Решение № 2-3622/2020 2-3622/2020~М-3010/2020 М-3010/2020 от 10 сентября 2020 г. по делу № 2-3622/2020

Копия Дело № 2-3622/2020

16RS0050-01-2020-006884-32


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2020 года г. Казань

Приволжский районный суд г. Казани Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Прытковой Е.В., при секретаре судебного заседания Емельяновой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм социальной пенсии и единовременной выплаты,

у с т а н о в и л:

ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм социальной пенсии и единовременной выплаты, указав в обоснование иска следующее.

По заявлению ФИО1 от 29 июня 2016 года ему была назначена социальная пенсия с 01 июня 2016 года в размере 4 959 рублей 85 копеек, в январе 2017 года также была осуществлена единовременная выплата в размере 5 000 рублей. Ответчик при назначении социальной пенсии был предупрежден о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган пенсионного фонда Российской Федерации о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию. Согласно поступившей информации из налогового органа и выписке из индивидуального счета застрахованного лица, истцом было установлено, что ФИО1 осуществляет предпринимательскую деятельность с 18 апреля 2014 года. 27 ноября 2019 года Управление ПФР вынесло решение о прекращении выплаты пенсии с 01 декабря 2019 года и о прекращении единовременной выплаты. В результате указанных обстоятельств образовалась переплата социальной пенсии.

С учетом изложенного, истец просил суд взыскать с ФИО1 в пользу ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани излишне полученную социальную пенсию за период с 01 июня 2016 года по 31 ноября 2019 года, а также единовременной выплаты в размере в размере 219 443 рублей 10 копеек.

В судебном заседании представитель истца требования поддержала.

Ответчик ФИО1, его представители по устному ходатайству в судебном заседании иск не признали, заявили о пропуске срока исковой давности.

Выслушав пояснения, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению является социальная пенсия (подпункт 5 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ).

Согласно подпункту 5 пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ право на социальную пенсию в соответствии с данным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации граждане Российской Федерации, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины), а также иностранные граждане и лица без гражданства, постоянно проживающие на территории Российской Федерации не менее 15 лет и достигшие указанного возраста ( в редакции, действующей на дату назначении ФИО1 пенсии).

Пунктом 5 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ определено, что социальная пенсия по старости гражданам, достигшим 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины), не выплачивается в период выполнения работы и (или) иной деятельности, в период которой соответствующие граждане подлежат пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации".

К застрахованным лицам, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", относятся в том числе лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой (индивидуальные предприниматели, адвокаты, арбитражные управляющие, нотариусы, занимающиеся частной практикой, и иные лица, занимающиеся частной практикой и не являющиеся индивидуальными предпринимателями) (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации).

Из изложенного следует, что социальная пенсия по старости гражданам Российской Федерации, достигшим возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины), а также иностранным гражданам и лицам без гражданства, постоянно проживающим на территории Российской Федерации не менее 15 лет и достигшим указанного возраста, не выплачивается в период выполнения ими работы и (или) иной деятельности, в том числе в период осуществления ими предпринимательской деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей. В случае, если социальная пенсия названным гражданам была назначена, то ее выплата в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей подлежит прекращению.

Следовательно, обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения спора о правомерности получения социальной пенсии по старости гражданином, осуществлявшим предпринимательскую деятельность, является установление даты регистрации этого гражданина в качестве индивидуального предпринимателя и даты прекращения им деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

Материалами дела установлено, что по заявлению ФИО1 от 29 июня 2016 года ему была назначена социальная пенсия с 01 июня 2016 года в размере 4 959 рублей 85 копеек, в январе 2017 года также была осуществлена единовременная выплата в размере 5 000 рублей.

Ответчик при назначении социальной пенсии был предупрежден о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган пенсионного фонда Российской Федерации о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию.

Как усматривается из выписки из лицевого счета застрахованного лица ФИО1 был зарегистрирован в системе государственного пенсионного страхования 19 июня 2014 года.

Согласно пояснениям представителя истца, до обращения в Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани ответчик состоял на учете в Управлении Пенсионного фонда Российской Федерации в Советском районе г. Казани, где ему был присвоен индивидуальный лицевой счет застрахованного лица, однако, при обращении в 2016 года в Приволжское отделение ответчик не указал о имеющемся у него лицевом счете, ФИО1 был присвоен новый лицевой счет, который не мог содержать данных об осуществляемой им предпринимательской деятельности.

При обработке сведений персонифицированного учета застрахованных лиц, получающих социальную пенсию по старости, в ноябре 2019 года пенсионным органом выявлено, что ФИО1 является действующим индивидуальным предпринимателем с апреля 2014 года, что подтверждается выпиской из лицевого счета застрахованного лица от 26 ноября 2019 года.

Решением Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани от 27 ноября 2019 года выплата социальной пенсии и единовременной выплаты ФИО1 была прекращена. Соответствующее уведомление о необходимости возврата денежных средств было направлено пенсионным органом в адрес ответчика.

Размеры излишне выплаченных ответчику сумм пенсии и единовременной выплаты с 01 июня 2016 года по 31 ноября 2019 года, составили 219 443 рублей 10 копеек.

Требование пенсионного органа о возврате излишне выплаченных сумм оставлено ФИО1 без удовлетворения.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 20 апреля 2020 года ФИО1 был зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 18 апреля 2014 года, статус не прекращен.

Статьей 13 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" предусмотрено, что при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона "О страховых пенсиях", регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

Федеральный закон от 17 декабря 2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", действовал до 1 января 2015 года.

С 1 января 2015 года вступил в силу Федеральный закон от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В силу части 5 статьи 26 Федерального закона "О страховых пенсиях" пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии.

Одним из оснований прекращения выплаты страховой пенсии (пункт 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях") является утрата пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию при обнаружении обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию.

Сопоставив имеющиеся по делу доказательства, оценив их в совокупности, учитывая, что правовым основанием для производства удержания излишне выплаченных пенсионеру сумм является неуведомление пенсионером орган, осуществляющий выплату, о наступлении обстоятельств, влекущих изменение размера или прекращение выплаты, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению.

ФИО1 на момент назначения ему социальной пенсии являлся индивидуальным предпринимателем, это обстоятельство исключает возможность получения им социальной пенсии по старости по нормам Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации".

Установленные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности поведения ответчика и наличии оснований для применения положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом о последствиях неисполнения обязанности по уведомлению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих изменение размера выплат, ФИО1 была предупреждена лично, о чем свидетельствует его подпись на заявлении от 29 июня 2016 года.

Ссылки представителя ответчика на то, что ФИО1 не осуществлял предпринимательскую деятельность и не получал доход от предпринимательской деятельности, нельзя признать правомерными, поскольку данных, подтверждающих отсутствие у ФИО1 дохода в деле не имеется.

Судом также отклоняются доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из положений Федерального закона N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" во взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о сроке исковой давности следует, что для разрешения вопроса об исчислении срока исковой давности по иску пенсионного органа к лицу, являющемуся получателем пенсии, о взыскании переплаты такой пенсии суду необходимо установить начальный момент течения данного срока, то есть день, когда орган социальной защиты узнал или должен был узнать о возможной утрате пенсионером права на получение пенсии по случаю потери кормильца. При этом начало течения срока исковой давности должно совпадать с моментом возникновения у пенсионного органа права на иск и возможности реализовать его в судебном порядке.

Таким образом, начало течения срока исковой давности по общему правилу закон связывает с моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, то есть начало течения срока исковой давности совпадает с моментом возникновения у заинтересованной стороны права на иск и возможности реализовать его в судебном порядке.

Как усматривается из материалов дела, истец ссылался на то, что о статусе ФИО1 как индивидуального предпринимателя, пенсионному органу стало известно из выписки из лицевого счета застрахованного лица от 26 ноября 2019 года, то есть исковое заявление было подано истцом в переделах срока исковой давности.

Сведений и доказательств того, что пенсионный орган имел возможность исходя из имеющихся у него полномочий по проверке достоверности представленных гражданином сведений, необходимых для выплаты пенсии, в более ранние сроки до получения выписки из лицевого счета застрахованного лица узнать, имеет ли ФИО1 статус индивидуального предпринимателя, материалы дела не содержат.

Исходя из всей совокупности установленных фактов и обстоятельств исковые требования о взыскании излишне выплаченных сумм социальной пенсии и единовременной выплаты в размере 219 443 рублей 10 копеек подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 56,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм социальной пенсии и единовременной выплаты, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе г. Казани излишне выплаченные суммы социальной пенсии и единовременной выплаты в размере 219 443 рублей 10 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в апелляционном порядке через Приволжский районный суд г. Казани в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 сентября 2020 года.

Судья (подпись) Прыткова Е.В.

Копия верна

Судья Прыткова Е.В.