сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска.

По смыслу положений ч. 1 ст. 115 УПК РФ, арест на имущество накладывается в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

Из материалов уголовного дела следует, что осуждённому ФИО1 исковые требования от потерпевших и иных лиц не предъявлялись, согласно обжалованному приговору наказание в виде штрафа осуждённому не назначалось, каких-либо иных имущественных взысканий в отношении него не имеется.

В связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционных представления и жалоб о том, что арест, наложенный на имущество ФИО1 постановлением Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата), подлежит отмене, а приговор в указанной части, в соответствии с требованиями ст.ст. 389.15, 389.17 УПК РФ подлежит изменению.

Кроме того, потерпевшими ФИО6 №1 и ФИО6 №2 также заявлены требования о взыскании процессуальных издержек в сумме 95 000 рублей каждой, затраченных на оплату услуг представителя.

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда, изложенными в приговоре, о том, что заявленные потерпевшими требования в данной части подлежат оставлению без рассмотрения.

Так, потерпевшими представлены документы, подтверждающие оплату услуг представителя Андреевой Л.В. в сумме 95 000 рублей с каждой, в общей сумме 190 000 рублей. Из материалов уголовного дела усматривается, что представитель потерпевших участвовал в проведении всех следственных действий с участием потерпевших, а также, согласно протоколу судебного заседания, принимал участие в интересах потерпевших в ходе судебного разбирательства.

При этом, выводы суда о том, что одним из оснований для оставления требований без рассмотрения является то, что потерпевшие не высказали однозначных требований о том, с кого они просят взыскать процессуальные издержки, суд апелляционной инстанции признает несостоятельным, поскольку не основан на требованиях уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных и лиц, уголовное дело или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, не дающим права на реабилитацию, в том числе с назначением судебного штрафа, либо возмещаются за счет средств федерального бюджета.

При указанных обстоятельствах потерпевшим ФИО6 №1 и ФИО6 №2 должны быть возмещены средства, затраченные на представителя, поскольку они являются процессуальными издержками. Уплаченная денежная сумма подлежит возмещению за счет средств федерального бюджета, то есть подлежит взысканию в пользу ФИО6 №1 и ФИО6 №2 с казны Российской Федерации в лице Управления Судебного департамента в ХМАО – Югре в размере 95 000 рублей каждой.

В свою очередь оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек, предусмотренных ч.ч. 4-6 ст. 132 УПК РФ, судом не установлено, поэтому процессуальные издержки в общем размере 190 000 рублей подлежат взысканию с ФИО1 в казну Российской Федерации в лице Управления Судебного департамента в ХМАО – Югре.

Каких-либо иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих безусловные изменение или отмену приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ханты-Мансийского районного суда ХМАО – Югры от (дата) в отношении ФИО1 изменить.

Арест, наложенный постановлением Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата) на мотоцикл <данные изъяты>, (дата) года выпуска, государственный регистрационный знак (номер), и мотоцикл <данные изъяты> (дата) года выпуска, государственный регистрационный знак (номер), принадлежащие ФИО1, - отменить.

Взыскать с казны Российской Федерации в лице Управления Судебного департамента в ХМАО-Югре за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО6 №1 процессуальные издержки на вознаграждение услуг представителя в размере 95 000 рублей.

Взыскать с казны Российской Федерации в лице Управления Судебного департамента в ХМАО-Югре за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО6 №2 процессуальные издержки на вознаграждение услуг представителя в размере 95 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в казну Российской Федерации в лице Управления Судебного департамента в ХМАО-Югре процессуальные издержки на вознаграждение услуг представителя потерпевших 190 000 рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Бычкова А.А., Боровской О.Г., представителя гражданского ответчика Александрова В.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск).

В суде кассационной инстанции вправе принимать участие лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, при условии заявления ими ходатайства, с учетом положений ч. 2 ст. 401.13 УПК РФ.

Судья суда Ханты-Мансийского

автономного округа – Югры К.Ю. Семагин